Василиска 7

Пять человек вооружённые копьями. А так, как неудобно держать сразу и копьё, и факел. Только двое шли чуть впереди, освещая братьям по службе путь в один конец. Остальные приготовили копья и топоры и мелкими шажками шли следом.

— Сильвир?.. — обратился один из стражников к другому. — Я полгода назад у тебя серебреный занял и сказал, что пьяный был и ничего не помню. А если не помню, это не было. И не отдал. Прости меня, дурака, я соврал. Вот! — протянул он кулак с монетой.

— Если выберемся, я всем по чарке в кабаке поставлю, — стучащими от страха зубами проговорил молодой мужчина. — И вообще, я сейчас обоссу...

— Я тебе обоссу... — почти прорычали откуда-то снизу.

— Тс-тс-тс... — зашушукали на говорившего снизу.

— Так договор было только на нечисть, если она ссать на нас будет, не двигаться, а он не нечисть, пусть и нам проставляется, а потом ссыться, — обиженно пробурчал лежавший. — Я вообще, сра... хочу, у молчу.

Дружный хохот разнёсся по тёмному полю перед главными городскими воротами. Небо светлело. Ещё чуть-чуть и можно будет спокойно пройтись, осмотреть окрестности, похоронить погибших.

Ни план 'А', ни план 'Б', ни план 'В' не удалось выполнить. Часть пути они думали, она преодолеет на ящере (но его ранили). На каком-то отрезке думали, использует она воздушный вихрь (но твари и саму Лиску ранили, заразив своей тёмной субстанцией, и это что-то не давало ей правильно использовать свой дар, какой-то пшик). Если что, думала, вцепится в гриву своего призрачного оборотня, он её с ветерком прокатит. Ночь им нужно было продержаться. Но эта гадость тёмная и на их связь с фамильяром повлияла. Убрать она эту чужеродную гадость могла, но требовалось и место, и время. А ничего этого не было. Вообще! Аж рычать хотелось. И уже думала она воспользоваться кристаллом пространственного переноса. Хватит храбриться! Сколько раненый ящер пробежит? Вот! И сразу домой к папочке. Жаловаться на свою самонадеянность! Хватит храбриться!

Лиска оглянулась, твари слишком близко. Среди зарослей леса она не видела, но слышала их быстрое продвижение и чувствовала на каком-то ментальном уровне их ярость. Да и сирена нет-нет, подавала удивлённый голос: цок-цок-цок.

— Домой, домой, ур-ур-ца-ца, — пересохшим горлом шептала белянка своей нелёгкой ноше. Она мчалась на хрипевшем от усталости и хромающем от ран ящере, свернув на теневую дорогу, пытаясь выйти на ту, по которой с Рамирусом в его царство ехала. И промчаться собиралась насколько хватит духу, чтобы песчаная нечисть, потеряв её из вида, нашли тот след, что она оставляла в пути. И не сомневалась, что они найдут. Но...

Дан, бегущий то сзади, то впереди своей везде находящей на нижние полушария приключения хозяйки, пытался отслеживать её передвижение. Порычал, порычал, злясь, что 'картинки', что пытался ей отправить, какие-то смазанные получались. А ящер уже не бежал, а Лиску настигали, а до мест с метками ещё далеко...

Услышала Лиска рычание призрачного оборотня, но не сразу поняла, что он сделал. А он обошёл её сзади, и прыгнул в тушку ездового ящера. Некоторое время он сможет им управлять, игнорируя боль и усталость бежать, и куда эффективнее. Правда, недолго, а как покинет тело рептилии, тот сдохнет.

— Спасибо, Дан!.. — прохрипела Лиска, похлопав хрипящую животинку по морде, когда они, проскакав несколько часов подряд, остановились у родника. В глазах мурашки, руки и ноги трясутся, в голове, на воображаемой подушке из репейника, зверёк сидит, зовётся писец. Понимала она, что если сейчас сядет, то может не подняться.

Всё может быть! Спустила она с раненого плеча тяжёлый рюкзак. Вроде, зафиксировала его хорошо, но и спину отбила... Отцепила она ремни, давая возможность сирене развернуться из своего укрытия.

