— Проклятые волшебники, — после этих слов он всмотрелся в глаза парня и сказал, — Я могу это сделать... каждый гоблин может. А колдуны считают, что они настолько лучше...

— Я не разделяю их мнения. У меня есть друзья вроде домашнего эльфа и полувеликана, по правде говоря, я даже знаком с кентавром.

— Мы знаем, мистер Поттер. И, если Вы позволите, я помогу вам. Это займет всего минуту. Но Вы должны дать разрешение на это, так как, согласно правилам, мы не можем пользоваться магией со времен последнего восстания.

— Ублюдки, — пробормотал юноша. — Разумеется, я разрешаю вам откорректировать мое зрение с помощью магии.

Гоблин щелкнул пальцами, и очки Гарри оказались рядом на столе, он щелкнул еще два раза, и подросток почувствовал странное покалывание в обеих глазницах. Парень часто заморгал, и взгляд его прояснился, отчего Гарри шумно выдохнул — он видел намного четче, чем в очках. — Проклятье ада! — не сдержался он.

— Если Вы позволите, я также мог бы убрать этот шрам. Вы по-прежнему будете его ощущать, но сам он исчезнет.

— Я ценю вашу помощь, и, само собой, разрешаю вам сделать это.

Секундой позже его лоб вспыхнул безумной болью, но лишь на пару мгновений. После этого, проведя по нему пальцами, Гарри ощутил лишь гладкую кожу.

— Премного благодарен, — Поттер протянул маленькому существу руку.

В ответ гоблин пожал ее. После этого Гарри широко улыбнулся и подумал о сотне галеонов перед тем, как перевернуть мешочек на стол заведующего.

— Спасибо, мистер Поттер, Вы очень щедры.

— Нет, это я вас должен поблагодарить, и, я надеюсь, Вы сохраните мое пребывание здесь в тайне? — гоблин кивнул в ответ.

— Итак, я покину банк после короткого визита в хранилище Поттеров. Ведь никто, кроме вас, не знал о книгах?

Гоблин широко улыбнулся:

— Верно подмечено, Вы мне нравитесь, мистер Поттер... думаю, Вы знаете, что мы думаем о волшебниках в целом.

— То же касается и меня, — зло пробормотал Гарри. — За исключением немногих — все тупые ублюдки.

Спустя полчаса он покинул банк с сумкой, полной ценнейших книг на нужные ему темы. Потом Гарри посетил адвокатскую контору «Webster&Webster» и нанял их для специального дела, которое надо было изучить перед слушаньем тридцать первого июля.

После небольшой прогулки по магазинам и визита к парикмахеру парень отправился домой.

Когда он тихонько открыл дверь в свою комнату, ему между глаз приставили палочку, и ледяной голос прорычал:

— Кто ты?

Гарри хихикнул:

— Белла, я разочарован в тебе, сначала ты не можешь вспомнить нашей первой ночи, а теперь ты даже не признала меня.

У него все еще были каштановые волосы, а об очках он и вовсе забыл.

— Попробуй "фините", — предложил Гарри.

Сделав так, как велел юноша, женщина увидела, что его волосы вновь приобрели смольный цвет, но они стали короче и были уложены с помощью геля.

— А где же очки и знаменитый шрам?

— Любезность гоблинской магии. Иногда нужно проявлять уважение к другим существам, — с ухмылкой ответил парень.

— И почему я должна тебе верить?

— Спроси меня о чем-нибудь, или, в крайнем случае, можешь ударить, если хочешь проверить свою клятву.

Белла улыбнулась и сильно стукнула его по руке. Оба вскрикнули.

— Хорошо, ты действительно По... Гарри... и мне нравится твой новый стиль.

— Ты мне льстишь. Кстати, не могла бы ты научить меня аппарировать, пока есть свободный час? А потом мы могли бы пойти куда-нибудь поужинать, — предложил парень, будто бы ничего и не случилось.

— Вообще-то, это невозможно... но, в твоем случае, я думаю, мы уложимся вовремя, — сделала она вывод.

Следующие полчаса женщина объясняла теорию аппарирования; после парень подытожил:

— В общем, я просто концентрируюсь на нужном месте, после чего перемещаюсь?

— В принципе, да. Но сложность аппарирования зависит от координат места пребывания.

— Сейчас попробую... — Гарри закрыл глаза и с хлопком исчез. Через мгновение он появился у женщины за спиной.

— Прекрасно, теперь нам осталось лишь приготовиться, — широко улыбнувшись и схватив один из принесенных с собой свертков, парень взял Беллу за руку и потянул её в ванную.

— Что?..

Гарри передал сверток колдунье и с наглой улыбкой на лице сказал:

— Прими душ и переоденься, у тебя двадцать минут. — Затем парень вышел, закрыв двери прямо перед изумленным лицом Беллы.

Схватив другой сверток, он спустился на первый этаж, где располагалась вторая ванная. Приняв душ за десять минут, он вернулся в комнату. На нем были черные брюки и темно-зеленая шелковая рубашка на запонках; черная куртка уже висела рядом на стуле.

