Общий текст

— «Старость. Много сил трачу. Не обращай внимание. Скоро пройдёт.» — успокаивала она меня.

Старость-старостью, но наступающие ухудшения, по моему мнению, прогрессировали у неё слишком быстро, и подсознательно я накручивал себя.

— Ты меня слушаешь? — прервала мои думы Миана.

— А? Да, да, слушаю. Ты продолжай, говори. Я запоминаю.

— И о чём я тебя только что спросила?

— Эээээ. Повторишь?

Обиделась. Главное, две минуты продержаться, а там она быстро забудет. Отходчивая натура.

— Почему ты во мне совсем не хочешь видеть женщину?

— Хааа? — С удивлением посмотрев на неё, — а-а-а-а, наверное потому, что в тебе её толком и нет, — было не подумав, ответил я.

Обиделась. Сильно обиделась и две минуты уже не помогут. Надо выкручиваться.

— Миана, ты замечательная девушка, и я действительно считаю, что до женщины тебе ещё далеко. — На что она сильнее надула губки и демонстративно отвернулась, а я немного подумав, пододвинулся к ней поближе и стал нежно гладить её по голове.

— Глупая девчонка. Если честно, я не совсем понимаю твои обиды. Тебе радоваться надо. Какие твои годы! Зачем торопиться если всему своё время?

Дёрнув плечами и с обидой оттолкнув мою руку она попыталась встать, но я, успев схватить её за плечи и развернув к себе лицом, не дал ей этого сделать. Посмотрев в её глаза, продолжил: — Хорошо, давай по другому. Что ты от меня хочешь услышать? Что я тебя люблю? Так этого нет. Да и с чего бы это вдруг? Характер у тебя несносный. Возраст...— хотел сказать 'соплючий', но аналога не нашёл, — маленький.

— И ты думаешь после этого я буду радоваться? — Силой пытаясь снять мою руку с плеча практически сквозь зубы прошипела Миана.

— Хочешь сладкого?

— А ты можешь? — состроила гримасу она.

— Попробовать-то нужно.

Отпустив её я закрыл ладонью свои глаза.

— И? — не поняла она. — Что это значит?

— Когда-то я слышал, что некоторые мужчины так делали, тем самым спасая себя от созерцания опасной для них красоты.

Услышав смешок я посмотрел на Миану которая уже не скрываясь хихикала в кулачок.

— Не настолько моя красота и опасна, если ты всего один раз так сделал.

— Просто, всё время с закрытыми глазами ходить не удобно. Хее... Проще тебя изгнать, что кстати я и пытался сделать.

— Не умеешь ты быть сладким, — укорительно упрекнула Миана.

— А я и не говорил, что умею, — в свою очередь, вздохнул я. — Тем не менее утверждаю — ты милый ребёнок.

— Милый? У нас именно это слово используют к маленьким животным и цветам. А к людям применительно другое определение — «саним». Это похожие слова, тем не менее ты употребил его не правильно.

— Извини.

— Ты только учишься и я не обижена на это, но вот то что ты назвал меня ребёнком, неприятно.

— Годочков то тебе сколько, женщина?

— Шестнадцать.

— Вот видишь?! Ещё лет пять, и от мужского внимания отбоя у тебя не будет. Не торопись. У тебя ещё всё впереди.

Убедившись, что кризис миновал и устав сидеть на бревне, я перебравшись в тенёчек под деревом, прилёг, положив голову на руку. Наблюдая за девчонкой, продолжил:— Но сразу предупреждаю — мужчины тебя полюбят, но вот женщины...

— Ага? Не знаю те места где старух замуж берут, но у нас в четырнадцать лет выходят. А ты — ребёнок, маленькая. — Не сдавалась она.

— Ну это у вас. Дикие вы, — и уже по-русски добавил: — Наблюдательного совета и полицейской дубинки на вас не хватает.

— «Пойми,» — продолжил я, — «у меня самого дочурка чуть помладше тебя...»

После этих слов у неё всю обиду, как-будто ветром, сдуло. Не успел я моргнуть, как она оказалась сидящей на коленях передо мной, а её лицо слишком близко к моему.

