Труффальдино Её Высочества

— Верно мыслишь, — уважительно кивнул Ярослав. — Мы точно столкнёмся с этой проблемой в каком-то виде. По крайней мере, то, что мы воспринимаем как названия, должно сразу фиксироваться как таковые. В целом же за этим нужно просто следить и при случае уточнять, что имелось в виду. Сделать лучше я не могу, так что придется терпеть, пока не выучу ваш язык. Думаю, много времени это не займёт, учитывая, что работа обручей сама по себе будет способствовать процессу. Хотя некоторые проблемы в любом случае неизбежны.

— Что ж, понятно, с этим можно работать, — вдумчиво кивнула Эвелин. — Хотя советую не распространяться о том, что именно делает эта штука. Проблема не только в том, что у меня память отшибло, магия со схожими эффектами в целом порицаема и карается смертью. Вокруг и так достаточно людей, которые сомневаются, стоит ли оставлять нас в живых, так что лучше обойтись без лишних провокаций. — Она тихо вздохнула, переводя дух, и, чуть помедлив, добавила: — У меня... есть некоторый опыт противостояния такой магии, поэтому я готова поверить, что это совсем не одно и то же, но даже так это беспокоит.

Он внимательно посмотрел ей в глаза и медленно кивнул.

Эвелин внезапно заметила какую-то странность в его радужке. Это было не очень заметно, но вокруг зрачка как будто вился тонкий узор, слишком правильный и угловатый, чтобы быть естественным.

— Буду иметь в виду. И постараюсь оправдать доверие, — произнёс он, а сквозь узы до Тревельян донеслось эхо сложного чувства, которое она интерпретировала как признательность. — Если с этим покончено, позволь и мне задать несколько вопросов. Для начала, можешь в общих чертах рассказать, где мы находимся? Как понимаешь, я не местный.

На миг Эвелин растерялась, но тут же чуть не хлопнула себя по лбу от досады. Конечно же, его не было на Конклаве, это было понятно ещё со слов Лелианы с Кассандрой, когда они злобствовали перед броском к Бреши. Она могла бы догадаться и раньше, учитывая те обмолвки в Тени, но было как-то не до того.

Событие, породившее взрыв, должно быть, вырвало его откуда-то очень издалека, возможно, даже из-за пределов континента. Но точно не из диких мест, слишком качественное снаряжение, слишком цивилизованно держится. Конечно, звучит как что-то из легенд про древних эльфов, но иного объяснения просто нет. Какие ещё варианты? Предположить, что он проник туда вместе с убийцами? Просто невозможно, учитывая, насколько он выделяется... Да буквально всем. Такой человек просто не мог затеряться среди делегатов. Не говоря уже о том, что этот ходячий менгир чисто физически бы возвышался над большей частью собравшихся.

— Мы в небольшой деревеньке под названием Убежище, что в Морозных Горах, — начала обстоятельно отвечать она. — Которые считаются территорией Узла Ста Оплотов. Так называется союз кланов авваров, проживающих в этих местах. Эти же горы выступают естественной границей между королевством Ферелден на востоке и империей Орлей на западе. — Она задумчиво сцепила пальцы в замок, после чего добавила: — И это всё на континенте Тедас. Перечислить другие народы? Есть ещё, просто не в непосредственной близости.

— Нет, думаю, для начала достаточно, — качнул головой он. — Хотя... если Тедас — это континент, то как называется мир?

— Так же Тедас, — пожала она плечами. — Пусть и существуют слухи о других землях, но известный мир для нас — это только сам континент, так что отдельного названия нет. Это-то тебе зачем?

— Сам я из другого, так что хотел знать, как называть место, куда попал. Глобально, так сказать. Ну, Тедас так Тедас, хорошее название, на самом-то деле. Легко с языка скатывается. Не хуже Тейвата, — последнее он пробормотал под нос, скорее для себя, чем отвечая.

