"Черствое сердце"_Третья книга цикла

— Эй! Эй! — отскочил Сашка, прибивая на себе дым. — Дина прекрати немедленно! Ты мне что, собираешься устроить электрический стул?

— Скорее жидкий! — огрызнулась я и попросила прощения. — Извини. Не знаю, что происходит. Это началось, когда с Дашкой разговаривала. И...

— О чем вы говорили? — уточнил маг, потирая подпаленные пальцы.

— О том, что они с Димкой ссорятся и дерутся постоянно. — Меня снова огрело собственным разрядом и волосы встали дыбом. — Ай, о ревности, о любви....

— Понятно, — выдохнул друг, снял на мгновение щит, чтобы крикнуть, скучающему без племянника вампиру. — Даниэль, можно тебя на минуту!

Когда изумленный зовом Куран подошел, магия снова отрезала нас от посторонних звуков и скрыла наш разговор. Минус заключался в том, что парни оказались запертыми в невидимом куполе с ведьмой, от которой разлетались молнии. Даниэля и Сашку "взбодрило" током.

— Держи себя в руках! — прикрикнул на меня маг, приплясывая на месте и затаптывая искры. — Сейчас я состряпаю иллюзию, а ты сделаешь с ним то, что хочешь! Может тогда, перестанешь вести себя, как взбесившаяся розетка.

После такого предисловия вампир плотоядно на меня покосился, а я не сразу сообразила, о чем говорил друг. Пока не поняла, что он уже успел покопаться в моей голове и прекрасно знает, чего я хочу — то есть, моя сущность тянется к предателю-упырю. Маг сосредоточился, прикрыл глаза и забормотал. Куран протянул ко мне руку.

— Я не могу! — пискнула я, упустив комок электричества под ноги парню.

— Дина, я стерплю, — сказал вампир. — Иди ко мне.

А мгновением спустя я оказалась в его объятиях, и замыкание прошло. Правда после скромного взрыва. Его никто не заметил. Только я. Потому что произошел он внутри: что-то щелкнуло, в ушах резко хлопнуло, а потом стало тихо.

— Ты этого хотела? Чтобы я обнял тебя? — ехидно поинтересовался Даниэль. Голос его звучал настолько глубоко и проникновенно, что я больше ничего не слышала, кроме мягкого тембра. — Дин? Ты больше ничего не хочешь?

— Мне этого достаточно, — фыркнула я, и услышала обратный отсчет, озвученный Александром. Отошла от вампира, встав на прежнем месте.

— Пока, может быть, и достаточно, — загадочно проговорил он, улыбнулся, и я насторожилась.

— О чем вы говорили? — тут же заинтересовался Вова, когда мы вернулись к друзьям.

— Ни о чем, — пожала плечами я, и перевела тему. — А может прогуляемся по парку?

Друзьям дважды предлагать не нужно было. Демоны ведь не зря приволокли с собой Ромуальда. Кстати, Сашка налажал с иллюзией для монстра: как выяснилось, дорогой друг при сотворении морока каждый раз использовал разные породы собак. Естественно, у Вовы, не избалованного волшебством, возник закономерный вопрос: "У вас опять новая собака?". Лиза, переняв от Марка его флегматичность, совершенно серьезно ответила: "Эта лучше сочетается с моим платьем!". Жених потом подошел ко мне и поинтересовался, где живут мои странные товарищи. Ведь по его представлениям содержать целый питомник очень сложно, если не владеешь загородной виллой. По его подсчетам за неделю демоны сменили пять собак.

Глава 21. Ох-ота!

Давно стемнело. Нормальные и трезвые люди гуляли по той части парка, где освещены аллеи, за порядком присматривает охрана, и шумят попсовой музыкой кафе. Мы же, как самые алогичные, выбрали отдаленные и неприметные уголки с зарослями, в которых похрапывали алкаши или наслаждались одиночеством влюбленные.

— Дин, — шепотом окликнул меня Вова, поддерживая под руку, чтобы я опять не стесала коленки, пересчитывая ими плитки на дорожке (ведь один или два раза уже упала). — Почему, когда мы выходим куда-то с твоими друзьями, у меня складывается ощущение, будто я иду со спецназом на задании?

