Симбирский цирюльник Часть 1

И мы направились к Немчиным. Так как у Юрия не имелось кареты для выезда, то мы просто наняли лёгкую пролётку, как раз на двоих. Пока сойдёт, тем более, мы простые курсанты. Нам можно.

На берегу Оми, на большой площадке недалеко от особняка Немчиных, стояли и кареты, и пролётки, в том числе и уличных извозчиков. Мы свою, конечно, отпустили. Так как вечеринка была молодёжной, то официальная часть была менее строгой. Меня даже не объявили, просто сказали, что друг Юрия Иван, и всё. Тем более, и старшие Немчины как бы не собирались мешать молодёжи.

Нас встретили. Я, само собой, не был знаком ни с Орнестом, старшим Немчиным, тем более, он был старше меня на шесть лет, ни младшим Борисом, уже на два года. И они были выше и как бы по положению, и по способностям. Первый, вполне себе маг воды и воздуха шестого и третьего уровней, четыре года назад закончил Новосимбирскую магическую академию и теперь являлся одним из её работников. И второй имел такие же способности, но на уровень меньше, и в этом году завершал там обучение, Старший лишь сухо поздоровался с нами и отошёл, а вот младший задержался и стал расспрашивать Юрия о его делах. Всё-таки он именинник, и я подарил ему кинжал в азиатском стиле, забранный мной у убитого под Кабаргандой мага. И подарок ему явно понравился.

А далее мы с Юрием прошли в дом и сразу же направились в зал для приёмов. Он пока был наполовину пуст, так как самые важные гости, как правило, подтягивались позже. Мне, если честно, было наплевать на них. Я и не стремился тут блистать, тем более, мне, фактически нищему, глупо шастать по дорогим приёмам. И гордость позориться не позволит. Жаль, но мне, скорее всего, уготована лишь военная служба где-нибудь в опасном гарнизоне, где, возможно, и не удастся дожить до старости. Такая, вот, судьба.

Хотя, Юрий стал рассказывать мне о гостях, уже находящихся в зале, больше помоложе. Одна компания парней собралась в дальнем углу и что-то оживлённо меж собой обсуждала. Главным там являлся, конечно, княжич Феликс, чуть старше нас. Я знал, что он, вместе со своим старшим братом Николаем, никакой не Юнусов, а, фактически, лишь третий виконт Сумраков-Энистон. Это его мать Зинаида была Юнусовой, старшей дочерью князя Николая Борисовича Юнусова, а отец братьев Феликс Феликсович вообще имел брутанские корни. Это чтобы сохранить княжеский род, ещё император Павел Третий, уже лет как десять назад умерший при странных обстоятельствах, разрешил ему принять фамилию Юнусовых. Хотя, у аристократов это обычное дело, так и Его Величеству виднее, и это не моё дело. Ладно, что ранее уже дед братьев Феликс Николаевич Энистон смог удачно жениться на виконтессе Елены Сергеевне Сумраковой и заимел влиятельного тестя-придворного.

Помимо Феликса, Юрий с придыханием назвал мне княжичей Константина Долгорукого и Владимира Барятинского, виконтов Бориса Игнатьева и Сергея Шереметьева, и баронетов Игоря Самойлова и Василия Переверзева. Все они тоже немного были старше нас, похоже, учились вместе и, понятно, что принадлежали к кругу общения Бориса Немчина. Тем более, его старшая сестра Юлиана была замужем за княжичем Юрием Долгоруким, старшим братом Константина, и они уже растили двоих сыновей и одну дочь. А Барятинские считались придворными, особо приближёнными ко Двору и императорской семье. Но я, хоть и неплохо разбирался в генеалогии аристократических родов Русинской империи, всё-таки мало что-то помнил о виконтах, а о баронетах слышал в первый раз. Ну, просто невозможно держать в памяти всех членов знатных родов. Парни, похоже, тоже являлись учениками магической академии и имели способности к разным стихиям пятого-четвёртого уровней. Хотя, княжич Барятинский являлся как бы даже магом огня и земли шестого и третьего уровней. Да, вполне, как там, круто! И он был обвешан ещё и сильными магическими артефактами. И практически все присутствующие — при магическом зрении они выглядели словно новогодние ёлки. Это у меня можно было увидеть лишь защитный артефакт четвёртого уровня, и то родовую печать, и ещё лечебный амулет третьего уровня. Трофейные артефакты от мага — защитный, лечебный и атакующий с водяным копьями, и все пятого уровня, я собирался продать, поэтому с собой не таскал. И мне ранее не приходилось общаться с членами столь знатных и богатых семейств. Ладно, что про меня они явно ничего не знали.