Эвелин же тем временем едва удержала от того, чтобы снова неподобающе вытаращиться на собеседника. Она бы списала это как глупую шутку, но, похоже, этот тип был полностью серьёзен.

— Мир. Другой, — раздельно повторила она, глядя на этого то ли сумасшедшего, то ли... Она и сама не знала кого. С некоторой кособокой перспективы его слова даже имели смысл: странный язык, странная одежда и вещи, да ещё и...

Эвелин первая бы признала, что её чувствительность к тонкой магии оставляет желать лучшего, но даже так сегодня поутру она по какому-то наитию проверила, нет ли на лбу у соседа клейма солнца. Ощущение пустого места в Тени там, где должен быть живой человек, до одури напоминало ей скорбное существование усмирённого. Но клейма не было, и она помнила, как он говорил раньше, как действовал в битве. Это совсем не походило на безразличные ко всему полутрупы бывших магов, которые и для собственного выживания без приказа могли делать абсолютный минимум. Мясные куклы, едва держащиеся на ниточках заученных паттернов поведения. Среди них иногда встречались те, что могли действовать по чуть более сложным моделям, но они только подчёркивали ущербность большинства.

Итак, она отбросила странное чувство, убедив себя, что ей просто кажется. Но что, если это не так? Что, если её ощущения правдивы, просто вместо того, чтобы человек лишился связи с Тенью вместе со всеми чувствами и желаниями, у него её попросту никогда не было? Человек, подобный гному? Но даже гномы не ощущались пустотой, скорее уж подобием их любимых камней, омываемых водами Тени, подобно речным порогам.

— Судя по твоему тону, здесь подобное в новинку, — произнёс Ярослав, вырвав её из размышлений.

Тревельян запрокинула голову и медленно выдохнула, массируя веки пальцами. Она не знала, что и думать обо всём этом, но одно являлось непреложной истиной — церковникам об этом знать не нужно.

— Согласно Песни Света, нет мира иного, кроме этого, а за ним лишь царство Создателя, — процитировала она, снова посмотрев на него. — Даже если ты говоришь правду, в чём я всё ещё не убеждена, лучше не кричи об этом на каждом углу.

— Хм, вот оно как? Очень, очень высокомерное заявление. И недальновидное, если уж на то пошло. Интересно, какие исторические события привели к такому конкретному утверждению?.. Хотя лучше оставить это на другой раз, — пробормотал он, после чего спросил: — И что, по-твоему, я должен сказать? Вряд ли я смогу сойти за местного, даже если попытаюсь.

— Это верно, — согласилась Тревельян. Задумалась на несколько мгновений, затем просто пожала плечами: — Полагаю, придумывать сложные истории нет смысла. Скажи, что родина твоя за морем, проверить это всё равно никто не сможет. В этом тоже есть минусы, в конце концов, когда в прошлый раз к нам приплывали извне, всё кончилось большой войной, но Песнь Света, по крайней мере, не отрицает существование далёких земель.

— Что ж, понимаю, иногда верования народов принимают весьма неудобные формы, от которых сложно избавиться. — Ярослав в задумчивости побарабанил пальцами по столу. Отголоски чувств подсказали ей, что мысли увели его далеко от нынешнего разговора. — А море — это точно не проблема? Никаких особых вопросов, с какой бы стороны я ни появился? Никаких мест, откуда не возвращаются? Запретных регионов, сам воздух в которых развращает душу? Кладбищ древних чудовищ, что только и ждут шанса на возрождение, чтобы пожрать сущее?

— Экхм, — даже поперхнулась Эвелин от такого поворота, уставившись на мужчину широко открытыми глазами. — Н-нет, ни о чём подобном не слышала. Конечно, байки разные травят, и неудачные экспедиции случались пару раз, но ничего достоверного и уж точно такого определённого. Какого ляда у тебя такие конкретные вопросы?!

