Сердце Чёрного дракона

Взгляд мой зацепился за неприметный амулет, болтающийся на шее у "принца" — хорошо отполированный коготь многорукой змеи. Тот самый, который настоящий Рейнар когда-то давал мне... Ведь там, во дворце, я видела настоящего принца? Или уже нет? Как давно этот маг притворяется сыном императора?

— Кто ты? — севшим голосом потребовала я.

И тут же одёрнула себя. Незачем показывать такие эмоции. Да и какое мне дело, даже если этот колдун, чтоб его, предусмотрительно убил принца чуть ли в утробе и занял его место? Это не моя забота, правильно? Моё дело — найти камушек, настучать некроманту по тыкве и тихо свалить. И какая мне разница, кто мне в этом будет помогать? Маг — это даже лучше. Больше шансов. Верно же? Верно?..

— Ты знаешь меня, — спокойно ответил... маг. — Меня зовут Рейнар. Меня, как и вас, отправили за артефактом императора Дамиана, моего отца.

— Он не твой отец! — уверенно заявил Дагар.

— Верно, — согласился тот. — Не мой. Но это никогда не мешало ему называть меня сыном.

Я потёрла двумя пальцами правый висок, пытаясь вникнуть в ситуацию. Это что получается? Он не убивал Рейнара? Он и есть Рейнар, просто родился магом? Но при этом император не был его отцом... Интересная картинка получается.

— Я не понимаю, — раздражённо фыркнула Нарани.

Да, я тоже.

— Я объясню, — тяжело вздохнул Рейнар. — Но позже.

— Почему? — резко спросила я.

— Потому что, кажется, ты вроде хотела кому-то помочь?

Я осторожно оглянулась, бросив взгляд в указанную им сторону — и тут же обнаружила искомый дом с синими воротами. И из этих самых ворот как раз выходил мужчина средних лет довольно внушительного вида. Мужчина вёл в поводу низенького гнедого коня, на морде которого ясно читалось страстное желание вернуться назад, в тёплую конюшню. Я поджала губы. Если ускачет сейчас, где его потом ловить? Демон.

— Не думай, что я забуду, — предупредила я, спешно подхватывая поводья своей лошади.

Рейнар недовольно поморщился, но промолчал. Дагар, одарив его презрительным взглядом, двинулся за мной, Хорки спокойно ехал следом. Киара очаровательно улыбнулась, не без умысла показав довольно острые зубки, отвесила ему насмешливый поклон.

— Только после вас, принц, — холодно усмехнулась она.

Я уже не следила за ними. И сейчас мне было всё равно, подерутся они или нет. Мне никак не удавалось понять, что же я чувствую на самом деле — злость, обиду, раздражение, ярость, презрение, безразличие, опасение... Или что-то другое? Чёрт, потом разберусь!

— Эй, уважаемый! — крикнула я, поспешно догоняя старосту, если это действительно он.

Мужчина вздрогнул и мгновенно обернулся, удивлённо рассматривая нашу компанию. Одна его нога так и застыла в стремени — он как раз собирался вскочить в седло, когда я его окликнула. Я окинула его внимательным взглядом — средний рост, добротная одежда, тёмные волосы до плеч, карие глаза... Вот только лицо у него, как у человека, потерявшего что-то очень дорогое. Хмурый, затравленный взгляд, в котором застыло и отчаяние, и грусть, и безнадёжность, и боль... Значит, я не ошиблась. Это он.

— Я могу вам чем-то помочь? — глухо поинтересовался мужчина.

— Вы староста этой деревни?

— Я, — кивнул он. — Что вам от меня нужно?

— Не могли бы вы рассказать, чем вы так насолили тому колдуну? — прямо спросила я.

Староста побледнел. Глаза потемнели от боли и гнева, губы сжались в плотную линию, в уголках образовались горькие складки. Я вздохнула. Отец, конечно, что с него взять? Но мог бы лучше себя контролировать. Подозреваю, что отсутствие самоконтроля вполне могло послужить причиной теперешнего положения Кантора. И всё-таки, кто б мне объяснил: на кой чёрт я в это лезу?!

