Элли Саманта и Подземные короли

 Когда Дровосеку стало лучше, Робиль разрешил ему вставать и совершать небольшие прогулки. Дровосек выходил из своей палаты на часок-другой и отправлялся проведать Страшилу, Элли или Льва.

 Могучему Льву, свободному сыну лесов, в Пещере тоже пришлось плохо: царь зверей заболел бронхитом. Бориль прописал ему порошки, и скоро вся аптека была опустошена: легко себе представить, какие дозы лекарства требуются Льву! А когда Лев съел все порошки, он принялся за бумажки в которые они были завёрнуты.

 Итак, с друзьями Элли не всё было благополучно, и это заставляло Лестара торопиться изо всех сил с подготовкой механического волшебства.

 

 Глава 15. Для чего могут пригодиться бриллианты

 

 Не только правителям Волшебной страны и царю зверей приходилось плохо в Пещере. Пришедшие с ними тоже переживали трудные дни. Вечный сумрак подземелья, осенние краски природы, влажная атмосфера и на обычных людей действовали угнетающе. Ими овладела тоска по родине, по голубому небу и сверкающему солнцу, по весёлому пенью птиц на ветках деревьев, по шелесту ветра в рощах.

 И даже дуболомы, эти сильные и выносливые деревянные создания, чувствовали, что их руки и ноги, разбухающие от сырости, уже не так хорошо повинуются им, как прежде.

 Лестар ускорял работу. В краткие часы отдыха главного мастера его заменяли помощники, и по-прежнему визжали буры и скрипели блоки, стучали молотки. Чудесная вода, как видно, ушла значительно глубже, чем предполагал главный мастер, но вот, наконец, почувствовалось её присутствие в недрах земли. Затупленные буры, которые нужно было заменять новыми, появлялись из глубины влажными. Лестар строго наказал людям не касаться этой воды, но однажды, когда они вернулись в Священную пещеру после обеденного перерыва, то увидели возле недавно вынутого бура десятка два мышей. Мыши лежали кверху лапками и спали волшебным сном! Они слизали с бура капельки Усыпительной воды.

 Мыши проспали всего несколько часов, а предосторожности при работе удвоились.

 И вот пришёл счастливый момент, когда чудесная вода мощной струёй хлынула в заранее приготовленный бассейн. Лестар и его помощники, Элли, Фред Каннинг собрались вокруг и с почтительным любопытством долго смотрели, как, бурля и сверкая синеватым светом и выпуская из себя шипящие пузырьки, льётся Усыпительная вода.

 Потом каждый занялся своим делом. Элли сидела возле домика и играла одним из бриллиантов. Эти переливающиеся всеми цветами радуги камешки, которые они с Фредом добыли в одном из гротов, ужасно нравились девочке. Она любовалась блеском алмаза, то приближала его к глазам, то отдаляла, подбрасывала на ладони... Увлечённая этим нехитрым занятием, Элли не замечала, что делается в пещере, как вдруг Тотошка, лежавший у неё на коленях, потянулся, широко зевнул и... уснул.

 Удивлённая Элли осмотрелась. То, что она увидела, поразило её. Фред Каннинг спал в самой неудобной позе среди камней. Лестар и его помощники, охваченные неодолимой сонливостью, опускались на пол пещеры кто где стоял.

 В мгновенье ока Элли поняла:

 'Опасность! Чудесная вода усыпляет своими испарениями!'

 Она подбежала к глупо ухмыляющимся дуболомам, молча глазевшим на происходившее и приказала:

 — Скорей, скорей! Берите людей и уносите отсюда!

 Всех спящих немедленно перенесли в комнату отдыха и уложили на постели. Элли в смертельной тревоге села возле Фреда и сидела до тех пор, пока её самоё не сморил сон, к счастью, обыкновенный.

 Спящие проспали целые сутки и очнулись невинными младенцами. Элли растерялась:

 — Что с ними делать?

