Пятый экземпляр.

Практически сразу после этого у него еще получилась 'вспышка', ослепившая меня на несколько секунд, и здорово напугавшие меня 'кислотные брызги'. Хорошо, что они не попали мне в лицо, но куртку попортили. Воодушевленные, мы продолжили занятия, но прогресс застопорился.Здорово тормозило изучение то, что мы не могли сделать больше трех-четырех заклинаний подряд, приходилось отдыхать, иногда очень долго, порою целые сутки. Но польза у наших занятий несомненно была, так что настроение было хорошим. Дни пошли прежним чередом — охота ,сон и тренировки. Вскоре у ирландца получился 'луч холода', а у меня 'вспышка' , но после ничего нового найти не могли.

Весеннее солнце высушило землю, и теперь маг с подругой могли погулять, не извозившись в грязи по колено. Хоть какое-то развлечение в этом медвежьем углу.

— Дран видел, как призванные практиковали заклинания

— Значит, в них уже проснулся дар. Как ты и предполагал.

— Да, и теперь надо решить что с ними делать. Отец предлагал отдать их Повелителю, но я не согласился. Думаю, от них можно добиться больше пользы. Хочу поучить их немного. Грог сказал, что надо ждать набег хобгоблинов, да и бои впереди неизбежны. Бойцы, которых не жалко, пригодятся. А в лучших можно будет разбудить кровь и дать свободу.

— Есть же наёмники. Зачем ты вообще возишься с призванными?

— Это же я нашел это странное заклинание вызова , отец сказал, что оно полностью бесполезно, слишком зависимо от звёзд, и печать можно ставить только на иномирян. Далеко их не отошлешь, к нашему миру они не приспособлены. А мне хочется показать, что я смогу своим умом выжать из этого толк. За обычными рабами нужно больше присматривать, печати им не поставишь, специально искать долго, да и засветимся тогда. А так уже лагерь нам обустроили, во всех них есть кровь колдовства, может и начинающие маги получатся. Бойцы уже есть неплохие, Грог сказал. Поучить их немного, посылать в бой, в лучших разбудить кровь , замотивировать и будет польза. Хочу их поучить и пообщаться, чтобы понять. Наверняка многим из них понравится наша жизнь, если приз впереди будет достаточно большим. И управлять ими будет проще чем наёмниками.

— Мастер говорит, что люди ничто.

— Ну, на хороших специалистов он денег не жалеет.

— Ну так и деньги для него ничто.

— Да, и деньги и люди ничто, по сравнению с Повелителем. Но ему еще надо полностью проснуться. А я пока хочу научиться управлять людьми. Это моё слабое место, я слишком много времени провёл в библиотеке.

Очередное изменение нашей жизни началось с того, что молодой маг собрал нас всех на неожиданную лекцию.

— Как вы все уже видели, в этом мире есть магия, не то что в ваших неполноценных мирках. И у меня для вас хорошая новость — вы все к ней способны. Я не хочу читать вам лекции, которые вы всё равно не поймёте, но объясню основы и дам направление для развития. Проявите себя — дам больше.

— Для начала поймите главное — все заклинания имеют конкретный вид, какими их создала богиня Мистра. Ваша задача — найти их в себе или заучить. Забудьте о создании своих заклинаний, до этого уровня вы не дойдёте никогда. Пути для освоении волшебства два — колдуны и маги. Колдуны используют магию из своей крови, она просто в них есть. И в вас всех есть, вас так и нашли. Маги заучивают заклинания, этот путь открыт для всех, но сложен. И у тех и у других есть свои достоинства и недостатки. Я дам вам список заклинаний, ищите их в себе, что-нибудь в вас да есть, если вы не совсем тупы. Можете попробовать их заучить, как делают маги, но вы не умеете читать, а учить вас я не собираюсь, поэтому запоминайте.

Мы старательно записали формулы заклинаний, каждый на своем языке, и кто на чем, я писал угольком на доске. Начальных заклинаний было всего семь, и помимо 'ошеломления' и 'вспышки', у меня получились 'свет' и 'усталость'. До того, что можно просто вызвать свет или прикосновением сильно утомить противника, я просто не смог додуматься, когда искал магию сам. В моём понимании магия была чем то дистанционным и обязательно боевым.

