— Ну, ваши дочери очень красивые, — Гарри почувствовал, что начинает краснеть под внимательным взглядом Делакура. И стал с любопытством рассматривать свои ботинки.
— Ну да, они красивые, — Делакур впервые улыбнулся. Удивительно, но по тому, что он уже успел узнать о Гарри Поттере, этот англичанин не потерял свою застенчивость. Хотя это было последним, в чём его можно было заподозрить. — Однако в их присутствии вы не замираете, как от заклятия "Остолбеней", у вас не стекленеют глаза, и что самое удивительное, у вас даже не текут слюни, — видя как мальчик, рассматривая свои ботинки, покраснел ещё сильней, он удивлённо покачал головой.
"Как могут сочетаться такая невинность, и такое самопожертвование?"
— Мне известно, что Дамблдор отменил такие важные предметы как магические традиции и основы магического права, однако ваш опекун должен был уделить вам время или хотя бы нанять соответственных преподавателей.
Гарри почувствовал себя совсем неуютно.
— Видите ли, сэр, я вырос у моих родственников, а они маглы, и не очень любят всё, что связанно с волшебством, так что сами понимаете... — так и не дождавшись ответа, он посмотрел на растерянное лицо Делакура. Делакур думал, что его уже ничем не удивить. Он жестоко ошибался. Нет, он, конечно, собирал информацию о соперниках своей дочери и вначале на мистера Поттера не обратил особого внимания в силу того, что никто не любит выскочек, непонятно как пролезших на турнир.
— Знаете, мистер Поттер, когда Кубок Огня выбросил ваше имя, Министерство Франции стало наводить справки о вас. Однако, чем сильнее наши люди копали, тем большее недоумение выплывало на лицах наших агентов. Как отец Флер и сотрудник Министерства Магии Франции я получил доступ к собранной информации на Вас. Знаете, что они узнали о Вас в течении месяца? Абсолютно ни-че-го. О жизни Гарри Поттера неизвестно абсолютно ничего, за исключением того, что он живёт у родственников, в безопасности и окружённый любовью. Сбор информации превратился в настоящий вызов для всего Министерства Магии Франции. Политика просто требовала этого. У нас возникло ощущение, что мы ищем глубоко законспирированного агента, о котором не знает даже сам Министр Магии Англии. Дело сдвинулось с мёртвой точки лишь после того, как Флер рассказала о том, что поведал им с Крамом Седрик Диггори после первого тура в палатке для чемпионов. В связи с тем, что рассказы напоминали инструкцию о том, как убить героя, мы со скепсисом отнеслись к этой информации. Однако ваш патронус дал подсказку, где копать. И вот недавно мне передали копию отчёта. Всё рассказанное мистером Диггори о Вас было правдой, однако в Министерстве весьма тщательно скрывают это. Ни документов, ни записей. Как вы понимаете, мистер Поттер, нападение дементоров на ученика — это не рядовое событие. Однако, по требованию вашего опекуна все документы по этому инциденту были изъяты и отправлены в архив. Знаете, у нас в Министерстве Магии Англии много друзей, которые тоже захотели почитать подробности о тех событиях. Так вот, записей о нападении дементоров на студента Хогвартса Гарри Поттера в архиве не обнаружено. Записи туда просто не дошли. Кто-то тщательно всё подчищает, и везде чувствуется рука вашего опекуна.
Поттер нахмурил лоб.
— Мой опекун? Я не знал, что кто-то из Дурслей имеет возможность посетить Министерство Магии.
— О каких Дурслях Вы говорите, мистер Поттер?
— О моих магловских опекунах. Вернон Дурсль и его жена, моя тётя, Петунья Дурсль. Вот я и удивился. Они же ненавидят магию и всё, что с ней связано.
— Мистер Поттер, постарайтесь понять меня правильно, я ни в коем случае не желаю оскорбить или обидеть вас, в особенности после спасения моей дочери, но когда вы узнали о том, что вы волшебник?
— Когда мне было 11 лет, мне сказал Хагрид.
— Хагрид?
— Да, это наш лесничий. Он принёс мне письмо из Хогвартса.