— У тебя есть дочь?! — ошеломленно воскликнула она.

А у самой глаза-два блюдца, а из носа чуть ли не пар идёт. Не понаслышке зная об последствиях от гиперактивности перевозбужденной Мианы, я невольно постарался отодвинуться от неё подальше.

— Да. А что тут такого? Не здесь, но...

— У Посланников могут быть дети?! — Снова поближе пододвинулась она.

— Не знаю, кто такие посланники, но да, у меня есть сын и дочь.

— Тогда, и жена есть?!

— Слава богам, мы расстались. Так что, нет, но...

— Это хорошо, — как-то сразу успокоилась она.

— Наверное, хорошо. Даже наверняка, хорошо, — разволновался я. Пришлось даже встать. — Но ты меня послушай. Это возможно, проклятие для каждого отца у которого есть дочь — я как представлю, что кто-то протягивает свои потные руки к моей дочери, у меня сразу же всё нутро выворачивает и кулаки начинают чесаться. Понимаешь?

— Угу.

— Ну вот, ты и подумай. Разве могу я сделать тоже самое? Нет! Давай решим с тобой так — если всё будет хорошо, то мы с тобой вернёмся к этому разговору лет так через пять.

Пробурчав что-то несуразное в ответ, Миана задумалась, а спустя пять минут я слушал уже привычную болтовню. Но не прошло и несколько минут, как мой слух уловил, проскочившее вскользь, очень знакомое название.

— Что ты сказала?!

— Что?

— Ты сейчас о чём-то говорила. Повтори!

— А чего ты так удивляешься? В десять лет, говорю, порой браки у девочек случаются. Но у них там вообще, почти все законы странные. Да что и говорить, Дентали! Да и общество...

Я её уже не слушал, а в голове металась мысль — я именно там, куда меня отправляли!

Немного волнуясь и опасаясь случайности, всё-таки решил уточнить, мысленно обратившись к ней:— «Я должен был спросить тебя намного раньше, но ты, красавица, своим поведением любые попытки мыслить разумно отобьёшь у кого угодно. И покуда, я ещё в состоянии соображать, хотел полюбопытствовать — а это место, где мы сейчас находимся, случайно не Лентали зовётся?»

— Да. А ты разве не знал? — удивилась она.

«Ну что же, мои дела не так уж и плохи. Осталось подумать как мне легализоваться исходя из моего сложившегося положения,» — подумал я.

Двойная планета. Лентали, малая из них, и по словам Олега именно она являлась спутником Дентали. Дентали, где тысячелетия назад прошли основные, и более разрушительные битвы, уничтожившие экосистему, надолго оставалась непригодной для жизни. Выжженная до основания земля, исчезнувшая вода и губительная для всего живого атмосфера. Но шли столетия, вероятно, произошли изменения к лучшему, порталы функционировали, а со временем, люди появились и там. Насколько мне известно, для этого были две основные причины — изгои, а так же беглецы от рабства, которое до сих пор существовало на Лентали, и добыча полезных ископаемых. Насколько Дентали богата на металлы, настолько Лентали оказалась бедна. Так и повелось — с большой планеты шла поставка металлов, а обратно в основном еда и бытовые мелочи, которые невозможно было произвести на Дентали.

Количество дней в году у обеих планет, что удивительно при разных размерах и массе, одинаково — четыреста три. И разбиты они на сорок десятидневок — декад. Для обозначения определённого дня в разговоре используется несколько вариантов. При том что год, как и на Земле, разбит на четыре времени года, то могут обозначить сорок седьмой день весны, например. А могут — седьмой день пятнадцатой декады, что говорит об одном и том же. Оставшиеся три дня ознаменуют начало года, которое кстати начинается с осенней поры, и являются общим праздником. Правда, с названием праздника, да и поводом для гуляний, я так и не потрудился разобраться. Но, видимо справляют всё. Получалось, что они технично вывели остаток дней не входящих в удачную систему декад в отдельную группу.

