"Маскарад в Лоди" (Мир пяти богов 4)

— Когда ты вернешься? — в голосе Линатаса послышались нотки беспокойства.

— Не уверен. Но обещаю, что не буду откладывать. Это стало самой неотложной задачей на сегодня. — В коридоре послышались быстрые шаги. Мужчина в зеленом халате, в котором Пен узнал санитара с верхнего этажа, просунул голову в дверной проем, обшаривая взглядом комнату. — Не здесь, — пробормотал он.

— Гнейд? — позвал Линатас. — Что происходит?

— Извините, господин. Этот сумасшедший вышел, когда я опорожнял ночной горшок. Одну минутку — я уверен, что он все еще должен быть в здании.

— Попроси Теби помочь тебе в поисках.

— Так точно, господин. — Санитар ускакал прочь.

Но Линатас не расслабился, откинувшись назад.

— Ваш пациент делал это раньше? — спросил Пен.

— Вчера он как одержимый метался по палате, но на ногах держался довольно неуверенно. Он не может быть далеко. — Озабоченный взгляд Линатаса не отражал ничего подобного.

— Дез? — громко спросил Пен. — Он все еще в приюте?

Головокружительный виток демонического восприятия растянулся в трех измерениях, усеянный разноцветным сиянием душ, все еще находящихся в их телах. Пен проигнорировал слабые следы призраков, серых, дрейфующих и исчезающих; они были во всех таких старых зданиях, особенно в приютах. По сравнению с этим аура сломленного демона показалась бы сверкающим маяком.

— Нет, — одними губами произнесла Дездемона. Линатас резко поднял голову. — Он выбрался. Это было быстро.

Неужели Пен и Дез спровоцировали это бегство?

Вероятно, согласилась Дез. Демон, должно быть, понял, что мы представляем для него опасность, хотя и не знает, какую именно. Это будет зависеть от того, насколько его хозяева, в прошлом и настоящем, понимают храмовые процедуры. Безумный мальчик из Лоди, возможно, знает больше, чем рокнари, и оба они знают больше, чем дельфины. Или птицы.

Безумный демон беспорядка, разгуливающий по Лоди... Возможности были пугающими. Пену пришли в голову плохие слова на вилдийском.

Линатас поднялся из-за стола.

— Я помогу вам искать, — вздохнул Пен.

* * *

От привратника они быстро выяснили, что сбежавший пациент скрылся не через парадную дверь. Из трех других дверей на первом этаже две были заперты изнутри. Это значительно сузило выбор Пена, за которым следовали Линатас и Теби. Они вышли на боковую улицу и огляделись по сторонам. Было бы слишком большой удачей, если бы этот человек все еще был в поле зрения.

— Если демон находится во власти дельфинов, он может попытаться вернуться в море. Если во власти одного утонувшего или чуть не утонувшего человека, куда угодно, только не это. — Пен прикусил губу и указал в сторону гавани. — Вы двое идите туда. Если он прыгнул в воду, кто-нибудь должен был его увидеть в это время суток. Кто-нибудь из вас мог бы пройтись вдоль берега в обеих направлениях. Посмотрите, нет ли шумихи. Я отправлюсь в город.

Этот логичный план был принят без возражений и казался Пену удачным, пока он не дошел до первого перекрестка. Он в отчаянии остановился.

— Дез, если бы ты была безумным демоном, в какую сторону пошла бы?

Послышалось обиженное фырканье. Я не сумасшедшая. И сделала бы что-нибудь гораздо умнее.

Пен посмотрел вверх, на полоску голубого неба, в смутной растерянности.

Это вызвало откровенные насмешки. Как мы уже не раз убеждались, я не умею летать, и он тоже.

Мог ли обезумевший от горя юноша попытаться вернуться домой, где бы это ни было? Был ли этот демон достаточно организован, чтобы притвориться им? Достаточно хорош, чтобы одурачить людей, которые его знают? Это был бы самый подходящий камуфляж.

Пауза сомнения. Демон может уйти на второй план, позволить человеку взять верх и отвести их обоих домой. Но это означало бы риск потери контроля.

Если безумец действительно был уроженцем Лоди, он должен был знать этот лабиринт города. Это знание становилось все более доступным демону по мере того, как оно пускало в нем корни, но не мгновенно. Пен вспомнил свое замешательство, когда его впервые заразила Дез — скорее в смысле болезни, чем юридического соглашения, хотя позже, безусловно, были переговоры.

С другой стороны, если демон пытался уйти как можно дальше от моря, то он, то есть они, должны были направиться к большой дамбе, ведущей из города в лагуне на материк. Этого человека вымыли, побрили и накормили в приюте, но... как далеко он мог убежать, одетый только в свободную рубашку и штаны, босой и без денег?

Это не помогало им продвинуться вперед. Он стиснул зубы и зашагал вправо, расширяя возможности восприятия Дез до предела. Что в местах скопления людей, подобных этому, было ограничено множеством отвлекающих внимание живых существ вокруг них. Они вышли на другую площадь, где улицу пересекал канал, к стенкам которого были пришвартованы небольшие лодки, доставлявшие товары на другой оживленный местный рынок, где происходила погрузка и разгрузка: мужчины, женщины и дети покупали и продавали яркие овощи, фрукты, цветы и другие разнообразные товары. Шум в ушах был просто веселым. Его ясновидение было почти ошеломляющим.