* * *

Глава 03.

А вечеринка ничего...

Конечно, на вечеринку прибыли и барышни, но Юрий явно не посчитал себя должным меня с ними познакомить. Хотя, это должны были сделать члены семьи хозяев дома, но они, скорее всего, просто не обратили на меня внимание. Даже Анна, младшая дочь хозяев, лет семнадцати, хоть и кивнула Юрию, меня вообще проигнорировала. Ну, хоть и ничего, не сильно и тронула. Я тут для всех чужой...

Но некоторые девушки меня привлекли. На вечеринку прибыла и виконтесса Татьяна, младшая дочь княжны Татьяны Юнусовой, вышедшей замуж за графа Василия Петровича Сухорукова. Ей было лишь девятнадцать лет. Что ни говори, красавица, каких мало! И сильная одарённая — пятый уровень к стихии воды и третий — огня. Да, опасна! Парни из компании княжича Феликса только так вились вокруг неё. Но я и не подумал лезть к ней знакомиться. Нас, конечно, представили, но красавица не удостоила ни меня, ни Юрия, ни каплей внимания. Лишь равнодушно прошлась по нам, а по моему приятелю — даже и слегка презрительно. Всё-таки он, хоть и одет был роскошно и богато, не выглядел слишком представительным. Так как мой титул и фамилии на входе не назывались, то она явно решила, что я вообще просто малозначительный клиент Юрия. Аристократы с титулами любили окружать себя такими типами. И на этом приёме они имелись. Хотя, фактически и я как раз им и являлся.

Нет, Юрий постарался сделать девушке яркий комплимент. Он, похоже, знал её давно и явно неровно к ней дышал.

— Татьяна, позвольте выразить Вам своё восхищение. Вы, несравненны и с прошлого раза стали ещё красивее, и Вас можно сравнить и с розами из парка Чаин. — Да, в Новосимбирске, в этом парке, летом росли чудесные розы разных цветов. Даже чёрные имелись. Весь город приходил на них любоваться. Хотя, ещё не сезон. — Скажите, а Вы сегодня исполните что-нибудь? Мне хотелось бы вновь услышать Ваш чарующий голос.

Нет, голос девушки действительно был привлекательным. И мне он понравился. Хотя, и такие красавицы, оказалось, подвержены лести, и даже столь грубой. Вот и Татьяна не стала ломаться:

— Ну, раз вы, мальчики, просите...

Хотя, мне всегда казалось, что все девушки отчего-то любили парней-грубиянов и таких скромников, как я, тупо игнорировали. Ну, наверное, природа такая — женщинам больше нужны сильные самцы, ещё и богатые. Они же как бы слабые существа...

И в ответ ей хором раздалось:

— Просим Татьяна, просим!

Хотя, я промолчал — если честно, она не для меня. Девушка села за фортепиано и сначала сыграла небольшую музыкальную пьесу, а потом исполнила широко известный сейчас в Русинской империи романс 'Ах, почему все ночи светлые?'. Голос у неё оказался на самом деле приятным, даже бархатным, и она исполнила её на одном дыхании. Да, несомненно, молодец! Правда, больше петь она не стала. Похоже, посчитала, что показала достаточно. Тем не менее, все кавалеры выразили ей восхищение.

— Спасибо, мальчики. Я рада, что вам понравилось. — И вдруг она, явно решив немного подколоть кавалеров, и слегка игривым тоном, задала провокационный вопрос. — Может, кто-нибудь из вас пожелает порадовать барышень и тоже исполнит что-нибудь?

В большой компании ненадолго воцарилось молчание. Похоже, среди собравшихся не нашлось любителей музыки. Правда, большая часть кавалеров тут же поспешила покинуть нишу. Но я на них и на то, что творилось в других комнатах, пока не обратил внимания. Зато вдруг решился на смелый и странный шаг:

— Друзья, позвольте мне? Виконтесса, разрешите?