Если синхронизация по дням, читай по вращению вокруг планетарной оси, была одинакова, то и продолжительность суток совпадала соответственно. День разбит на двадцать часов, по сто минут, и которые, что немаловажно, длиннее земных приблизительно на четверть. А почему немаловажно, сидело передо мной. У меня будто в мозгу щёлкнуло — путём простого арифметического подсчёта пришёл к интересному выводу, что при разнице во времени её биологический возраст по земному исчислению, возможно уже приблизился к девятнадцати годам. Уже по новому взглянув на Миану, оценивающе что ли, отдёрнул себя. Если вовремя нашего общения, я записал её чуть ли не в дочери, по существу являлось для меня, наверное, больше как оправдание, то более существенная проблема в моих с ней отношениях лежала в несколько иной плоскости — её менталитет, ну и мой до кучи тоже. Если взаимоотношения на основе взрослый-подросток вполне благосклонно воспринималось, по-крайней мере, с моей стороны, то рассматривать её как объект вожделения и долгоиграющего интереса не позволял закостенелый характер. С сожалением вздохнув, поинтересовался у Мианы насколько часто она контактирует с внешним миром.

— Бывает. А тебе это зачем?

— Знаю, что повторяюсь, но по моему мнению тебе почаще надо наведываться в человеческое общество. Понимаешь, люди через общение меняют свои приоритеты. Познают что-то новое.

— Всё что мне надо знать, я знаю, — довольно-таки грубо прервала она меня. — Я достаточно взрослая и имею свои приоритеты. Ты, например. Если, к сожалению, считаешь меня наивной девочкой, то уверяю, ты глубоко ошибаешься.

— Не знаю, — уже уставая переливать из пустого в порожнее, несколько раздражённо заявил я, — по какой причине ты прицепилась ко мне, да и не хочу знать. Разговор ни о чём.

— Ты цель. Необходимость, — без намёка на иронию, заявила она. И была при этом несвойственно серьёзна.

— Ладно, не будем больше об этом. Ты меня прости, но нам придётся попрощаться. Мне срочно надо поговорить с матерью этого..., — посмотрел на веселящегося Викета и добавил, — пытающегося укусить за хвост свою сестру, зверя.

— Пойдём вместе, — встала и стала собираться Миана. — Мне тоже с ней надо увидеться.

— Вместе, так вместе. Ты её, кстати как зовёшь?

— Ты про что?

— Ну... имя. Обращение к ней.

— Мама. Только не вздумай смеяться. Обижусь.

— Да я и не думал. Мама, так мама. Хотя, если смотреть под этим углом, возможно я тоже для неё являюсь принятым в семью ребёнком.

Уже на половине пути до логова у меня постепенно сформировалось несоответствие между моими данными и её рассказом. Дентали, довольно-таки крупная планета расположенная относительно близко, и как бы то ни было, я просто был обязан наблюдать хотя бы её частичный силуэт на небосводе невооружённым взглядом. А припомнить такого я не смог.

— Послушай, Миана. А не появляется у вас на небе большой такой диск?

— Карум? Ещё рано. Ближе к осени ты сможешь его наблюдать на горизонте, а весной он пропадает снова. Правда рассказывали, дальше на севере его можно видеть почти круглый год, да и уверяют, что на небосводе он появляется почти полностью.

«Ну по-крайней мере с этим разобрались. Пока всё довольно таки удачно складывается в правильную картинку,» — подумал я.

— Карум, это предвестник бед, — продолжила она. — Не любят его у нас, боятся.

— Почему это? — насторожился я.

— Вообще-то он окрашен в коричневый цвет, но порой становиться красным. Кроваво-красным! Особенно жутко это смотрится по ночам, — поёжилась она. — А если увидел, жди беды. Погода словно проклинает всё живое на много дней, и пока не проясниться приходиться прятаться в убежище всё время. Или земля будет трястись. Поэтому и бояться.

— А-а-а-а... Понятно.

Мы вышли на поляну где, перед пещерой ожидая нас, лежала Санти. Что и не удивительно. Ещё на озере, я мысленно осведомился её местонахождением и только удостоверившись, что она будет ждать, пошёл на встречу.

