— Лани, ты цела? — спросил мальчик, вылезая из кучи гнилой соломы.
— Я-то цела, в отличие от костюма! — сердито сказала девочка. — Смотри, как порвала штанину! И потерялся один из ножей! Не мог подумать головой и прыгнуть куда-нибудь в другое место?
— Да ладно тебе с этими ножами! — сказал он, оглядываясь. — Давай отсюда выбираться.
— По-моему, выход там! — показала рукой Лани.
Сквозь щели в стене местами пробивался солнечный свет, проникал он и через дыру в потолке, так что теперь, когда их глаза привыкли к слабому освещению, было неплохо видно.
— И почему эту развалину до сих пор не снесли? — недоумевающе произнесла Лани, осматривая остатки развалившихся от времени стойл. — В самом центре столицы и такое...
Жутко заскрипела ржавыми петлями дверь в двух десятках шагов от детей, и внутри сразу же стало светло.
— Я же говорил, что он придёт! — довольно сказал вошедший первым молодой человек в дворянском костюме. — А это ещё кто вместе с ним? Ты кто, малец?
— Говорите с почтением! — рассердился принц. — Это герцогиня Лани!
— Почему везёт такому оболтусу, как ты? — спросил вошедший вторым более старший мужчина. — За неё тоже отвалят немало денег!
— Вы собираетесь нас похитить? — спросила Лани, нащупывая оставшиеся три ножа.
— Правильно, миледи, — засмеялся старший. — Родители дадут за вас хорошие деньги. Ведите себя хорошо, и с вами будут вежливо обращаться. Немного посидите под замком и вернётесь во дворец. А будете ерепениться...
— Так ты наврал мне о призраке, чтобы заманить сюда? — догадался принц.
— Хотели приключений, ваше высочество? — засмеялся молодой. — Вы их получили. Кому интересны оставшиеся? А вот о вашем похищении будут долго болтать. Вам же это было нужно?
— Ах ты, мерзавец! — закричал Камил, выхватил из ножен на поясе небольшой кинжал и, прежде чем Лани успела остановить, бросился на молодого.
Тот плохо видел в конюшне после дневного света и успел отскочить в последний момент. Выругавшись, старший ударом кулака сбил принца с ног и тут же упал с ножом в горле.
— Тварь! — заорал на Лани, увидевший её бросок молодой.
Схватившись за меч, он бросился к девочке и получил нож в грудь. Обойдя его тело, она бросилась к лежавшему без сознания другу.
— Может, ты скажешь, зачем надо было рисковать своими жизнями и лезть через ограду на гнилую крышу? — спросил Ив сына, когда врач вышел, оставив их одних. — От Лани я ещё мог этого ожидать, но не от тебя! Ты через два года будешь совершеннолетним!
— Она меня отговаривала и пошла, когда я отказался.
— Да? Тогда Лани гораздо благоразумнее тебя. Твоё счастье, что она оказалась рядом. Ты по глупости подставил свою голову под удар и получил сотрясение мозга. Тебя, скорее всего, вернули бы, после того как я уплатил деньги, но до этого повезли бы прятать на тряской карете. Одни боги знают, чем это для тебя кончилось бы. И что мне теперь с тобой делать? Я узнавал у тех, кто был во дворце Аликсана, как там вела себя герцогиня. И знаешь, за ней не числилось никаких проделок. Непоседливая и нетерпеливая, но, в отличие от тебя, никому не мотала нервы. А здесь её словно подменили, и в этом я вижу твоё влияние. Она тебе подыгрывает, самой ей неинтересны проказы. Смотри, если и дальше будешь так себя вести, можешь стать неинтересен сам. Мне пришла в голову мысль — отправить тебя пожить при дворе Аликсана. В гостях ты будешь вести себя скромнее, а я попрошу герцога приставить наставника, который сделает из тебя человека. Здесь все учитывают, что однажды ты займёшь моё место, поэтому многое сходит тебе с рук, а там такого не будет. Запомни, сын, чтобы понравиться умной девушке, нужно быть не дурней её. Тебе повезло с Лани, не оттолкни её своими детскими выходками. Я не призываю тебя стать взрослым, просто чаще думай о том, что и для чего ты делаешь.