— Вас прислал Седрик? — едва владея собой, выдавил староста.

— Теперь мы знаем, что мага зовут Седрик, — отметил Рейнар.

Я неосознанно кивнула, соглашаясь с его словами. Потом одёрнула себя, бросив на него сердитый взгляд — нечего лезть с подсказками, пусть лучше продумывает линию обороны! Принц ответил мне безмятежной улыбкой.

— Нет, мы не от твоего доброго друга, — устало вздохнул Дагар. — И у нас совершенно нет времени что-либо кому-то доказывать... Так что или говори, чего вы там не поделили, и за что так приголубили твоего сынка, или мы уходим, а ты сам со своими проблемами разбирайся... — тут он кинул косой взгляд на меня. — Как, в принципе, и должно быть.

Намёк я успешно проигнорировала. Ну, жалко мне парнишку, дальше что? Это не значит, что я не могу при желании настучать кому-то слишком умному по ушам. И по всему остальному тоже.

— Откуда вы знаете о Канторе? — нет, этот парень определённо не желал слышать, что ему говорят.

— Откуда, откуда... — недовольно поморщился вампир. — От упыря зелёного!

Я сдержала улыбку. Самое интересное, что он даже не ошибся.

— Проходите... — устало вздохнул староста, разом растеряв весь свой пыл.

Я покачала головой. Ну не люблю таких людей! Сначала хвост распушит, как павлин какой, весь такой грозный и неустрашимый, а как на наткнётся на отпор, весь сдувается. Хотя его, в принципе, можно понять... Вон какой убитый. Даже сгорбился как-то, даже зрительно постарел лет на пять. Да и глаза, пока в них гнев полыхал, на человеческие были похожи. А сейчас словно мёртвые... Должно быть, он очень любил своего сына.

И ровно спустя десять минут мы узнали, что старосту этой деревеньки зовут Теофан, и он совсем, ни капли и ни разу не виноват в том, что случилось с его сыном. И это алчность, жестокость и беспринципность проклятого колдуна всему виной... Надо же, поднять руку на ни в чём не повинного ребёнка, кто бы мог подумать! Что? Чего они не поделили? Так ведь, господа наёмники, разве бедный и скромный Теофан может чем-то насолить магу? Чего он тогда взбеленился? Ну так судьба его умом обидела, вот и психует. Разве ж кто в здравом уме додумается до такого? А Кантор, несчастный Кантор сидит сейчас один, на кладбище, прячется ото всех и страдает...

— Так, стоп, — поморщился Дагар. — Давай конкретнее, и без увёрток уже. Иначе присоединишься к сыну. Будете реветь на кладбище вдвоём.

Теофан тяжело вздохнул — видно, очень хотел поскорее от нас избавиться, да прямо сказать побоялся. Кто ж будет прямым текстом посылать куда-нибудь очень далеко группу людей с мечами и кинжалами? Одно интересно, куда это он так спешит?

— Тео, а ты куда собирался, когда мы тебя поймали? — с любопытством поинтересовалась я.

Теофан поморщился от моей фамильярности, но поправлять не стал. Наверно, справедливо решил, что шкура дороже гордости. А что я? Я никого оскорблять не хотела. Ну не могу я его на "вы" величать! Даже если предположить, что этот мужчина разменял уже четвёртый или пятый десяток, я всё равно его старше. Хоть он и не знает. Но всё равно, статус наёмницы определённо добавлял мне привилегий.

— В ближайший крупный город, — нехотя признался Тео.

— Зачем? — тут же влезла Нарани.

— Ну... Мага хотел найти какого, авось поможет...

Я фыркнула. О, святая простота! Ближайший город, который может похвастаться наличием магов необходимого уровня, находится, наверное, только в империи. А теперь вопрос на сообразительность — догадайтесь-ка, сколько примерно золотых деревенский мужик должен посулить сильному колдуну, чтобы тот снялся с насиженного места и поехал в неведомую глушь спасать упыря, особенно если учесть, что ни один хороший маг на бедность не жалуется? Послали бы тебя, Тео, далеко и надолго, и это ещё лучший вариант. А то и заклинанием каким могли по башке приложить, чтоб не тревожил сильных мира сего по всяким пустякам. Ну да тебе повезло.