— Хах, прости-прости, — он смущённо почесал затылок, кривя губы в усмешке, — просто дальние рубежи Тейвата полны всевозможных опасностей. В конце концов, где-то там упорядоченный мир становится зыбким, и токи Бездны свободно текут среди вод. Там руины забытых эпох и последние пристанища низвергнутых богов. То есть, если не выражаться цветасто, скажи я дома, что прибыл из-за Тёмных Морей, — так мы называем большую воду далеко за пределами континента и обжитых островов — то скорее нарвался бы на проблемы, чем избежал их. По правде говоря, назваться пришельцем из иного мира у нас было бы разумнее, тем более что такие изредка, но встречались, а тут, поди ж ты, всё наоборот!

Тревельян недоумённо моргнула, переваривая это заявление. Снова моргнула, горько пожалев, что не захватила с собой бутылку-другую чего покрепче. У неё начало складываться впечатление, что чем дальше она заберётся в этот лес, тем более злобны станут метафорические долийцы. Только-только в голове улеглось откровение о ином мире, и уже такое на свет лезет. Какие ещё откровения ждут её в будущем? Что, если по аналогии с чужим миром, и её реальность может быть "зыбкой"? Неужто где-то далеко-далеко явь просто сливается с Тенью, превращая мир в кошмар. Хотя о чём это она, ведь именно это совсем недавно происходило у них буквально над головой! Теперь поздно удивляться тому, что где-то это может быть совершенно нормальным.

Страшно, страшно, очень страшно.

Эвелин закрыла глаза и судорожно втянула воздух, затем резко выдохнула, хлопнув себя по щекам, и решительно уставилась в глаза Ярославу.

Тот просто растерянно уставился в ответ, потом, видимо, до него начало доходить, и он смущённо отвёл взгляд, а сквозь узы она заметила небольшую искру вины.

Хорошо. Ему определённо должно быть стыдно за то, что скидывает всё это на её несчастную голову.

— Знаешь, это откровение совсем не облегчило мне жизнь, — сухо сообщила она, решив не полагаться в донесении своего недовольства на сомнительную финтифлюшку. Пусть знает, что неправ, без удобной возможности ошибиться в том, что он там слышит через магические узы.

— Да... Прости, полагаю, с непривычки это звучит довольно пугающе, — пробормотал он.

— Особенно когда особо "зыбкая" реальность до сих пор висит у нас над головами, — добавила она, не меняя тона.

— Хм, и то верно, — устало вздохнул Яр. — Полагаю, в данный момент эта информация о моей родине была совершенно лишней.

— Без сомнения.

— Что ж... мягкая подача никогда не была моей сильной стороной, — повинился он.

— Хорошо, что ты осознаёшь свои недостатки.

Мужчина скептически осмотрел её подчёркнуто невыразительное лицо и криво усмехнулся.

— Ладно, заканчивай, я же чувствую, что ты уже просто подтруниваешь надо мной.

Эвелин цыкнула сквозь зубы и отвернулась, вдруг очень заинтересовавшись кучей коробок... о которых им ещё только предстоит поговорить... Вот же пылающие трусы Андрасте! Нет, просто нет. Друффало надо есть по частям, уж это она усвоила.

— Я начинаю жалеть, что нацепила это себе на голову, — буркнула она, снова посмотрев на собеседника.

Он встретил её поднятыми бровями:

— Хотела помариновать меня подольше?

— Конечно, — решительно заявила она. — Очевидно, ты ещё недостаточно раскаялся.

Невыносимый мужлан имел наглость хмыкнуть и покачать головой.

— Ох, если я смогу надёжно повторить этот эффект, мне будут вечно благодарны все мужчины всех миров.

Тревельян просто фыркнула, с трудом удерживая постную мину.

— А женщины проклянут, так что не смей даже пытаться, — и погрозила ему пальцем.

— Хах, возможно, но я готов пойти на риск ради подвига, — напыщенно заявил Ярослав, гордо расправив плечи.