— Спасибо, отец! — тихо сказал принц, борясь с тошнотой. — Тебе не придётся за меня краснеть. Вызовите портного, а то Лани порвала единственный костюм.
— Лежи спокойно, вызову я ей портного. Тебе надо выздороветь за несколько дней, иначе всё путешествие проведёте под дождём. Вам в карете это не страшно, а охрана будет мокнуть. И добираться дольше из-за грязи.
— Ну как он? — спросила жена, которая ждала в коридоре возле комнаты сына. — Я войду?
— Подожди! Он сейчас заснёт, так что не нужно мешать, зайдёшь позже. Я решил отправить сына в Ордаг и попросить Серга дать ему хорошего наставника. Не спорь! Я знаю, что для тебя лучше, когда он рядом. Для тебя, но не для него! Здесь носятся с Камилом, как со стеклянной вазой, а мальчишке нужен строгий воспитатель, который не делал бы скидки на его происхождение. И в гостях он будет вести себя скромнее.
— Они и там поставят всех на уши! Вряд ли Серг скажет тебе спасибо!
— Лани ничего не устраивала у нас сама. Она и в этот раз пыталась уговорить Камила не лезть в эту конюшню. Он сам мне сказал. Так что за неё можешь не беспокоиться. Она хотела понравиться, вот и подыгрывала ему в меру сил. А её странности сегодня спасли нашего сына.
— Профессор, может, хватит на сегодня? — простонал Герт Вилем. — Я уже не рад, что вспомнил про это дерьмо!
— Сделаем выпарку с нижнего слоя и на сегодня закончим. Смочи лучше ещё раз свою ткань. Разве это вонь? Вот подсохнут кучи, и совсем перестанет вонять. Интересно, что подумает шевалье, когда повезёт очередную порцию дерьма и увидит забор?
— Мне безразлично, что он подумает, только насчёт того, что всё просохнет, вы не додумали. Как польёт дождь, так и будем черпать навозную жижу вёдрами.
— Вы будете, — уточнил профессор. — Я всё здесь проверю, организую добычу селитры и уеду вместе с рабочими. И не нужно так кривиться, Герт. Когда станете профессором, и за вас с дерьмом будут возиться другие. Кстати, герцог заплатит вдвое больше за эту работу не только солдатам, но и вам. И вы, в отличие от солдат, прекрасно знаете, насколько это важно. Передвиньте котелок, разве не видите, что чересчур сильно кипит? И давайте пока отойдём в сторону, незачем этим дышать без необходимости.
Они отошли от костра и некоторое время молча ждали. Герт периодически подходил к котелку посмотреть, сколько осталось воды. Когда он решил, что уже довольно, снял с огня почти пустой котелок, на дне которого переливалась загустевшая рапа, и отставил его остывать.
— Остынет, потом сравним, — сказал он профессору, — но я уже сейчас вижу, что селитры в нижних слоях намного больше.
Вечером смогли подвести итоги.
— В верхнем слое на локоть толщиной селитры почти нет, — сделал вывод Дальнер. — Её мало образовалось, и дождями смыло в нижние слои. Поэтому вы с этим слоем и не возитесь. Только не нужно убирать этот навоз со всех куч: он предохранит нижние слои от дождей. Ещё на локоть содержание селитры растёт вглубь, а потом опять немного падает и остаётся постоянным для всего слоя. По нашим пробам уже можно сказать, что селитры здесь много. Много предстоит работы по её добыче. Работа гадостная, но крайне важная для всех. Когда я вернусь, поговорю с герцогом, чтобы вам подняли оплату. Думаю, что он на это пойдёт. Когда наберётся большая партия, отправляйте под охраной в замок. Солдат мы вернём, но уже других. Так постепенно всех заменим. И тебя, Герт, я заменю Солом, но чуть погодя.
На следующий день пожаловал хозяин дерьма.
— Я хочу знать, по какому праву вы поставили здесь забор! — шумел он на солдат, когда к месту скандала подошёл профессор. — Из-за него я не могу выбросить навоз!
