Книга 3. Вирусы.

— Дэн, я...

— Подожди! Прости! Не перебивай! Для того, чтобы как можно больше быть с тобой и Бренданом, я решил уйти из группы. Ребята давно уже в курсе и потихоньку готовятся принять нового вокалиста. Правда, это произойдет не сразу, со временем, но, поверь, я вполне серьезен. Ключ от этого дома мне дал агент. Я присмотрел его для нас. Здесь четыре спальни и собственный, закрытый со всех сторон садик, — Дэн кивнул в сторону окна. — Места много. Мы можем привести сюда твою мать, если захочешь. Либо подыскать для нее квартиру поблизости. Настю же можно устроить на учебу в один из наших университетов. Хочешь, в Оксфорд, хочешь, в Кембридж, хочешь, в Итон. Насколько я помню, ей осталось учиться в школе последний год. Таким образом, тебе не нужно будет с ними расставаться. Но если ты не захочешь жить здесь, то бог с ним! Не проблема. Тогда я перееду к тебе в Россию. Я обмозговал и этот вариант. Подыщем жилье там. За средства к существованию не волнуйся. На песнях для группы, конечно, далеко не уедешь, но у меня есть некоторый скопленный капитал. И часть из него я уже вложил в новое дело. Конюшни Хэмвиллов. Мы с Марком вступили в партнерство. Будем разводить скаковых лошадей.

— Вы с Марком? — не поверила Лера.

— Да. Это Ким на него надавила. Они готовятся к свадьбе. Мое постоянное присутствие на их ферме не обязательно. Это позволит мне бывать в Англии не слишком часто, хотя время от времени мне все же придется сюда летать. Так что я реально смогу жить с тобой в России, и тебе ничего не придется менять в своей жизни. Ну... разве что только Брендан будет иногда будить нас по утрам, — попытался пошутить он, но это вышло как то вяло.

После этого он неуверенно замолчал и пытливо, с надеждой во взгляде посмотрел любимой в глаза.

— Ты все продумал? — усмехнулась неожиданно она и покачала головой. В ее глазах плясали смешинки.

— Надеюсь, — осторожно ответил он. — У меня было предостаточно времени.

Тут Лера посерьезнела. Поднявшись с дивана, она подошла к напряженно стоящему мужчине и прикоснулась ладонями к его груди. При ее приближении Дэниэл разъединил руки и плетьми опустил их вниз, сжав в кулаки. Его губы при этом сложились в напряженную прямую линию. Тяжело вздохнув, женщина обхватила ладонями его лицо, заставляя смотреть прямо ей в глаза.

— Дэн, я приехала сюда за тем, чтобы сказать, что тебе не нужно из-за меня уходить из группы! Я не хочу, чтобы ты был несчастлив.

— Нет! — упрямо возразил ей он, стараясь быть убедительным. В порыве он обхватил ее плечи руками и сжал. — Я уже все решил! Мое занятие музыкой не так важно для меня, насколько важны вы с Бренданом! Поверь, это все ерунда.

— Не ерунда, Дэн! Это совсем даже не ерунда! — горячо возразила ему женщина. — Может быть, ты сам еще до конца не понимаешь, но потом ты будешь сильно жалеть об этом! Не сразу, но со временем чувство неудовлетворенности накопится и станет камнем преткновения. Как бы ты себя ни убеждал в обратном, но так и будет. Я не хочу. Не приму от тебя такой жертвы!

— Тогда я не знаю, что еще сделать для того, чтобы ты осталась со мной! — в отчаянии воскликнул он. В его глазах отразились всполохи муки. Запрокинув голову вверх, Дэн зажмурил глаза, пытаясь справиться с подступившим к самому горлу комом.

— А и не надо ничего делать! — ее пальчики нежно прошлись по его щеке, очерчивая подбородок. — Дэн, посмотри на меня! — и мужчина исполнил ее просьбу. — Наверное, ты не правильно понял меня. Я приехала сюда за тем, чтобы сказать, что люблю тебя и хочу каждый день засыпать и просыпаться в твоих объятиях. И для этого тебе вовсе не нужно ехать в Россию, потому что я перееду сюда к тебе.