— Не знаю, — пожала плечами я.

Марк поднял кулак и быстрыми жестами показал, что они с Лизой пойдут вперед на разведку. Труп уже уловил след и, как ищейка, вел хозяев к цели. Мы синхронно кивнули и остановились. Нашли скамейку, уселись на ней, вслушиваясь в шорохи.

— Вот! — протянул Вова. — У меня так шизофрения начнет развиваться! Может лучше в кафе посидим? А то здесь атмосфера гнетущая.

— А чем здесь плохо? — решила поддержать разговор Римма. Я заметила, как шевелятся ее уши под волосами, настороженно улавливая посторонние шумы.

— Темно, — стал перечислять парень. — Динка вон, пока шла, упала.

— А она у нас косолапая, и под ноги не смотрит! — прокомментировала подруга, и я пообещала ее укусить. — И заразная! — последовало следующее ласковое описание. Самое интересное, что спорить с ней никто не стал.

— У... — донеслось откуда-то, а потом последовали жесткие маты.

— И происходит здесь непонятно что! — пробормотал парень.

— Трус! — очень тихо резюмировал Куран, что не могло не оскорбить меня и жениха.

Однако препирательства и демагогия по этому поводу были отложены на другое времена, потому что мне было не до этого. Услышав вой ежкиного пса, я сорвалась с места.

— Ты куда? — ухватил меня за руку Вова.

— Я? — как-то растерялась, и не сразу сообразила, что соврать. — В туалет.

— И я! — спохватилась Римма.

— А ты потерпишь! — отпустила ей саечку, и пригвоздила магией к скамейке, взглядом умоляя Александра присмотреть за бойкой супругой. И пока другие не почувствовали зов природы, метнулась в кусты. Пробежала прилично, подгоняемая собственной клятвой перед шабашем — помогать и защищать своих. А у демонов не все шло гладко (судя по воплям, крикам и ругани).

Действительно, Труп, как в прошлый раз, ухитрился призвать стаю своих собратьев. Голодных, злобных и желающих поиграть с живыми "грелками". Они скалились, отбивались и скакали среди деревьев так, что выстрелить в них огнем было очень сложно.

— Они что, плодятся, как кролики?! — злобно рычал здоровенный волчина, запрыгивая на широкую ветку дуба. В миллиметре от его хвоста в кору вонзился ядовитый шип.

— О! Серега, а ты откуда? — удивилась оборотню я, и застыла, понимая, что пара секунд и мне тоже придется лезть на дерево. Ежкины псы очень обрадовались новому участнику голодных игр. Псины перестали гонять моих друзей и в подозрительной тишине медленно окружали меня, сцепляя кольцо.

— Дина! — рявкнул Марк.

— Упс, — это могло стать моим последним словом. Ежкины псы бросились на меня, я пожелала им всем сгореть, и чуть не сожгла в порыве ярости Трупа, который метнулся защищать ведьму-тугодумку. Ромуальд прыгнул, уперся в меня лапами и толкнул. Я хлопнулась на землю прямо под лапы монстрам. Демоны, испепеляя и, просто сворачивая шеи мутантам, продвигались ко мне. Серега же предпочитал притворяться белкой-переростком, и швырялся чем-попало в псов. Я сожгла двух зверюг, зацепила третьего, а ещё двое предпочли временно спрятаться за деревья, чтобы напасть со спины. Им это удалось. С земли я так и не поднялась. Меня придавили весом ежкины псы. Пара секунд промедления и стала бы я привлекательной клиенткой некромантов! Но этим вредным колдунам пришлось обождать. Ведь в самый жуткий миг, когда пасть монстра разверзлась над моей шеей, на месте побоища объявился Куран. Ногой сбил с меня пса, сжег его взглядом и, уклоняясь от летящего в него шипа, сделал вонючее жаркое из другого монстра. Я успела подняться. Дальше ситуация напоминала соревнования по бегу с препятствиями: я сдавала дистанцию, а звери меня догоняли. Оскорбившись моей прыткостью, они принялись метко целиться иглами в ноги. А тут, как на зло, наперерез пищащей и стреляющей огнем бегунье (то есть мне) выскочил еще один рычащий пес. Его ядовитые стрелы грозились впиться прямо в голову, но Марк поймал меня за шкирку, как котенка, и откинул в сторону, чтобы не мешалась. Я упала под березу, сломав ее своим плечом. Но тут еще вопрос: кто кого! Лично мне подумалось, что рукой шевелить больше не смогу.