Жизнь преподнесла Делакуру ещё один сюрприз. Пять минут назад он думал, что удивляться дальше уже некуда, но ошибся. Вот теперь ему действительно некуда удивляться. Да что же в этой стране происходит? Преступная халатность или равнодушие? Чистокровный волшебник. Единственный наследник древнего рода живёт, не зная о своем Наследии? Чувствуя, что это не последний сюрприз из прошлого знаменитости, он решил пожалеть свои нервы и перевести разговор на другую тему. Двух скелетов из шкафа Гарри Поттера за день более чем достаточно, тем более, что дальше попахивает скелетами не простых обывателей, а целой хвостороги. Однако, не удержавшись, мистер Делакур вновь спросил героя магического мира:
— Мистер Поттер, вашим магическим опекуном является директор школы Альбус Дамблдор. Он взял на себя обязанности о заботе, воспитании, обучении и самое главное, проведении всех должных магических ритуалов над вами. Также он получил доступ к вашему детскому сейфу, дабы научить вас правильно тратить и вкладывать деньги. Так же ему временно, до вашего совершеннолетия, переходит право голосовать от вашего имени в Верховном Совете колдунов Англии, дабы вы, как будущий Лорд, были в курсе политической ситуации в стране и после своего магического совершеннолетия достойно выполняли свои обязанности.
— Но я увидел его впервые лишь в Хогвартсе во время распределения на первый курс, а о том, что он мой опекун, узнал только что от вас, — какое-то время оба волшебника шокировано смотрели друг на друга.
— Какие магические ритуалы вы проходили в детстве?
— Я даже не знаю, о чём вы говорите, сэр.
С трудом справившись с шоком, Делакур продолжил:
— Что вам известно о вашем магическом контракте с Кубком Огня?
— Ну... Я теперь обязан участвовать в турнире...
— Вы не поняли меня, мистер Поттер. Что вам сообщили о ваших правах и обязанностях?
— Ничего, сэр.
Делакур устало прикрыл глаза и возобновил дыхательные упражнения, чтобы взять свою магию под контроль.
— Мерлин и Моргана, — тихо произнёс Делакур, однако Гарри его услышал, — во имя Магии, дайте мне силы. Вне всяких сомнений парня хотят убить, и так называемый Пожиратель Смерти здесь ни при чём, — открыв глаза, он продолжил:
— Позвольте пройтись по нашей ситуации более подробно, мистер Поттер. Как вы поняли из загадки в яйце, в случае если потерянное не будет возвращено в срок, оно навсегда будет потеряно для чемпиона и останется на дне чёрного озера.
— Месье Делакур, — Гарри начал чувствовать раздражение, — если вы хотите сказать, что я единственный идиот, который поверил в эти слова, то можете не утруждаться. Я это уже и так понял.
— В том-то и дело, мистер Поттер, что вы, в отличие от судей, не были идиотом, — бледность, которая выступила на лице Делакура, показала Гарри, что ситуация несколько серьёзней, чем всем показалось на первый взгляд. — Чемпионы связаны с турниром и друг с другом магическим договором настолько серьёзным, что его практически невозможно разорвать. Ваше участие вызвало огромный международный скандал. Два чемпиона из одной школы — это плевок в лицо всем, кто организовывал турнир. Если бы ваше Министерство могло разорвать магический контракт и замять это дело, то оно не задумываясь сделало бы это. Слишком много проблем принесло ваше участие в этом турнире. Ваши политики этого вам не простят, — видя, что Поттер пытается что-то возразить, Делакур поднял ладони в защитном жесте и сказал. — Я верю вам, мистер Поттер, в том, что вы не бросали своё имя в Кубок, и спасение моей дочери служит абсолютным доказательством вашей невиновности. Вам было плевать на победу, вы спасали мою дочь. Ни я, ни Франция никогда этого не забудем. Поверьте, мы, французы, умеем быть благодарными! Также теперь вы будете пользоваться огромным уважением и у вейл. Если вы не в курсе, вейлы редко выходят замуж за магов. Дети в подобных браках очень ценятся у обоих народов, как среди вейл, так и среди магов.