— Правда? — Дэниэл хоть и надеялся на такой исход, все же ему трудно было поверить в фортуну, которая снова повернулась к нему лицом.

— Правда, — снисходительно улыбнулась она и, согнув руки в локтях, прижалась к нему всем телом. — А теперь поцелуй меня, наконец! А то еще хоть капля твоей отстраненности, и я взорвусь от отчаяния!

Дэна не нужно было просить об этом дважды! С томным рычанием он впился ей в губы, нанося сокрушительный удар остаткам ее сомнений. И пока он привычно пил ее душу, руки Леры в нетерпении мяли рубашку на его груди, так что одна пуговица, не выдержав терзаний, отлетела в сторону и покатилась по полу. С каким-то щемящим отчаянием и невероятной нежностью, как обессиленные путники перед кристально-чистым родником, они жадно припали друг к другу и все никак не могли напиться. Когда же приступ острой жажды был в какой-то степени удовлетворен — в их движениях проступила насыщенность и тягучесть сладкого меда, этого жизненного нектара, который протекая по венам, без остатка поглощался каждой клеточкой тела, каждым его атомом.

Сколько они так стояли — одному богу известно! Но далекий автомобильный гудок с улицы вернул их к действительности.

Упершись лбом в лоб, Дэниэл с щемящей любовью смотрел на Леру, глаза которой были закрыты. Вдруг он резко оторвался, и его взгляд стал настороженно-серьезным.

— Это еще не все, — осторожно закинул удочку он.

— Нет...? — переспросила она его.

Посмотрев на нее долгим, изучающим взглядом, мужчина метнулся из квартиры и через пару минуту предстал перед ней с какими-то документами в руках.

— Вот, прочти! — протянул он ей листы.

Лера сначала заглянула в его глаза, пыталась угадать по ним ответ, потом на бумаги в своей руке, а затем снова на Дэна. Сев на ближайший к ней стул, она углубилась в чтение. Как она поняла, это был брачный контракт. Юридические термины на английском давались ей нелегко, но основную суть она все же для себя уяснила — Дэн готов был подписаться под тем, что в случае развода все дети, которые у них могли бы родиться, в любом случае оставались бы с матерью.

Боже, неужели он готов был пойти на такой шаг?! В голове не укладывалось! Руки безвольно опустились, сердце нестерпимо защемило, на глаза навернулись слезы, и Лера не сделала ничего, чтобы удержать их внутри. Пара капель упала на юбку, оставляя там темные пятнышки.

— Послушай! — стремительно подошел к ней Дэниэл, когда заметил, что она закончила читать. Он присел перед ней на корточки и приготовился убеждать. — Я знаю, как ты относишься к браку. И я безмерно благодарен тебе уже за то, что ты согласилась переехать сюда. Но, понимаешь, я хочу не просто жить вместе, а узаконить наши отношения. По всем правилам. И я верю в то, что наш брак будет счастливым! Поэтому я и попросил составить брачный контракт на таких условиях. Ты же понимаешь, как много я потеряю, если ты вдруг решишь когда-нибудь от меня уйти!

Она не могла вымолвить ни слова, поэтому просто кивнула головой. Тогда Дэн достал из брюк бархатную коробочку и протянул ее Лере:

— Я должен был бы обставить все по-другому: романтический ужин в ресторане, со свечами, звоном хрусталя и музыкантом, играющим для нас на скрипке. И там, в бокале с шампанским или в бутоне розы... Нужно было бы подождать до вечера, но я боюсь, что опять что-нибудь случиться, и ты исчезнешь! Поэтому лучше здесь и сейчас. Раскрой!

Догадываясь о том, что в ней находится, Лера открыла подарок, и из глубины белого атласа ей подмигнуло небольшим, но очень чистым бриллиантом золотое кольцо. Камень находился в центре широко раскрывшегося цветка ириса, который идеально сочетался с сердечком-кувшинчиком на ее шее.

