Часть 2. Первый день весны

— Здравствуй, подруга.

— Здравствуй, товарищ, — ответила Кира, сплетая с ним руки в особом классовом рукопожатии, как принято у воинов между своими.

— Элмар — воззвала Ольга, с любопытством за всем этим наблюдая. — Я забыла, как я должна приседать перед принцами?

Принц-бастард Элмар нахмурился и строго сказал:

— Не знаю, как насчет остальных принцев, но при виде меня ты должна немедленно завизжать с должным восторгом, повиснуть у меня на шее и дрыгать ногами, пока я тебя не поставлю на землю.

Кира понаблюдала, как она с должным восторгом дрыгает ногами, и поняла, что совершенно зря сомневалась в ее словах и принимала их за пустую похвальбу. Принц-бастард Элмар, видимо, такой человек, с которым можно запросто дружить любому — будь ты провинциальная баронесса или несостоявшийся бард. Человек простой и душевный, не признающий сословных ограничений. Ведь говорят же, что он всерьез намерен жениться на нимфе-танцовщице...

— Заходите, — радушно пригласил он, распахивая дверь в дом. — Посидим, выпьем, познакомимся поближе...

— Элмар, — попросила Ольга. — А не мог бы ты сначала нам помочь в одном деле, пока хоть Кира еще трезвая, а потом уж выпьем? Ей очень, ну просто позарез надо к королю. У нее к нему большая просьба жизненной важности. А ее некому проводить и представить. Эльвира в соплях и в трансе, Жак пьяный, как сантехник, а больше мне не к кому обратиться. Не Камиллу же под окнами высвистывать. Поможешь?

— Вот и заходите, — вздохнул принц-бастард. — Шеллар как раз сидит у меня в гостиной, как нечто среднее между Жаком и Эльвирой, и мы с Азиль его развлекаем.

— Ой, как он вовремя! — обрадовалась Ольга и дернула Киру за рукав. — Ну, пойдем же. Элмар, а что с ним такое? Он хоть еще не дошел до розовых слонов?

— Ну что ты, — укоризненно сказал Элмар. — Он практически трезвый. А что с ним такое... Из-за этого отбора, я полагаю. Из-за тебя, из-за Жака, из-за Красса и прочих верных ему людей, которые пострадали за свою верность и которым он ничем не может помочь. И еще у них с Флавиусом там какие-то накладки вышли по его ведомству... Давненько я не видел его величество в такой депрессии. Если честно, вообще никогда не видел. Давайте плащи, я сам повешу. Я вчера дворецкого уволил, нового пока не нашел...

— А за что?

— За дело, — проворчал его высочество, что означало отказ от объяснений. — Заходите. Может, Шеллар хоть тебе обрадуется.

— Как же, — погрустнела Ольга. — Только сильнее расстроится, наверно...

Король Шеллар III действительно сидел за столом в гостиной, уложив подбородок на кулаки и безучастно уставившись в пространство. Он был точно такой, каким Кира знала его по многочисленным описаниям — по-лондрийски некрасивый, коротко стриженый, с неизменной трубкой в зубах. Рядом сидела невероятно красивая девушка со странными глазами — видимо, та самая знаменитая нимфа Элмара.

— Шеллар! — возгласил принц-бастард, протискиваясь в дверь вслед за девушками. — Смотри, кто к нам пришел!

Король повернул голову, увидел Ольгу и безучастность в его взгляде тут же исчезла, сменившись болью.

— Здравствуйте, ваше величество! — сочувственно сказала Ольга, бессовестно пренебрегнув приседаниями и прочими тонкостями этикета. К счастью, ее нахальства не хватало на то, чтобы обращаться на "ты" к королю, а то этим бы она доконала Киру окончательно. — Вот, познакомьтесь, это Кира Арманди.

Король перевел взгляд на Киру, отложил трубку и медленно встал, не сводя с нее глаз, словно зацепился за что-то. Она поклонилась подобающим образом и почтительно остановилась в нескольких шагах от стола, а король все стоял, выпрямившись во весь свой немалый рост, и продолжал смотреть на нее со странным болезненным интересом. Потом вдруг спохватился, смутился, коротко поклонился в ответ, пробормотал, как он рад, и снова сел.