— Ца-ца-ца... — позвала она красноглазую малышка. И та тут же открыла одну пластинку. Сначала осмотрелась, что вокруг всё спокойно, никто не обидит. Поцокала, поцокала, развернулась. Лиска тем временем расстегнула обе куртки. Верхнюю сняла, осмотрела, где повреждения. На левом плече, чуть сзади кровь. Но она не чувствовала. Горела спина. Но боли не было. Расстегнула пояс, на котором имелась аптечка, и ещё маленькое зеркало. И что в нём можно рассмотреть? Попыталась сотворить магию отражения. Получилась полувоздушная копия. Но и это лучше. Обошла Лиска её, посмотрела. Да! Она смогла заметить то, что в зеркало не увидела. Тёмные разводы поползли от ран. Такие она видела у тех, что привезли к ней после нападения нечисти.

— Ца-ца-ца... — радовалась песчаная серена, рассматривая её. Отражением она не заинтересовалась. А вот заражённой раной... Поняла Лиска, что она просит. Есть её, как тушку, насыщенную тёмной энергией. Потянула малышка к ней острые клешни, пощёлкивая желваками.

— М-м-м-м... — попыталась Лиска взять себя в руки. Ещё чего не хватало? Но она так жалобно просила... — Смотри у меня, только ца-ца. — Погрозила она пальчиком, поворачиваясь к ней спиной, а сама зеркальце приготовила, чтобы контролировать. А с другой стороны, Лиске просто интересно стало. Сирена же только пахнущие тушки ест, напитанные тёмной энергией. А если тушка ещё дышит? Только цацу свою она высосет? Интересно... Сняла она всю верхнюю одежду. Ей всё равно от чужеродной тёмной энергии чиститься. — У-у-у... цацачка моя родная... — Не сдержалась она, когда желваки твари прошлись по её ране, обследуя повреждение. Прошлись на удивление аккуратно. А в пасти засияла магическая подсветка, в которую стал всасываться подарочек от её сородичей. Но для песчаной сирене, эта тёмная энергия самая-самая-самая...

Глава 29

Скоро рассвет! Посмотрела Лиска на оставшийся за спиной магически-тропический лес, шапкой возвышавшейся над горной местностью, оборвавшийся ровной границей. С километр она проехала от него, а в лёгких уже чувствовалась горечь степных трав, а на зубах скрипел песок. Хорошо так зачерпнул Дан от неё энергии, что они с бешеной скоростью промчали такую территорию, где с Рамирусом неделю шли. От пережитого немного подташнивало, в глазах рябило, а мышцы..., чувствовала Лиска, что ещё чуть-чуть и начнёт рыдать в буквальном смысле. Дальше, сколько видел глаз, перед ней находилась степь, переходящая в пустыню. Ещё раз удивилась резкости смены ландшафта. Сплюнула со своего скакуна. А против ветра трудно даже магическому призрачному оборотню в шкуре ездового ящера. Ухмыльнулась, поправляя маску на лице. Сегодня с попутным ветром ей не повезло. Но ветер — это полдела. Между прочим он дул со стороны степи, воздушным потоком заворачивался у границы зелёного массива с горами, и опять уносился в степь. Циклон! Лиска видела всполохи магии в пространстве. Значит, где-то скоро будет непростой ураган. Протянула она руку с куском трепыхающейся ветхой ткани, что ещё недавно составляла 'платьице' сирены, разжала кулак, и с грустью наблюдала, как та уноситься вдаль. Руки в стороны развела, наслаждаясь прикосновениями потока. Вспоминая, что когда-то мечтала вот так развести руки, взмахнуть и взлететь. А сейчас, стоит ей потянуться за своей воздушной силой, ей труда не составит такое провернуть. Сбылась мечта! Но рядом нет никого из родных, чтобы порадоваться за неё, с ней. Призраков и сирену она в расчёт не брала. Не об этой пустоте в душе она думала, когда погружалась в воспоминания.