Когда в комнату вошла Белла, он застыл в изумлении. Проигнорировав её испепеляющий взгляд, он залюбовался изящной фигурой женщины.

У ведьмы были длинные ноги, тонкая талия и пышная, но не слишком большая грудь. Все это прекрасно подчеркивалось платьем цвета индиго из сияющего шелка. Оно облегало тело и свободно спадало вниз, держась на двух тонких бретельках.

Парень присвистнул и улыбнулся:

— Прелестно, теперь нам остается лишь привести в порядок твои волосы. Подойди и сядь.

В ответ она зло прорычала:

— Проклятый ублюдок, в следующий раз я сама выберу себе платье. Это же просто смешно, я... я же не девчонка какая-то.

Улыбнувшись, парень опровергнул:

— Ты девчонка, Белла, и это проявилось ещё вчера вечером... ничего не изменилось и теперь.

На мгновение она покраснела, а потом влепила ему оплеуху, абсолютно игнорируя боль, пронзившую тело.

Парень схватил её руку и толкнул удивленную женщину на кровать. Белла послушно упала на мягкий матрац. После этого парень взял со стола расческу и присел рядом. Высушив длинные иссиня-черные волосы заклинанием, он принялся бережно расчесывать их. Локон за локоном, легкими и плавными движениями он приводил их в порядок.

Это успокаивало и приносило наслаждение. Сейчас подросток впервые заботился о ком-то, и для него не имело значения, что еще вчера он всем сердцем ненавидел её. Это осталось в прошлом.

Спустя полчаса её волосы спадали на плечи подобно черному бархату, и, прикоснувшись к ним, парень почувствовал их мягкость. Белла слегка вздрогнула, и Гарри, обогнув её, обеспокоенно взглянул ей в глаза. Слезы ручьем текли по щекам Беллы. Парень нежно погладил её по спине, и, смахнув очередную слезинку со щеки, мягко спросил:

— Что случилось, Белла?

В ответ Лестрейндж лишь помотала головой.

Вздохнув, он присел рядом и, обняв её за плечи, притянул к себе.

— Поговори со мной, — подбодрил он, гладя Беллу по спине.

Женщина лишь помотала головой, но Гарри уже догадался, что именно стало причиной её слёз.

— Никто прежде не делал для тебя ничего подобного?

Она подняла голову, и лазурно-голубые глаза встретились с изумрудными.

— Нет, — прошептала она. — Никто не заботился обо мне последние четырнадцать лет. А перед этим только Цисси, а иногда и Сириус.

— То же касается и меня: никто не заботился обо мне, сколько я себя помню. Этим летом я понял, что даже друзья ничем мне не помогут. Я честно говорю тебе, Белла, мне было приятно, и я с радостью сделаю это снова, — сказал он, и улыбка озарила его лицо.

— Никто о тебе не заботился? В это трудно поверить, — сказала женщина, вытирая последнюю слезинку. — Беря в расчет то, что ты чертов-мальчик-который-выжил.

— Так уж повелось, что для большинства сегодня я герой, а завтра — маньяк-убийца. Для одной половины я оружие, а для другой — цель номер один, — выдавил он.

— Ты прав — это предел, но его же не перейдешь, — она посмотрела вниз и улыбнулась. — Мне тоже это понравилось, Гарри, но... — она сглотнула, — что происходит между нами? Ты на тринадцать лет младше меня... я имею в виду...

Парень покраснел:

— Это ничего не значит, Белла. Мы не настолько хорошо знакомы, кроме того, вокруг меня нет и не было ничего, кроме лжи и предательства. Мне сложно доверять людям. Мне хотелось бы, чтобы мы стали друзьями и я узнал тебя получше. Что будет потом... никто не знает. То, сколько тебе лет, для меня действительно неважно. Ты красива, а разница в возрасте между волшебниками не так важна, как в мире магглов. Кроме того, разве ты думаешь, что внутри я столь молод, как и телом? — серьезно спросил он.

Белла посмотрела в глубину его изумрудных глаз и увидела там черную боль, великое бремя и огромную силу.

Она отрицательно помотала головой:

— Нет, ты видел намного больше страданий, чем большинство взрослых волшебников... частично из-за меня, — прошептала она.

— Возможно, ты права. Я думал над этим со вчерашней ночи: ты не виновата, и я... — он сглотнул, — я... не держу на тебя зла.

Белла еще раз взглянула Гарри в глаза и, кроме боли, нашла там искренность. Парень еще раз обнял её и поднял с кровати, после чего взмахом палочки вновь привел платье в идеальный вид. Потом он отвел женщину к зеркалу в ванной, и дал оценить свои старания. — Тебе нравится? — искренне улыбаясь, спросил он.

Белла легко встряхнула головой, давая блестящим волосам немного растрепаться.

— Я не уверена, Гарри. Я ценю то, что ты сделал, но я ведь не девчонка. Это выглядит прекрасно, и... — она поколебалась, а потом тихо добавила. — Я чувствую себя красивой, — Белла кашлянула и сказала более уверенно. — Но это не мой стиль.

