Черно-белый -1

отличный шанс для нападения. Арес беззвучно кивнул, вырываясь вперед. Если Пейн со

своим сверхчеловеческим чутьем и умением выслеживать был превосходным

преследователем, то Арес был незаменим во время нападения.

Действуя как единое целое, они не оставили жертвам ни единого шанса.

Черный оказался как раз там, где указал Пейн. Уйдя от своих друзей, которые,

намереваясь сбить со следа возможных преследователей, повернули к старому цирку,

он направился к старой больнице, единственной оказавшейся снаружи после эвакуации.

Подойдя к огромной железной калитке, некогда выкрашенной черной краской, Пейн

втянул носом воздух, желая убедиться в верности направления. Подобно зависшей в

воздухе дорожке плотный шлейф табачного дыма вел внутрь. Следуя его примеру, Арес

так же остановился, но как он не принюхивался, ему не удалось ничего почувствовать,

чему, впрочем, не сильно расстроился.

Арес вошел в здание больницы первым. Электричество в этом районе было отключено уже много лет, и единственными источниками света были диодные фонари мейстров. За

эти годы здание больницы обветшало, деревянные доски в полах прогнили и скрипели

под каждым шагом. Оставленные несколько десятилетий назад надписи на стенах

вылиняли, вся аппаратура была либо вдребезги разбита, либо вынесена черными. Так же

здесь не осталось никаких лекарств. В последние десять лет черным приходилось

нападать на аптечные пункты в городе, чтобы достать антибиотики и другие лекарства.

Но что им делать здесь за стеной в этом богом забытом месте?

Пейн полностью доверял чувству, которое привело его сюда, хотя и не знал, почему

вместо того, чтобы преследовать двоих, предпочел одного. Переступая через осколки

стекла в приемной, они поднялись по лестнице на второй этаж, стараясь двигаться как

можно тише. Лестница мерзко скрипела под их весом, пугая возможностью внезапного

обрушения. Арес пошел было вперед, но Пейн поймал его за рукав и кивком головы

указал наверх. Друг беспрекословно послушался его.

Чем выше они поднимались, тем сильнее становился запах табачного дыма, а так же

запах железа и соли — запах крови.

В дали коридора вспыхнул свет, где-то внизу загудел старый генератор. Больница

ожила. Лампочки у них над головами взрывались от напряжения, разлетаясь острыми

осколками. Пейн и Арес набросили на головы капюшоны, чтобы хоть как-то защитить

головы. Добежав до донца коридора, Пейн увидел промелькнувшую тень за миг до того,

как взорвалось еще что-то. Арес схватил его и повалил на пол.

— Какого черта? Ты видел...?

Пейн жестом велел другу замолчать:

— На это нет времени. Нужно идти, пока он не ушел слишком далеко.

Беглец оставлял за собой кровавый след, и потому потерять его было бы нелегко.

Свернув на лестницу, он поднялся на верхний этаж, а затем, миновав стеклянную галерею, ненадолго остановился на площадке. Следы вели в один из трех лифтов, единственному, у которого сохранились двери. Пейн бросился к лестнице, но оказалось, что та

обвалилась во время взрыва. Лифт выглядел слишком ненадежно, чтобы рискнуть

спуститься на нем вниз.

— Попробуем обойти его с другой стороны, — сказал он Аресу.

Но так не вышло. Галерея обвалилась, стоило Пейну ступить на нее. Арес успел

схватить его, оттащив от провала. Они оказались в ловушке.

Арес закашлялся от поднявшейся в воздух пыли и принялся плеваться. Несколькими

минутами спустя он стал отряхивать от пыли одежду.

— Придется использовать лифт.

Пейн с сомнением посмотрел на железную коробку.

— Ты делал это когда-нибудь раньше?

— Нет, а ты?

Пожав плечами, Пейн подошел к панели и нажал на кнопку. Откуда-то снизу

послышался щелчок, затем гул. Наконец, двери со звоном распахнулись перед ними.

