Тело резко обожгло болью: Слуга получил сильные повреждения, и поток поглощаемой им праны значительно возрос. "Что за слабак", — подумал Котомине. Бой копейщика с мечницей начался всего секунду назад, а Лансер уже получил несколько серьезных ранений. Священник уже подумывал просто приказать Кухулину убить себя, дабы лишить воина даже шанса умереть достойно, но посчитал, что выбрасывать Слугу сейчас будет крайне не дальновидно, ведь он еще сможет сыграть свою роль. Кирей улыбнулся в несвойственной ему искренности. Хотя именно Котомине повлиял на участие молодого Эмии в войне за Грааль и это вышло ему боком, священник был рад — ведь дальше будет еще веселее...
* * *
Первый удар в голову, второй — в шею, третий — в сердце: с каждым последующим выпадом копья скорость атаки Лансера постепенно увеличивалась. Мужчина делал не более пяти-шести прямых выпадов, выводя скорость за пределы гиперзвука, и снова отступал. Однако с каждым новым наступлением начальная скорость первого удара значительно возрастала. Таким образом, затягивая бой на удобной дистанции, он вырывал преимущество у значительно превосходящей его по чистой силе противницы.
Копье двигалось настолько быстро, что наносило удар еще до того, как пропадало остаточное изображение. Каждую секунду перед мечницей выстраивалась стена копий с общим размытым шлейфом. Инстинкты позволяли Сейбер находить оптимальную позицию для обороны, однако на этом ее преимущество заканчивалось: она не могла ни контратаковать, ни использовать какие-либо навыки. Копейщик просто не давал рыцарю времени. Молниеносно отступая и вновь нападая, он умело теснил мечницу... ну или думал, что теснил.
Рин сжимала последние два камня: один мог мгновенно укрепить и усилить ее тело, другой — либо воспроизвести одну А-ранговую атаку, либо создать небольшой барьер, способный сдержать аналогичный урон. Первый камень уже был пуст. То укрепление тела, что маг могла воспроизвести с помощью родовой метки, было активировано еще на подходе к церкви: привычная боль в левой руке едва ли сейчас могла побеспокоить Тосаку, как и небольшие порезы и ушибы от ударной волны фантазма. Несмотря на то, что весь удар приняла на себя рыцарь, последующие взрывы со всех сторон ударили по Рин мощными магическими волнами и осколками бетона, разогнанными до скорости в полтора раза выше автоматной пули.
Бой между Слугами был слишком быстрым даже для ускоренного восприятия Тосаки. Как и в прошлую ночь, Лансер превосходно управлялся со своим копьем. Даже имея более низкие параметры, он умело перехватил инициативу в битве. Сейбер была оттеснена от Рин к самой церкви; не успев парировать одну из атак вражеского Слуги, мечница, получив удар в область груди, была отброшена в проход с выбитыми дверями поврежденного здания, а через несколько секунд внутри что-то словно взорвалось. Из разбитых окон полетели камни, куски мусора, щепки и небольшие остатки дерева, из которого были сделаны скамейки. Вместе с этим по земле прошлась небольшая волна, сотрясшая весь холм, на котором находилась церковь.
Перехватив лидерство в бою, Лансер совершил ошибку — слишком увлекся. Сейбер, не успевая отклонять атаки копейщика, пропустила удар в левое плечо и грудь. От первого ранения ее итак окровавленное одеяние еще больше окрасилось в бордовый цвет свежей крови, а от второго сильно треснул доспех, и мечницу отбросило внутрь здания, где ее броня окончательно развеялась.
* * *
Первый удар всегда самый медленный, каждые несколько секунд происходит смена позиции. Отклонять атаки сложно, едва успеваю. Несмотря на обилие атак, в основном Лансер метит в наиболее важные части тела для Слуги, как голова и сердце, однако иногда атакует ноги или плечи, совмещая отвлекающие и смертельные атаки. К тому же, он постоянно набирает скорость.
Быстро проанализировав бой, я понял, что затягивание сыграет скорее в его пользу, чем в мою. Не похоже было, чтобы у Кухулина заканчивалась прана и он слабел, поэтому нужно было использовать те преимущества, который имел я. Сосредоточив всю прану в передней части нагрудника, принял удар в правое легкое, при этом отпрыгивая назад, минимизируя ущерб, как мог.
Прокатившись по залитому кровью полу, я остановился возле трупа какого-то мужчины. Думать о том, кто он и еще несколько попавшихся на глаза тел, времени не было. Вонзив меч в покрытый деревом пол, я ударил Воздушной Кувалдой. Пол под нашими ногами разорвало, обрушивая нас в одно из подвальных помещений церкви. В кромешной темноте и облаке пыли лишь благодаря отточенным инстинктам Сейбер я смог отклонить голову от внезапной атаки сбоку — прочертив лезвием след на моей щеке и носу, копье ушло дальше, вонзившись в каменную стену. Не помню, что это за пассивная способность Гаэ Болга, но раны нанесенные алым лезвием почему-то заживали очень плохо. Воспользовавшись моментом, я ударил локтем в открывшегося Лансера: впечатывая его в противоположную сторону всем телом, я ударил Кухулина лбом в челюсть, так как он гораздо выше меня. В свою очередь через мгновенье уже я получил свободной правой рукой копейщика по поврежденной левой стороне лица. Либо это последствия использования Авалона, либо само тело стало крепче, но боль была не столь сильной, как в первые секунды боя после удара фантазмом. Однако слезы брызнули из глаз, и я почувствовал еще один удар в правый, бок не защищеный теперь броней коленом...
