1. Пришедшие из ночи

Матт мотнул головой, встал и подошел к ним.

— За научное руководство. Ты слишком въедлив, — сказал он, садясь рядом. — Хар, новые открытия никогда не делаются с ясной головой. Все становится ясным только в самом конце работы. Вот тогда абсолютно всем вокруг становится понятно, с чего следовало начинать. А сначала ты бредешь наобум, в полной темноте. Очень долго. Таковы законы природы.

— Поясни так, чтобы я все четко понял, — строго сказал Хар. — Потому что пока у меня в голове крутится одно единственное гениальное предложение: выйти к вашему руководству с предложением немедленно закрыть вас. До тех пор, пока не станет окончательно ясно, что именно вы натворили.

— Увы, это бесполезно, — со вздохом сказал Матт и вдруг он показался Хару намного старше своих лет. — Ты, Хар, оказывается, сам внутри — настоящий идеалист. Никто и никогда нас не закроет, чтобы ты не говорил этому таинственному руководству. Сейчас пошла такая гонка...

5

Ранним утром Хар, стоя в коридоре, решил, что больше он ничего нового не узнает и ему пора уходить из Комплекса и лететь домой. А там срочно ложиться спать. Но внезапно его окликнул какой-то мужчина. Хар обернулся и сразу узнал его. Это был Рихард.

— Доброй ночи, инспектор, — сказал он. — Или скорее, доброго утра. Шеф просит вас ненадолго зайти к нам. Сможете?

— Мы уже почти закончили. Я скоро приду.

Рихард кивнул и исчез в повороте коридора.

Хар постоял, немного подумал, а потом прошел дальше и зашел к Матту.

— Наверное, на сегодня — все, — сказал он. — Я выдохся.

— Лети домой, — сказал Матт. — А мы еще немного поработаем. До утренней смены.

— Похоже, от вашего Комплекса у меня уже начал развиваться склероз, — продолжил Хар. — Хотя и немного рановато. Сейчас в коридоре встретил Рихарда из Конторы...

— И что? — спросил Матт.

— Тейлор попросил зайти к нему. А я забыл его спросить, куда именно надо идти. Где мне теперь их искать?

— Не волнуйся, — ответил Матт. — Насколько мне известно, апартаменты Конторы находятся на самом нижнем уровне. Так что ты не потеряешься. Спустись на центральном лифте до конца и все дела.

— А как они оказались в самом низу? — поинтересовался Хар. — Ты же говорил, что там — запретная зона. Мезонный реактор.

— Реактор находится намного ниже, — ответил Матт. — Он за бетонной плитой. Да плюс еще многослойная защита. Туда людям хода нет, там бродят только сервы. А уровень, выделенный для Конторы, располагается как раз над ним. Рядом с зоной управления.

— Интересно, кто их там расположил, — вслух подумал Хар.

— Не знаю, — пожал плечами Матт. — Контора мне не подчиняется. Мы живем сами по себе, а они — сами по себе.

— Спасибо. Пожалуй, пойду, — сказал Хар и встал. — Всего доброго.

Матт кивнул в ответ.

Хар вышел из кабинета, дошел до лифта и опустился на самый нижний уровень. Выйдя в коридор, он огляделся. Большая белая стрела на стене показывала направо. Хар пожал плечами и пошел туда. Он не ошибся, за первым поворотом обнаружилась матовая стеклопластовая дверь, которая приветливо растаяла. За ней он и нашел Тейлора.

Они вежливо поздоровались.

— Джоунс говорил мне, что у вас появились какие-то новые данные по аварии Сейлора, — спросил Тейлор. — Они у вас с собой?

— Да, — ответил Хар. — По выкладкам наших ребят, когда Сейлор летел домой, его атаковали два скикара. Они смогли восстановить картинку.

Он достал кристалл и положил его на стол.

— Вот заключительный отчет нашего транспортного отдела. Я захватил для вас копию.