 Потом девочка послала деревянного бригадира Арума в Пещеру за Дином Гиором, Флитой и Фарамантом, приказав ему вызвать их по секрету и никому ничего не говорить.

 А сама она занялась Фредом: накормила его с ложечки кашкой и стала учить разговаривать. Должно быть, пары волшебной воды не успели сильно подействовать на мозг Фреда, потому что через час он уже улыбнулся и сказал 'мама', а потом стащил с тумбочки бриллиант и засунул в рот.

 — Но-но, ещё подавишься! — прикрикнула Элли и отобрала опасную игрушку.

 Через несколько часов пришли встревоженные неожиданным вызовом Фарамант, Флита и Дин Гиор. Услышав рассказ девочки о случившемся, её друзья не могли понять, почему все заснули, а Элли нет. Фарамант начал придирчиво расспрашивать Элли, что она делала в то время, как остальные работали. И когда, наконец, выяснилось, что девочка играла с алмазом, Страж Ворот облегчённо вздохнул и сказал:

 — Ну, алмаз и оказался тем талисманом, который уберёг тебя.

 — А что такое талисман? — спросила Элли.

 — Это вещь, предохраняющая человека от беды, — разъяснил Фарамант.

 И все порадовались тому, что девочке именно в это время вздумалось заняться бриллиантом. Что, если бы она заснула вместе с прочими? Все они могли лежать в очарованном сне очень долго, пока бестолковые дуболомы догадались бы что-нибудь предпринять.

 Фарамант, Флита и Дин Гиор занялись воспитанием Лестара и прочих Мигунов, а Элли проводила время около Фреда и Тотошки.

 От семи королей происшествие удалось скрыть. Когда Лестар пришёл в себя, он послал дуболомов выпустить чудесную воду из бассейна через специальный кран. А потом отправился с докладом к Страшиле.

 В сухом воздухе литейной правитель Изумрудного города чувствовал себя превосходно, и в его голове копошились гениальные мысли. Об этих мыслях он никому даже не говорил, потому что один только он мог их понять. Во время доклада Лестара, Страшиле в его мудрую голову пришла такая идея, что он подпрыгнул от восторга и приказал мастеру немедленно призвать к нему Хранителя времени Ружеро.

 Приветствовав Ружеро, Страшила спросил его:

 — Скажите, друг, так ли уж сильно нужны вам семь королей и весь этот сброд, который около них собрался и который вам приходится кормить?

 Ружеро, подумав, ответил:

 — По правде говоря, особой нужды в них нет. Но народ привык... И потом, каждый король и вся его свита спали шесть месяцев из семи.

 — А в седьмой пировали за счёт простых людей!

 — Это правда, — смущённо согласился Ружеро.

 — Так почему бы вам не усыпить всю эту компанию целиком? — спросил Страшила.

 — Всех семь королей?! — воскликнул Ружеро. — Это великая мысль! Но... вот беда: ведь они догадаются, что здесь скрыт злой умысел, и не согласятся.

 — А если усыпить их так, чтобы они об этом не подозревали?

 — Это трудно, — сказал Ружеро. — Сейчас царствует Ментахо, он очень умён и проницателен.

 — Мы усыпим и его, и ум ему не поможет. Лестар, дружок, расскажи, что случилось с вами в пещере.

 Услышав рассказ о том, как люди уснули от испарений волшебной воды, Ружеро воскликнул:

 — Это совершенно меняет дело! Мы соберём туда всю эту ораву, и пусть их незаметно одолеет волшебный сон. Но вот ещё трудность: ведь мы, устроители этого дела, тоже заснём вместе с ними. А если мы не явимся, это будет выглядеть подозрительно.

 — Не беспокойтесь, — сказал Лестар. — У нас есть на этот случай талисманы. — И он поведал Хранителю времени о действии алмазов.

 Ружеро пришёл в восторг.

 — Итак, решено! Мы усыпим всех этих дармоедов, и страна вздохнёт свободно.