* * *
Боль была просто адской. Бить раздробленным не зажившим коленом по телу Слуги, которое не уступало по прочности самой твердой скале, было не лучшей идеей. Лансер провалился вместе с Сейбер в узкий лестничный пролет между первым и вторым подвальными этажами. Если бы не поврежденная нога, Кухулин бы вполне мог успеть отпрыгнуть, но теперь делать было нечего. Узкое место не позволяло ему драться копьем, поэтому, схватив мечницу, чтобы не разрывать дистанцию, мужчина покатился вместе с ней прямо по каменной лестнице. Пока катились вниз, каждую секунду Слуги успевали обмениваться слабыми и сильными ударами и напоследок, прежде чем кувыркнуться друг от друга, они успели еще раз друг друга ранить. Рыцарь нанесла глубокую рану в руку Лансера, но и сама получила сквозной удар в правое бедро.
Режущий Ветер ударил вновь, копейщик с трудом уклонился и вновь приблизился на дистанцию прямой атаки. Рыцарь с поврежденной ногой выставила Воздушный Барьер, но не для того, чтобы блокировать атаку... по факту Кухулина просто ударило сбоку невидимой стеной, словно сбило легковой фурой. Выставив три руны, мужчина развеял плотный воздух и тут же получил каменным дождем сверху: мечница вновь ударила Воздушной Кувалдой, но уже по потолку над вражеским Слугой. Лишенный маневрирования и возможности атаковать на ближней дистанции, Лансер был вынужден защищаться от обрушения, в то время как Сейбер приготовилась нанести еще одну дистанционную атаку. Плотность воздуха в этом маленьком и закрытом помещении позволяла мечнице нанести еще один последний удар, выбор у копейщика был невелик — либо умереть от Режущего Воздуха, либо быть похороненным под завалом, а потом все равно умереть от руки рыцаря...
Гончая Кулана, Сетанта никогда не сдается! Гаэ Болг — копье, которым Кухулин дважды в одиночку защитил свою страну, убил собственного сына и лучшего друга, но не смог сразить злейшего врага своего народа... прошло сквозь Удар Короля Ветров и вонзилось в грудь Сейбер, в то время как Воздушная Кувалда разорвала место, где стоял воин...
* * *
Англия.
Где-то в Лондоне.
Часовая Башня.
Под этим названием скрывалась штаб-квартира Ассоциации, собирающая вместе бессчетное количество магов, и, в то же время, лучшее образовательное учреждение для молодых магов...
И один из самых опасных политических муравейников с мощнейшей военной структурой...
— Не похоже, что Лорд несказанно удивлён, не так ли? — поправив очки, Адасино Хисири приветливо улыбнулась.
Лорд Эль-Миллой II скривился при виде молодой на вид женщины с длинными волосами до самых лодыжек.
— Факультет политики. Полагаю тому, что у меня так и не появилось возможности принять участие в пятой войне, я обязан вам, — выдохнув небольшой клубок дыма, профессор теории современной магии затушил окурок с видимым раздражением.
— Наша "Королева" объявила общий сбор через три часа, — продекламировала гостья, одетая в вычурно цветастое кимоно, внимательно следя за реакцией мужчины.
Вейвер Вельвет — бывший участник четвертой войны, один из двух выживших мастеров на войне, в которой не гнушались даже взорвать целый отель ради устранения одного противника. Десять лет назад он был никем. Впрочем, как маг он и не сильно продвинулся. Так почему же столь посредственный человек занял место одного из Лордов, престижнейшего места почти на самой верхушке внутренней иерархии Ассоциации магов? Кто-то считал, что он просто пешка семьи его бывшего преподавателя Арчибальда Эль-Миллоя, которая греет место для следующего наследника, кое-кто поговаривал, что он даже убил наставника, чтобы занять место... Но в одном сходились практически все — Лорд Эль-Миллой II был одним из самых талантливейших преподавателей за всю историю Часовой Башни. Он умело находил и раскрывал скрытые таланты у своих учеников, а благодаря очень обширному кругу знаний, во многих, даже не магических, отраслях теории профессора пользовались огромным успехом. За все время преподавания из под его руки вышли лишь те, кого могли считать как минимум "Достойными".
А еще он обладал крайне полезным умением собирать из разрозненных кусков информации детальные картины происходящего и подмечать детали, которые пропускали другие:
— Для всех Лордов? — спросил Лорд Эль-Миллой II через несколько секунд размышлений.
Хисири видела, что ответ уже известен, но все же сказала:
— Половина Лордов уже прибыли, — немного помолчав, Адасино добавила. — В Японии возникли проблемы...
