Брак по завещанию (Конец)

Джесси покраснела: она не ожидала от него таких слов. Сердце ее забилось с бешеной скоростью. Она уже теряла контроль над собой, как было всегда, когда он был рядом.

Они, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза в тишине кабинета, борясь со своими чувствами. Девушка понимала, что он ждет от нее ответа, но сейчас ей трудно было что-либо сказать. Джесси так хотелось ему верить, но она все еще сомневалась в правдивости его слов. Это прозвучало как своего рода признание, но что-то мешало ей открыться ему полностью.

Джесси первая отвела взгляд и, отвернувшись, посмотрела в окно. На улице было темно, ничего не было видно, но для нее перспектива смотреть в темную мглу была лучше, чем смотреть на него. Что ему ответить, как реагировать?! В голове появился рой вопросов, она закусила губу в отчаянии.

Неожиданно Николас обнял ее сзади и прижал к своей груди. Джесси так и окаменела в его объятиях, казалось, стук ее сердца был слышен по всей комнате. Тело тотчас отреагировало на его прикосновение, по нему прошел сладкий трепет. От эмоций, что бурлили в ней, она даже не могла вымолвить и слова.

— Джесси, я не жду, что ты мне сейчас дашь ответ, но я буду ждать, — Николас припал губами к ее шее, где бешено бился пульс.

— Ник... — простонала она, чувствуя, что теряет контроль над собой.

Джессика не успела опомниться, как он резко развернул ее к себе, и прижав к стене, завладел ее губами в страстном, жадном, обжигающим поцелуе. Его язык ворвался в ее рот, и девушка отчетливо почувствовал вкус виски, смешанный с сигаретами. Оторвавшись от ее сладких губ, он посмотрел на нее потемневшими от страсти глазами.

— Как же я хотел тебя все эти дни, — прохрипел он, целуя ее шею.

Джессика закусила губу, чтобы не застонать. Его шершавые сухие губы сводили ее с ума. Николас потянул ее вниз, и девушка оказалась под ним на ковре. Николас в ожидании посмотрел на нее, Джессика подняла руку и провела рукой по его губам.

— Не останавливайся, — чуть слышно прошептала она.

Схватив ее руку, он поцеловал ее и, хмыкнув, наклонился к ее губам.

— Тогда не вини меня, если завтра не сможешь встать, потому что я изголодался по тебе!

Он начала снова ее целовать, уже более страстно, по-хозяйски. Его язык изучал все уголки ее рта, игрался с ее язычком, зубы прикусывали губу, словно пытаясь проглотить. Его ладонь легла ей на футболку, и, быстрым движением рук сняв ее с девушки, он был приятно удивлен, когда не обнаружил бюстгальтера.

Наклонившись, он припал ртом к ее соскам, уже затвердевшим, так и молящим ласкать их до потери сознания. Рукой он поглаживал ей одну грудь, а другую изводил горячими губами.

— Ммм...ох...

В ответ на ее стоны Николас начал снимать с нее джинсы, приподнявшись, Джессика помогла ему, оставшись без одежды. Николас тоже быстро сбросил с себя всю одежду. Девушка следила за каждым его движением, понимая, как сильно хочет почувствовать на своих губах вкус его тела.

Как только Николас снова прилег на нее, Джессика подняла руку и провела по его груди.

— Можно я тоже попробую? — смущенно прошептала она, отводя взгляд.

— Если хочешь, — хрипло проговорил Николас и лег на спину в ожидании ее действий.

Джессика смущено закусила губу, но желание взяло верх. Подняв руку, она провела по его груди, поглаживая ее движениями вверх-вниз. Наклонившись, Джессика поцеловала его в шею, проводя кончиком языка по бьющемуся пульсу. Она почувствовала соленый привкус на губах, отчего сердце пропустило удар. Ее губы спускались ниже, оставляя беглые поцелуи по всему телу. Губы сомкнулись на его темных сосках, отчего он вздрогнул. Девушка ласкала каждый его сосок, получая сама не меньше наслаждения. Оставив их в покое, она скользила все ниже, к уже стоящему члену. Джессика смущенно протянула руку и начала его гладить, при этом чувствуя, как краснеет. Его член был такой крепкий, сильный, горячий и напряженный, готовый в любой момент излить семя. Ее руки сделали несколько небыстрых движений, оттягивая кожу вверх-вниз. Николас, закусив губу, застонал, она сразу же прекратила и посмотрела на него.