— Но вернёмся к вашему случаю. Вы связаны магическим контрактом с Кубком. Это факт. Магия обязывает вас выполнять магические задания, выданные организаторами турнира. За отказ от участия магия Кубка вас просто уничтожит. Вам будет отказано даже в жизни в качестве сквиба. Задания турнира являются магическими заданиями. Задания наделены Кубком огромной магической силой. Именно поэтому Кубок разжигают только раз в сто лет. Всё остальное время он копит магию. Вы следите за моей мыслью, мистер Поттер?
Через пять минут осмысливания информации Гарри почувствовал, что земля под ногами начала раскачиваться.
— Вы хотите сказать, что...
— Именно, мистер Поттер. Магия Кубка должна следить не только за тем, как чемпионы выполняют своё задание, но и за тем, что задание из себя представляет. Проблема в том, что на каждом новом турнире задания отличаются от предыдущих. Следовательно, организаторы записывают задания на пергамент и, бросив свиток в Кубок, вплетают новые задания в магию Кубка Огня. После этого ритуала магия Кубка жёстко следует условиям, поставленным судейской коллегией, — видя, что Гарри начал стремительно бледнеть, Делакур продолжил: — Если в задании угрожают, что в случае, если чемпион не успеет спасти своего заложника, то его заложник погибнет...
— То заложник погибнет, — увидев подтверждающий кивок от Делакура, Гарри продолжил развивать свою мысль. — Заложника уничтожит сама Магия Кубка, ибо так сказано в магическом задании:
Ищи быстрей — лишь час тебе на розыск дали
На возвращение того, что мы украли.
Ищи и помни, отправляясь в этот путь,
Есть только час, потом пропажи не вернуть.
— И с будущими заданиями согласились чемпионы, они подтвердили это, бросив своё имя в Кубок и заключив магический контракт, — Гарри почувствовал, что ему нужно сесть, пока его не вырвало. Присев на небольшой валун Гарри продолжил. — Но куда смотрели организаторы, и о чём они думали, давая такое задание?
— Туда же, куда смотрели на Чемпионате Мира по квиддичу, — с отвращением выплюнул Делакур. — Именно по этой причине Британских магов очень не любят в других странах. Извините за резкость, мистер Поттер, но вашему Министерству на всех плевать!
Однако Гарри был согласен с подобной критикой, и война с Волан-де-Мортом была прямым доказательством. Пока ПСы пытали и убивали беззащитных маглов, Министерство сидело на попе ровно. Более того, оно не просто позволяло Пожирателям творить то, что они пожелают, а фактически покрывало зверства Пожирателей, стирая память выживших свидетелей. Зачесались они лишь после того, как стали гибнуть не только полукровки, но и чистокровные волшебники. Да и то не сразу. С тех пор ничего не изменилось. Делакур прав и в том, что нападение на Чемпионате мира по квиддичу прямое подтверждение, что политика Министерства не изменилась. Виноват кто угодно, но только не мы.
— Но ведь Дамблдор утверждал, что на задании никто не пострадает и...
— ЛОЖЬ! — вскрикнул Делакур и виновато посмотрел на удаляющихся студентов. — Простите, мистер Поттер, но на кону жизнь моей дочери. Флер не спасла своего заложника, и, следовательно, за невыполненное задание, наказание одно — смерть Габриэль, ибо Флер должна была навсегда потерять своего заложника, так сказано в условиях задания, — Делакур, тяжело дыша, стал расхаживать из стороны в сторону. — Стоит заглянуть хотя бы на два шага вперёд, как начинаешь понимать, что натворил Дамблдор. Уверяю вас, мистер Поттер, мы не знаем, о чем думал ваш многоуважаемый директор, когда накладывал заклинание на Габриэль. Ни наша семья, ни мадам Максим не были в курсе происходящего. Габриэль увели из-под носа Флер настолько изящно, что ей даже в голову не могло прийти, что ваш директор может навредить её сестре. Когда же Габриэль на следующий день не оказалось на месте, мы забили тревогу и сразу обратились к мадам Максим, но она была уверена, что Габриэль с нами. На наш прямой вопрос, где моя дочь, Дамблдор лишь снисходительно улыбался и обещал, что с ней всё будет в порядке, так как он лично накладывал заклинания на мою дочь. Вы слышите, мистер Поттер, — вновь начал кричать Делакур, — эта сволочь наложила заклятия на мою дочь и, с улыбкой на лице, ждала от меня чуть ли не преклонения! — Делакур вновь замолчал, пытаясь прийти в себя. — Лишь под угрозой вызова на дуэль нам сообщили, что натворил этот... этот... — Делакур вновь попытался успокоиться. Однако Гарри не пытался мешать ему выговориться. Поттер видел, в каком состоянии его собеседник, и что он пережил. А ведь ещё ничего не кончилось.
