[5] Война, 1903-1907 годов, Саудитов с родом Рашиди. Начавшаяся с мятежа клана Саудов, поддержанного ваххабитами, и при помощи Великобритании, в южной части Аравийского полуострова. При этом владения клана Рашиди охватывали центральную часть полуострова. И они были вассалами Турции. Хотя есть мнение, что весьма комплементарно относились к Германии. В результате войны, потерпев поражения во всех стычках, не смотря на участие на их стороне в боевых действиях восьми турецких батальонов, Рашиди вынуждены были оставить Саудам большую часть своих владений, оставив под своим контролем только территорию между современной Сирией и Ираком.
От сюда логично предположить, что сменившие, в этом регионе османов, немцы, станут союзниками Рашиди. А саудиты так и останутся ставленниками британцев. И в войне между ними каждая сторона будет поддерживать своих ставленников.
[6] Германские башенные броненосцы типа "Бранденбург" постройки 90-х годов XIX века. В 10-х годах ХХ века два из этих броненосцев были проданы в Турцию. Составив основу флота Турции, до прихода в Стамбул "Гебена".
[7] Немецкие казематные броненосцы, типа "Заксен", или "Саксен", постройки начала 80-х годов XIX века. Послужили основной проекта китайских броненосцев. "Ольденбург" одиночный броненосец, построенный как уменьшенный и дешёвый вариант броненосцев типа "Заксен".
[8] В 1818 году во время посещения Москвы. В знак благодарности к России, в ещё восстанавливаемой Москве, на колено опустились прусский король Фридрих Вильгельм III, и два его сына, будущие короли Пруссии Фридрих-Вильгельм IV и Вильгельм I (первый император второго рейха).
[9] Сейчас Бебжа, так же называлась Бебра — река на северо-востоке современной Польши, приток Нарева.
[10] Традиционный тост немецких моряков перед Первой Мировой Войной. Где они имели введу день, когда сойдутся в генеральном сражении с британским флотом.
[11] В реальной истории, эта поддержка Эфиопией действий Франции, не случилась только из-за того, что посланный, в помощь французам, отряд эфиопских воинов французов не нашёл.
[12] В реальной истории это случилось в 1904 году в город Голдфилде, Северная Вирджиния.
Глава 13
1
При возвращении в столицу, в конце августа, Николай буквально сразу же окунулся в работу. Первым же делом пригласив регентский совет для отчёта о проделанной работы и ситуации в стране. Хотя сестре Ксении и было изначально предложено прислать вместо себя мужа. Сам царь отлично понимал, что сестрица, за всё время деятельности совета, в его работе, участия не принимала, в отличие от Сандро. Ну а, озвучивший весьма "причесанный" отчёт, при молчаливом согласии на это остальных членов совета, граф Игнатьев, произнёс речь в стиле "всё хорошо, прекрасная маркиза, и хороши у нас дела". Но Николай и так отлично знал, что последствия экономического кризиса, так и не были преодолены. Пусть и в его попытках смягчить удар, развитием промышленного производства и транспорта, в России и окрестностях. Финансы империи пели романсы, и Россия просто не могла жить по средствам, и вынуждена была брать заимствования, формируя второй, особый бюджет. Хотя едиными налогами удалось обложить не только крестьянские общины, но и помещичьи угодья[1]. А с владений царской семьи стали брать налоги. Ну и планировалось отделить церковь от государства и по принципу "богу, божие, а кесарю, кесарево", обложить налогами и коммерческую деятельность церкви. Но кредиты брать было нужно. Ну и, не смотря на отмену выкупных платежей, и прощение накопившихся недоимок, в деревне напряжение возрастало. А через два года планировался передел земли, по количеству рабочих рук в крестьянских общинах[2]. Но это дело было пусть и ближайшего будущего. А в настоящий момент царь, в общем, оценивал ситуация в стране, на уровне, что муж маркизы "узнал, что разорил себя и вас", но вот застрелиться, "в тот же час", ещё не успел. Так что, выслушав графа и премьера, царь выдал вердикт, что он доволен деятельностью регентского совета, и они могут быть свободны. Но сидевшая рядом с царём Мария Фёдоровна бросила, что вот она не довольна. Причём именно деятельность сына. А именно что он позволяет дочерям свободно общаться со всяческой чернью. И дал разрешение сестре на брак, не пойми с кем. Ну и уж конечно не стоит давать черни не заслуженных ею прав.