Дез, как ты можешь это выносить? Мы все вместе?

Пожатие плечами. Я никогда не знала ничего другого.

Были веские причины, по которым первое, что искал Пен, когда этот дар Дез полностью перешел к нему, — это как отключить его снова. И это было не из-за несчастных разлученных призраков, как бы они ни нервировали его тогда. Сейчас хуже всего было, когда его тренированный мозг начинал ставить диагнозы. Он действительно больше не хотел знать, какие из встречавшихся ему случайных незнакомцев умирали.

Все они, в конечном счете, заметила Дез.

Полагаю, за два столетия ты заслужила свой взгляд на будущее.

Да, нелегким путем.

Безумец из Лоди, должно быть, сейчас находится в таком же состоянии, как и Пен, если не обладает таким тонким чутьем. Это наводило на мысль, что он, возможно, ищет менее людные места, хотя в Лоди их было не так уж много. Что опять-таки указывало на то, что он собирается на материк.

Черт возьми, им нужно было дать имя своей жертве. Два имени, поскольку целей было две. Он мог бы думать о них как о Мэдбое Лоди и Невменяемом Демоне.

Мы могли бы дать им прозвища Мэд и Ди, как Пен и Дез, пошутила Дез. Пен закатил глаза.

Он обошел окрестности и вернулся к входной двери приюта как раз вовремя, чтобы встретить Линатаса и Теби, возвращавшихся с поисков на берегу. Одних.

Заметив встревоженный взгляд Пена, Линатас пожал плечами. — Нам не повезло. У тебя есть что-нибудь?

Пен покачал головой. — Я обследовал примерно половину этого острова. — После столетий развития Лоди все еще был разделен на островные кварталы, несмотря на то, что некоторые из них были построены на сваях и на местах дноуглубительных работ, чтобы соединяться друг с другом. — Из-за демона проблема вашего пациента перешла из рук Матери в руки Бастарда. — Другими словами, в руки Пена. — Он будет таить в себе опасности, выходящие далеко за рамки его безумия, и с которыми может справиться только волшебник или святой. Но, пожалуйста, немедленно отправьте его описание охранникам у ворот дамбы, чтобы они присмотрели за ним. — Что, учитывая обычную внешность парня, было бы не очень полезно, но Пен мог работать только с тем, что у него было. — Скажите им, чтобы они не приближались к нему, а послали гонца к... — В идеале — к Пену, но если бы он прочесывал город, его было бы так же трудно найти, как и его жертву. — В кабинет верховного жреца Огиала. Пошлите туда же, если узнаете что-нибудь еще.

Это означало, что ему нужно было явиться в курию и предупредить их об их задаче в качестве получателей и отправителей сообщений. Среди прочего.

Пен попрощался с Линатасом беглым благословляющим жестом и поспешил обратно через пять мостов. Обратный путь он проделал, на всякий случай полностью напрягая ясновидение. Это было похоже на попытку быстро пролистать плотно написанную книгу, в которой то и дело перед глазами мелькали абзацы. Единственное, что ему нужно было заметить в прохожих, — это то, что в них не было демона, что было очевидно практически сразу. И неожиданно утомительно. Возвращение Дез к здравому смыслу, когда он добрался до курии, разумно предположив, что Мэдбой сюда бы не явился, принесло облегчение.

Он поднялся по лестнице на второй этаж, в кабинет, принадлежащий секретарю верховного жреца, мастеру Бизонду. В дверях почти столкнулся с женщиной средних лет в элегантной черной мантии ордена Отца. В черно-седых шнурах, спадавших с плеча, были вплетены фиолетовые нити, указывающие на ее специализацию в юриспруденции. Она несла стопку бумаг и документов; Пен машинально придержал для нее дверь, чем заслужил рассеянный кивок в знак благодарности. Это непреднамеренно поставило ее в очередь к столу Бизонда впереди него.

Бизонд был худощав, седовлас и производил впечатление человека, постоянно присутствующего в курии, как мраморные лестницы. Он посмотрел на адвоката снизу вверх с выражением, близким к одобрению, насколько это было возможно при его каменном лице. — Ученая Изерн.

Женщина решительно кивнула. — Вот копии завещаний и документов для судебного процесса в Виндоне, вместе с моими пояснениями.

— О, хорошо, мы ждали это. — Его костлявые руки метнулись к ним. Наступила пауза, пока он обдумывал некоторые предварительные выводы.

Женщина, очевидно, почувствовав, что ее миссия выполнена, отстранилась и посмотрела на Пена с легким любопытством. — Вы ученый Пенрик, не так ли? Новый волшебник Огиала?

Пен наклонил голову. — Да, ученая. Полагаю, мы встречались в библиотеке? — Он вспомнил, как она, темноглазая и довольно красивая для своего возраста, торопливо входила и выходила из архива курии. Ее взгляды, брошенные на него, не были ни невежливыми, ни дружелюбными; возможно, просто рассеянными.