Конечно, нам можно было поговорить и на расстоянии, но уж больно мне хотелось посмотреть при этом ей в глаза. Уступив Миане право первой пообщаться с тархом, стараясь им не мешать я присел невдалеке и попытался продумать предстоящий разговор, который кстати имел все шансы оказаться очень непростым.

Миане же много времени не понадобилось. Малость нежности в кратком общении с Санти, ещё чуть-чуть обнимажек на прощание, и вот она уже помахала мне рукой и только увидев мою ответную улыбку, скрылась в чаще.

Убедившись что мы одни, я подошёл к Санти и укорительно посмотрев на неё, сказал:— И почему я не удивлён?

Она ничего не ответила, но взгляд её был... вроде описываемого по значению:— Ну что ещё?!

— Ты наверняка знала и про Лентали, и, возможно намного больше чем рассказала, про меня. Насколько я понял, ты имеешь какие-то свои планы и делиться ими никогда не собиралась. Хотя, именно сейчас мне почему-то это стало безразлично и настаивать на своём я больше не буду. Надоело, если честно.

Глубоко вздохнув и медленно выдохнув я продолжил.

— Пускай, я раньше рассказал о себе всё без утайки, тем не менее повторю снова — во время перехода на ЭТУ планету, что-то произошло. Что? Хотел бы сам узнать. Допускаю даже мысль, что ты в курсе произошедшего, но опять же не скажешь. Хотя... может и ошибаюсь. Видимо, несмотря ни на что я должен быть благодарен судьбе, оберёгшей меня быть размазанным на атомы по вселенной. Если честно, я ума не приложу на каких принципах работает портал, что послужило сбоем и кто в этом виновен, — при этих словах я внимательнее посмотрел на реакцию Санти, — но я здесь.

Санти, не совершая ни одного движения, продолжала молчаливо слушать.

— Важнее другое. Рюкзак с вещами, которые я держал перед переходом, вырвало из рук и затянуло в портал намного раньше меня. Так как я всё-таки на Лентали, предполагаю, что мои вещи, скорее всего, благополучно были заброшены в место где была установлена привязка для портала. И если это так, на что я очень хочу надеяться, мне жизненно необходимо добраться до той местности. Это северная часть этого континента. Почему я в этом уверен? Все просто — насколько мне известно, на втором большом континенте нет таких высоких гор. Вполне возможно, мои вещи забрали встречающие меня люди. Но даже в этом случае, это проблемой не является. Среди вещей для меня был подготовлен информационный кристалл, в котором встроен отзывающийся на меня маяк. Исходя из того, что со мной приключилось, мне уже не настолько важны деньги и вещи находившееся в том рюкзаке, чего нельзя сказать о кристалле.

Остановившись на мгновение, я перевёл дух. Ведь от того, что я планировал сказать следующим и последующая реакция Санти на это, будут зависеть все мои дальнейшие действия.

— А теперь о главном. Предупреждая возможные вопросы, я заявляю сразу: все данные мною обещания и принятые обязательства по отношение к твоим детям остаются в силе. Пусть даже я не знаю истинных причин вынужденных тебя взять их с меня, отказываться от них не собираюсь. И в первую очередь потому, что я вам искренне благодарен за моё спасение и на самом деле считаю вас, если не семьёй, то по-крайней мере самыми близкими существами на этой планете. Но тут возникает дилемма: для того чтобы найти кристалл мне придётся вас покинуть, в тоже время получается и покинуть я вас не могу. Думаю, просить вас отправиться вместе со мной в долгое странствие будет глупостью. Тем не менее, можно найти альтернативный вариант. Например, если только будем мы с Викетом. И не зависимо от того сколько времени займёт поиск кристалла, мы всё равно вернёмся обратно. Надеюсь за это время ничего страшного не успеет случиться. В любом случае, я буду ждать твоего ответа. Несмотря на то какое решение ты примешь, я ему подчинюсь. Но хотел бы тебе сказать: в кристалле записана очень важная информация, но что имеет принципиальное значение, знания которые сделают меня сильнее. Намного сильнее. А это, подозреваю, отвечает и твоим интересам.