— А это Азиль, — сказала Ольга, дружески обнимаясь с нимфой. Азиль улыбнулась Кире, посмотрела на нее, странно задержав взгляд, и предложила сесть.

— Ты неплохо выглядишь, — сказал король, обращаясь к Ольге с почти отеческой теплотой в голосе. — Твой страх прошел или ты просто много выпила?

— Нет, — ответила та, нахально усаживаясь между его величеством и нимфой. — Просто у меня появилась одна дельная мысль.

— Дельная мысль? — приподнял брови король. — Поделишься? У меня уже третьи сутки ни одной дельной мысли нет, и я начинаю сомневаться в своих умственных способностях.

— Только не сейчас, — Ольга умоляюще посмотрела на короля. — Потерпите до завтра, ваше величество. До церемонии.

— Ольга, — встревожился король, — я надеюсь, ты не собралась надо мной жестоко подшутить и твоей "дельной мыслью" не является попросить у меня ночь любви?

— Увидите, — загадочно улыбнулась Ольга. — Вам понравится. Только не расспрашивайте меня до завтра. Лучше выслушайте, пожалуйста, Киру. У нее к вам дело. Помогите ей, если сможете.

Его величество обратил внимательный взгляд на Киру и серьезно сказал:

— Я вас слушаю, баронесса.

Кира слегка удивилась — она точно помнила, что ее титул не назывался, когда Ольга представляла ее королю.

— Что вас удивило? — тут же спросил он. Поразившись его способности мгновенно читать чувства людей по их лицам, Кира честно сказала:

— Я удивилась, откуда вы знаете мой титул.

— Не удивляйтесь, — грустно вздохнул король. — Список жертв я знаю на память, вместе с титулами, ближайшими родственниками и краткими биографиями. Излагайте ваше дело, я помогу вам... если действительно смогу.

Кира вкратце изложила свою проблему, надеясь, что его величество не сочтет за наглость ее попытку урвать сразу две просьбы вместо одной и все-таки сможет чем-то помочь. Он внимательно выслушал ее объяснение и коротко кивнул.

— Я пошлю в ваш замок корпус паладинов. Элмар, слышал? Собери ребят, завтра в поход.

— Верхом? — уныло уточнил принц-бастард.

— Я распоряжусь насчет магов. Этот замок и снесут, пока вы доедете, знаю я вас, в каждом кабаке будете привалы устраивать.

— Он шутит, — поспешно сказал Элмар, обращаясь к Кире. — Мы так не поступаем в походе. Шеллар, шлепни приказ прямо сейчас, а я пошлю Иласа в казармы, чтобы там начали ребят оповещать. А то завтра опять до полудня будем искать Лавриса. Да и Палмер третий день в запое.

— Дай мне бумагу, перо и чернила, — сказал король и добавил: — А Палмеру надо было жениться на Эльвире, чтобы теперь не пить с горя.

— Шеллар, — вздохнул принц, открывая дверцы шкафов в поисках указанных предметов. — У Палмера две незамужние сестры. Он три дня выбирал. На четвертый мы его поймали за руку, когда он пытался перерезать себе горло, и еще сутки его поили до беспамятства и вели с ним утешительные беседы. Он сделал свой выбор и мы все-таки уговорили его жить. Но с тех пор он начал пить запоями.

— Я не знал, — король горестно запустил пятерню в свои стриженые волосы и тяжко вздохнул. — Надо же быть такой злопамятной и целеустремленной сукой! За каким хреном я ее прогнал? Надо было не прогонять, а попросить Флавиуса организовать ей несчастный случай. Она ведь все-таки села Хаббарду на шею и ножки свесила. Ты видел список?

— Видел, — проворчал Элмар, подавая кузену письменные принадлежности. — На, пиши. Не отвлекайся.