Ящерка-шама даже мордочку свою не высовывала из-за пазухи. Шевелилась где-то в области живота, недовольно шипя на захватчицу рюкзака.

Глаза устремились в небо, неосознанно Лиска до сих пор искала взглядом летящий самолёт или спутник. И ещё, видимо, долго старые привычки будут довлеть над ней. В мире Лиран прошло больше года, как она впервые очнулась в Лесном поселении. А на Земле?.. По её подсчётом почти два должно было пройти.

Взмахнула Лиска руками, словно крыльями, напитав пространство вокруг себя воздушной энергией. Её магия какое-то время пролетит с воздушным потоком, придерживая на ветру 'добычу', по следу которой песчаная нечисть должна идти. Должна, но не обязана. А там...

А там столько всего в сумасбродной девичьей голове: мыслей, стремлений, расчёта, желаний, мечтаний... А она?..

— Когда последний русский встанет

На край могилы уходя

Земля Землёй быть перестанет

И Бог заплачет, как дитя

Но умирая, на излёте,

Он заорёт вдруг в пустоту:

'Да хрен вам, бесы! Не дождётесь!

Я всех чертей переживу!'

(Влад Селецкий)

Стихи и песни спасали Лиску от засыпания на ходу, и не только. Погрозила она своим маленьким кулачком в кожаной рукавице всему свету. 'И дом построю, и сад посажу, и на своих крыльях в небо поднимусь, и сыновей нарожаю... у-у-у...'. Чувствовала она, как подвывает ей Дан. А тёмный воин немного ухмыляясь, где-то в подпространстве, прислушивается к происходящему, считывая с её ауры информацию. Удивляясь он, почему юная драконесса не закрылась ментально ни от него, ни от своего призрачного питомца, ни от того Чёрного лиса? Хотя, что они с этой считанной информацией будут делать? Ничего!

С её эмоциями ему стало понятно. Вернее, с их отсутствием в некоторых ситуациях. Это не просто медицинская практика во время активных военных действий так повлияла. Это индивидуальная подготовка первого мужа Василиски к самостоятельной работе. Жестоко он действовал, но эта жёсткость и жестокость с юной девушкой спасла многие жизни. И ей тоже спасла.

Цацачка наелась и довольно урчала в рюкзаке. То, как песчаная нечисть высосала тёмную энергию с её раны, можно было только восхищаться. А ведь Лиска слышала, что люди часто попадали под воздействие то одной, то другой тёмной магической пакости, и неспособность или незнание местных лекарей излечивать заражение живой плоти от проникшей в неё тёмной смертельной энергии, приводило пострадавшего к смерти. Между прочем, если бы её дроу не помог с теми, которых песчаная нечисть ранила, не вычисти он раны от тёмной энергии тварей своей, потом, без последствий убрав и свою тёмную энергию, они бы тоже умерли, но не сразу. Лиска ведь тоже не сразу поняла, что кроме большой кровопотери, кроме ран, твари ещё и тёмной энергией их отравили.

С дроу по этой причине и не связываются. Они все носители тёмной энергии, смертельно-опасной не только для простого люда, а так же и для магов. А ещё не связываются, потому что там каждый мужчина с пелёнок — воин. Хотя... светлая, тёмная? Магическая энергия она одна. Но магически одаренные существа могут использовать ту, что ближе к их магической искре в каком-то там спектре.

Провела Лиска рукой перед собой, сквозь пальцы, пропуская поток воздуха, напитанной магией. Вот! Была, вроде, бесцветная субстанция, а пройдя через её пальцы, стала похожа на радугу. Красиво! А ведь то, что она думала, что является магом воздуха, оказалось неправдой. Просто, дед учил внуков управлять подвластной ему энергией чуть ни с рождения. Вот её они в первую очередь и освоили. Она легче.

Красивый рассвет окрасил разноцветными переливами горизонт. Василиска засмотрелась. Засмотрелась, как бежит по земле свет. В сердце защемило, рука сама нашла холку ездового ящера и погладила. Животинке осталось немного. Тварь неразумная, а всё равно жалко.