Переглянувшись, друзья вошли внутрь. Длина кабины достигала всего четырех шагов,

ширина — всего один. Пейну пришлось пригнуться, чтобы не ударится головой о потолок. Некогда стены покрывали белоснежные панели, начавшие отслаиваться от времени. Пол

был забрызган свежей кровью. Причем ее было так много, словно кто-то прямо здесь

отпилил себе руку или ногу.

Целой осталась только одна кнопка, так что выбирать не приходилось. Чтобы

спуститься в подвал, потребовалось почти пять минут. Все это время лифт гудел и

раскачивался из стороны в сторону. Арес прислонился спиной к стенке и судорожно

хватал ртом воздух.

Дверь уже со знакомым звоном раскрылись. Пейн держал меч наготове, Арес вытащил свой длинный изогнутый кинжал, одной рукой продолжая хвататься за стену.

В подвальном помещении было темно и совершенно тихо. Внезапно Пейн задрал

голову вверх, раскрыв от удивления рот. В следующее мгновение он схватил Ареса за

плечо и вытащил его из лифта. Не прошло и двух секунд, как кабина с бешеной

быстротой унеслась вниз; оборванный трос хлестал по стенам шахты, как огромный удав.

Арес зажег фонарь, приступив к осмотру помещения. Раньше это место использовали

как больничный морг. Задняя стенка была занята под огромный металлический шкаф с

множеством выдвижных ящиков, в котором хранились тела. Теперь большинство из них

были вырваны вместе с рейками и валялись на полу. Картотека была ограблена, все

папки вывернуты, пол устлан бумажными листами. В центре комнаты на горе листов

лежало окровавленное тело. Арес направил на него фонарь, а Пейн подошел к трупу,

слыша под ногами мерзкий хлюпающий звук, и опустился на колени рядом с ним. Бледная кожа, окровавленные провалы глаз, судя по всему, он вырвал их себе сам, редкие

светло-русые волосы, неаккуратные стежки, соединяющие верхнюю и нижнюю губу.

— Они знали, что мы придем сюда, — тихо сказал Арес. — Все было точно спланировано.

Пейн разжал правую руку трупа, извлекая окровавленный кусок бумаги.

"Мы уже среди вас. Все закончится скоро".

В следующий миг сработал детонатор, вживленный в тело, зашитого подбросило в

воздух примерно на полметра. Огонь набросился на бумагу, молниеносно заполняя все

помещение. Зажав рукой нос и рот, Пейн выхватил у Ареса из рук фонарик и бросился к

запасному выходу. Дверь, ведущая наружу, оказалась заблокирована. Не церемонясь,

Пейн схватил со стены огнетушитель и принялся изо всех сил колошматить им по дверце закрытого на замок ящика, в котором хранился топор. Высадив топором дверь, он открыл доступ к свежему воздуху. Поднявшись по лестнице, они пересекли вестибюль и, наконец, оказались на улице. Арес опустился на колени, его безудержно рвало от дыма. Пейна

так же рвало желчью.

Огонь из подвала поднялся в вестибюль и дальше вверх по этажам. Не прошло и часа,

как больница превратилась в горящий столб. Тони

У Тони было такое чувство, словно он попал в старый фильм про доктора

Франкенштейна. Морг, звуки молотящихся об асфальт дождевых капель, что доносились из крошечного окошка под самим потолком, множество массивным приборов,

вызывающая ужас коллекция инструментов, которыми были увешаны все стены, а то,

что не поместилось, ровными рядами лежали на различных столах и тумбах. А так же

операционный стол в самом центре комнаты.

Для человека, который спрыгнул с крыши, девушка выглядела просто отлично, не

считая нескольких почерневших царапин и ссадин. Тони не покидало ощущение, что она

вот-вот откроет глаза. Он вспомнил ее тело, распростертое на асфальте, и огромную лужу крови, а в следующий миг сглотнул, стараясь удержать завтрак. Стоявший рядом с ним

Джейс был бледен и непривычно молчалив. Он держался у самой двери, словно был готов дать деру в любой момент. На миг Тони стало смешно: неужели кто-то может бояться

морга еще больше, нежели он сам?