Король проворно заскрипел пером по бумаге, и разговор прервался — все почтительно замолкли, чтобы не мешать его величеству работать. Кира следила, как на бумаге возникает мелкая цепочка рун, которые король чертал стремительно и почти не задумываясь, и поражалась, как просто все получается. Слишком как-то просто. Сначала эта простая, как табуретка, и в то же время чудная Ольга, потом простой и славный принц Элмар, теперь — такой же простой и ужасно печальный король, столь же просто прямо на ее глазах создающий государственный документ на залитой вином скатерти... Простота в таком количестве была уже удивительна.

Король завершил свой труд лихим росчерком подписи, придавил перстнем с печатью и подал документ Элмару, который немедленно направился куда-то на улицу. Затем его величество снова обратил свой печальный взор на Киру.

— Если я могу еще что-то для вас сделать, скажите. Вы... я восхищен вашим мужеством, баронесса, и я... сделаю для вас все, что в моих силах.

— Благодарю вас, ваше величество, — ответила Кира, не решаясь все же злоупотреблять внезапной королевской щедростью. — Мне больше ничего не нужно. Завтра на церемонии я попрошу разрешения взять с собой оружие... И это все.

— Что ж, — король как-то нервно и смущенно улыбнулся. — Тогда позвольте предложить вам вина. Или вы предпочитаете иные напитки?..

В результате Кира все-таки оказалась вовлечена в печальную попойку, хотя, конечно, не настолько печальную, как в доме королевского шута. Слезу пустил только принц-бастард, когда уже основательно набрался и стал горько жаловаться, как ему будет не хватать Ольги. Король, несмотря на свое удрученное настроение, оказался величайшим мастером спаивать присутствующих дам, так что Ольга в конце концов допилась до того, что порадовала общество чтением стихов, а Кира утратила почтительность к особам королевской крови и нагло обыграла его высочество в "башенки". Семь раз подряд. Принц-бастард сокрушенно почесал затылок и воззвал: "Шеллар! Вступись за честь короны!" Король вздохнул, сказал, что это скучно, и занял его место, после чего Кира, к своему изумлению, проиграла восемь партий из десяти. Король, в свою очередь, тоже изумился и сказал, что он, наверное, слишком много выпил, потому что до сих пор у него никто не выигрывал, а Ольга ехидно напомнила ему про какой-то покер на раздевание. Все это время прекрасная нимфа молча наблюдала за ними, переводя взгляд то на короля, то на Киру, и глаза у нее при этом были невероятно грустные.

Наглая Ольга явилась на церемонию все в тех же столь любимых ею джинсах и кроссовках и сером свитере, с флягой чего-то спиртного в руках и неизменной сигаретой в зубах. Ее Кира увидела сразу, такую особу трудно было бы не заметить. А рядом с ней она узнала и вчерашнюю компанию, рыдавшую в доме господина Жака — Эльвиру и Терезу. Ольга как раз о чем-то с ней горячо спорила.

— Ну как это ты не можешь? — как раз говорила она, когда Кира приблизилась к ним. — Тереза, ты же на войне была!

— Не была я на войне! — возразила Тереза. — Я работала в тыловом госпитале и оружия в руках не держала.

— А как же партизаны и все такое?

— И в партизанах я не была. Мы их просто в нашей больнице лечили потихоньку от немцев.

— Но ты хотя бы гранату бросить сумеешь?

— Не пробовала, — вздохнула Тереза. — Да и откуда здесь граната?

— Но ты хотя бы видела живьем огнестрельное оружие?

— Видела, конечно. Но что с того толку?

— Тереза, ну давай с нами, я тебе потом все объясню насчет толку. Тебе же все равно нечего просить. У тебя же никого больше нет, а для Жака король и так все сделает, что он сам попросит.

— О чем это вы? — спросила Кира, поприветствовав подруг.

— Ольга уговаривает Терезу присоединиться к вам в битве с драконом, — вздохнула Эльвира. — Делать ей нечего, вот и выдумывает, что попало. Зачем ей эта Тереза? Все равно ведь дракона вы не одолеете, двое вас там будет или трое...

— Не знаю, — сказала Кира.

— Кира, — обратилась к ней Ольга, — помоги мне уболтать Терезу. Ну ни на что не ведется!