— Спасибо, — сказал Тейлор и взял кристалл. — Нам это здорово поможет. Могу ли я вам оказать ответную услугу?

— Если вам не трудно, то я хотел бы посмотреть сводные данные по транспорту Комплекса, — подумав, сказал Хар. — На всякий случай. Мы так и не смогли выяснить, кому принадлежали те скикары.

— Я скажу ребятам, чтобы они вывели для вас копию, — ответил Тейлор. — Но боюсь, это ничем не поможет. Комплекс недавно обновил свой парк машин. Насколько мне известно, все их скикары на месте. Рихард недавно осматривал их и никаких подозрительных следов не обнаружил. А он внимательный парень.

— Спасибо, — поблагодарил Хар. — Данные все равно пригодятся.

Ловко, подумал он. Быстренько сменили весь свой парк и все дела. А старые машины небось отправили в переплавку. Ищи теперь концы.

— А вы не помните, когда это произошло? — спросил он.

— По-моему, несколько дней назад, — подумав, ответил Тейлор. — Я могу найти для вас в памяти нейросети точную дату. Приплюсовать ее к отчету?

— Буду вам очень благодарен, — сказал Хар, вставая.

ГЛАВА 9

1

Хар прилетел в столицу за неделю до начала занятий и уже четыре дня жил в новой квартире. Поиск в городской нейросети дал ему на выбор несколько неплохих вариантов. Он решил поселиться немного дальше от института, но зато в его квартире был большой спортивный зал. Хар уже успел приобрести в службе доставки все необходимые тренажеры, расставить их у себя и даже пару раз в полную силу размяться.

В просторном приемном зале Института управления находилось около сотни юношей и девушек, полные десять групп. Первое собеседование уже началось и преподаватели разбирали ребят, когда в зал влетела раскрасневшаяся девушка. Пригнувшись, она огляделась по сторонам, и увидев рядом с Харом свободное место, быстро проскользнула к нему.

— Можно? — спросила она негромко.

Хар кивнул.

Девушка села рядом, улыбнулась ему и откинула волосы со лба.

— Черт, опять опоздала. Ты уже распределился?

— Ага. Вон к той симпатичной женщине, — ответил Хар и показал легким кивком головы.

— Тогда я тоже к ней.

Девушка надела шлем.

Хар огляделся по сторонам. Почти все будущие студенты разбились на маленькие группы, каждая из которых сидела со своим куратором. Хар легонько ткнул девушку в бок.

— Давай быстрее, а то она уже начала. Не успеваем.

— Я уже, — сказала девушка и сняла шлем.

Преподаватель улыбнулась им, движением руки предложив сесть и продолжила свою речь. Они опоздали не намного. Хар понял, что первые три месяца они будут встречаться с куратором раз в неделю, а все остальное время будут заниматься самостоятельно.

— На сегодня все, — закончила преподаватель. — Есть вопросы?

Вихрастый парень поднял руку.

— Скажите, а когда можно будет начинать сдавать зачеты?

— Вы немного торопитесь, — улыбнулась женщина. — Первый зачет пройдет не раньше, чем через два месяца. Осваивайтесь. Каждый занимается в своем ритме, мы не навязываем скорость обучения. Примерный темп прохождения курса можно посмотреть в нашей нейросети. Там же вы найдете и все необходимые учебные материалы. Увидимся через неделю, тогда и познакомимся поближе.

Она кивнула и вышла. Ребята постепенно тоже начали разбредаться. Хар пошел к своему столу, где лежала его сумка. Девушка пошла за ним.

— Меня зовут Габриэль, — сказала она. — Габриэль Соренсен. Правда, я предпочитаю просто Габи. А тебя?

Хар взял сумку и посмотрел на девушку. Она была невысокого роста, с пышными каштановыми волосами. Ее нельзя было назвать очень красивой, но она была удивительно симпатичной.

— Хар. Хар Темминг.

— Вот и познакомились. А почему ты сидел один?

