Междоусобица-2072

Сейчас она сидела в лесу у удачно разведенного ею костра и жарила надетое на палку бедро зарезанного ею зайца. Из вещей у нее с собой был нож на поясе, и на этом, собственно все. Этим ножом она делала примитивные копья, пилила тонкие ветки, убивала животных и многие другие действия, за счет которых все еще была жива.

Неожиданно ее внимание привлек хруст веток впереди. Она инстинктивно достала нож и медленно подняла голову, смотря в сторону, откуда исходил звук. Вдали от ее расположения, но уже к ней шагал низкорослый силуэт, явно не походивший на биоробота. Обрадовавшись вероятной встрече союзника, Алиса стала ждать.

Силуэт остановился в паре десятков метров от нее. Это была такая же низкая как и она девочка в военной форме, спрятавшая руки в карманы, а голову опустившая сильно вниз. Почти все ее лицо, кроме рта, было скрыто за чрезвычайно сильно натянутой болотного цвета кепкой с желтой пятиконечной звездой.

— Э-эй.. Я после битвы в поселке выжила, ты тоже? Присядь здесь, не бойся.

Гостья ничего не ответила и медленно подошла к костру, сев напротив Алисы. Она так же продолжила смотреть вниз и держать руки в карманах.

— Э-э, тебя как зовут? Я Алиса, четвертый взвод..

— Таня. Взвод охраны.

— Ух ты, с блокпоста? И ты выжила? Так круто! Я думала там всех перебили!

— Не выжила. Всех перебили. Это ты благодаря нам выжила.

Заявление новообретенной подруги несколько обеспокоило Алису, но она не хотела рационально размышлять об этом. Возможно это просто какая-то метафора или ее сослуживица шизофреничка, какая разница?

— А я уже в бою сбежала, меня на самоубийственный приказ послали, я испугалась и убежала. Стыдно немного, но у меня даже оружия кроме ножа не было.

— Ах, бывает. У меня тоже ничего тогда не было. Не могу тебя осудить.

Девочка поднялась и все так же с опущенной головой подошла к Алисе, сев прямо рядом с ней, а не напротив. В этот момент она наконец достала руки из карманов и приобняла ее одной рукой, прильнув губами к шее, и медленно опуская вторую руку к талии.

— Не беспокойся, я не сделаю ничего плохого, просто мне надо кое-что для себя~

Сексуальные флешбеки с участием комвзвода пробили десятилетку, и она резким движением оттолкнула от себя слишком сблизившуюся соратницу.

— П-прости, но не надо так близко, хорошо?...

Таня с блокпоста явно была недовольна ее действиями. Она набросилась на десятилетку и повалила ее на землю, придавив своим весом. Только сейчас Алиса смогла разглядеть засохшую кровь на уголках ее рта и на руках. Она попыталась схватить свой нож, но с ужасом осознала, что больше не имеет его за поясом.

— Хе, куда полезла? Твой резак больше пригодиться мне, ты ведь не отдаешь нож животным, которых убиваешь, правильно? Тогда почему я должна сохранять оружие у своего обеда? Послушай, я ничего не ела целую неделю, веди себя спокойно, и Сатана будет доволен тобой, хаха.

Алиса попыталась кричать и начала отбиваться, но чрезмерно сильная соперница сжала ее рот рукой без каких-либо проблем и придавила коленом в грудь, вызывая у той сильную боль. Размахивая руками, она попыталась ударить Таню по лицу, но только сбила ее японскую кепку.

У девочки вообще не было глаз, вместо них сияли пустые глазницы со смазанной и спекшейся кровью, и похожее отверстие во лбу. Это совсем ментально добило Алису, которая уже расценила свою противницу как демоническую сущность.

— Мх, вот так, да? Ты прямо как вторженцы. Они тоже стреляли в меня и сбили хорошую уставную кепку. Ты сука и предательница.