— Когда мы узнали, какая опасность грозит Габриэль, в общем, хорошо, что здесь не было моей жены. Малой кровью организаторы турнира не обошлись бы. Мы оба с вами знаем, на что готова мать ради своего дитя, — Гарри понимающе кивнул. — Я уже собирался сам задушить этого длиннобородого ублюдка, и лишь дочь удержала меня. Но когда она выбыла из соревнования, у неё была истерика. Мы уже решили, что это конец, да ты и сам видел её состояние, когда вернулся на берег.
Да, Гарри действительно был очень удивлён реакцией француженки на свой проигрыш в задании и только теперь начал понимать суть произошедшего, ведь Флер практически похоронила свою младшую сестру.
— Но, месье Делакур, ведь Габриэль жива.
— Да, но только благодаря тебе. Дамблдор не мог гарантировать безопасность Габриэль. Через час отведённого на спасение времени, Магия, согласно договору, просто убила бы мою дочь. Как показал ваш контракт при выборе чемпиона, не директору тягаться с магией Кубка. Максимум, что бы мы получили, это мёртвое тело Габриэль, — Делакур злобно оскалился. — Но ведь это турнир Трёх Волшебников, здесь несчастные случаи в порядке вещей, не так ли, мистер Поттер?
— Да, но почему же тогда Магия не тронула Габриэль?
— Думаю, здесь приложили руку создатели артефакта Кубка Огня. Турнир в первую очередь был создан для налаживания отношений между школами. Ведь Турнир не просто соперничество за главный приз, но и возможность проявить благородство. Наверняка, возможность взаимопомощи между чемпионами была изначально вплетена при создании Кубка Огня. Вы прибыли к заложникам первым. Очевидно, магия Кубка зафиксировала то, что для вас важны все заложники в целом и каждый в отдельности. Ваша вера в то, что если оставить Габриэль в заложниках, то мы её больше не увидим, позволила вам сделать правильный выбор. Поэтому, в подтверждение своего отношения к состязанию, вы ждали до последнего пока не прибудут все чемпионы. На тот момент жизнь маленькой девочки для вас была столь же важна, как и жизнь вашего друга, и это возвращает нас к началу разговора. Вы спасли жизнь моей Габриель, хотя и не обязаны были делать этого. Я уверен, Магия зафиксировала её Долг жизни к вам, и я, как её отец, должен сделать всё возможное, чтобы помочь ей выплатить его.
Гарри был шокирован. Всего тридцать минут разговора, и весь мир становится с ног на голову. Однако Делакур уже достаточно успел изучить Гарри Поттера и, не дав ему ничего сказать, продолжил:
— Мистер Поттер, подозревая о вашем неведении в данном вопросе, предупреждаю сразу. Вы не можете отказаться от Долга жизни, не в этом случае. Вы должны подтвердить принятие Долга жизни от моей дочери. В моей дочери кровь на четверть состоит из крови вейл, а они, как вы понимаете, магические существа и подчиняются законам магии значительно сильнее, чем, скажем так, чистокровные маги. В случае вашего отказа признать Долг жизни, Магия посчитает, что Габриэль была не достойна спасения, а следовательно и жизни. Таковы Законы Магии. После вашего отказа последует магический откат, который скорее всего, убьёт мою дочь.