— А почему это для тебя так важно? — спросила Кира, действительно недоумевая, зачем Ольге понадобились лишние бойцы, раз это все равно не играет никакой роли. — Какая разница, сколько нас будет? Мы все равно умрем, так или этак. Неужели ты думаешь, что нам повезет больше, чем всем героям, которые полегли в битве с драконом? Ты всерьез надеешься, что две-три девушки с мечами, из которых две этими мечами не владеют, смогут победить?

— О мечах никто не говорил, — нахмурилась Ольга. — И ты, когда будешь просить, не вздумай ляпнуть насчет меча. Вообще не оговаривай вид оружия. Я еще не знаю, что я найду.

— Постой, о чем речь? — остановила ее Кира. — Вчера ты говорила о каком-то месте и государственной тайне, но толком не объяснила. Может, теперь объяснишь?

— Прямо здесь? При таком скоплении народа? Я тебе потом объясню. Это же правда государственная тайна. И потом... Нет, не буду, вдруг кто подслушает и застучит. Просто положись на меня. Если не выйдет, меч взять всегда успеешь. У Элмара даже штурмовое копье есть, если хочешь. Он даст, оно ему все равно не нужно. Тереза, ну ты хоть понимаешь, на что я намекаю? Тебе Жак не говорил?

— Нет, — качнула головой Тереза. — Но я, кажется, понимаю, на что ты намекаешь. Намекни еще раз. По-другому.

— Пожалуйста. Помнишь, как мы, переселенцы, сюда попадаем?

— Поняла, — кивнула девушка. — Кажется, поняла.

— Поняла, почему я именно к тебе обращаюсь? Хоть ты и не умеешь, ты, по крайней мере, знаешь, что это такое.

— Хорошо. Ты меня уговорила. Я с вами. Может, ты и права... Может, это и выход... Да, я согласна.

— Вот и чудненько. — обрадовалась Ольга и достала новую сигарету.

— Я по-прежнему ничего не поняла, — вздохнула Кира. — Но так и быть, подожду.

Она оглядела толпу жертв, топтавшихся в приемной в ожидании момента, когда им пора будет пройти в тронный зал. Все были зареванные и перепуганные, и периодически кто-то падал в обморок. На этот случай поблизости околачивались несколько мистиков из ордена Десницы Господней, которые приводили бедняжку в чувство и усаживали на стульчик в сторонке.

В приемную вышел распорядитель церемоний и попросил уважаемых дам построиться парами и подровняться. Дамы построились и подровнялись, отчего Киру разобрал смех. Если раньше они напоминали разбредшееся по полю стадо коров, то теперь стали похожи на все то же стадо, которое пастух попытался выстроить в колонну по два. Она встала в пару с Эльвирой, позади них встали Ольга и Тереза.

— Заходить по четыре, — объяснил распорядитель. — Излагать просьбу четко и внятно. Невозможного не просить. Если окажется, что выполнить просьбу его величество не в состоянии, вы можете попросить что-либо другое. Если есть вопросы, прошу обращаться ко мне. Сударыня, погасите сигарету. Вы ведете себя неподобающе.

— Не погашу, — нагло ответила Ольга. — И что вы мне сделаете? Вы даже не выведете меня отсюда, потому что я имею право на просьбу. В дракона разве что превратитесь, тогда я, может, испугаюсь. Придумали тоже, неподобающе! Я в воскресенье умру, мне насрать на подобающее поведение и прочую фигню. И вообще, его величество разрешил мне курить везде, где мне хочется.

Распорядитель со вздохом отошел и скрылся за дверью тронного зала. Видимо, вращаясь при дворе, он привык и не к таким выходкам, и достать его чем-либо было сложно.

— Ольга, — тихонько сказала Кира. — Я все понимаю, но зачем же хамить всем подряд?

— А я сегодня собралась всех иметь в полный рост, — сообщила Ольга, нахально улыбаясь. — Особенно господина Хаббарда. Для него я припасла сюрприз. Главное, никто ничего не поймет, а он будет еще полчаса обтекать и ничего не скажет, а то ведь тогда все поймут.