— Продолжай, — простонал он в ответ.

Недолго думая, Джесси убрала волосы назад и обхватила мягкими губами его член. Медленно, не спеша, начала двигать головой то вниз, то вверх. Одной рукой она водила по члену, при этом не забывая ласкать головку. Постепенно от медленного она перешла на быстрый темп, обхватывая член губами то сильней, то слабей.

Он схватил ее за волосы, намереваясь прекратить это сладкое мучение, но желание продлить блаженные минуты было больше. Под ее ритмичными движениями губ Джессика почувствовала, как он стал больше во рту. Убрав его изо рта, она начала ласкать языком головку члена, полизывая ее, слегка дотрагиваясь, вращала языком вокруг головки, словно дуновения ветерка.

Ник резко потянул ее на себя и поцеловал в губы, руками лаская ее возбужденную плоть. Не торопясь, он начал насаживать ее на свой кол, и когда он вошел в нее по самое основание, Джессика начала двигаться. Больше ждать не было сил, ее тело так хотело испытать то чувство заново. Она начала скакать на нем, все ускоряя темп. Он обхватил ее ягодицы руками и стал помогать двигаться, насаживая ее на член до основания.

— Да, быстрее, еще!!! — кричал он в порыве страсти.

Джесси начала чувствовать приближающийся оргазм, по всей комнате разносились их вскрики и стоны. Еще несколько резких и быстрых движений — и они оба закричали в порыве оргазма. Джессика упала ему на грудь, прерывисто дыша, и, счастливо улыбаясь, поцеловала его в губы. (Вернуться к оглавлению)

Глава 18

Звук глухого удара и приглушенный стон разбудили Джессику. Сонно приоткрыв веки, девушка, приподнявшись, посмотрела на мужа: он, держась за одно колено, что-то бормотал себе под нос, растирая ногу.

— Что ты делаешь? — прохрипела она.

— Прости, я разбудил тебя? — виновато посмотрел на нее Николас и, присев, поцеловал ее в лоб. — Я пытался не шуметь.

Джессика прыснула и включила светильник.

— Больно? Сильно ударился?

— Нет, — Ник хмыкнул, потрепав ее по носу. — Это не смешно.

— Я не смеюсь, — еле сдерживаясь, проговорила Джесс.

— Врушка! — он прижал ее к себе. — Ложись обратно, сейчас только семь часов утра.

— А зачем ты так рано уходишь на работу? — девушка поудобнее устроилась на его груди.

— Быть президентом в компании не так легко, как ты думаешь.

— Ну, так ты же президент, можешь себе позволить и отдохнуть! Я боюсь, как бы ты себе не заработал истощение!

— Знаешь, в чем прелесть быть женатым?

— И в чем же?

— У женатых людей есть дома тот, кто его ждет и волнуется о нем.

— А еще тот, кто ворчит и требует послушания! — Джесси шутливо показала ему кулак.

— Что-то я не видел, чтоб ты на меня ворчала.

— Так, а сейчас что я делаю?

— Ты просто жалуешься!

— Ах так! Ну, значит, сейчас начну, — приподнявшись, она угрожающе нависла над ним.

— Мне уже страшно! — хохотнул он.

— Не смешно ни разу! Почему ты несколько дней не ночевал дома? Где тебя носило? Ты ведь был не с Питером?

— Я был на работе...

— Почему так долго возвращаешься с работы? Чем ты там занимаешься и с кем?

— А ты как думаешь? Естественно, работаю!

— Поди тебе нравится на работе сидеть, так как у тебя там красивая секретарша! — прошипела Джессика.

— Ты о чем? — удивился Николас, почесав затылок.

— Знаешь ты, о чем я! Мне не нравится твоя секретарша! — сейчас девушку меньше всего волновало, что эту самую секретаршу она даже никогда не видела. — Ты ведь...