В руке хрустнул пространственный кристалл, и вот уже в следующую секунду она оказалась на подготовленной к приёму портальной арке Зелёного города. И несмотря на раннее утро, народу там оказалось у-у-у... одной охраны несколько отрядов.

— Ха, да здесь камень желаний просится, — заявила Лиска с порога, введя в ступор хвостатых. Да только в двух амунициях в ней опять никто не рассмотрел девушку. Стянула она маску на шею, вдохнула свежего, насыщенного влагой, воздуха. — Так, направо пойду — на драку нарвусь! — указала она на стоявших по правую сторону от себя, явно, военных нагов, если судить по их плотной, переливающейся броне. — Указала на ползающих по левую сторону от себя изучающих платформу хвостатых нагов, что-то записывающих в бумажные листы. — Налево пойду — мозг вынесут. — Посмотрела перед собой... — А вот прямо... и 'коня' потеряю, и свободу.

— А ну... — не привыкли наги Зелёного города к таким неожиданным визитам. И естественно, рванули к ней, приготовив магические копья с длинным древком, чтобы задержать, допросить. А Лиска что? У неё реакция самосохранения сработала. Ударила пятками ездового ящера по бокам, и ещё находившийся внутри него призрачный оборотень припустил по прямой. Хвостатая стража рванула следом. Охота началась. И только шелест листвы разнёсся по округе. Хвостатые артефакторы переглянулись. Проследили за скрывшимися, это не их дело, и дальше принялась изучать дорогое творение.

Ящер издох прямо под ней. Она почувствовала остановившееся сердце. Дан ушёл в подпространство, немного огорчившись, что не удалось ему с рук на руки передать белянку белому лорду. До самого города оставалось чуть-чуть, ворота уже виднелись. Создала она воздушную волну, что сработало подушкой безопасности. Приняв на себя пролетевшее по инерции тело.

— О, моя попочка, мои ножки... — простонала Лиска, встав и погладив пострадавшие части тела. Всё у неё пострадало. Знала, что завтра вообще встать не сможет. Завтра ей будет о-о-очень плохо. Массаж бы. Где дроу?.. Она своих и мальчиков, и мужчин месяц не видела. Соскучилась... Соскучилась она по магической школе, что стал её домом. По постоянным проблемам. А там ещё гости у неё...

Хвост по касательной пролетел, сбивая её с ног. Это один! Она успела отпрыгнуть, улетев кубарем в какой-то куст. Но не тут-то было. Настоящие клубки змеиных хвостов метнулись к ней, пытаясь сбить и схватить.

— Э-э-э, осторожно, 'зайчики', я же могу вас поранить, — сама зайчиком прыгала Лиска, между разноцветными конечностями. — У меня, между прочем ящер издох, так что лучше бы предложили себя...

— Ш-ш-ш... — обозлились хвостики, зашипели, усилили натиск на юркую добычу, метавшуюся, как кузнечик с хвоста на хвост. Но больше сами себе мешали.

— Эх, я предупреждала... — бросила она метра на три над собой шарик. Свето-шумовую хлопушку. Не гранаты же использовать? Елозивших вокруг неё змеелюдов и оглушило, и ослепило. Метнулась Лиска по направлению города. Но бежать она не могла, специальной воздушным скейтбордом воспользовалась. Сама сделала круглую штуку, на небольшой щит похожий. И носила она его, как пластину, что к спине крепилась. Птичка на ней с крыльями не просто так изображена. Моно колесо без колеса получилось. Энергия воздуха, энергия земли. Плюс-минус магнитных полюсов. Магия. Дорогой магический кристалл там основную начинку составлял. Моторчик и воздушная подушка. И получилось то, что получилось. И это у неё испытательная модель.

Влетев в открытые ворота города, Лиска особенно обратила внимание, что хвостатых воинов с утра особенно много, и все они разодеты в свою лучшую броню. Как будто праздник в городе. А она и не в курсе. И как всегда... попыталась отряхнуться, да куда там. Серьёзная чистка нужна.

— Папа, я в городе, ты где? — дотронулась белянка до переговорного браслета, зевая во весь рот.

— Храм видишь? — отозвался белый лорд.