 — А потом? — спросил Страшила.

 — Что — потом?

 — Когда они проснутся?

 — Если они останутся близ источника, они не проснутся, — возразил Ружеро.

 — Но позвольте, мой друг, — веско молвил Страшила, — это же будет самое настоящее убийство!

 — Простите ваше превосходительство, я об этом не подумал. Придётся перенести их в Радужный дворец, и пусть спят в своих кладовых.

 — А потом? — снова настойчиво спросил Страшила.

 — Что — потом? — раздражённо спросил Ружеро.

 — Да ведь когда-нибудь они же проснутся!

 — А мы им снова дадим воды, — неуверенно сказал Хранитель времени.

 — Так уж лучше оставьте их умирать в Священной пещере! — насмешливо воскликнул Страшила. — Это будет скорее, и вам меньше хлопот.

 — Ваше превосходительство, объяснитесь, я вас не понимаю, — взмолился Ружеро. — Ваши мысли слишком глубоки для меня, ведь недаром жители Изумрудного города назвали вас Трижды Премудрым!

 — А, вы об этом слыхали? — благосклонно улыбнулся Страшила. — Хорошо, я вам объясню свою идею. После волшебного сна люди просыпаются подобные новорождённым младенцам, не так ли?

 — Да!

 — Их снова воспитывают в течение нескольких дней и напоминают всё, что они знали, но позабыли?

 — Да!

 — Так кто же вам мешает внушить тому же королю Ментахо, когда он проснётся, что до своего очарованного сна он был не королём, а кузнецом, или слесарем, или пахарем, и научить его основам нового ремесла?

 Если бы молния ударила у ног Ружеро, он не был бы так поражён. На лице Хранителя времени появилась сияющая улыбка.

 — Ваше превосходительство, вы — самый великий мудрец в мире! — воскликнул он.

 — Ну, это давно всем известно, — скромно ответил Страшила.

 

 Глава 16. Семь хитрых замыслов

 

 Радость Ружеро длилась недолго. Один из придворных передал Хранителю времени, что его желает видеть король Ментахо.

 Ружеро явился в назначенный час. Король провёл его в маленькую комнату, плотно притворил дверь.

 По этим предосторожностям Ружеро понял, что разговор будет секретный.

 Ментахо усадил посетителя в мягкое кресло, сам поместился напротив.

 — Как вы поживаете, дорогой друг мой? — любезно начал король. — Кажется, у вас сейчас много хлопот?

 — Очень много, — подтвердил Ружеро.

 — Вы должны беречь своё драгоценное здоровье и часть ваших забот возложить на других, — продолжал Ментахо необычайно ласковым тоном.

 Это заставило Хранителя времени насторожиться. Никогда ещё Ментахо так с ним не разговаривал.

 'Осторожно, Ружеро, — сказал сам себе старик. — Король хочет добиться от тебя чего-то очень важного'.

 — Да, кстати, — как бы вскользь бросил Ментахо, — я слыхал, что расколдование Священного источника подходит к концу?

 — Вы не ошибаетесь, ваше величество!

 — И вот в связи с этим мне пришла в голову одна забавная мысль, — нервно захихикал Ментахо. — Не знаю, одобрите ли вы её, мой дорогой друг?

 — Говорите, ваше величество!

 — Первая очередь спать моя, — продолжал король, — но, по правде говоря, за последние месяцы я убедился, что волшебный сон не такая уж хорошая вещь и что жизнь гораздо интереснее, особенно когда ты — король!

 — Тогда оставайтесь королём, — сдержанно молвил Ружеро.

 — Да, но король царствующий и король, ждущий своей очереди царствовать — это же совсем разное!

 — Я не понимаю вашей мысли, объяснитесь прямее.

 И Ментахо заговорил напрямик:

 — Я устрою пир для своих собратьев и их придворных. В вино, которое будет им подаваться, мы добавим Усыпительной воды (желательно побольше!), и пусть вся эта компания заснёт очарованным сном!..