И я, не обращая никакого внимания на удивлённых кавалеров и на саму девушку, аккуратно сел на стульчик. Хоть это и скрывалось ото всех, но я знал некоторые интересные музыку и песни. Как ни странно, они снились мне во сне. Словно я в другой жизни являлся музыкантом. Пока мне не было понятно, откуда всё, но это началось год назад, после покушения на меня. Моего старшего брата Дмитрия убили дома, в баронстве, ещё в начале последней недели февраля, а дней через десять, конечно, в Новосимбирске, напали на меня, и так находившегося, после получения известия об убийстве Дмитрия, в сильнейшем шоке. Несмотря на то, что он, в принципе, относился ко мне холодно и никак не помогал, и я выживал, как мог, и ведь ещё и учился, мне хотелось хоть немного добиться любви и уважения брата. Но никак не получилось, он ушёл в небытие, так и не проявив ко мне родственных чувств и ни слова не передав напоследок.

На меня нежданно напали вечером прямо на улице, когда я ненадолго отлучился из казармы в город за покупкой еды. Сильный магический удар несколькими стихиями сразу же мог вышибить из меня дух, но я успел засечь врагов и даже запомнить их ауры, а потом, непонятно как крутанувшись, смог уйти немного в сторону и получил удары лишь по касательной. Мало того, у меня хватило сил рвануть и с места засады. В ту ночь я в казарме не ночевал и провёл бессонную ночь в своём тайном убежище. Как раз снял его. Сильно болело всё тело, ночью я несколько раз впадал в беспамятство, но, к счастью, к утру смог слегка оклематься. Конечно, как раз успел и на утреннее построение в казарме, но, так как был как бы болен, на занятия не пошёл. Вообще, ещё дня три я тупо отлеживался. И вот после этого мне начали сниться странные сны. И как раз одну из произведений, приснившихся мне, я решил и исполнить.

Сначала я пару раз пугливо пробежался по чёрным, блестящим клавишам туда-сюда и понял, что у меня всё получится. А потом полился чудесный 'Весенний вальс'. Я его уже исполнял несколько раз у себя в сарайчике на гитаре, но вот до фортепиано смог добраться только сейчас. И, похоже, пьесу я сыграл вполне на уровне, так как все собравшиеся, в том числе и Татьяна, глазели на меня с нескрываемым удивлением. Тут мне захотелось слегка пошутить, и я начал 'Эти глаза напротив'. А что, и песня чудесная, и подходящая девушка как раз рядом со мной, и даже глаз от меня не отводит:

— Эти глаза напротив — пусть побегут года!

Эти глаза напротив — сразу и навсегда!

Эти глаза напротив — всё больше нет разлук,

Эти глаза напротив — нежный любимый друг.

Я ещё пристально смотрел на Татьяну, словно что-то искал в её синих глазах, что она не выдержала моего взгляда и отвернулась. Но не ушла. Явно хотела дослушать всю песню. Ну и пусть, что она из знатной и очень богатой семьи. Зато у меня, хоть и нищ, как сокол, кровь даже императорская, и я горд, как орёл. Да, 'сижу на вершине, орёл молодой, жаль, перья ощипаны, желудок пустой'. Но и голос у меня оказался ничего. Нормально всё получилось, особенно припев:

— Пусть я впадаю, пусть, в тревогу, ярость и грусть.

Воли моей супротив эти глаза напротив!

Вот и свела судьба, вот и свела судьба,

Вот и свела судьба нас.

Только не подведи, только не подведи,

Только не отведи глаз!

Конечно, вся толпа знатной молодёжи, что собралась у ниши, взирала на меня, словно на чудо природы. Там было больше девушек, но и парней хватало. Тут я решил обострить, так сказать, накалить обстановку ещё больше. Глупо, конечно, но гордость взыграла.

— Куда бы лихая судьба не носила,

Но в сердце немолчно поют голоса

О долгой дороге, о снежной Русии,

Высоким, прозрачным чужим небесам.