Царь посмотрел на вдовствующую императрицу, сидевшую с недовольным видом, на графа Игнатьева смотревшего на неё с одобрением, замершего, в ожидании, Михаила Николаевича, внимательно наблюдавшего за реакцией царя, ну и с ехидной улыбкой тоже выжидательно взирающего на всё это Александра Михайловича, а потом царь произнёс речь. Сутью, которой было то, что пора заканчивать с пережитками ушедшей эпохи. Что мир изменился в одна тысяча восьмисот сорок восьмом году. И что больше нет, чистой публики и черни. И если мамА не хочет насильственной смерти, присутствующих здесь, а также её внуков, то ей придётся смериться с тем, что её внучки пойдут в гимназию. Причём старшая дочь Николая и его племянница, от брата Георгия, пойдут в гимназию уже в этом сентябре. И буквально через несколько дней. И будут общаться с людьми пусть и не своего круга. И вообще противостоять изменения не нужно, а лучше их возглавить. И графа Игнатьева это тоже касается. И ему не стоит организовывать заговоры в пользу спасения монархии[3]. При этом Николай заметил, как граф вздрогнул, при его словах, хотя и со спокойным выражением лица и ответил, что Николай заблуждается. Ну а Мария Фёдоровна при этих словах сына помрачнела ещё больше. Что зародило подозрение у Николая, что за этой деятельностью графа стояла именно вдовствующая императрица.
Но раздувать это вопрос царь не стал, сказав, что он просто предупреждает графа, так как видит в нём своего верного помощника и не хочет, чтобы он стал мишенью для террористов. И рассчитывает на него как на человека, что поможет ему, и всем присутствующим тут членам императорской фамилии, провести необходимые изменения с империи. Сделав её из самой слабой, из великих держав[4], иначе бы японцы не рискнули угрожать ей войной, сильной и процветающей. Ну а пока он просит мамА, по-родственному, заняться вопросами всё-таки приобретения русской императорской фамилией датских островов в Карибском море. Ну и сделать так, чтобы датский королевский дом поддержал его титул, наследника Норвежского[5]. И не претендовал на это владение. И не направлял туда править младшую ветвь своего дома. Ну а графа Игнатьева попросил, в случае начала событий в Норвегии, по разрыву унии со Швецией, надавить на шведов. Что бы те не сильно сопротивлялись этому процессу размежевания с Норвегией. Ну а флот должен будет подкрепить эти требования своими силами, при этом Николай посмотрел на Сандро и тот кивнул, давая понять, что он всё понял. Но вот граф Игнатьев высказал сомнение, что у России есть повод оказать обоснованное давление на Швецию.
На что царь пожал плечами и ответил, что лично он видит целых два повода надавить, в нужный момент, на Швецию. Момент первый связан с пищалью "Волк", отлитой второй. Их вообще-то было отлито три, но третью отлили неудачно и у неё раздуло ствол. После чего орудие перелили. Ну а первая пищаль была утеряна в бою, став трофеем шведов. И тогда по приказу царя Ивана Грозного была отлита точно такое же орудие. Которое находилось в Новгороде, когда под видом союзников его заняли шведы. Потом была война со шведами, и по договору они должны были уйти из Новгорода, оставив имеющиеся там пушки. И этого второго "Волка", литья мастера Андрея Чохова, на месте не оказалось. Зато оба этих орудия демонстрируются в Швеции в одном из замков[6]. Вот и царь предлагает, в нужный момент, предложить шведам всё, таки выполнили договор. И вернуть в Новгород именно то орудие, что они из Новгорода украли. Ну и заплатить за его эксплуатацию, за все триста лет. Эдак, пару годовых бюджетов Швеции. Второе что необходимо потребовать, это выполнить договор об уходе русских войск из-под Нарвы, в одна тысяча семисотом году. Где русские войска должны были уйти со знамёнами, но шведы силой вырвали знамёна у разоружённых русских войск. Вот и потребовать вернуть те знамёна. Ну и в качестве компенсации все заплатить ещё пару бюджетов шведского королевства.