Хар пожал плечами. Он только сейчас обратил внимание, что почти все в зале сидели парами.

— Не знаю.

— Ты уже определился с общежитием? — спросила Габи.

— Мне не нужно, — ответил Хар. — Я взял себе квартиру.

— Зачем? — удивилась девушка. — В общежитии жить намного веселее. И летать никуда не нужно, все рядом.

— Мне нужен спортивный зал, — ответил Хар. — Для занятий.

— Да? А чем ты занимаешься?

— Гимнастикой, — ответил Хар. Он уже знал, что нужно отвечать в таких случаях.

— Покажешь? — загорелась девушка. - Ну, пожалуйста...

Хар огляделся. Все уже разошлись, в зале было пусто, остались только они. Он отошел от стола, немного присел, а потом легонько подпрыгнул и сделал двойное обратное сальто.

— Вот это да, — восхитилась девушка. — Здорово!

— Пойдем, — сказал Хар. — Пора тебе поселиться. А потом разберем секции.

Он не сказал Габи, что с небольшого разбега мог сделать и тройное сальто. А она не заметила, что Хар выполнил это упражнение не просто легко, а совершенно бесшумно.

Номер в общежитии Габи выбрала быстро: она решила взять не очень большой, двухкомнатный. Но зато с большими широкими окнами, выходящими в поросший густой зеленью прохладный институтский парк. Пока она определялась, Хар стоял у инфора и выбирал, чем ему заняться. Необходимо было выбрать, как минимум, четыре секции.

Хар вздохнул. Сам он в первую очередь взял бы гандбол: быструю, взрывную игру с жесткими блоками. И еще регби. Но он прекрасно помнил, что говорил ему Мастер: никаких прямых столкновений с противником. Поэтому пришлось остановиться на волейболе, теннисе и верховой езде. Подумав, Хар добавил еще бег и плаванье.

Через неделю они встретились с Габи уже как старые знакомые. После недолгого общения с преподавателем оба вышли в зеленый двор, на неяркое осеннее солнце.

— Как устроилась? — спросил Хар.

— Нормально, — ответила девушка. — Все в порядке, со всеми познакомилась. Сейчас пойду в библиотеку, хочу немного позаниматься. Там веселее, чем дома. Дома сидишь одна, а в библиотеке вокруг народ. Пойдешь со мной?

— Нет, — сказал Хар. — Полечу к себе, все материалы я уже скачал. Люблю заниматься в тишине. Ну что, разбежались?

— Погоди, Хар, — потупившись, начала Габи. — У меня к тебе предложение.

— Какое?

— Давай... сделаем вид, будто мы с тобой увлечены друг другом. Тогда к нам никто не будет приставать.

— А зачем? — удивился Хар. — Тебе что, не понравился никто из ребят?

— Нет, — ответила Габи и вздохнула. — Я же не просто так хандрю. Знаешь, я оставила в родном городе свою первую любовь. Это нелегко пережить.

Хар кивнул.

— У меня аналогично.

— Вот видишь? Нам сейчас не до посторонних. Давай будем заниматься и везде ходить только вдвоем. Так веселее, чем одному. Все постепенно привыкнут и оставят нас в покое. Я не занудная, да и ты вполне нормальный парень. Как, договорились?

— Давай попробуем, — согласился Хар.

Все действительно быстро привыкли к тому, что Хар и Габи практически не расстаются. Впрочем, остальные ребята тоже быстро разбились на пары, так что их поведение ничем особенным не выделялось.

Длилось это до первых каникул. После успешной сдачи экзаменов, которую все отмечали в институтском ресторане, прибежавшая как всегда с опозданием Габи, вдруг выпалила:

— Хар, мне понравился один парень. Ты его не знаешь, он с параллельного потока.

— Прекрасно, — сказал Хар, доедая жаркое. — Что будешь есть? Взять тебе что-нибудь?

— Я уже заказала, — отмахнулась Габи. — Но я не хочу, чтобы все думали, что я от тебя ухожу.