Рядом с забором стояли два воза, запряжённые парой лошадей каждый. Возчики, пользуясь случаем, отбежали подальше от своих благоухающих повозок и с интересом наблюдали, чем всё закончится.
— Вы кто, милейший? — строго спросил профессор. — Представьтесь!
— Шевалье Март Собрен! — буркнул шевалье. — А вы кто?
— Я профессор Университета Дальнер. Это вы сваливали здесь навоз?
— Ну я, и что дальше?
— В вашем навозе завелась лихорадка! — обвинил его профессор. — Нельзя складывать столько навоза в одном месте и хранить годами! К нам поступили заболевшие, и герцог Лантар повелел проварить весь навоз, чтобы убить болезнь. Но раз отыскался хозяин этого безобразия, то я поручаю это вам! И учтите, что всю работу нужно сделать за полгода, а качество будем проверять.
— Варить всё это? — вытаращил глаза Собрен. — Как это можно сделать?
— Не можете сделать сами, наймите людей!
— Моего навоза здесь почти нет, — пошёл на попятную Собрен. — Вывозили другие, я только немного добавил сверху.
— Вот верхний навоз и варите, не то я именем герцога обращусь в магистрат! С какой стати мы должны нюхать эту дрянь? Она воняет сильнее всего остального!
— Может, вы сделаете сами? — заискивающе спросил шевалье. — А я буду забивать бычков и снабжать вас мясом!
— Наверное, старые животные с жёстким мясом? — недоверчиво сказал Дальнер. — У меня такое не примет желудок!
— Что вы, господин профессор! Молодые бычки, и мясо нежное!
Договорённость была достигнута, и счастливый Собрен приказал своим работникам разворачивать возы.
— Вот так и действуйте, — сказал профессор студенту. — Наверное, герцог Лантар пришлёт кого-нибудь посмотреть, чем мы занимаемся на его земле, но препятствий чинить не станет.
— Здорово вы придумали о болезни! — одобрил Герт. — И говорили убедительно, я чуть было сам не поверил. Не ожидал от вас.
— Это не моя выдумка, а герцога, — признался Дальнер. — Он мне ещё сказал о том, что шевалье наверняка попытается откупиться мясом, но я тогда не поверил.
За время плавания ветер неоднократно менял направление, измучив команду судна, на котором плыл Гел с людьми сенатора Галия Лорана. В спутниках у него были уже немолодой номенклатор* Сордий Аргел и сорок семь воинов-ветеранов дома Лоранов с их старшим Селием Карлотом.
(* номенклатор — доверенный слуга хозяина)
Сильной качки не было, но из-за капризов погоды пришлось провести в проливе на день больше, и по прибытии в порт Гонжона все с облегчением покинули корабль.
— Хоть мы и спешим, но сегодня придётся задержаться, — сказал Гел Сордию. — На постоялом дворе в порту останавливаются лишь те, у кого мало денег. Грязь, шум и неважная готовка. В город пойдём пешком, так как мы не найдём на всех экипажей, а я не могу бросать вас одних, да ещё с золотом.
Помимо доспехов и оружия каждый воин нёс за спиной небольшую, но тяжёлую котомку с золотом, куда были сложены и личные вещи.
— Я думал, что у них грязнее, — заметил Сордий, когда все шли к центру города по мощёным камнем тротуарам. — Конечно, не город империи, но жить можно. И живут не бедно.
— Эти кварталы не считаются богатыми, — сказал ему Гел. — Зажиточные люди строились ближе к центру, а у знати свои особняки.
Идти пришлось недолго. Гел выбрал самый большой постоялый двор в надежде на то, что вместятся все, и не ошибся.
— Нужно сложить золото в одну комнату и там поочерёдно охранять, — посоветовал он после заселения. — Потом пообедаете и отдыхайте, а я схожу заказать лошадей и карету. Без знания языка вам лучше никуда не ходить. Чужих здесь любят не больше, чем у нас.
— Может, купить провиант на дорогу? — спросил Сордий.
— Купим, когда он потребуется, — успокоил его Гел. — Я уже ездил по этому тракту.