Держаться дальше было выше её сил, и Эвелин расхохоталась до слёз. Рядом грохнул Яр, тоже больше не сдерживая своё веселье.

— О, милостивая Андрасте, мне это было нужно, — выдавила она, отдуваясь и утирая слёзы рукавом. — Ладно, считай, что прощён.

— Рад слышать, — пофыркивая откликнулся Ярослав. — Побочный эффект оказался полезен для преодоления социальных проколов. Ну кто бы мог подумать! — сказав это, он протяжно зевнул и помотал головой. — Ну, повеселились и будет. Мне нужно ещё кое-что сказать, чтобы между нами не было недопониманий.

— Надеюсь, ты не собираешься нагнать на меня ещё больше жути? — насупилась девушка.

— М-м-м, не сказал бы? — он озадаченно нахмурился. — Честно, не уверен, насколько проблемно это будет для местных реалий. Но тема куда более актуальная, чем то, что я ляпнул ранее.

— Эх. Ну, если так, давай, начинай. Готовая я, — лениво махнула лапкой Эвелин. С тем же успехом они могли сорвать припарку.

— Хорошо... для ясности, когда я сказал, что из другого мира, ты решила, что меня оттуда перенесло это... событие с аномалией, верно? Дождавшись от неё подтверждения, он продолжил: — Что ж, это не так. Правда в том, что на тот момент был очень далеко от родины. Более того, скорее всего я уже находился здесь, в Тедасе, иначе просто не представляю, что это сработало бы. Особенно случайно.

— Как же так? — растерянно спросила Тревельян.

— Видишь ли, в чём дело, прежде чем мы встретились, я пребывал на борту особого небесного корабля. Мы шли к вашему миру целенаправленно... хотя, конечно, никто не знал подробностей, ни названия, ни того, что тут вообще обитают люди, но суть ты поняла.

— Да... поняла... — пробормотала она, лихорадочно соображая. — Почему ты не веришь, что тебя вырвало прямо оттуда?

— Потому что путешествие между мирами смертельно опасно тысячей разных способов. Чтобы даже надеяться на успех этого мероприятия, лучшие умы родины соорудили целый защитный комплекс, который должен был иметь возможность противостоять всему, что только можно было представить. Или, как минимум, обеспечить полное уничтожение всех находящихся на борту, чтобы избежать участи хуже смерти. Честно говоря, мне просто не верится, что случайная катастрофа, даже способная проломить небо, могла просто пройти все преграды только для того, чтобы умыкнуть оттуда меня. Особенно в таком удивительно живом виде. Нет, куда легче представить, что это произошло, когда часть этих мер была снята из-за того, что мы приблизились к цели путешествия или вовсе начали высадку.

— Или твоё появление здесь воистину провидение Создателя, — пробормотала Эвелин. — По крайней мере, многие в округе так уже говорят о нас обоих.

Ярослав смерил её недоверчивым взглядом, после чего фыркнул:

— Это, конечно, интересное развитие, после пребывания всеми ненавидимыми пленниками. Впрочем, не важно. Не знаю, на что способен ваш Создатель, но что ж. Вмешательство неких высших сил, конечно, никогда нельзя сбрасывать со счетов, но в таком случае я бы предположил, что для своих целей такая сущность выберет кого-то другого. Помимо скромного меня на борту находилось множество более достойных личностей.

Не найдясь с ответом, Эвелин просто пожала плечами. В этом они были похожи. Она тоже совершенно не верила в собственную избранность. И до сих пор старалась не задумываться, почему из всех на Конклаве только ей повезло выжить, заодно избегая настоящего осознания произошедшего. И, пожалуй, она продолжит это делать и дальше. Тем более что её новый друг даёт прекрасный повод отвлечься. Неведомые опасности! Летающие суда! Всё удивительное и достаточно далёкое, несмотря на присутствие настоящего живого чужака. Чужаков?

— Получается... Ты думаешь, что здесь больше таких, как ты? — ухватилась за возникшую тему Эвелин.