Мария Фёдоровна поджав губы, заявила, что это глупо. Николай, пожав плечами, ответил, что если сработает, то будет не так уж и глупо. Поэтому он и предлагает, чтобы глава Госсовета великий князь Михаил Николаевич, отдал распоряжение и найти в архивах подобные документы. В том числе и решив вопросы со шведскими архивами. Например, по запросу, его старшего сына, Николая Михайловича, увлекающегося историей. А где-то через год начать в русской прессе поднимать этот вопрос, что шведы поступили подло, причём два раза. И нужно решить вопрос, по справедливости. Ну а под шумок купить у Дании острова, и прибрать в качестве протектората Норвегию. Посадив там, на троне, наследника русского престола. В титуле, которого, и будет значиться фраза, про наследника Норвежского. Что заставило уже встрепенуться Марию Фёдоровну, давно желавшую, поменять, на русском престоле, Николая на Михаила.
2
Но пока подготовка скандала с Швеций находилось, скажем, так, на начальном этапе. В России стали проверять все архивы, по поводу событий, связанных как со вторым "Волком", так и со знамёнами, пропавшими во время "Нарвского поражения". Ну, ещё от имени великого князя Николая Михайловича, увлекавшегося историей, в шведские архивы отправили запросы, на то, что князю прислали копии материалов по этим вопросам. Ну, увлёкся человек этими событиями. Но выброс материалов на эту тему Николай планировал осуществить позднее. Когда начнётся норвежско-шведское противостояние, а пока только собирали материалы. Предложил царь и своему двоюродному дяде поискать с помощью металоискателей и могилу хана Курбата. Которая, по имевшейся у царя Николая информации, находилась под слоем песка на берегу реки возле селения Перещепино, что под Полтавой. Ну а поиск Аркаима и других городов, с попыткой выдать их за древнюю культуру, родоначальницу всех европейских культур царь предлагал отложить на следующий год. К прибытию в Россию первого дирижабля графа Цеппелина, жёсткой конструкции, ну и третьего, заказанного во Франции, дирижабля мягкой конструкции. Первые два из этих французских кораблей находились в России. Один уже был во Владивостоке, а другой планировали отправить в Порт-Артур. Но так как обнаружить большое количество городов на Южном Урале было легко с воздуха, то там и планировали испытания первого российского цеппелина. Но это были вопросы на перспективу.
Николай побывал в опытной автомобильной роте, где помимо уже нескольких танков, конструкции младшего из сыновей Менделеева, уже было более десятка бронеавтомобилей. Был даже недавно созданный австро-венгерский бронеавтомобиль. В общем, в роте были собраны все имевшиеся в мире, на тот момент, автомобили военного назначения. В том числе и медицинский бронетрактор и вооружённой пушкой автомобиль. Преедназначенный, по задумке автора, для охоты за аэростатами. Для чего должен был гоняться вдоль линии фронта и обстреливать обнаруженные воздушные шары, из мегкокалиберной автоматической пушки. При этом, в России, этот автомобиль превратили в машину огневой поддержки. Ну а идею доставлять врача, на бронетракторе, к раненому на поле боя, царь забраковал сразу. Сказав, что нужно делать наоборот, как можно быстрее доставлять раненого к врачу. А сам колёсный трактор стали использовать как бронированный эвакуатор. Хотя, ещё не все башенные бронеавтомобили фирмы "Шарон", нового типа, доставили в Россию. А по их доставке и испытанию ротмистру Накашидзе предписывалось взять все боевые бронеавтомобили и все автомобили, которые, по их техническому состоянию, посчитают пригодными, для боевых испытаний, и убыть в Харбин. Оставив все танки и автомобили пригодные, по своей технической надёжности, только для обучения в расположении роты.
Ещё одним подразделением, которым царь решил усилить отряд генерала Мищенко, для действий в Корее была вторая Пластунская бригада. Нет, была ещё первая такая бригада. И её тоже было приказано оснастить складывающимися армейскими велосипедами. Но именно во вторую Пластунскую бригаду такие велосипеды, закупленные лично царём во Франции, в количество десяти тысяч штук стали поступать в первую очередь. И именно в ней личный состав должен был первыми освоить езду на велосипедах. И поздней осенью убыть в Порт-Артур. При этом именно в этой бригаде стали формироваться пулемётные роты. И туда стали собираться все ещё не многочисленные пулемёты в российской армии. Нет, пулемёты имелись ещё в крепостях и на флоте. И там тоже было приказано сформировать пулемётные роты и отправить их в города, расположенные вдоль железной дороги от Харбина и до Порт-Артура. Царь желал все имеющиеся пулемёты, которые пока приходилось только закупать. Увы, но все попытки ускорить процесс освоения выпуска пулемётов в России, в том числе и "максимов" калибром тридцать семь миллиметров, успехом не увенчались. Все пулемёты продолжали быть импортного производства.