— Ты согласишься выйти за меня замуж? — умоляюще заглядывая ей в глаза, затаив дыхание задал свой главный вопрос Дэн.

Растроганная до глубины души простотой его слов и искренним порывом, Лера просто кивнула.

В его взгляде появилось торжество, ликование, и, притянув ее голову к своей, Дэн по-собственнически впился ей в губы, так что женщине пришлось под его натиском отклониться назад. Когда он закончил, то поднялся на ноги и достал кольцо из футляра. Ннадев его ей на безымянный палец левой руки, Дэн улыбнулся:.

— Нравится?

— Очень! — ответила она, любуясь игрой камня.

— Я заказал его почти сразу после того, как только ты уехала. Держал его под рукой на тот случай, если ты вдруг позвонишь и скажешь, что возвращаешься. До чертиков боялся упустить момент! Хотел доказать, что у меня в отношении тебя самые серьезные намерения. Теперь нужно выбрать день нашей свадьбы. Для меня чем раньше, тем лучше, но выбор за тобой. Хочешь, устроим пышную церемонию, а хочешь, просто распишемся в мэрии...

Но тут робкая, смущенная улыбка на лице Леры и скромно потупленный взор заставили его насторожиться.

— Дэн... — подняла она на него глаза. — Я должна тебе сказать...

— Да? — подтолкнул ее он.

— Я беременна.

Какое-то время Дэн, приоткрыв рот от удивления и впившись в нее взглядом, стоял, не шелохнувшись, а потом, словно проверяя собственный слух, переспросил:

— Что ты сказала?

— У меня будет ребенок, — еще более неуверенно повторила она.

И когда до Дэна дошло, его прорвало! Схватив любимую в охапку, он закружил ее на месте, издавая в воздух ликующие звуки. В душе его ноги отплясывали искрометную джигу, а внутренний голос во всю мочь трубил полный торжества и безудержной радости победный марш! Все, о чем он мечтал, можно сказать, он получил одним подарочным пакетом в этот прекрасный день, который обязательно войдет в его личный календарь знаменательных дат!

Но тут вспомнив о положении Леры, Дэниэл осторожно поставил ее на пол и нежно прикоснулся к ее губам.

— У нас будет ребенок! — убежденно поправил ее он, с благоговением прикасаясь ладонью к ее еще плоскому животу.

Лера ничего на это не ответила, только улыбнулась, и все ее естество наполнилось мягким, глубоким внутренним светом.

Глава 12.

Свадьбу единодушно было решено справлять в Алстоне, в доме, которому в будущем предстояло стать семейным гнездышком, и который для Леры являлся символом долгожданного, но обретенного в итоге счастья. Учитывая то, что осень уже подходила к концу, и было уже довольно холодно, вся терраса представляла собой огромный, вытянутый вдоль дома и разделенный на три секции шатер с расставленными по периметру весьма причудливыми, в космическом стиле светильниками-обогревателями и плотными матерчатыми стенками с прорезями-окнами, надежно укрывающими в случае непогоды. И только противоположная от стены дома сторона оставалась незакрытой и служила огромной панорамной аркой, в обрамлении цветочных гирлянд которой открывался потрясающий вид на ажурную церемониальную беседку, как бы парящую над землей. Огромное свободное пространство сбегающих вниз холмов, суровое, торжественное небо и веерообразные солнечные лучи, как мощные прожектора, пробивающиеся сквозь тучи и пронзающие воздух, служили естественными декорациями.

— Вы венчаться будете? — задала вопрос Катя, отправляя в рот маленький шарик засахаренных фруктов.

Она и еще Виктория, одетые в бледные, нежно-фиалковые платья, от плеч которых через грудь к талии тянулась редкая, сужающаяся к низу россыпь мелких цветов, были подружками невесты. А Томасу, как самому близкому и давнему другу Дэна, выпала честь быть шафером.

— К сожалению не получится, — помотала головой Лера.