Ксар держался более уверено, но его движениям была присуща излишняя суетливость, вызванная, впрочем, предвкушением, а не страхом. И только Торис внешне оставался

абсолютно спокоен.

— Почему именно сегодня? — спросил Тони, обращаясь к Торису.

Патологоанатом был занят своими инструментами, и вместо него ответил Ксар.

— Мы уже несколько раз пробовали, но в электросети недостаточно напряжения.

Нужен более мощный разряд.

— Молния, — еле слышно сказал Джейс.

— Молния, — подтвердил Ксар. — Поскольку операция, скорее всего, проводилась в

королевстве, логично предположить, что зашитые использовали самый мощный источник энергии в тех краях, а именно молнию.

Наверху послышался грохот, а затем шипение.

— Рубильник! — прокричал Торис.

Ксар дернул за рубильник, и все присутствующие наблюдали за сверкающим

электрическим зарядом, спустившимся по проводам с крыши в подвал. Девушка на столе начала трястись, привинченный к полу стол отбросило на несколько метров в сторону,

вырвав несколько прозрачных трубок.

Когда все закончилось, Ксар выключил рубильник.

— Вышло или нет? — громким шепотом спросил Тони.

— Сейчас узнаем, — Джейс бесстрашно шагнул к столу. Его пальцы сомкнулись на

запястье девушки. Спустя несколько минут он разочаровано покачал головой. — Ничего.

В следующий миг тонкая бледная рука схватила его за горло. Ксар закричал. Джейс

схватил руку и оторвал ее от себя. Ему тут же пришлось прижать обе ее руки к столу.

Девушка открыла глаза. Сначала она смотрела на потолок, затем перевела взгляд чуть

правее и, сфокусировавшись на лице Джейса, пронзительно завизжала, принявшись

биться в истерике.

— Транквилизатор, — скомандовал Торис.

— Быстрее, — прохрипел Джейс. — Я не смогу удерживать ее долго.

Ксар ввел в капельницу несколько кубиков транквилизатора. Девушка постепенно

затихла. Ее руки в железной хватке Джейса безвольно вытянулись. Она смотрела на

мейстра широко раскрытыми от ужаса глазами и тяжело дышала, широко открыв рот.

— Все физические показатели в норме, — сообщил Торис.

— Чего не скажешь о психическом здоровье, — проворчал Джейс, отступив на шаг назад.

Тони гневно посмотрел на него:

— Это не ты умер несколько недель назад, упав с крыши.

— Нет, слава богу.

Торис подошел к пациентке.

— Кто ты?

— Морт, — прохрипела она, сглотнув. Похоже, речь приносила ей боль. — Я... Я не могу пошевелиться. Что вы сделали со мной? Почему он здесь? — спросила она, указав на

Джейса. — Пусть он уйдет. Я не хочу его видеть. Он не должен быть здесь.

Джейс издал стон:

— Я не тот, за кого ты меня принимаешь, — он указал на знак на своем лице. — Видишь?

Я мейстр. Мое имя Джейс.

— Этого не может быть. Ты просто копия Айрона.

На лице Джейса заиграли желваки:

— Я не он, — он четко проговорил каждое слово. — Тебе это понятно?

Тони и Ксар переглянулись. Торис не сводил взгляда с Морт.

— Последнее, что ты помнишь?

— Крыша..., — ее лицо побледнело еще сильнее. — Я прыгнула с крыши, пытаясь сбежать от черных. Они гнались за мной и...

— А ты разве не черная?

— Я была ею.

Она закрыла глаза. Теперь ее грудь вздымалась уже не так часто, как прежде. Морт

постепенно приходила в себя.

— Я умерла. Я помню, как упала, ударившись об землю. А затем чернота. Я умерла, — она резко распахнула глаза. — Как вы вернули меня? Не один человек не пережил бы такого

падения.

— Ты не человек, Морт.