Пытался заучить заклинания по магически, но объяснений мага было явно мало. Польза от этого пути была видна, всё таки свобода выбора это очень заманчиво, но всё уперлось в безграмотность. Неожиданную помощь оказал жрец, звали его Калин. Он явно закончил присматриваться к нам, и счел достойными внимания. Рыжий, одноглазый , он всегда носил простой, но качественный доспех под черной сутаной, не расставался с шестопёром и стальным треугольным щитом. Шрамы на его лице были явно от удара немаленькой когтистой лапой, и единственный глаз смотрел с привычкой к повиновению. Когда он позвал нас всех на занятия, ни у кого не возникло желание ослушаться. Я легко понял буквы, а вот для некоторых это была проблема. "Зулус" то понятно, чтение не было для него обычным делом, но неграмотными оказались так же один латинос и азиат. И ученица клерика тоже, к моему удивлению. Училась она вместе с нами. Безграмотность была для всех них большой проблемой. Всё таки знания сила. Особенно это стало понятно после того, как маг отдал нам небольшую тетрадь с заклинаниями первого уровня. Они были намного сложнее, но уже их возможности поражали, страшно представить что на высших кругах. Да уж, пока что можно надолго забыть о возможности убить хозяев и сбежать.

Заклинания состояли из двух компонентов: слова, или устный компонент, и жесты, или соматический компонент. Были чисто устные, или только из жестов, но чаще из разных пропорций. Лично я больше тяготел к соматике, руками владел лучше чем голосом. Причем кастующий не создавал эффект, он скорее создавал спусковой механизм. Слова про богиню магии были не пустым звуком. Эффекты заклинаний тоже были разнообразными, от нанесения урона до переманивания на свою сторону, но их применение было настолько сложным, что о боевом использовании не могло быть и речи. Пока мы даже не смогли повторить ни одного. Так что пока для нас единственным возможным был нулевой колдовской уровень, причем сильнейшим неожиданно стал "шестой". Когда до него дошло, что боги подарили ему колдовство, он принял это легко, хотя и очень радостно, и устроил долгую пляску вокруг костра , ритмично лупя по самодельному барабану. Это было даже красиво, всё таки развлечениями никто здесь избалован не был. Так что его даже не заткнули, как я поначалу ожидал. После этого заклинания получались у него без проблем, причем все семь. Когда он впервые сотворил свет, на его лице было детское счастье. И я ясно понял, что печать на затылке ему уже не нужна, его верность магам вполне обеспечена. Простой охотник из примитивного мира не знал что такое электрогриль и интернет, ему было нечего терять, да и проявление принуждение в свой адрес не было для него проблемой. Простота не всегда плохо.

Но даже самые простые, заклинания сильно повышали боевые возможности. В эффективности 'ошеломления' я уже спел убедиться, 'усталость' срабатывала при касании и была очень полезна при борьбе, позволяя быстро одолеть равного по силе. "Девятый" уже очень метко попадал 'кислотными брызгами' в цель размером с лицо, 'вспышка' позволяла выиграть драгоценную секунду. 'Свет' был очень удобен в быту, не смогли только приспособить 'луч холода', больно слаб был урон. Птиц разве что сшибать на лету. Если попадешь.

А потом 'ирландец' умер. Во время тренировки рядом с лагерем тату на его шее вспыхнуло, и он повалился где стоял. Первой моей мыслью было — б..ть, за что?!

А вместо второй мысли я побежал, едва не забыв крикнуть всем 'за мной!'. Забегая в лагерь, все уже поняли, что произошло. Молодой маг ушел с мастером по тропинке вверх, обычно он увеличивал радиус действия охраняющего заклинания, а в этот раз забыл. Мы стояли у тропинки, заглядывая вверх, пытаясь понять где он. Ведь если он ушел недалеко, то нас убьёт внутренний запретный радиус, а если он отдалится слишком далеко, то внешний. Обитатели лагеря наблюдали за нами, столпившимися у тропинки как бараны, и такими же беспомощными, с интересом и насмешками. И никто не вмешивался и не помогал. Спас нас Грог. Поняв ситуацию, он сходил на гору. Когда молодой маг вернулся в лагерь, на его лице не было ни тени эмоции насчет погибшего. Он был занят какими-то важными расчетами.