Женщина стояла в их с Дэном спальне перед большим, в человеческий рост зеркалом и наводила последние штрихи к своему наряду, прикалывая к груди крошечный букетик цветов точно такого же оттенка, как и облачения ее подружек. Для свадьбы она выбрала очень элегантное, собранное гармошкой, облегающее тело платье-чулок, расходящееся от середины бедер до самого пола мягкими волнами ткани наподобие хвоста русалки.

Поскольку жених имел американские корни, но являлся гражданином Соединенного Королевства, а его будущая супруга была родом из России, то обряд бракосочетания включал в себя этакое смешение традиций трех стран. И в США и в Англии правило подбора наряда для невесты гласило: "Something old, something new, something borrowed, something blue" ("что-нибудь старое, что-нибудь новое, что-нибудь позаимствованное, что-нибудь голубое"). Поэтому шею и уши Леры украшал совершенно новый гарнитур из тонких серебристых металлических нитей с нанизанными на них крошечными белыми и бледно-сиреневыми камешками, который отлично сочетался с цветами подружек невесты. На голове собранные в высокую прическу волосы поддерживал серебряный гребень ее бабушки, который привезла для нее ее мать из России. А в дань православным законом она не стала надевать фату, поскольку давно уже была не девственницей, поэтому макушку венчала очаровательная шляпка из необычайно нежных крупных цветов орхидеи, украшенная мягко покачивающимися от малейшего дуновения, от малейшего движения тонкими, длинными небесно-голубыми и розоватыми перьями. К тому же такого же голубого оттенка было и нижнее белье, ажурной паутинкой облегающее ее тело и дожидающееся того момента, когда будет снято руками любимого в уединении их свадебного номера. Глаза и лоб до подбородка скромно прикрывала белая вуаль, которая в данный момент была откинута назад, открывая совершенно спокойное, на первый взгляд, лицо с безупречным макияжем. Но расширенные зрачки невесты выдавали ее волнение.

— Мы с ним разной веры, — пояснила Лера, поворачиваясь к ожидающим ее подругам. — Католический храм я еще могу посещать, это не запрещено церковью, но только для молитвы. А вот чтобы венчаться... Ни один священник на это не пойдет. Все равно такое венчание будет недействительным. Ради меня Дэн, конечно, готов перейти в православие, но я чувствую, что в какой-то степени это будет насилием над душой. Ощущаю некоторую неприемлемость, что ли, подобного шага. Да и неважно все это! — сделала она вдруг неожиданный вывод. — Я и так знаю, что Господь нас уже благословил!

— А жить вы где будете? — не унималась Катя.

— В основном в Лондоне, конечно, но думаю, что часто буду сюда приезжать. Особенно летом. Да и детям свежий воздух необходим. Мне здесь нравится. Простор, свобода.

— Как ты себя сегодня чувствуешь, кстати? — поинтересовалась молчавшая до сих пор Виктория.

— Нормально, — пожала плечами Лера.

— Да, еще ничего не видно, — покосилась на плоский живот подруги Катерина.

— Скоро все изменится, — невеста приложила руку к тому месту, где рос ее ребенок.

— Кого ждете-то?

— Мы не хотим знать, — Лера снова повернулась к зеркалу. — Пусть это будет сюрпризом.

— А Настя как отнеслась к тому, что ты перебираешься в другую страну?

Ее дочь сейчас была где-то внизу и опекала бабушку — мать Леры, которая прилетела сюда, чтобы дать благословение своей девочке.

— Мы с Дэном хотим устроить ее здесь на учебу в какой-нибудь университет. Настя вроде бы как не против. Она заканчивает школу в следующем году. С января начнем собирать все необходимые документы.

— А что с Надеждой Семеновной?

Лера погрустнела.

— Мама не хочет переезжать сюда. Но я договорилась с дядей Васей — это родной брат отца, — пояснила она Виктории, поскольку Катя была отлично осведомлена о многочисленных родственных связях Лериной семьи, — он присмотрит там за ней. А я буду как можно чаще ей звонить. Да и ездить. Деньги переслать тоже, кстати, не проблема.