Броненосное танго

Поэтому я с чистой совестью зарегистрировал патент на изобретение нового вида верхней одежды под названием костюм-тройка. И знаете что? А ведь не зря старался. Стоило мне только появиться на парочке званных ужинов и балов в этом костюмчике, сшитом из лучшей ткани. Как высшее общество столицы Вестралии заговорило о новой прорывной тенденции в моде. И мое имя стало сразу же знаменитым во всех модных салонах и ателье города Крэйг. А мне начали капать денежки на мой счет в местном банке. Так как многие аристократы и просто богатые люди возжелали иметь в своих гардеробах точно такие же костюмы-тройки. Но по закону все портные не могли шить эту новомодную одежду без отчислений части прибыли от ее продажи на мой счет. Пришлось им покупать у меня право на производство костюмов-троек. И отчислять мне проценты с их продаж. А ведь мода — это страшная сила. Я такой ажиотаж видел уже на Земле. Там вот тоже люди буквально жаждали отдавать свои деньги за какие-нибудь модные тряпки. И неудивительно, что из столицы эта мода распространилась дальше на весь анклав Вестралия. Да, что там Вестралия. Костюмы-тройки как-то незаметно появились и в Бростае. Потеснив там бростайских законодателей модной одежды.

И хорошо, что я при этом все сделал по умному. Мне тут просто мой поверенный адвокат мистер Пол Рошейт подсказал, что надо делать, чтобы меня не кинули на бабки. А все очень просто и одновременно сложно. Оказывается, мало было зарегистрировать свой патент на костюмы-тройки только в пределах Вестралии. Чтобы ваш патент признали и в просвещенном Бростае. Необходимо его зарегистрировать по всем правилам во всех крупнейших и уважаемых лицензионных бюро ведущих стран этого мира. А не то цивилизованные бростайцы могут легко и быстро украсть мою идею и зарегистрировать мое изобретение на свое имя. А вот если я подсуечусь и все правильно зарегистрирую уже в бростайских патентных бюро. То тут никто уже не сможет стибрить мои идеи и стричь с них бабло. И будут вынуждены, скрипя зубами, платить мне мои патентные проценты. А то вот так многие колониальные изобретатели и попадают впросак. Теряя права на свое изобретение.

Но спасибо мистеру Рошейту за такой умный совет. Я им воспользовался и все права на костюм-тройку зарегистрировал по всем международным правилам. И теперь никто не сможет подкопаться к моему изобретению. А бростайским производителям одежды все же пришлось платить мне проценты по патенту за производство костюмов-троек. Кстати, этот модный тренд мужского костюма бростайские модельеры обозвали колониальным стилем. И деньги очень неожиданно для меня потекли рекой прямо на мой банковский счет. И это было очень неожиданно и приятно для меня. Я то ничего подобного даже и не планировал, когда решил удовлетворить свои потребности в нормальной одежде лично для меня. Я ведь просто хотел себе в гардероб приобрести пару-тройку нормальных костюмов. А вышло вон как. Но я не жалуюсь на такой подгон судьбы. Ведь в любом случае эти деньги мне лишними точно не будут.

Я еще раз оглядел себя в зеркало. Отлично выгляжу. Мне это новое тело нравится. Молодой блондин с мужественным и красивым лицом. Фигура у него тоже довольно спортивная. Нет, Стэн мел Эмрик совсем не качок с рельефными мускулами и кубиками на прессе. Но он явно вел здоровый образ жизни и имел очень неплохую наследственность. Поэтому и имел подтянутую и жилистую фигуру. Кстати, о наследственности. Приставка "мел" к моей новой фамилии прямо указывает на мое аристократическое происхождение. Вот только здесь все не так просто. Видите ли, я конечно аристократ, но лишь наполовину. Так как молодой Стэн являлся бастардом графа Рогара мел Эмрика. То есть я теперь был его незаконнорождённым биологическим сыном. И спасибо моему благородному папаше за то, что он все же меня признал и официально дал мне свою аристократическую фамилию.