И тут я как то окончательно осознал, что умру. В любой момент, от руки врага, от случайности, но против моей воли и в исполнении воли чужой. И я ничего не могу изменить, и мой любимый диван с интернетом мне не видать. И так же я понял, что очень хочу жить, и готов упираться за каждый миг моей почти животной жизни. Ради возможности спать в тепле, быть сытым я буду выполнять все приказы, не помышляя о неповиновении. Выхода из ситуации не было. Всё время копания могилы и похорон в моей голове гудела тишина, а на лице было ощущение восковой маски. Вместе с 'ирландцем' я похоронил надежду, тихо живущую во мне. Надежду что всё само образуется. Не образуется.

Я ведь даже не узнал его имя. Хотел было выложить камнями цифру 'девять', но потом понял, что сам точно не хотел бы у себя на могиле цифру 'пять'. К черту клички, после смерти мы свои собственные.

Пришибленным выглядел не один я. Подошел жрец, все ожидали хотя бы короткой молитвы, но он предпочёл нас добить:

-Ваш товарищ жил слепым и умер, не успев прозреть. Так же умрут почти все, прозреют лишь единицы из тысячи. И не потому что правду сложно видеть, наоборот, истина сияет. Но её страшно видеть, очень страшно. Вы пришли в реальность из женщины, и они заботились о вас, внушив вам ложное чувство безопасности. Потом вас воспитывали послушными рабочими, участниками общества, управляемыми и безопасными. Почему вас так поразила эта смерть? Потому что вам внушили, что жизнь важна, даже ваша, даже чужого человека. Причем те, кто это вам внушил, не задумываясь убивали ради своих целей. Поэтому вы боитесь. Боитесь увидеть правду и понять, что ваша жизнь ничто для всех, кроме вас, и так же чужие жизни ничто для вас самих. Одиночество и страх. Вот из чего состоит настоящая жизнь, и свободный выбор лишь в том, испытывать страх самому или внушать его другим. Подумайте об этом, и вы сделаете первый шаг к осознанию величия Лорда Бейна.

2 глава.

Широкая сухая грунтовка лениво петляла между невысоких холмов, ей явно часто пользовались, и лениво ползущий по ней караван это подтверждал. Пригретые летним солнцем люди лениво переговаривались, коротая время беседой. Собеседников хватало, на дороге пылило примерно десяток телег и больших фургонов. Рядом с ними редкой цепочкой шли двадцать солдат. Места здесь были безопасные, до города недалеко, но видимо в караване было что-то важное. Два десятка солдат необоримая сила для разбойников, да и возницы, рабочие и особенно некоторые пассажиры не были безобидными существами. Но это им не помогло.

Это даже не было засадой. Группа разумных просто ждала их, укрывшись в тени густых деревьев, а когда караван подъехал достаточно близко, спокойно направились к нему. Сержант остановил движение, солдаты привычно проверяли оружие, некоторые натянули луки. Никто не испугался, ведь подходящих было не больше десяти. Впрочем, чтобы охрана не сделала, им бы это не помогло.

Налётчики , не доходя на расстояние прицельного выстрела из лука, кастанули по заклинанию, от которых над обреченным лагерем повис зеленоватый туман, потом еще и еще. Люди стояли парализованные, бесцельно шарахались, некоторые били не сопротивляющихся соседей. После чего маги неспешным шагом стали приближаться, а плохо одетые бойцы ,латник с двуручем и варвар с секирой побежали к обреченному каравану. Не заходя в туман, они начали вылавливать беспомощных людей и вязать их. И тут возникла единственная проблема, хоть как то нарушившая этот размеренный процесс. С хвоста каравана не таясь подошли три воина в блестящих доспехах с символами весов на щитах, похоже что магия на них не действовала. Старший волшебник среагировал мгновенно, превратив одного в пыль едва заметным серым лучом. , второй маг начал было делать пассы руками, но жрец протестующе закричал. Рыцари шли выверенным уступом, было видно что они привыкли биться вместе. Радостный клерик с довольной улыбкой шел к ним, варвар с остальными бойцами шагал рядом, а латник в черном доспехе, оставшись незамеченным, наблюдал из-за головного фургона.

Мастер со скукой на лице наблюдал за тем, как рыцарь и жрец обмениваются репликами, готовясь к бою. Парень и девушка смотрели с большим интересом.

— Может быть сдадитесь? — издевающе предложил одноглазый клерик.

— Я убил много бейнитов, и еще одного убью. — спокойно ответил рыцарь и, не затягивая ненужную перебранку, атаковал. Его длинный меч гулко ударил по умело подставленному щиту, и схватка старых врагов началась.

Клерик ушел в глухую защиту, стараясь закрутить противника спиной к своим соратникам. Варвар мощно бил второго рыцаря, но тот показывал настоящее мастерство, успевая и защищаться , и отгонять бестолково суетящихся вокруг остальных врагов. В это время за фургоном всё еще оставшийся незамеченным черный латник окутался дымком, и у его ног появилась гигантская крыса с горящими красным огнём глазами. Повинуясь жесту призывателя, она прошмыгнула под фургоном и вцепилась второму рыцарю в ногу в незащищенное поножами место. Скрипнув зубами, он разрубил ей шею одним ударом меча, но тут же получил мощный удар секирой варвара, ударил его в ответ, но точный удар копья в спину бросил его вперёд. Удар не пробил кирасу, но пошатнул его. Бородатый здоровяк не упустил такой отличный шанс, и гулким ударом по открывшемуся затылку сбил опасного противника на землю. Увидев это, клерик впервые за бой стал атаковать сам, оттягивая внимание единственного оставшегося на самом деле опасного врага. И не зря, незаметно оказавшийся за спиной рыцаря мечник точным ударом отрубил ему ногу в районе щиколотки. Раненый завалился на колено, и его вырубил удар шестопёра. Над телами побежденных раздался довольный хохот бейнитов.

Пока торжествующие победители срывали с рыцарей доспехи и перевязывали покалеченного, остальные налётчики продолжили связывать почти не оказывающих сопротивление участников каравана. Кто-то пытался бежать, кто-то приходил в себя и пытался драться. Всё это было бесполезно. Точнее, польза для некоторых была — они получали быструю смерть.

Вся добыча отправилась в лагерь за семь подходов, она просто не влазила в телепортационный круг. Причем ей были довольны все, и удовлетворённо разглядывающий какие-то небольшие тяжелые ящики мастер, и жрец, не отходящий от пленного рыцаря, и простые бойцы. Всего было много — еды, одежды, шкур, одеял, вина, пива, даже несколько баб. Отправив последнюю партию груза и людей, Мастер остался один, но не телепортировался следом, а терпеливо ожидал. Вскоре к кругу подошли три маленькие фигурки в плащах с закрывающими лицо капюшонами. Он молча передал им тяжелый кошель и небольшую шкатулку. Поклонившись, неизвестные сразу же отошли. Маг шагнул в центр круга, произнес заклинание и исчез.

Когда мы поставили семь отобранных фургонов и телег к остальным и отпустили стреноженных лошадей пастись, над лагерем уже сгущались сумерки. Все были радостны, как это всегда бывает после тяжелой совместной работы. Быстро собрали из трофеев праздничный ужин. Ели мы, конечно, отдельно, но это было вкусно как никогда. Я уже и забыл, что бывает еда кроме мяса и крупы. Сыры, окорока, разнообразные колбасы, рыба разных видов, соленья, свежий хлеб, мёд и прочее и прочее. Как же мы от всего этого отвыкли. Я даже пива выпил, хотя вскоре надо было идти на пост. Сегодня у меня была первая смена, самая легкая.