Их было больше, чем свободных мест в трапезном зале, поэтому кормить людей пришлось в два приёма, после чего Гел отправился в местную стражу, в которой было указание герцога содействовать ему во всём.
— Завтра, через четыре свечи после восхода солнца, пригоните к постоялому двору "Ветер удачи" карету и сорок пять осёдланных лошадей, — сказал он начальнику. — В этом кошеле три сотни золотом. Если этого окажется мало, вам потом доплатят.
Ночь прошла без происшествий, а утром опять посменно позавтракали, забрали котомки и вышли из заведения к уже приготовленным лошадям. Гел с Сордием и ещё двумя бойцами постарше сели в карету, остальные разобрали лошадей, и кавалькада направилась к южным воротам. До Ордага двигались шесть дней без происшествий. До конца лета оставалось ещё пять дней, но погода уже начала портиться: небо затянуло тучами и заметно похолодало. В столицу прибыли в полдень, и Сордий настоял на том, чтобы сразу ехали выкупать Севера. Гел не противился и привёл всех к зданию службы Лишнея. Граф был на месте и сразу же отправил людей за пленником, а сам занялся приёмом золота. Квестора привезли быстро, а с золотом пришлось повозиться. Когда закончили расчёты и Север присоединился к отряду, Гел сообщил Сордию, что не собирается возвращаться. Номенклатор был поражён.
— Почему? — вскричал он. — Ради всех богов, Гел, объясните, что хорошего может быть в этой варварской стране?
— Здесь встречаются замечательные женщины! — вместо Гела ответил Север. — Вам попалась одна из них? Я так и думал. Если хотите, оставайтесь, я и сам доведу всех до моря.
— Я дам вам в помощь своего человека, — сказал граф. — Я заинтересован в том, чтобы вы добрались домой и нас не обвинили в коварстве и лицемерии. Вы выполнили свою часть сделки, мы тоже выполним свою. Постарайтесь больше не попадаться, квестор, в следующий раз цену удвоим.
— Открывай! — приказал Мехал стражнику.
— Ваше величество! — испугался тот. — Нешто вы пойдёте к нему один, без охраны? А если...
— Открывай, говорю! За мной снова закроешь.
Стражник вздохнул, покачал головой и снял с пояса связку ключей.
Камера останется камерой, даже если на стенах будут висеть ковры, как они висели здесь. Король поморщился от запаха испражнений, поставил взятый у стражника фонарь на небольшой столик и сел на единственный здесь стул.
— Разбудил? — спросил он у сидевшего на кровати человека. — Не думал, что ты спишь.
— Здесь нет времени и нечего делать, — ответил тот, подслеповато щурясь от света фонаря. — Сон в моём положении не самое плохое занятие. А ты сегодня без охраны? Странно.
— Ты пришёл ко мне десять лет назад безродный и нищий, — сказал Мехал. — Мы многое дали друг другу. Я тебе — титул и богатство, ты мне — сильную армию, какой не было ни у кого в королевствах. Мы с тобой даже сдружились, а дружба для короля — это редкий подарок судьбы. Я догадывался, что с тобой не всё так просто, но боялся тебя потерять. Ты никогда не оказался бы здесь, если бы ваша империя не занесла нас в список своих завоеваний. Я не мог оставить всё как есть и отпустить тебя тоже не мог: ты слишком много о нас знаешь. Я предложил тебе порвать с империей, предложил титул графа и свою дружбу, но ты отказался.
— От дружбы я не отказывался, — покачал головой сидевший на кровати.
— А как ты представляешь такую дружбу? — горько спросил король. — Ладно, у меня есть ещё одно предложение, но сначала прочитай это письмо.
Пленник взял из рук короля лист бумаги, пересел ближе к фонарю и внимательно прочитал написанное.
— Я понял, что тебя беспокоит, — сказал он. — Писал умный человек, а его предположения о союзе королевств не лишены оснований. Конечно, они не будут сидеть и ждать, пока империя всё здесь завоюет и усилится настолько, что сможет взяться и за них. Большинство людей рвётся к власти, с государствами происходит то же самое. Союз королевств тоже расширяется, но пока только на север.