— Как это? — не понял Хар.

— Ну, ты все равно все время хмуришься, — просительно сказала Габи, беря с появившейся в центре стола тарелочки аппетитное пирожное. — Похмурься немного больше и все решат, что я тебя просто обманываю. Чуть-чуть.

— Ну, не знаю, — неуверенно сказал Хар. — А зачем тебе это?

— Думаю, что мое увлечение долго не продлится, — вздохнула Габи. — А тебя я бросать не хочу.

— Почему? — не понял Хар.

— Ты мне нравишься. Серьезно.

— Да нет, почему не продлится?

— Ну... этот парень, в общем, конечно, ничего... но это далеко не мой идеал.

— Ну, ты даешь, — сказал Хар. — А что же ты к нему тянешься, Габи?

— Скучно быть одной, — вздохнула Габи и тряхнула головой. — Мама говорила, что когда первая любовь начинает вспоминаться с легкой грустью, то это означает, что человек повзрослел. По-моему, я уже повзрослела. А ты?

— Пока нет, — сказал Хар и вздохнул. Ему было очень тоскливо без Ирины.

— Хар, — сказала Габи серьезно. — Ты всегда один и один. Тебе что, действительно совсем не скучно?

— Нет, — сказал Хар.

Ребята, заметив поведение Габи, действительно немного посочувствовали Хару, а на Габи смотрели с неодобрением. А вихрастый Герман даже сказал Хару пару прочувственных слов. Хар в ответ хмуро покивал, глядя в сторону. Он честно старался не рассмеяться. Впрочем, Габи была не одинока: парочки в институте постоянно меняли партнеров. Хар старался не отвлекаться от главного, а главным для него была учеба.

Через пару месяцев Габи действительно вдрызг разругалась со своим поклонником и понурив голову, вернулась к Хару. Он немного подулся, а потом, у всех на виду, махнул рукой и простил девушку, в честь чего они обнялись и расцеловались. Теперь Хар и Габи опять везде были вдвоем. Впрочем, к летним каникулам Габи опять увлеклась, уже новым парнем, а потом и еще одним. Народ вокруг постепенно привык, что покладистый Хар каждый раз прощает ветреную спутницу и даже немного завидовал прочности их отношений — редкая пара в институте держалась так долго.

Впрочем, преходящие увлечения не мешали Габи прекрасно учиться, она входила в первую пятерку курса. У Хара способности были поскромнее, но он брал настойчивостью и твердым характером. Впрочем, в институте все учились хорошо: курс был интересным и увлекательным.

На каникулы Габи пригласила его к себе и Хар с удовольствием провел пару недель в ее родном городке. К себе домой Хар не поехал. Мастер сообщил ему, что Ирины нет — она улетела к родственникам. А больше в городе у Хара никого не было.

В конце второго года Хар подумал, что, пожалуй, мама Габи была права. Образ Ирины постепенно подернулся легкой дымкой и теперь он действительно вспоминал ее реже и с легкой грустью. Хар начал посматривать по сторонам. Не то, чтобы он решил за кем-то приударить, но его постоянная хандра куда-то отступила.

2

Хар почти добрался до самого верхнего уровня, где находился выход, перемалывая в голове разговор с Тейлором и уже собирался выйти наружу, когда внезапно ему в голову пришла совершенно дикая мысль. Он тут же приказал лифту остановиться и полетел вниз.

— Матт, — сказал он, врываясь в кабинет. — Нам с тобой надо выйти наружу. Срочно.

Матт посмотрел на него и не говоря ни слова, сразу встал. Они быстро дошли до центрального лифта, поднялись наверх и кивнув дежурному, вышли наружу. Вокруг еще царила ночь, но небо на востоке заметно посветлело. Подсвеченный снизу неяркими светильниками сквер выглядел просто сказочно. Хар показал Матту на знакомую скамейку и когда они сели, наклонился к нему.