— Да, я вас заметила. — Люди, как правило, так и делали, учитывая его рост, глаза и волосы. И шнуры. — Это правда, что вы были придворным волшебником принцессы-верховной жрицы Мартенсбриджа?

И теперь стал предметом тайных сплетен курии, сухо заметил Пен. — Ранее, пока она, к сожалению, не скончалась в прошлом году. Новая назначенная королем верховная жрица привезла свою собственную волшебницу из Истхома, и это побудило меня искать другую работу.

То есть, на него сильно давили, заставляя принести официальную присягу в ордене Матери Мартенсбриджа в качестве полноправного целителя-волшебника, вместо того, чтобы он служил неофициально, занимаясь, по сути, тем же самым. Но он не обсуждал это. Его бегство в Лоди было неожиданным даже для него самого.

Тьфу, сказала Дез. Огиал подпрыгнул при первом же твоем вопросе. Знаешь, он считает тебя настоящим украшением. Что-то вроде ухмылки. Тоже мне украшение.

Судя по виду стопки документов, это могло занять некоторое время. Переминаясь с ноги на ногу, Пен выпалил: — Простите, мастер Бизонд, что прерываю вас, но у меня небольшая срочность.

Лицо Бизонда дернулось от досады на то, что это нарушило его сосредоточенность, к смутной тревоге по поводу того, что волшебник с такой репутацией, как у Пена, мог назвать чрезвычайной ситуацией. В его голосе послышались испуганные нотки. — Что?

Пен быстро изложил суть своей вылазки в "Дары моря", за вычетом мелких деталей. — В результате, если он еще не перебрался через дамбу, в Лоди разгуливает восходящий демон, который, по сути, управляет этим похищенным молодым человеком.

— Это... плохо?

— Для молодого человека, да. Что касается того, кто с ним столкнется, я пока не уверен. Я, конечно, вернусь на его поиски. А пока мне нужно знать, есть ли такой святой в Лоди и где он находится.

— Который из них?

— Их больше, чем один?

— Три младших святых, о которых я знаю, принадлежат к ордену Отца, и шесть, разбросанных по ордену Матери. Полагаю, что в ордене Дочери тоже есть несколько святых. Орден Сына не особо богат святыми.

— Э-э, я имел в виду одного из моего ордена.

Брови Бизонда удивленно поползли вверх. — Ты не знаешь?

Пен не стал объяснять, почему пожирающий демонов святой белого бога в Лоди был тем, с кем Дез предпочла бы никогда не встречаться, ограничившись фразой "Я здесь новичок...?"

— Да, похоже. Что ж, благословенную Чио, скорее всего, можно найти в доме капитула и сиротском приюте на острове Галлс. Ты знаешь, где это находится?

— Да, — ответила Дез за них обоих.

Пен объяснил свой план связаться с офисом Бизонда для отправки сообщений. Бизонд, который все больше приходил в замешательство из-за всего этого, не протестовал, хотя Пен не был уверен, то ли из-за логики Пена, то ли из-за надвигающейся угрозы. Пен поспешил обратно, провожаемый изумленным взглядом Изерн и бормотанием Бизонда: — Пять богов хранят нас...!

От юноши, захваченного демоном? удивился Пен. Для этой задачи есть только один бог.

Думаю, он имел в виду от тебя, сказала Дез, как обычно, слишком довольная.

Снова покидая дворец курии, Пен задумался, что будет быстрее — пойти пешком или воспользоваться весельной лодкой. Дез мысленно набросала грубую карту и посоветовала, что это должна быть лодка. Остров Галлс слишком далеко для моста.

Верно. Пен направился к пункту проката лодок, ближайшему к храмовой площади, на краю центральной городской акватории. Полдюжины узких лодок были пришвартованы к причалу, где садились или высаживались пассажиры: торговцы, храмовые служители и городские чиновники. Все суда были раскрашены и украшены в соответствии со вкусами их владельцев-лодочников и представлениями о том, что может привлечь клиентов. Общий эффект был ошеломляюще кричащим: красные, оранжевые, желтые, зеленые, синие тона, некоторые свежие, другие выцветшие от непогоды; однотонные полосы, завитки, или резные животные мотивы; сверкающие вставки из полированного олова или меди.

При виде его белого облачения и поднятой руки двое лодочников притворились, что смотрят в другую сторону, но один пожилой мужчина сдвинул шляпу на затылок, ухмыльнулся и махнул рукой. Пен осторожно ступил на влажные, качающиеся доски и откинулся на предоставленную ему потертую подушку, которая была бы более удобна для его тощих бедер, если бы не была такой плотной. Он все еще был рад, что хоть ненадолго дал отдых своим ногам.

— Благослови нас отвести взор твоего бога в канун Его Дня рождения, ученый, и куда мы направимся? — добродушно осведомился лодочник.

Пен послушно обратился ко всем богам, прикоснувшись ко лбу, рту, пупку, паху и сердцу, дважды коснувшись губ тыльной стороной большого пальца. — Остров Галлс, пожалуйста.