— Ты цела? — оглянулся Куран, испепелив последнего пса (демоны уже добивали остальных). Посмотрел на меня, и понял: хруст костей ему не послышался. А я стояла, придерживая больную руку, и дрожала от болевого шока.

— Кажется, вывихнула. — Проговорила я. Вампир тут же оказался рядом.

— Вывих. Ничего не сломала! Я вправлю на место, а ты держись за меня. Хорошо?

Я уперлась лбом в его плечо. Собралась с силами, стиснула зубы, чтобы не кричать. Он постарался сделать все быстро. Мгновение и после громкого щелчка, кость встала на место. Я подавила вопль. Отдышалась, намертво вцепившись пальцами в легкую ветровку вампира. И так и не смогла отпустить Курана, продолжая опираться на него.

— У тебя кровь идет! — совсем тихо констатировал он, и почему-то после этой фразы у меня дико заболела нога, словно мне палки под кожу загнали. Посмотрела вниз, и трусливо чуть не выпала из реальности. Вся штанина уже пропиталась багровой жидкостью. Местами торчали иглы... Штук десять, наверное.

— Черт! — вырвалось у меня. Куран вымучено усмехнулся.

— Опять за свое?

— Ой! — спохватилась я. — Заказ отменяю.

— Да понял я! — раздалось из темноты кустов козлиным знакомым голосочком, и копыта захрустели сухими ветками.

Лиза и Серега дружно расхохотались.

— Давай я отнесу тебя домой. Василий напоит тебя противоядием, — вампир собирался подхватить меня на руки. Но не успел — на маленькую прогалинку среди деревьев вышли Дашка, Римма, Саня и Вова. При виде меня обнимающей другого мужчину у жениха глаза округлились, затем злобно сощурились. Я отодвинулась от Курана.

— По нужде теперь группами ходят? — сцедил сквозь зубы парень.

Услышав его, я вовремя вспомнила о ноге, трупах и сломанных деревьях. Сашка опередил меня, подстраховал — быстро навел морок на мою рану, и на окружающую местность тоже. Я благодарно ему кивнула.

— Мы столкнулись тут.... — Пробормотала я.

— Лбами? — уточнил Вова. — А приди мы на пару минут позже, вы б и губами столкнулись. Или кое-чем другим!

Вампир зашипел. Серега в голос заржал, чем как нельзя кстати, обратил на себя внимание жениха, прервав грядущую ссору.

— Ого! Это же волк! — обалдел от созерцания оборотня Вова.

Серега заоглядывался — не сразу сообразил, что речь о нем. Чуть не указал сам на себя лапой, интересуясь: "Я, что ли?". Марк пнул его в бок и, волк почему-то залаял по-собачьи. Римма воздела глаза к небу, интересуясь у всевышнего, отчего некоторые индивидуумы такие туповатые? (Как сама в образе пантеры мяукала она уже и не вспоминала!).

— А это пес нашего друга, Сереги, помнишь такого? — выдал Саня.

— Отлично! — фыркнул в сторону оборотень. — Тебе дай волю, ты меня и в будку посадишь. И Полканом обзовешь...

— Полкан, ко мне! — вредная Римка все слышала, и использовала слова волка против него. А ему ничего не оставалось кроме, как, опустив морду, добрести до подруги.

— Потом пузико почешишь! — брякнул мохнатый опер и маг, как бы проходя мимо, наступил ему на хвост. — Аууууу!

Вова содрогнулся от воя, а я почувствовала, как яд расползается по организму. Тело ослабло, его пронзила мелкая дрожь. Спустя секунду у меня уже зуб на зуб не попадал. В глазах все помутнело и расплылось. Прошибло потом. Куран плавно переместился поближе, чтобы подхватить меня на руки в случае чего.

— Дин? — испугалась за меня Дашка, когда я проиграла борьбу за трезвый рассудок, и безвольно повалилась прямо в руки вампира.

— Кажется, я нагулялась. Что-то я себя плохо чувствую. — Успела пробормотать я.