— Женщина, помолчи, — пробормотал Ник, повалив ее на подушку, и стал жадно целовать.

Джессика прижалась к нему, ладонью чувствуя его разгоряченное тело. Она гладила его по спине, чувствуя, как в ней разгорается пламя желания, с каждой секундой все сильнее. Николас резко прервал их страстный поцелуй. Оторвавшись от нее, посмотрел в глаза, прерывисто дыша.

— Сколько можно болтать, и вообще, я не совсем понял, причем тут моя секретарша?! — прохрипел он.

— Просто не хочу, чтоб рядом с тобой вечно была молодая особа. Ты наверняка выбрал еще симпатичную белокурую красотку?

С минуту он молча на нее смотрел, потом на его лице медленно расползлась широченная улыбка.

— Ну конечно! — он призадумался. — Джозефина, умна, красива, обаятельна, всегда улыбается, кстати, у нее чарующая улыбка, а ее ножки...

Джессика со злости толкнула его.

— Ну тогда иди к своей как-там-ее-не-знаю!

Николас заразительно засмеялся, притянул упирающуюся девушку к себе, зажав в своих объятиях, чтоб она не смогла вырваться.

— Я пошутил, но ты очень милая, когда ревнуешь, — прошептал он, целуя пульсирующую вену на шее.

— Я не ревную! — солгала Джессика, сделав попытку приподняться.

— Да? Тогда я могу нанимать себе красивую секретаршу?

— Нет! Только попробуй!

Засмеявшись, он начал ее целовать, чувствуя, как нарастает внутри напряжение.

— Я до боли хочу тебя!

— И что тебе мешает? Не сдерживайся, — переводя дух, сказала Джессика, краснея от его слов.

— Заманчивое предложение, но, к сожалению, мне нужно на работу, — с этими словами, легонько шлепнув ее по спине, он встал.

Джессика с минуту лежала, смотря на него удивленными глазами, не совсем понимая, что это сейчас было. Она фыркнула и, откинув одеяло, направилась в его сторону, соблазнительно покачивая бедрами. На ней не было ничего из одежды, разве что наряд Евы.

— Это ты мне так мстишь, что ли? — негодующе прошептала она, уперев руки в бока.

— Что?

— В тот раз я говорила то же самое!

Николас хмыкнул:

— Нет, малышка, дело не в этом, просто у меня сегодня назначена встреча.

— Да что вы говорите!

Джессика нарочно подняла руку и начала ласкать отвердевшие соски, видя, как с каждой секундой его глаза становятся темными, как ночная мгла, от страсти.

— Малышка, прекращай, мне правда нужно на работу! — простонал он, взглядом блуждая по изгибам ее тела.

Джессика подошла к нему вплотную, прижимаясь к его оголенному торсу. Закинув руки ему на шею, она посмотрела в его потемневшие глаза.

— Милый, твоя работа не может подождать всего часок? — томно прошептала она, прикусывая мочку его уха.

— Джесс...

— М-м-м?

Ее руки блуждали по телу; просунув руку ему в штаны, она взяла в руки его отвердевший член. Николас со свистом втянул в себя воздух, шлепнув ее по попе, поднял ее на руки и бросил на кровать, тут же припечатав ее своим телом сверху.

— Твоя взяла, теперь ты пожалеешь о своей выходке!

Счастливо засмеявшись, она посмотрела на него с удовлетворенной улыбкой:

— Я этого и хочу!

Естественно, он совсем забыл про время и опоздал. Джессика блаженно потянулась, чувствуя, как ноет каждая частичка тела. В комнате все еще витал его запах и запах их совокупления, который приятно щекотал ноздри. Сейчас она как никогда была рада тому, что на работе из-за технических проблем сделали выходной. Полежав еще с полчаса, Джессика встала лишь потому, что желудок требовал еды. Приняв душ, девушка спустилась вниз, весело шагая по лестнице и что-то напевая тихонько себе под нос.

— С добрым утром, Тереза.

— С добрым утром, дорогая, а точнее, уже днем. Тебе где накрывать, здесь или в гостиной?