— Конечно же я человек, — она рассмеялась, но во взгляде была настороженность, а еще опасение. — Кем еще я могу быть?

— Ты только на половину человек. Когда я провел вскрытие, то обнаружил, что

половина органов в твоем теле — механизмы из железа и пластика. Да и не только органы.

Она упрямо покачала головой:

— Я человек. У меня растут волосы и ногти. Я выросла почти на пятнадцать

сантиметров за последние два года. Если бы я была киборгом, мое тело бы не изменялось.

— Бывало ли так, что какой-то отрезок времени выпадал у тебя из памяти, и когда это

было в последний раз?

— Я не понимаю, о чем..., — она выдохнула, прежде чем продолжить. — Да, примерно

неделя перед самим моим днем рождением, а иногда летом, в середине года. У меня

иногда бывают приступы, и тогда я словно отключаюсь...

— Так оно и есть, — заключил Торис. — По-видимому, чтобы остальные ничего не

заподозрили, каждый год проводилась операция по замене определенных деталей.

Во-первых, таким образом удавалось избежать любых поломок и сбоев, а во-вторых,

создавалась иллюзия взросления.

Девушка резко села, подтянув к себе колени. Она всхлипнула один раз, а затем слезы

выступили у нее из глаз.

— Не смейте так разговорить со мной. Иллюзия. Не надо делать вид, что меня здесь нет. Я живая. У меня бьется сердце, я дышу, чувствую боль, устаю. Я не киборг, — в конце

каждого предложения вместо точки следовал всхлип.

— Никто и не говорит, что ты киборг. Ты нечто большее, чем человек и чем машина.

Совершенное создание. Но сейчас тебе нужно отдохнуть.

— Что это за место, морг? Я не останусь здесь.

— Нет, конечно. Они отведут тебя наверх.

Джейс неуверенно подошел к столу.

— Ты еще слишком слаба, чтобы идти. Я понесу тебя.

Она отдернулась от него.

— Нет.

— У тебя нет выхода. Торис и Ксар не могут сейчас покинуть морг, а Тони не сможет

нести тебя. Он и так вот-вот потеряет сознание.

— Эй, — обиделся Тони.

Впрочем, Джейс не так сильно и преувеличивал.

— Или ты согласишься добровольно, или тебе вколют еще одну дозу наркотика.

Выбирай.

Она сдалась.

Джейс взял ее под спину и под колени, забросив ее руку себе за шею. Тони открыл

перед ними дверь.

На улице Морт окончательно затихла. Положив голову Джейсу на грудь, она позволила ему нести себя. Казалось, ничто в городе не интересует ее.

Тони открыл дверь своим ключом, и Джейс внес ее в гостиную, положив на диван. На

двоих им выделили маленькую двухкомнатную квартиру. Тони закрыл железные ставни, а затем задернул шторы. Через несколько минут должно было стемнеть.

— Хочешь чего-нибудь? — спросил он у девушки.

Она сидела на диване, глядя в никуда. Джейс сел в кресло напротив, опустив глаза в

пол.

— Чаю, если можно.

— Ты ешь все? Прости за бестактный вопрос, просто мы своими глазами видели твою,

так сказать, начинку.

Она вспыхнула:

— Я человек. Не знаю, что вам сказали, но у меня все как у людей.

— Кроме железных органов и пластиковых сосудов, — задумчиво проговорил Джейс,

откинувшись в кресле.

Тони вышел на кухню. В отличие от Джейса у него было проблем с ориентацией на

кухне. Джейс при желании умел неплохо готовить, но чтобы найти, к примеру,

сковородку, ему приходилось каждый раз открывать все дверцы и все ящики. Поставив

чайник, Тони стал прислушиваться, но если они и разговаривали, то так тихо, что он не

мог расслышать ни единого слова.

Когда несколько минут спустя он вернулся в гостиную с двумя чашками зеленого чая, Морт с любопытством посматривала на Джейса. Чтобы он ей ни сказал, она ему поверила, и больше не принимала за парня, которого они тогда встретили на крыше. Хотя Тони