Ну, да, я начал 'Офицерский романс'. А что, мне точно можно. Пусть я пока лишь курсант, но через два года выпущусь из училища, если постараюсь, может, не простым прапорщиком, а даже целым подпоручиком, и гранаты, ну, магия, у меня будут именно той системы, ну, вполне на уровне. Я не смотрел по сторонам, но, когда пару раз оглянулся, то, помимо удивлённых взглядов, уловил и злобные, особенно парней. Кто постарше, там имели и настоящие офицерские звания. Хотя, вряд ли кто из них успел побывать в настоящем бою? Наша Русинская империя пока больших войн не вела, а в 'горячие точки', имеющие место быть в нескольких местах, к примеру, в степи на границе с Хибинской империей, в Кабарганду, они служить вряд ли пойдут. Что-то я там не заметил никого из знатных семейств, видел лишь простых дворян и чудом пробившихся в офицеры мещан и купцов, ну, выходцев из этих сословий. К тому же, там условия даже в штабах тяжёлые, и в них, за исключением старших начальников, большинство штабных тоже из простых дворян и мелких небогатых аристократов. В общем, знать туда даже на аркане не затащишь.

И песню я завершил под полное молчание собравшихся:

— Я вижу во сне Ваши нежные руки

И тонкие кудри русинских берёз.

Жаль, но рукоплесканий не последовало. Все молчали. Хотя, оказалось, что число 'ценителей' моих музыкальных способностей сильно уменьшилось. Почти все мужчины окружили одного высокого парня лет двадцати пяти и другого, уже юношу лет шестнадцати. Я их, конечно, не знал. Но, судя по положенному обращению к ним, это, похоже, на вечеринку, как и довёл до меня Юрий, явились принцы Александр и Михаил. Но, оказалось, что и в нише появились новые лица. Впереди всех стояла симпатичная и очень богато одетая девушка лет двадцати, и другие красавицы явно клеились к ней. Я ещё не успел опомниться, как она вдруг задала мне вопрос, да ещё и с немного насмешливым, может, даже и презрительным тоном:

— А Вы, сударь, так поёте, словно сами воевали.

И окружившие её красавицы тоже заулыбались, пока уголками губ и глаз. Я их, конечно, никого не знал и ранее не видел.

Что же, я могу ответить, и достойно:

— Да, не воевал, сударыня. Хотя, разрешите доложить, что в начале марта был направлен на магическую практику в десятый пехотный полк, что в данное время охраняет границу с Хибинским ханством в степях рядом с Кабаргандой. Там мне пришлось в составе третьего батальона из этого полка участвовать в отражении подлого и нежданного нападения кочевников, силой примерно до тысячи конных воинов и десяти магов. При защите взводного опорного пункта лично уничтожил магией одного мага и десять степняков, и в рукопашном бою — ещё двоих. Взвод, к которому я был придан, отстоял свои позиции и обратил в бегство сотню конных кочевников и ещё другого мага. На месте боя были найдены три десятка убитых противников, ещё два десятка были взяты в плен. Получил в грудь ранение средней тяжести и две недели лечился в армейском госпитале. Три дня назад прибыл в своё училище для продолжения учёбы.

Я уже понял, что эта милая, но высокомерная девушка, скорее всего, являлась принцессой Ириной Романовой, одной из дочерей нашего императора Николая Десятого. А что сейчас я назвал её сударыней и не оказал как бы полагающихся знаков внимания, так мы незнакомы, и никто нас друг другу не представлял. Тем более, и сама вечеринка считалась неофициальной, поэтому титулы разных гостей не объявлялись. Большинство собравшихся, конечно, кто есть кто, прекрасно знали, но я-то в этом кругу не вращался. Поэтому и сейчас не совершил ничего предосудительного и положенный этикет был соблюдён. А что там многие выслуживались перед принцами, то это их дело. Хотя, часть парней вполне звали их по именам. Но что позволено одним, не дозволено другим. И я в первый раз вижу живых Романовых. Ну, вообще-то, все трое являлись достаточно сильными магами и даже трёхстихийниками — у них наблюдались и стихия воды, и магия жизни, к тому же, у Александра даже восьмого и четвёртого уровней. Вот у Михаила они были на пару уровней ниже. Но ему пока исполнилось лишь шестнадцать лет. В этом возрасте у меня наблюдались лишь зачатки способностей к магии. Хорошо, что в пехотное училище принимали всех, лишь бы желание проявил и оплачивал учёбу. В общем, Империи постоянно требовалось 'мясо', пусть и командного состава. Кто будет вести солдат на убой?