— Считай, что уже нашёл, — похоже, направление мыслей Дагара полностью совпало с моим.

— Это где? — насторожился Рейнар и на всякий случай чуть попятился — ехидно оскаленные острые клыки оптимизма не внушали.

— Да, где? — вскинулся староста.

— Да так, — я незаметно подмигнула вампиру, получив в ответ такой же знак солидарности. — Видишь ли, Тео, у нас тут совершенно неожиданно и абсолютно нежданно сбоку припеку нарисовался один весьма занятный колдун... — Рейнар стиснул зубы, но промолчал. — Прибился к нам, никак избавиться не можем. Пусть этот прибитый хоть пользу приносит.

— Ну, знаешь! — прошипел "прибитый".

— Ещё не знаю, — многозначительно улыбнулась я. — Но скоро узнаю. Не так ли, господин маг?

— Всегда рад служить, леди, — процедил тот.

Я поморщилась, но промолчала. Ох, как же я ненавижу это слащавое "леди"... Ещё с самого детства, когда мне этим "леди" тыкали в нос по праву рождения, а в глазах не то, что почтения, но даже малейшей симпатии не было. Одно лишь холодное неприятие. Ещё бы, кто ж из эльфов примет отродье вампира в своём доме? Вот меня и не любили. А избавиться не могли. Вот и отыгрывались, как только могли...

Ну, Рейнар, я тебе это ещё припомню.

История оказалась стара, как мир — Теофан ещё в молодости подружился с юным и неопытным, но перспективным магом. И, не будь дурак, вовсю пользовался всеми доступными ему возможностями такой дружбы. То скотину ему колдун от болезней заговорит, то дом — от воров и разбойников, то жену — от нехорошей привычки гулять "налево"... С последним заданием маг постарался на славу. Так усердно отучал жену друга от праздников тела и души, что даже не заметил, как сам отпраздновал от всего сердца. А как понял, что натворил, так и нашептал приятелю, что жена его успокоится, только если тот увезёт её из города куда-нибудь в глушь, где погулять-то негде, да и не с кем. Вот и увёз Теофан свою сверх меры осчастливленную благоверную в эту деревеньку, где она и родила красавца сына. Двадцать лет радостный староста растил любимого сына, пока волею судьбы через деревню не проехал старый друг. Тут-то всё и раскрылось: супруга деревенского старосты с гордостью предъявила магу "сына", чем ввела этого самого сына в глубокий ступор, мага — в гнев, а мужа — в двухдневный запой. Да только ушлый колдун своё дитятко признать отказался, а когда разгневанный друг налетел на него с требованием моральной компенсации, окончательно разобиделся. И отыгрался на мальчонке, как мог. Вот и получился из красивого мальчика Кантора неизвестно кто. Как итог: благоверная в слезах и соплях ушла в запой вслед за мужем, Кантор поселился на кладбище, обманутый муж растерянно подсчитывает в уме размер полагающейся ему компенсации, ну а довольный Седрик гордо задрал подбородок, хлопнул дверью и удалился восвояси с чувством на "отлично" выполненной гадости.

— Дела... — глубокомысленно протянул Дагар, выслушав сию жалобную историю до конца.

Я покачала головой. Спрашивается, из-за чего весь сыр-бор? Друзья, называется. Бедняжка Кантор, не повезло ему с семьёй. Один отец добросовестно трудился над начальным этапом его появления на свет... всю ночь, наверное, трудился. Ну а закончив сей акт милосердия, великодушно махнул всем ручкой и сделал ноги. Второй отец двадцать лет не мог взять в толк — а отчего это любимый сын, как две капли воды, похож на старого и давно забытого уже друга? Ну а когда таки додумался, единственное, о чём мог размышлять — а сколько конкретно он может с этой ситуации поиметь? Мамашу уж и вовсе умной не назовёшь — мало того, что чужого ребёнка мужу принесла, так у неё ещё не хватило ума держать это в тайне. Нет же, чуть только встретила дорогого любовничка, и давай хвалиться — мол, вон какого я тебе красавца-сына родила да вырастила? Глаз не отвести.