Таня нанесла резкий колющий удар в горло десятилетки. Та еще активнее забилась в конвульсиях, и хлестающая из сонной артерии кровь обливала все вокруг и даже долетала отдельными струйками до лица Тани. Следующий удар был точно таким же, и уже после него от большой кровопотери сознание Алисы начало угасать. Ее неудачные вопли с закрытым ртом превращались в бульканье кровавых пузырей в трахее, а движения становились все более слабыми.

Она умерла через двадцать две секунды после первого удара. Таня облизала окровавленный нож, заткнула его себе за пояс и принялась высасывать еще яркую и свежую артериальную кровь бывшей сослуживицы. Она вылакала чуть ли не всю из оставшейся жидкости, пополнив запасы энергии на долгое время вперед.

Она подобрала с земли кепку, которую забрала у доктора Таренского. Военная кепка, любого образца, была для нее не аксессуаром, а жизненной необходимостью для сокрытия увечий и просто принципом, и посягательства на этот элемент одежды были для нее худшим злом и оскорблением. Она опять натянула кепку на глаза и отрезала голову Алисы, а затем отрезала ее ягодицы и бедра, которые насадила на палку и принялась жарить на ее же костре.

Бросив обезображенный труп прямо на месте убийства, Таня перекусила ее самыми мясистыми частями и ушла дальше в лес, выполнять свои задачи.

ЧАСТЬ 3. ТАРНОГСКИЙ КОРПУС

Город Палка-Горела находился в осаде уже почти три недели. Все въезды были намертво перекрыты бригадами Сеппельвангера, город постоянно подвергался артиллерийским обстрелам, в том числе с применением зажигательных снарядов, которые вызывали неконтролируемые пожары по всей деревянной застройке.

В конце месяца закончились припасы, собранные за время голодного урожая. Ополченцы перешли на подножный корм, были съедены излишки кожаного обмундирования и весь скот, кроме штурмовых свиней. Одно время гарнизон спасали заросли сныти и борщевика в заброшенной части города, но потом туда ударили напалмом и вся трава сгорела.

На кладбище были съедены все конфеты, принесенные туда за последние десятилетия. В конце концов, крестьяне начали питаться останками павших, а также целенаправленно развели крыс в нескольких зданиях, чтобы ловить их и жрать. От гордых 1200 воинов к началу мая осталось несколько сотен голожопых бомжей, которые, однако, неплохо вооружились за счет изъятия оружия и снаряжения павших товарищей.

Партизаны иногда совершали вылазки и обстреливали самарские блокпосты, с помощью численного преимущества изгоняли малые группы противников, работало целых четыре сельских снайпера с винтовками Мосина, пару раз вражеские КПП подрывались смертниками. Но, кажется, враг не замечал этого урона, так и не ослабив напор и отвечая на каждый выстрел сотней своих.

Тотьмичи в разное время предприняли три попытки прорвать блокаду и выйти из города хоть в каком-то направлении, но всегда это приводило лишь к очередным крупным потерям. После третьего неудачного прорыва князь издал приказ о глухой круговой обороне и участил проигрывание одноименного сонета оркестром до 20 раз в день.

Надежда была лишь на союзные уезды, и в какой-то мере она оправдывалась.

Из Тарноги на юг двигался пятитысячный Тарногский корпус, оснащенный гужевым транспортом и небольшим количеством бронетехники. Он был почти в полном составе набран из лолей, хотя командные должности занимали резервисты, а так же существовали отдельные подразделения для пенсионеров-камикадзе, магических сущностей и взрослых бомжей.

Вместе с большим обозом, альтернативным железнодорожным путем двигался паровозный локомотив ЧЧЧ-40, приводимый в движение мускульной силой и уникальной счетверенной печью, которую можно было топить как дровами, так и углем.

В длинном командирском составе были все вагоны для автономного существования поезда. В одном из таких, где располагалось два старых промятых дивана, между которыми поставили стол, возлежал на диване генерал Продутый.

Продутому было 53 года, он являлся алкоголиком и немного полководцем. Придерживаясь ортодоксального пятиверия, он не брил седую бороду и вообще пренебрегал личной гигиеной, в очередной раз вместо помывки предпочтя пить дерьмовый самогон из тухлого авиационного топлива.