Несколько проще ситуация оказалась с артиллерий. Удалось не только перевооружить всю армейскую артиллерию на новые скорострельные трёхдюймовые орудия. Но и оснастить всю артиллерию батальонного звена полевыми мортирами и лёгкими пушками. Причём как снятыми со своих кораблей мелкокалиберными одноствольными орудиями Гочкиса. Что совместно с полевыми мортирами стали орудиями батальонного звена. Но и удалось перевооружить армейскую артиллерию скорострельными трёхдюймовыми полковыми, конными и горными орудиями. Правда, выпуск крепостных, противоштурмовых орудий, подобной системы несколько задерживался. Да и горные батареи жаловались, что блоки от разбираемого на лошадиные вьюки, горной пушки слишком тяжелы для лошадей. Пришлось дать распоряжение на создание нового горного орудия, разбираемого на более приемлемые для перевозки лошадьми узлы. Но при этом армия получала и первые гаубичные дивизионы. Причём не только производства Круппа, но и отечественных моделей. И эти дивизионы, с поздней осени, тоже должны были отправиться на Дальний Восток.
Получил царь и отчёты о состоянии артиллерии полученной в качестве "военной добычи" в Порт-Артуре. И направление признанных пригодными к использованию и не отправленные в русские музеи, на усилении крепости Порт-Артур, включая форт в городе Инкоу и полевую позицию на реке Ялу. Причём совместно, со снятыми с кораблей орудиями, в том числе и с устаревшими русскими, замененными на новые. Всего удалось получить два двенадцатидюймовых орудия. С длинной ствола, в двадцать пять калибров. Одну одиннадцатидюймовую пушку, захваченную в китайском морском арсенале[8]. Одну десятидюймовую пушку, в двадцать шесть калибров, из числа поднятых в устье Ялу погибших китайских кораблей. К сожалению, три других подобных орудия оказались не пригодны к использованию. Так же получилось ввести в строй, одно орудие в двадцать четыре сантиметра, выпуска завода Круппа. С длинной ствола, в тридцать пять калибров. А вот с русских канонерских лодок и "Рюрика" удалось получить по два девятидюймовых орудия в тридцать и тридцать пять калибров и восемь восьмидюймовых пушек в тридцать пять калибров. Плюс всего получилось ввести в строй десять орудий в двадцать один сантиметр, производства фирмы Круппа. Причём как с затонувших китайских кораблей, так и с фортов Таку. Так же с этих фортов и с захваченных китайских крейсеров удалось получить, причём в сумме, всего шесть британских восьмидюймовок. Плюс среди пригодных к использованию орудий оказались по одному орудию фирмы Армстронг в сто пятьдесят пять и сто пятьдесят два миллиметра каждое. И всего сорок одно пятнадцатисантиметровых Крупповских орудий. Причём, как со времён, когда переделывали в казнозарядные орудия, выпущенные ранее дульнозарядные и до современных таких орудий с длинной ствола, в сорок калибров. И последних оказалось восемь. Дополняли список шестидюймовых орудий русские пушки. Четыре со стволом в тридцать пять калибров и столько же, со снарядами, облитыми свинцом и со стволом в двадцать восемь калибров. Канонерская лодка "Фарли" дала французскую четырнадцатисантиметровую пушку. Плюс удалось получить сорок три орудия, в двенадцать сантиметров. Из числа, которых, два десятка были отличные британские орудия. Со стволом длинной в сорок пять калибров. И три германских орудия, с длинной ствола, в сорок калибров. Остальные орудия, в основном германские, были похуже. Плюс с канонерских лодок и клиперов удалось передать в крепость восемь стосемимиллиметровых пушки в тридцать пять калибров и два десятка в двадцать калибров, со снарядами со свинцом на корпусе. Бывшие китайские крейсера дали полторы дюжины отличных десяти с половиной сантиметровых орудия, с длинной ствола, в сорок калибров и два орудия в девять с половиной сантиметров. И это, если можно было так сказать, были крупнокалиберные для сухопутного фронта орудия.