Парень хихикнул:

— Ну да, твой стиль весь такой темный и таинственный, но пришло время немного расслабиться. Я не заставляю тебя носить его... прошу надеть лишь сегодня. Я не в силах готовить, так как устал, и поэтому мы найдем лучший ресторан, а завтра ты наденешь, что душе угодно. По сути, я даже не знаю, хочешь ли ты оставаться со мной.

Она кивнула:

— Сегодня я надену его. А завтра... никто не знает, что будет завтра.

— Тогда давай аппарировать отсюда, встретимся на перекрестке за парком, там, где я тебя нашел. Ты ведь помнишь, где это? — она вновь кивнула, и пара исчезла с негромким хлопком.

Минутой позже парень уже остановил такси.

— Вы не могли бы посоветовать нам хороший ресторан? — спросил Гарри у водителя.

— Гм... вы одеты для весьма знатного ресторана, есть какие-то предпочтения?

— Не думаю.

— Прекрасно, тогда у меня есть один такой на примете, с интернациональной кухней и чудесным видом на Тауэрский мост и Темзу. Но там высокие цены.

— Он вполне устроит нас, — спокойно ответил Гарри.

После двадцатиминутной поездки водитель остановился у входа перед изысканным заведением. Оставив водителю щедрые чаевые, парень со спутницей вошли внутрь.

Их встретил вежливый швейцар и провел к столику на двоих. Водитель не обманул: они действительно сидели у окна с живописным видом на Темзу:

— Знаешь ли, я не столь романтична, — пошутила она.

— Поверю на слово, — ответил Гарри и улыбнулся. — Но я не забавы ради сделал это, так что нам придется совместить приятное с полезным.

— Тебе не помешало бы расслабиться, — поддразнила Белла.

— Не при таких обстоятельствах, — глубокомысленно сказал он. — Кроме того, мы здесь как компаньоны или, возможно, друзья, и это точно никак нельзя назвать романтическим ужином.

— Нет? А я думала, что нравлюсь тебе? — надув губы, спросила она.

Гарри приподнял бровь:

— Не ты ли возмущалась по поводу нашей разницы в возрасте?

— Это было тогда.

— Белла, тебя мама в детстве уронила, — фыркнул Гарри, усмехнувшись.

— Это не новость, — улыбнулась она.

— Я когда-нибудь встречу нормального Блэка? — поинтересовался Поттер.

— Эти два слова никогда не будут стоять рядом в одном предложении, — энергично ответила колдунья.

Вскоре пришел официант и спросил, что они будут пить.

— Мы будем Каберне-Савиньон, — откликнулась Белла еще до того, как Гарри открыл рот.

— Как пожелаете. — Официант подал им меню и исчез.

— Что за каберне? — поинтересовался Гарри, на что Белла окинула его надменным взглядом.

— Это вино, дурачок.

— Спасибо, — ответил парень со сладкой улыбкой, игнорируя её высокомерный тон.

На что женщина закатила глаза.

Потом они сделали заказ. Белла выбрала жареную утку, а её спутник заказал стейк. Спустя несколько минут они уже наслаждались ужином.

— Белла, я должен заметить, что я, в общем-то, не пью вино, но это мне сразу же понравилось, — он сделал очередной глоток. — Ты ведь многое знаешь о винах?

— Да, большинство аристократических семей должно это знать, Гарри. Это основа основ: ты просто обязан знать, как отличают вина. Я научу тебя.

— Я буду весьма признателен, если ты обучишь меня не только этому, — вдумчиво произнес он.

— О… я была уверена, что у тебя хватит мужества попросить о помощи известную темную ведьму, — прищурившись, Белла наблюдала за его реакцией.

— Я думал об этом прошлой ночью, — абсолютно серьезно отозвался парень. — Вчера я действительно использовал Непростительное заклятие, вообще-то, я стараюсь избегать их, но в некоторых случаях светлая магия не является настолько эффективной. Меня, конечно, мало волнует, что я буду использовать против Реддла. Я хочу отомстить ему за смерть родителей и за тебя. — Его голос вновь приобрел стальной оттенок.

— Если ты желаешь этого... если действительно хочешь — я научу тебя. Я... если попросишь, покажу тебе самые темные заклинания, — сказала она нарочито расслабленным голосом.

— Я знаю, насколько силен Вольдеморт, поэтому я научусь всему, чему только смогу, и я одолею его, Белла.

— Ты прав, Гарри, и я… я помогу тебе, — сделав паузу, она продолжила. — Недаром нас зовут Блэками. Наше семейство хранит древние знания, недоступные даже Темному Лорду. Но эта магия подвластна лишь главе семейства, в данном случае — тебе. В библиотеке имения есть скрытый тайник, но по некоторым причинам я не могу вспомнить, где он.

— Я знаю — он под Фиделиусом.

— Бля… — вырвалось у Беллы.

— Это не препятствие. Проблемой может стать возвращение туда, но это вполне реально. Ты знаешь что-нибудь об анимагии?

— Ну да, я ведь анимаг.