 Заметив удивление собеседника, король сухо спросил:

 — Вам не нравится мой замысел? Быть может, вы думаете, что кто-нибудь другой из королей способен управлять государством лучше меня?

 Ружеро подумал:

 'Если я не соглашусь, Ментахо найдёт себе других помощников, и нам всем будет грозить опасность'.

 И он выразил полное согласие с планом короля. Тот расцвёл и начал обещать Ружеро всякие блага:

 — Вы станете первым в стране после меня, я построю вам дом не хуже Радужного дворца!..

 — Я не нуждаюсь в наградах, ваше величество, — сказал Ружеро. — Положитесь на меня, всё будет сделано.

 — Но никому ни слова, а особенно Элли и всем прочим верхним!

 — Полная тайна! — заверил Ружеро. — Но вы сами ничего не предпринимайте, этим можно испортить дело. Когда наступит время действовать, вы будете предупреждены.

 Он распрощался с королём Ментахо, а на следующий день его пригласил к себе король Барбедо.

 Толстый лысый Барбедо совсем не походил на статного Ментахо с красивым лицом и благосклонной улыбкой. Но когда он провёл Хранителя времени в свой кабинет и тщательно захлопнул дверь, что-то в повадках Барбедо было очень похоже на Ментахо. И это сразу бросилось в глаза проницательному Ружеро.

 'Ну, тут дело тоже нечисто...' — подумал он.

 Король начал разговор издалека, но Ружеро понял его сразу. И он ничуть не удивился, когда Барбедо после долгих подходов предложил ему усыпить всех его соперников, чтобы он, Барбедо, мог царствовать один столько времени, сколько отведёт ему судьба, а потом пусть на престол вступит его старший сын. А те, прочие? Ну, пусть себе спят с миром, ведь во сне у них не будет ни забот, ни тревог...

 — Согласитесь, дорогой друг, — сладко пел Барбедо, — что для нашей страны вечная смена королей — сущее несчастье. От этого так страдает наш добрый народ... (Толстяк даже пустил слезу).

 И конечно, тот, кому первому пришла в голову счастливая мысль покончить со всей этой неурядицей, тот и заслуживает право воспользоваться её плодами... ('Если бы ты был первый!' — насмешливо подумал Ружеро.) А вас, мой дорогой Хранитель, я осыплю алмазами и изумрудами, вы станете первым богачом в стране.

 Конечно, и ему Ружеро дал согласие привести в исполнение его коварный замысел и попросил ничего не предпринимать без его ведома.

 Возвращаясь к себе, Ружеро думал:

 'Интересно, что будет дальше? Всего два хитреца нашлись среди подземных владык? Кончится ли этим дело?'

 Увы, дело не кончилось, Хранителя времени вызывали к себе и вели с ним тайные разговоры короли Эльяна, Карото, Ламенте. Даже дряхлый Арбусто и тот додумался устранить своих соперников и царствовать единолично.

 — Мне недолго осталось жить, — шамкал девяностолетний Арбусто, — и я не могу тратить время на сон. Пусть хоть два-три года, но я должен один побыть властителем нашей страны...

 А шестнадцатилетний Бубала повторял слова своего наставника:

 — Я моложе всех, значит, буду править государством очень долго и за своё царствование совершу много славных дел.

 Даже вдовствующая королева Раффида, мать грудного младенца Тевальто, и та явилась к Ружеро хлопотать в пользу своего сына (это, между прочим, доказывает, что в изобретении разных хитростей женский ум не уступает мужскому).

 Всем хитрецам Ружеро обещал помощь, и все они остались очень довольны разговором с ним, все обещали ему всевозможные блага.

 Понятно, Страшила и Элли узнали об этих коварных замыслах. Дровосеку, у которого вновь поднялась температура, было не до того, чтобы разрушать чужие заговоры, и его решили не беспокоить, а больному Льву опротивела жизнь под землёй, хотя он из любви к Элли не уходил наверх.