Вот только на этом все ништяки и заканчиваются. Ведь по местным законам я никаких прав на наследство графа Рогара мел Эмрика не имею. У него там и так хватает вполне законных детишек, зачатых в законом браке. И еще там вокруг графа сейчас вьется куча бедных родственников. Которые также своего куска пирога не упустят. В общем, мне там среди тех титулованных мел Эмриков лучше не появляться. Не любят бастардов аристократы. Но хорошо, что у моего биологического папаши хватило храбрости признать меня своим хоть и незаконным, но все же сыном. Ведь пропасть между признанным и непризнанным бастардом ну очень большая. И меня бы сейчас вряд ли стали пускать в приличное общество. Ведь высший свет Вестралии — это еще те снобы. А так я вроде как имею аристократические корни. Поэтому общаться и вести дела со мною незазорно будет для уважаемых людей этого колониального анклава.

Так, про отца я рассказал. Теперь поведаю вам про мать Стэна мел Эмрика. Звали ее Эмеранда Зинто и была она дочерью богатого плантатора из весьма уважаемой в местном колониальном обществе семьи. Тут в Вестралии владельцы плантаций сахарного тростники и каучука являются довольно влиятельными людьми. Ведь основной то экспорт этого колониального анклава как-раз и составляют сахар и каучук. Это основные колониальные товары, которые уходят отсюда на экспорт за океан. И можно сказать, что основу экономики Вестралии как раз и составляют те самые плантации сахарного тростника и каучука. И при этом сахар ценится все же больше каучука. А значит, и прибыли с него более существенные получаются. А где прибыли там и налоги. Поэтому местная колониальная администрация очень внимательно относится к мнению плантаторов. И они тут являются элитой здешнего общества.

Как уж там все на самом деле получилось? Но молодая и красивая Эмеранда Зинто как-то двадцать девять лет назад забеременела от молодого графа Рогара мел Эмрика. Но вот только он по каким-то причинам не смог на ней жениться. Что этому помешало? Я не знаю. Да, и не хочу вникать особо. Скорее всего, там имели место какие-то интриги аристократов или политика. Ведь мой биологический отец имеет в колониальном обществе Вестралии довольно солидный вес. Он, между прочим, является выходцем из так называемой "старой аристократии". Что это такое? Сейчас объясню. В Вестралии как и в любых колониальных владениях великих держав имеется своя колониальная аристократия. Обычно, это люди, которые уже в колониях стали дворянами и являются их жителями во втором и более поколении. И таких дворян здесь называют "младшей аристократией".

В то время как дворяне, проживающие в метрополии, зовутся "старой аристократией". И понятное дело, что они с презрением относятся к "младшим аристократам" и всячески их при этом третируют. И по негласному табелю о рангах "старые аристократы" считаются более солидными и крутыми чем колониальные "младшие аристократы". Ну это можно сравнить с отношением столичных снобов к какому-нибудь провинциалу. В общем, мне эти аристократические заморочки не очень понятны. Однако, среди дворян из-за этого кипят нешуточные страсти. И даже в колониях все более или менее значимые государственные должности с большей вероятностью получают именно представители "старой аристократии".

Да, взять хотя бы того же адмирала-капитана Ристора мел Кройса, командовавшего нашей эскадрой в том морском сражении при Рифолке, или его трусливого заместителя флаг-капитана Югера мел Стейси. Из-за которого меня и выперли со службы в колониальном флоте. Оба этих кадра были из "старых аристократов". Потому и получили такие высокие должности. Такова уж политика Реарской империи, где император больше доверяет "старой аристократии", а не этим выскочкам из колоний. В метрополии, вообще, к нам жителям колоний с презрением относятся. Это я, между прочим, говорю про белых колонистов если что. Даже мы для настоящих имперцев являемся гражданами второго сорта. И даже если вдруг переедем в метрополию, то это отношение не изменится. Колонисты для жителей Реарской империи совсем как те же гастарбайтеры для москвичей. Вроде бы и терпят, но презирают. И равными себе не признают никогда. А уж к живущим в колониях туземцам истинные реарцы, вообще, как к отбросам относятся. Они их за нормальных людей не считают.