Продутый напевал мелодию тотемской военной песни "Битва при Хабаровске", народный мотив, посвященный героизации разбойного нападения ОПГ в Хабаровске на детский сад. Мелодия напоминала неудачную смесь довоенной блатной песни с западными военными маршами.

Хотя генерал и являлся алкашом, духовно он всегда оставался великим асом, потому, даже валяясь на диване, не снимал мундир и бряцал непонятного происхождения медалями, которые он то ли украл, то ли получил за просто так на конкурсе наград.

Двери вагона открылись, и из соседнего отсека в данный вошел Олег Свалоконь. Он тоже был немолод и страдал от ожирения и облысения, за что люди примерно его возраста называли его странным иностранным словом "skuf". На нем была одета розовая майка-алкоголичка и очень короткая идентичного цвета юбка, из под которой свисали рваные семейные трусы. На спине Свалоконь носил детский портфельчик с рисунком солнышка и оккультной символикой, в котором хранил розовый блокнот и волшебную палочку.

Свалоконь считал себя героем исекай-аниме, и был уверен, что в прошлой жизни являлся доброй девочкой-волшебницей, которую убил мастер демонов Люцифер Евстигнеевич, сбив ее на огромной фуре посреди шоссе в великой столице магии. В новом мире он стал тучным мужиком, но не потерял самосознание и не хотел одеваться как мужик, сохранив линию поведения и цели из прошлого мира.

— О, Свалоконь, здарова. Че, как продвигается жизненный путь? Все идет по плану?

— Продутый, ты что ли? Ну привет. Да конечно все по плану, начальник у нас мудрец, не стал мне палки в колеса учинять, как некоторые другие делали. По первому объяснению понял, что я девочка-попаданка, а не хрень какая-то. Вот, вступил в должность, ща на ритуальное омовение отправлюсь. Слухай, можешь мою снарягу посторожить пока?

— Да не вопрос вообще, для соратников ниче не жалко. Приземли обмундирование на тот диван, точно никто не утянет, слово офицера, ик.

— Да пребудут с тобой демиурги, славный воин!

Свалоконь с трудом стащил с себя явно не подходившую по размеру даже в растянутом виде детскую одежду вместе с трусами и кинул ее на второй диван вместе с рюкзачком, после чего поклонился перед Продутым и в полностью обнаженном виде, надев лишь стершиеся тапки, отправился через весь состав в баню.

Проходя через жилые вагоны, голый толстяк здоровался с солдатами и офицерами, его радушно встречали в каждом новом вагоне, пожелав побед и успехов на несколько реинкарнаций вперед. Наконец, он прошел через третью жральню и попал в лолячий отсек, где своим видом навел шороху, но без сопротивления прорвался в местную баню, работавшую за счет дров из котельной.

Встав в горделивую позу героя, он окинул взглядом эрзац-баню. Она представляла из себя помещение со скамейкой при стене, тянувшейся через всю комнату от входа до входа, а так же с наличием печки. Кроме этого, на него удивленно и испуганно смотрели три обнаженные лоли, одна из которых вскоре подала голос.

— Дяденька, вы отсек перепутали, офицерская баня в другом вагоне, это для девочек...

Свалоконь посмотрел на нее с крайней степенью неодобрения. Кажется, он только что превратился из доброй махо-седзе в безумную ведьму, стремящуюся уничтожить весь мир.

— То есть ты усомнилась в моей самоидентификации? Да когда еще даже твоя бабка в проекте не была, я защищала Королевство Звездной Пустоты от нашествий космических бандитов-террористов-тиранистов! Меня убили враги в моем мире и я скитаюсь в этом мире в чужом теле, а ты даже не можешь обратиться ко мне согласно моей личности?! Ты маленькое говно, а я героиня времен! Пошла отсюда нахер к злоебучим демонам Тартара!