И чего, спрашивается, людям не сидится на одном месте спокойно? Сами создадут себе проблему и сами же мучаются. Хотя нет, в данном случае мучается жертва обстоятельств и пищеварения. На кладбище сидит и мучается.

— В общем, так, козлик ты мой ненаглядный, будем подводить итоги, — выдал Дагар.

"Козлик" было дёрнулся от возмущения, но тут наткнулся на ухмыляющийся оскал вампира и благоразумно передумал. С обидой посмотрел на меня, потом с укоризной — на жену, а затем горестно почесал затылок. Всё правильно, за "козла" обижаться надо не на нас, а на ту, что рогами обеспечила. А благоверная в этом деле рвения и сил не пожалела, постаралась на славу. Результат, как говорится, на лицо. И на другие части тела.

— Итак, что мы имеем? — риторически вопросил вампир. — Рогатый муж — одна штука. Гулящая жена — одна штука. Коварный любовник — одна штука... Хотя тут я утверждать не берусь, это ты потом у своей драгоценной поинтересуешься. В комплект к ним идут также заабракадабренный юнец на кладбище и новоиспечённая сестра милосердия в наших скромных рядах. Вот такая каша получается. Я ничего не упустил?

— Лживого колдуна, который как раз и будет эту самую кашу расхлёбывать, — подсказала я.

— Точно! Ну, а теперь, пожалуй, самое главное... — Дагар важно сложил руки на груди и на всякий случай прищурил алые глазищи. — Уважаемый, а какова, собственно, будет цена вопроса?

Нарани весело фыркнула и бесцеремонно усадила свою киарскую попу прямо на обеденный стол. Теофан, впрочем, этого не заметил — в нём проснулся староста, расчётливый и бережливый.

— Вы, верно, о деньгах? — осторожно осведомился он.

— О них, — кивнул Дагар.

Я покачала головой. Вот тебе и помогли хорошему человеку... Это я Канторе, конечно. С другой стороны, Рейнар и бескорыстность — понятия, прямо противоположные друг другу. Дагар... Ну, он вампир, этим всё и сказано. Нарани, наверное, могла бы сделать что-то и просто так, но только в том случае, если ей это будет действительно интересно — в этом мы с ней похожи. Только суть в том, что спасать парнишку придётся именно Рейнару... Если это существо, конечно, согласится. Ну а если нет, придётся уговорить. Сделать внушение, так сказать. Физическое. Средней степени тяжести.

Остаток разговора я бессовестно пропустила. Честно говоря, мне было откровенно до жареного феникса, сколько меркантильному старосте придётся выложить за спасение любимого сыночка. У меня возникли проблемы поважнее.

Не знаю, что дёрнуло меня искоса выглянуть в окно. Может, тренированные инстинкты и верная интуиция, а, может, и банальная скука. Но факт есть факт — в окно я всё-таки посмотрела, и увиденное мне не понравилось.

Нет, на самом деле всё было довольно обыденно. Обычная скромная улочка. Невысокие домишки на другой стороне. Яркие калитки, резные ставни окон. Резво куда-то спешащая бабуля, с ослиным упрямством тянувшая за собой отчаянно упирающуюся овцу — вчера я уже имела честь познакомиться с этой скандальной мадамой. Тучный, приземистый мужичок на телеге с какими-то грязными тюками, запряженной дряхлой буланой кобылкой — несчастное животное, по-моему, безмолвными воплями молило о смерти на своём лошадином языке. Двое мужчин, одетых явно не по-деревенски, ведущих в поводу вороных лошадей, похожих друг на друга, как братья-близнецы. И всё бы ничего... да только я знаю этих двоих.

Помнится, именно эта парочка так насторожила меня в трактире пару дней назад. Но тогда Дагар меня отвлёк, и они скрылись в неизвестном направлении. Что ж, направление, как оказалось, очень даже известное — наше, судя по всему. Потому что вероятность того, что они оказались тут совершенно случайно, очень мала. Вот не зря они мне тогда так не понравились!