— Еще бы! — буркнул Марк и получил тычок по ребрам от Лизы.

— Я понесу, передай ее мне! — потребовал от вампира Вова, но Куран не собирался делиться.

— Ты сможешь удержать равновесие с ней на руках? — намекнул на хромоту Даниэль. Однако через минуту отдал меня парню, понимая, что потратит на болтавню и препирательства больше времени, и лучше доказать на примере бесполезность соперника. Вова сделал ровно два шага со мной и... в итоге, до дома меня нес Куран. Причем шел он быстро. Остальные за ним не поспевали. Мой жених совсем разобиделся. Но мне было все равно: дважды, а то и трижды, я теряла сознание и приходила в себя, слыша, как вампир приговаривает "Держись. Не смей меня оставлять!" Я слабо улыбнулась.

У подъезда он нерешительно постоял секунд пять. По его физиономии я поняла, что меня собираются доставить вампирским экспрессом до кровати. Вот только Вова был против. А я не хотела выслушивать ни от одного, ни от второго претензии, поэтому потребовала поставить меня на землю. Попрощалась с друзьями и гордой птицей... Ладно — гордым, но умирающим червячком, поползла по ступенькам на этаж.

Василий встретил меня на пороге с заготовленными белыми тапками, то есть матами. В смысле, наорал на меня, обозвал пробкой и скрылся в кухне, шурша там, в поисках необходимого для моего лечения. Я же плюхнулась на кровать, чуть не задавив Холодца. Вася появился незамедлительно и, причитая о том, что у него дурная на всю голову хозяйка, занялся моей ногой. Джинсы пришлось порезать и выкинуть. Подозреваю, что домовой даже сжег их позже.

— Ай! — подвывала я, когда он выдергивал из кожи шипы, и обрабатывал раны жгучей мазью. — Подуй, подуй!

— Ну, как маленькая! — шипел на меня Василий.

— А кто утверждал, что она взрослая?

Мы синхронно обернулись к окну, где на подоконнике восседал Куран.

— И кто это окно не закрыл? — ткнул в рану пальцем домовой, и я взвыла.

— Раз явился, займись ею сам! — передал свои обязанности вампиру Василий и слинял.

Куран сел рядом. Протянул мне пузырек с противоядием.

— Вот. Сашка дал. Пей! — приказал он. Я сделала глоток мерзкой жидкости и откинулась на подушку. А Даниэль положил мою ногу себе на колени и, бережно прикасаясь, занялся ранениями. Температура поднялась, и вампиру пришлось нянчиться с больной ведьмой, постоянно причитающей, как ей холодно-жарко, душно-мокро. И темно...

Я отключилась. А когда разум покидает оболочку, то уходит в неведомые пределы. Мои были ведомыми — знакомыми до боли и отчаяния: камера лаборатории. На сей раз — без стекл, зеркал, дверей. Просто сплошные стены. Сквозь них с легкостью прошел мой мучитель, Поль Дорье, а вот для меня они оказались кирпичными и непроницаемыми...

Муки и страдания, страх бессилия выбросили меня и из светлой коробки-тюрьмы. Теперь я бродила по непроглядной тьме. Бежала, потому что не могла и не хотела быть одна в этой неизвестности. Остановилась у крошечного единственного просвета, надеясь сквозь него выскользнуть в реальность, но стала лишь призраком в собственной комнате, где лежало мое тело, охраняемое вампиром.

— Тебе не обязательно следить за мной! Я не причиню ей вреда! — сказал он кому-то, и на прикроватном столике появился домовой.

— Хотелось посмотреть тебе в глаза и понять, что ты чувствуешь, — проговорил Василий.

Куран замолчал. Провел пальцами по моему лбу (жаль, что я не могла чувствовать его прикосновения сейчас). Поцеловал в губы.

— Боль, — признавался он, описывая свои чувства. — Страх одиночества. Желание. Тепло. Полноценность. С ней я полон, а без нее — пуст.

— Верю, — вздохнул домовой и достал из крошечного мешочка горсть какого-то песка. Без предупреждения или объяснений, он сдул мелкое крошево в лицо вампиру. Вскоре на кровати лежали уже два безвольных тела.