========== Глава 2. Точка невозврата ==========
Лондон.
Часовая Башня.
Когда внезапно в срочном порядке вызывают одного из Лордов прямо посреди его исследований — это вызывает определенную суету и слухи среди учеников, непосвященных преподавателей и прочих магов. Когда в течение шести часов в Лондон пребывает сразу все двенадцать Лордов, в том числе и оба Маршала-Волшебника — это вызывает волну по всему миру магов. Атлас, третья и самая новая ветвь Ассоциации, которая практически полностью изолировалась от остального мира, внезапно выслала в Англию целую гвардию послов. Море Бродяг, как говорят старейшие, первая или истинная Ассоциация — немедленно начала стягивать всех доступных магов обратно к себе. Святая Церковь призвала в Рим всех руководителей Восьмого таинства. Похоронное Агентство, экзекуторы, силовики и наемники-заклинатели со всех концов света: никто еще толком ничего не знал, но всем было понятно, что миру угрожает что-то уровня Мировой войны.
Напряжение в коридорах Часовой Башни можно было пустить в розетки и обеспечить им какой-нибудь мегаполис на несколько месяцев. Сглотнув, Рин Тосака, прибывшая на частном самолете, высланным в срочном порядке Ассоциацией, быстро направилась в центральный зал для "особых" аудиенций.
В сопровождении десятка силовиков и, возможно, запечатывающих охотников молодая глава клана Тосака встала перед массивными резными дверями с огромным изображением женщины с завязанными глазами и весами в руках. Символично, но чаша весов на изображении перевешивала с одной стороны, ведь именно в этом зале объявляли Приказ на Уничтожение. В отличие от Приказа на Печать, он подразумевал полное уничтожение цели любыми методами. То есть в этом зале не судили, а приговаривали. Предательская дрожь прошла по всей спине девушки, а в желудке что-то скрутило. Мозолистая рука Слуги мягко легла на плече девушки: Арчер был с ней и гарантировал ее безопасность. Она не должна забывать, что у нее сильнейший Слуга и она официальный победитель пятой войны... которая не смогла исполнить обязанности Смотрителя земель. Когда Ассоциация доверяет семье магов духовную землю, текущий глава семьи получает этот титул и становится ответственным за контроль всей сверхъестественной активности на этой территории, в том числе активности сторонних магов.
Огромный зал напоминал небольшой театр со сценой в центре, где размещалась небольшая площадка с обустройством для ответчика. В помещении было весьма прохладно и темно, многие ложи были пусты — возможно, заклинания невидимости или искажений. Арчер сразу же начал изучать обстановку помещения, расположение бойцов, активность магических цепей и количество магических ловушек. Слуга с самого прилета не переходил в духовную форму оставаясь в полной боевой готовности каждую секунду.
— Садитесь, мисс Тосака, — прозвучал ровный голос со всех сторон.
Секунда.
Вторая.
Девушка стояла на месте получая какую-то информацию от своего Слуги. После ее кивка мужчина в красном бросил на небольшой постамент в центре зала небольшую черную коробочку. С противным шипением четырнадцать высокоуровневых заклинаний развеялись, превратив стол и стул в обычные куски деревянной мебели, лишившись всех наложенных чар. Два шарика прокатились следом, создав защитный барьер и развеяв скрывающие заклинания в ложах вокруг. Высокие Лорды явно не оценили такого хамского поведения со стороны молодой дикарки. Несколько даже встало со своих мест, чтобы высказать претензии этой японской обезьяне...
Черный, уродливый ритуальный кинжал возник в руке Слуги. Навряд ли хоть кто-то среди присутствующих знал об Оружии Нараяны, но мощная аура восточных богов явно поубавила пыл мужчин.
— Мисс Тосака вы проявляете крайнее неуважение к Ассоциации, — недовольно сказал суховатого вида старик, имя которого было Рокко Белфабанн. Поправив свои круглые очки самый консервативный член Ассоциации строго посмотрел на девушку. Этот человек не признавал клан Тосака как минимум за то, что они отошли от старых традиций, и подумать только! Попытались усилить свою родословную с помощью генной инженерии! Выращивать специальных женщин в семье Зенджу, лишать их магических цепей, чтобы потом через них усилить детей. Но имея не только консерватизм, но и мудрость старый маг признавал, что победа в одной из самых ужасных магических войн в неполные восемнадцать молодой японки перед ним заслуживала признания. Признания ее личных навыков, не семьи этих предателей, снюхавшихся с Святой Церковью.
— Прошу прощения, — вежливо поклонившись теперь уже видимой аудитории из мужчин и женщин, Рин с выверенной аристократичностью и грацией присела на положенное место. — За последние трое суток я спала менее семи часов, на меня было совершено более четырех покушений, а мой особняк практически полностью уничтожен. Как последний представитель семьи трех Основателей я не могу позволить себе сидеть на стуле, который может нанести мне летальный урон семью различными способами.
Таким образом, она оставила открытым вопрос о том, смогла ли она обнаружить лишь половину ловушек или же ее навыков достаточно для противодействия оставшимся.