— Гостиная слишком большая, буду чувствовать себя одинокой, я здесь поем, если тебе не сложно.

Тереза оставила в покое тесто, которое месила, быстро вымыла руки и начала накрывать девушке. У Джессики слюнки потекли от аппетитных булочек, которые Тереза только достала из духовки. Запах витал по кухне, и ее желудок заурчал еще сильнее. Не медля, она приступила к трапезе, и за считанные секунды прикончила все, что было на столе. Но чувство голода еще не прошло. Смущенно посмотрев на Терезу, она подала ей тарелку.

— Ничего, если я еще попрошу немного?

— А не многовато ли тебе будет? Глядишь, превратишься еще в толстую корову! — откуда ни возьмись прозвучал голос ее подруги.

— Господи, Мэри, ты чего так пугаешь! Я чуть коньки не отбросила!

— Коровушка ты моя, копыта, а не коньки!

— Да какая к черту разница, и вообще, ты чего меня обзываешь?! — обиженно надулась Джессика, сверля ее взглядом.

— Упаси Господь, — театрально схватившись за сердце, Мэри села напротив нее. — Чтоб я свою подругу обозвала, да ни за что!

— Сейфяс полуфишь у меня! — пробормотала та с набитым ртом.

— Так, сначала доешь, а потом говори!

— Тебе тоже положить? — спросила Тереза у Мэри.

— Нет, спасибо, мне только чашку кофе.

Все приготовив, Тереза оставила девушек одних, а сама вышла, чтобы не мешать им.

— Ну, рассказывай давай, где пропадала?

— Я в командировке была, и, конечно, то, куда я попала, — очередная дыра, даже связь редко ловила, поэтому не могла позвонить тебе. Но теперь я взяла свой заслуженный отпуск! Так, а у тебя как движется с твоим мужем?

— Ты готова слушать мой рассказ? Предупреждаю, это долго и нудно, — хмыкнула Джесс, допив свой кофе.

— Не переживай, я люблю нудности и пошлости, — хихикнула Мэри.

— Пошлости, уверяю тебя, я не расскажу. Идем в библиотеку, а то я не уверена, что здесь ты сможешь скрыть свою бурную реакцию.

— О-о-о, неужели все настолько извращенно?

— Идем уже, хватит трепаться.

Кивнув друг другу, они встали и направились по направлению к библиотеке. Когда они зашли, Мэри издала возглас восхищения.

— Вау, да это же книжный рай! Неужели он все это прочел?

— Честно, без понятий, все возможно. Ник слишком загадочный, я его еще не до конца узнала.

Мэри все еще смотрела на книги; вдруг она остановилась и серьезно посмотрела на подругу.

— Кажется, мы с тобой отвлеклись от основной темы разговора. Так, давай, рассказывай, я уже чешусь от нетерпения!

Вздохнув, Джесси села в кресло, а Мэри присела напротив и стала внимательно слушать ее рассказ.

— Вот стерва! Я бы эту Изабеллу побрила налысо! — не сдержала эмоций девушка, когда повествование подошло к концу. Джессика не удержалась и засмеялась, представив себе лысую Изабеллу.

— Ты слишком жестока.

— А ты слишком мягкая, ты не думала, что она может у тебя забрать его?!

— Знаю, что такое говорят лишь влюбленные дурочки, но если Ник выберет ее, я просто его отпущу. Я не могу заставить человека любить меня, все решает его сердце.

— Да, ты определенно дура! Ты призналась ему в своих чувствах?

— Нет.

— Почему? — взвизгнула Мэри, встав со своего места.

— Не знаю, мне страшно, хоть его слова и прозвучали как признание, но что-то мешает мне.

— Это не связано с тем, что ты встретилась с Робертом?

— Нет, просто, думаю, сердцем я понимаю, что у нас ответные чувства, но мозг и тело пока отказываются этот факт принимать. Мне нужно время, через некоторое время я признаюсь. Я даже не знаю, как тебе объяснить, откуда этот страх у меня появился.

— Может, это все потому, что ты боишься испытать боль? Вдруг думаешь, что ты его неправильно поняла?