Так вот! Можно сказать, что Стэна мел Эмрика воспитывала одна мать. Эмеранда Зинто, родив единственного сына от графа мел Эмрика, так и не вышла потом замуж. И всю свою любовь отдавала любимому сынуле Стэну. Она же его и поддерживала во всех его начинаниях. И благодаря своим связям, даже способствовала его морской карьере. Ведь здесь не каждый человек может в возрасте двадцати девяти лет получить звание фрегат-капитан. Ведь если бы не связи матери молодого Стэна мел Эмрика, то он бы не смог так рано стать командиром большого фрегата. По местным меркам — это очень быстрая картера. Особенно для бастарда. Хотя самого Стэна мел Эмрика нельзя называть мажором. Я тут покопался в его воспоминаниях. И понял, что он был довольно умелым и грамотным морским офицером. А своим кораблем командовал вполне прилично и достойно. Поэтому его такая вот быстрая карьера во флотской иерархии была возможна не только лишь благодаря связям его мамаши. Тут и сам Стэн также неплохо поработал. Вот только теперь то об этом уже и нечего говорить. Моя морская карьера закончилась, благодаря гадскому Югеру мел Стейси и его высоким покровителям из метрополии. Они ведь просто и незатейливо отмазали своего трусливого ставленника и сделали меня козлом отпущения. Поэтому у меня к "старым аристократам" из метрополии имеются вопросы. Не друзья они мне ни разу. К сожалению, мать Стэна мел Эмрика умерла три года назад от местной болотной лихорадки. Это, кстати, довольно серьезная болезнь, которая унесла уже немало жизней колонистов. И здешняя медицина с нею пока эффективно бороться не научилась. Поэтому во время очередной эпидемии болотной лихорадки. Стэн мел Эмрик стал круглым сиротой. Ведь все его родственники по линии матери к этому моменту уже были мертвы. А Эмеранда была последней из рода Зинто. Конечно, моего аристократического папашу и его родню я за родичей не считаю. Впрочем, как и они меня. Для них я все равно что мертв. Поэтому можно сказать, что я в этом мире остался совсем один. Вот такие пироги с котятами!

Еще раз оглядев себя в зеркале со всех сторон, со вздохом отхожу прочь. Сегодня меня ожидает очень важная встреча. Которая повлияет на всю мою дальнейшую жизнь в этом новом мире.

Глава 4.

Свое дело.

— Зачем вы хотели со мною встретиться, мистер Эмрик? — спросил меня представительный мужчина в костюме-тройке, раскуривая дорогую сигару.

— Мистер Кроулер, вы ведь слышали, что я недавно выкупил ваш завод у банка? — ответил я ему вопросом на вопрос.

— Э-э-э, да! — ответил Утер Кроулер, нахмурившись и злобно пыхнув сигарой. — Я слышал что-то такое! И зачем же вы хотели меня видеть?

— Я хочу предложить вам работу! — ответил спокойно я, делая вид, что не замечаю раздражения своего собеседника.

— Вы что решили поиздеваться надо мною!? — проревел в ярости Утер Кроулер, сжав кулаки. — Пришли поглумиться над проигравшим конкурентом!?

— Тихо, тихо, успокойтесь, мистер Кроулер! — сказал я, поднимая руки в примирительном жесте. — Я вовсе не хотел вас оскорбить. И тем более, не пришел сюда, чтобы над вами поглумиться. И я не имел никакого отношения к вашему банкротству. И в том, что банк за долги забрал у вас этот металлургический завод, нет моей вины. Я, вообще, лишь недавно об этом узнал. Когда и решил выкупить ваш завод у банка.

— Прошу простить меня за то, что я вспылил! — произнес мой собеседник, немного успокаиваясь. — Вы, действительно, не виноваты в том, что со мною случилось. Моему разорению поспособствовали другие люди. Я это сам знаю. Мои конкуренты использовали все свои связи здесь и в метрополии. Они подкупили моих поставщиков, чтобы те срывали поставки руды на мой завод. А также подсунули мне тот военный заказ на оружие для реарской армии, который оказался с двойным дном. И который я так и не смог выполнить в срок. А еще банк вдруг отказался мне давать очередной кредит, утверждая, что я и так уже превысил их лимит. Мне просто не хватило немного времени и денег. Если бы ни это, то я бы смог успеть выполнить тот хаосов контракт с реарскими вояками. Но я не успел и из-за этого лишился своего завода. Который банк у меня забрал за долги. А ведь мы совсем недавно провели его модернизацию и закупили новое оборудование. И именно из-за этого мне и не хватило денег. Дело всей моей жизни вылетело в трубу.

Я молча слушал этого энергичного и несчастного человека и не спешил его перебивать. Пускай говорит. Выскажет все, что у него наболело. Ведь его тоже можно понять. Утер Кроулер был выходцем из богатой семьи местных плантаторов прямо как и Стэн мел Эмрик. Тут мы с ним оба похожи. И оба понимаем, что сахарный бизнес — это тупиковый путь. Мы оба верим, что именно технический прогресс станет залогом будущего. И оба пришли к мысли, что надо завязывать с сельским хозяйством и рабским трудом на нем. Я тоже продал свою плантацию сахарного тростника, как это сделал и Утер Кроулер четырьмя годами ранее.

И точно также решил вложить деньги с ее продажи в другой бизнес. Я как и он захотел стать промышленником. Я ведь точно знаю, что дальше промышленное развитие этого мира будет лишь набирать обороты. Так ведь уже было там на Земле. Когда по всей планете стали прорастать робкие ростки промышленного производства. Которые со временем превратились в крепкую поросль, выводя развитые страны на другой уровень развития цивилизации. Более высокий уровень. Ведь уже сейчас в этом мире страны с наибольшим технологическим и промышленным уровнем становятся Великими Державами, которые в скором будущем станут править всей планетой. Они будут решать ее судьбу, опираясь на свое техническое превосходство и промышленную мощь. Это вам не средневековье какое-нибудь. Где все народы были примерно равны по техническому и боевому потенциалу. Тут уже наступает эра индустриального общества. И тот кто сможет занять в этой промышленной гонке лидирующие позиции. Тот и будет править миром. А отстающие страны и народы станут ему подчиняться и следовать в его кильватере.

Поэтому когда я стал решать, а чем же таким интересным я буду заниматься в этой новой жизни. То быстро пришел к мнению, что заниматься сельским хозяйством, выращивая сахарный тростник и трахая послушных темнокожих рабынь я не хочу. Не хочу я быть обычным колониальным плантатором-рабовладельцем. Не-хо-чу!!! Путь во флот мне обрезали тем военно-морским трибуналом. А жаль конечно. Я бы с удовольствием продолжил карьеру военного моряка. Мне же всегда была интересна эра броненосцев. Особенно ее начало было прикольным.

Я же в свое время увлекался историей флота с девятнадцатого по середину двадцатого века. Именно тогда военные корабли уже стали настоящими бронированными монстрами, но от моряков еще очень сильно зависел исход боя. А вот когда уже появились все эти самонаводящиеся ракеты, выстреливаемые из-за горизонта. То здесь роль флота значительно упала. А корабли превратились просто в большие мишени, которые уничтожались одной такой ракетой. Вот такая война на море мне совсем не нравилась. Мне по душе более честная война. Прямо как сейчас. Когда нет еще никаких супер-пупер нанотехнологий. А лучшим прицелом является глаз канонира. И от выучки простых артиллеристов в морском бою зависит многое если не все. Я ведь даже одно время увлекался разнообразными компьютерными симуляторами морских сражений. Отдавая предпочтение сражениям броненосных кораблей. Но меня здесь цинично лишили такого шанса стать лихим адмиралом, водящим в бой реальные эскадры.