Свалоконь дал ей подзатыльника и выкинул лолю из бани прямо в коридор, после чего та поспешно скрылась. Он занял ее место, сев на скамью словно на трон и победоносно широко расставил ноги, демонстрируя свой мясной жезл к ужасу оставшихся лолей.

Изъяв из ящика березовый веник и подбросив дров в топку, Свалоконь смыл налипшую на него за последние две недели грязь и оставил после себя порядок, педантично вернув веник на место и отправив одну из лолей пополнять запасы дров, путем получения их в локомотиве.

Выйдя из бани, Свалоконь быстрым шагом пошел за своей снарягой в вагон-лежак, чтобы по пути успеть обсохнуть. Войдя в данный вагон, Олег узрел страшную картину — генерал Продутый валялся на полу возле дивана, вокруг него растекалась лужа, а пустая бутылка самогона валялась опрокинутой на столе. Лужа была не крови, а мочи, а вот снаряги Свалоконя на указанном месте не было.

Знатно охуев от такого исхода событий, он быстро подбежал к Продутому и поднял его на диван. Генерал что-то невнятно промычал и даже не проснулся, продолжая ссать в штаны во сне. Свалоконь нанес тому несколько пощечин и генерал наконец открыл глаза, удивленно осматриваясь по сторонам.

— Аа? Пора ли в атаку, та-рищ фельдгенерал? Зааа Родину!

— Дебил, у нас ЧП! Мою магическую снарягу кто-то спиздил!

Продутый, кажется, мгновенно протрезвел и вскочил с дивана. Он осмотрелся и заметил, что снаряжение действительно пропало, и что дверь в следующий вагон открыта нараспашку. Подбежав ко второму дивану, он еще раз осмотрел все и даже заглянул под стол, чтобы удостовериться, что снаряжение действительно исчезло.

— Это коллапс! А я ведь давал слово офицера, что ее не спиздят! Я должен срочно сделать харакири, чтобы восстановить поруганную честь!

Продутый схватил бутылку самогона и разбил ее об стол, сделав розочку, после чего сел на колени в нужную позу и нацелился осколком бутылки себе в живот, но резко прервался и снова вскочил.

— Я забыл сочинить предсмертное хокку! Какой там размер, семь-семь-пять?

— Пять-семь-пять. Так, я освобождаю тебя от необходимости восстанавливать честь, стирая твой позор силой магии в хрониках Акаши, а теперь пошли искать снарягу вместо этого.

— Долгих лет тебе, великая магическая сущность, ты спасла меня от гибели! Я обязательно помогу тебе найти снарягу!

Продутый взял розочку уже в качестве оружия против врага, а не самого себя, и рванул в переднюю часть поезда (Свалоконь ходил мыться в заднюю). Толстый махо-седзе-человек проследовал за ним, и вскоре они объявились в вагоне-столовке, где заседал генерал Толкант и обедал супом из объедков.

— Генерал Толкант! Докладывает генерал Продутый, у нашего магического создания спиздили снаряжение!

Толкант от неожиданности выплюнул всратый имбирный корень, который не мог прожевать уже пять минут, обратно в тарелку.

— Как спиздили? Это свои или враг проник на борт? Очень надеюсь, что это противники, потому что лучше профукать диверсию, чем обнаружить в своих рядах предателя!

— Мы пока что не знаем, я взялся охранять снарягу, магическая девочка ушла в баню и я случайно попал под чары демиурга Морфея, и потерял сознание, а потом меня будят, и снарягу уже спиздили!

— Магическая девочка, каково твое мнение?

— Я только что поняла, кто это мог быть. Понимаете ли, в бане какая-то чудовищно наглая малолетка назвала меня дядей, и я выгнал ее в коридор, возможно, она отомстила мне из-за своего малодушия и предательского нутра. Я сразу почувствовала, что у нее какая-то плохая аура!

Толкант встал из-за стола и вытащил из кобуры старый Walter, имевший какой-то нескладный и даже пластиковый вид, с оранжевым колпачком на дуле, и громогласно заявил: