Семь кругов Арены: на просторах Ада (будет перезапущено)

Вопреки всем ожиданиям, вместо угрюмого, серого, мрачного старика — бойцам открылось лицо молодого мужчины, лет двадцати пяти на вид. У него были волосы чуть ниже плеч, такие же светлые, как и само лицо всадника. Помимо всего этого, в глаза метил зеленый знак биологической опасности с красной окантовкой, расположившийся в левой части лба мужчины.

Миловидно улыбнувшись, он взял немного назад и развернулся так, чтобы видеть сразу всех бойцов, стоящих перед ним.

— Что ж. Мария, добро пожаловать обратно. Не ожидал вас вновь увидеть. Николай, Влад — тоже рад вашему возвращению. Виктория, Игнат, Дмитрий — добро пожаловать на арену и желаю вам удачи в предстоящих боях. Изабель, вот вашего очередного визита я ждал больше всего, — расплывшись в улыбке, всадник подъехал к девушке, которая проткнула Дмитрия клинком. — Восьмой раз уже. Может, пора бы перестать скромничать в боях и начать действовать?

Не дождавшись никакого вразумительного ответа, кроме неуверенного кивка, всадник недовольно фыркнул и вернулся обратно на свое место.

— И, конечно же, победительница сегодняшнего поединка — Маргарита! — закончив приветствие, всадник огляделся по сторонам. Трибуны вновь заликовали, выкрикивая имена понравившихся им бойцов. — Тихо, тихо, тихо. Не стоит так радостно приветствовать кучку жалких воров, убийц, богохульников. Они не достойны вашего приветствия. Хотя, вы и сами то, не первого сорта люди.

— Но,... — дослушав речь, попытался вставить слово мужчина, стоявший рядом с Дмитрием. Трибуны стихли, а всадник медленно повернул голову в сторону нарушителя порядка.

Арена затихла. Не просто стала тише. Наступила гробовая тишина. Единственный звук, который был слышен — это дыхание окружающих и стук собственного, мертвого сердца.

Цокнув языком, всадник спрыгнул на землю и резко ударил по левой руке. Перчатка открылась, и под крышкой заблестел такой же экран, как у остальных.

Набирая темп, всадник все ближе продвигался в сторону бойца, попытавшегося перебить его речь. Попутно набирая что-то на экране, он резко остановился в метре от цели и направил руку в сторону головы обидчика. В руке блеснула голубоватая искра, сменившаяся дымкой, а мигом позже из дымки появился старинный револьвер.

Прогремел выстрел и в голове бойца засияла красная, аккуратная отметина. Чуть покосившись, боец шагнул вперед, но его тут же понесло в обратную сторону. В глазах потемнело. Тело, с грохотом, упало на песок.

— Никогда не перебивайте, когда я говорю, — сдув осевшую дымку с дула своего револьвера, всадник вновь нажал на кнопку на экране. Повинуясь, револьвер просто растворился в воздухе. Закрыв крышку и состроив недовольную мину, глядя на труп, он тяжело вздохнул, после чего немного помялся и аккуратно провел рукой над телом, тут же направившись в сторону своего коня. Труп объяло багряно-красным пламенем, которое появилось буквально на секунду, исчезнув вместе с жертвой точного выстрела. Мгновением позже, боец вновь появился среди участников. — Еще есть вопросы или я могу, наконец, начать? — недовольно крикнул всадник, едва забрался обратно на своего коня.

Довольно заметив, как, словно в армии, выстроились бойцы, всадник ухмыльнулся. Проскакав из стороны в сторону мимо них, он вновь остановился рядом с Дмитрием.

— Так. На чем я там остановился? — почесав затылок, всадник состроил сильно озадаченное лицо. — А, да, вспомнил. Вы все стали участниками нашего загробного развлекательного шоу — Арены! — в очередной раз, услышав знакомое название, трибуны заликовали, однако теперь всего на несколько секунд.

Слегка позлорадствовав отсутствию необходимости поднимать руку, он продолжил.

— Арена — самая рейтинговая передача на просторах ада, а я — ваш покорный слуга, Комментатор. Ведь сколько удовольствия доставляет смотреть на то, как грешники стремятся перегрызть друг другу глотки. Особенно, будучи грешником. Ах, с каждым выстрелом, с каждым ударом, с каждой обгоревшей частью тела наше шоу становится все популярнее и популярнее. Оно и не удивительно, если учесть, что в перерывах между пытками, рекламой и полудохлыми передачами, грешники только и могут, что смотреть нас, — на мгновение, всадник замолчал, после чего усмехнулся и повернулся в сторону трибун. — Я ведь верно говорю?

Словно ожидая этого, трибуны залились наконец-то разрешенными воплями и всплеском эмоций. Послушав их и покивав головой, всадник приподнял руку. Повинуясь, трибуны мгновенно стихли.

— Что ж. Наверное, вам надо рассказать правила. Честно говоря, я уже довольно устал от этого всего. Когда вы, люди, наконец, перестанете грешить? — хрустнув шеей, всадник расплылся в самодовольном оскале. — Итак. Ваш путь будет состоять из семи кругов. На каждом кругу вас будут ожидать более сильные, ловкие, выносливые бойцы. Поэтому не особо спешите с переходом в следующий тур. Но и не задерживайтесь. Три поражения и вылет. Сегодня был первый бой, поэтому ваш проигрыш не засчитывается. Однако победа Риты засчитывается, и она может смело переходить дальше. А вы, новички, грешники-новобранцы, завтра вновь сольетесь в схватке за уход с седьмого круга, в глубину, в самое-самое пекло.

Оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто на трибунах не завопил, всадник повел бровью и продолжил.

— Самое веселое во всем этом то, что вы не умираете. Зато ощущение боли вполне реальное. Более того, оно усилено по сравнению с тем, что вы чувствовали бы при жизни. Сделано это было в профилактических целях, поскольку умерев раза три — больше не захочется, — окинув взглядом бойцов, всадник подмигнул и продолжил. — Семь кругов, семь побед и вам простят все ваши семь смертных грехов. Семь удачных сражений — и ворота рая для вас открыты. Если сами захотите этого.

В очередной раз усмехнувшись, всадник обернулся в сторону трибун. Они уже скучали от монотонной речи комментатора. Видимо, пора было закругляться, пока рейтинги не начали падать.

— Пожалуй, о самих правилах. Правила поединка объявляются в начале боя. Выходить за рамки правил запрещено. В каждом бою вы можете найти в случайных местах патроны, оружие, печеньки или,... — замолчав, всадник прищурился, глядя на усмехнувшегося бойца. — Игнат, верно? Я что-то смешное сказал?

— Нет, прошу прощения, — сглотнув и вспомнив, что недавно произошло с другим бойцом, нервно извинился Игнат.

— Так распорядился рай. На арене запрещена валюта мира живых, поскольку в ад попадают не только жители одной конкретной страны. Пришлось как-то выкручиваться. Уж лучше бы ваши деньги использовали, чем свое придумывать. Так. Вернемся к печенькам. Печеньки — основная валюта в аду. Их вы будете получать за все свои положительные действия на арене. За победу или поражение, за различные действия, за красивые убийства. В принципе, за удачный вздох уже можно получить печеньку, если система так решит. Их вы можете тратить между поединками на покупку вооружения, модной и стильной одежды, боеприпасов. Импровизируйте, — заворчав что-то невнятное себе под нос, всадник хрустнул шеей. — Поехали дальше. Во время боя помимо всего ранее перечисленного можно будет найти мутагены для усиления своего собственного тела или способностей. Любая мутация, приобретенная во время боя — остается с вами навсегда. В любое время вы можете ее отключить, используя ваши "iClaw", — всадник осмотрел непонимающих бойцов и показал пальцем на железную, черную перчатку, пальцы которой были сделаны в форме когтей. — Через перчатку вы можете следить за состоянием вашего здоровья, боеприпасов, включать и отключать мутагены. Так же через них можно тратить печеньки во время боя.

Тяжело вздохнув, всадник кинул взгляд на скучающие трибуны. Немного поморщив лоб, он продолжил свой монолог.

— Что касается поля боя, — решив хоть чем-то развлечь публику, на повышенных тонах начал Комментатор. — Оно целиком и полностью зависит от решения системы. Арена генерируется в начале сражения, опираясь на воспоминания одного из бойцов. Как правило, того бойца, который находится в более плохом положении, поскольку тут имеет место наличие территориального преимущества. Системой мы называем программное обеспечение, которое следит за всем функционалом перчаток, арены и потоком валюты. Но об этом — как-нибудь в другой раз.

Решив сделать небольшую передышку, всадник вновь огляделся в поисках поддержки со стороны трибун. В нескольких местах послышались хлопки, пара человек даже прокричало что-то. В целом, реакция не самая радушная.

— Собственно, это все, что вам нужно знать. Ну, в каждом поединке вам будут встречаться дополнительные ампулы с ядом, адреналином и медикаментами. А, да, чуть не забыл. Чтобы умирать было не так грустно — во время своей смерти, если она случилась по вине какого-то элемента, вы можете получить контроль над этим элементом. — Оглядев взглядом вновь непонимающих бойцов, всадник почесал затылок. — Скажем, если вы сгорели, утонули или вас завалило обвалом во время боя — у вас есть замечательная возможность получить контроль над источником вашей собственной смерти. Теперь то, пожалуй, все. Удачных боев вам! — резко остановив речь, он провел рукой перед участниками. На несколько секунд арена покрылась густым туманом, а когда он рассеялся — на ней остался только всадник. Дождавшись, пока к нему подлетит маленькая штука, чем-то напоминающая крылатую камеру, он вновь самодовольно оскалился. Глядя в объектив и сделав выражение лица максимально приветливым, он поправил, на всякий случай, волосы. — Оставайтесь с нами и не переключайтесь! Сегодня и только сегодня, с двумя поражениями за спиной Никита со второго круга встретиться лицом к лицу с львами на гладиаторской арене!

Поклонившись под громкий гул трибун, всадник одел обратно на голову шлем и ускакал прочь. Его ждали новые бои, которые необходимо было комментировать.

Глава 2. Быстрее молнии.

— Итак, сегодня на арене выступит Аспид против Гильзы, девушки,... — выключив телевизор и развалившись на кровати в своей комнате, Дмитрий устранил из своей комнаты надоедливый голос комментатора. Едва появившись посреди комнаты — телевизор практически сразу взбесил его. Говор хозяина арены успел въесться в сознание уже за то время, что он расхаживал перед ними из стороны в сторону, и слушать его в свободное от боя время как-то не особо хотелось.

После поединка — его переместило сюда. Маленькая, но уютная комната, одна из многих тысяч в бойцовском общежитии. Окна были заколочены, и единственным источником света был телевизор. Ну и маленькая лампа, стоящая на столе у окна. Рядом со столом расположился небольшой стул, с железной спинкой и деревянным седалищем. В другом конце комнаты была небольшая кухня с холодильником, раковиной и плитой. Помимо всех этих удобств, из комнаты до двери вел коридор, в котором находились туалет и ванная.

Перевернувшись на спину, он перевел взгляд на полученную перчатку. Пошевелив кончиками металлических пальцев и сдвинув брови, создавая для самого себя иллюзию утомительного, глубокого размышления, Дмитрий откинул крышку перчатки. Под ней красовался небольшой монитор, напоминающий чем-то мобильные телефоны с сенсорным экраном.

Немного нехотя, Дмитрий нажал на одну из кнопок. На экране тут же высветилась информация о том, что его здоровье в норме, баланс печенек равен нулю, а мгновением позже вышло предложение ознакомиться со списком вооружения. Недолго думая, он согласился с предложением.

Сменив предыдущее меню, на экране вылез список из нескольких автоматов, пистолетов и пулеметов. Около каждого из них был красный крестик. По всей видимости, это означало, что оружие не доступно из-за отсутствия в нем патронов. На самом верху красовался стальной клинок. Судя по всему, его добавили на тот случай, когда заканчиваются патроны.

Неожиданно, посреди экрана замерцало окошко с одной только кнопкой подтверждения. Нажав ее, у Дмитрия вдруг появилось ощущение, будто что-то схватило его за ребра. В глазах потемнело, а когда картинка восстановилась — он уже стоял в центре арены, которая в этот раз была похожа на бандитский район с развалинами, обрисованными стенами, кучей мусора повсюду и горящими, перевернутыми автомобилями. Оглянувшись по сторонам, он перебежал за ближайшую машину. Вокруг из воздуха появлялись такие же бойцы, как и он.

— Сегодняшний бой — бой на выживание! — залился эхом по арене голос комментатора под гул трибун. — Артур, Изабель, Элеонора, Артем, Дмитрий и Екатерина, сегодня вы сойдетесь в схватке, где каждый будет стоять за себя до последнего. Ваше размещение по арене не случайно, мы старались сделать все, чтобы ваша схватка была более продолжительна, насыщена и красочна. Тот, кто погибнет — сразу же выбывает. Победитель будет переведен на следующий круг. Итак, три,... — услышав отсчет, Дмитрий тут же помчался в сторону ближайшего дома, чтобы временно там укрыться. — Два, один. Удачи вам! Бой начинается!

Успев кувырком закатиться за стену, от летящих в него пуль, Дмитрий тут же вскрыл перчатку.

— Быстрее, быстрее ты! — слыша, как свистят над головами пули, он озлобленно прикрикнул на свой агрегат, который до этого в комнате работал на ура. — Да что б тебя! — с силой ударив кулаком по перчатке, отчего та на мгновение задребезжала, он помчался вглубь здания, чтобы найти более удачное укрытие.

— Замечательный выстрел, Изабель! Артур, Артем, простите, но вы выбываете, — прозвучал голос комментатора. — Надеюсь, что хоть приятные воспоминания останутся от поединка. Хе-хе. А что это у нас? Екатерина только что расчленила Элеонору! Какой замечательный выпад клинком. Ах, я восхищен вами, девушка! — усмехнулся комментатор. — Осталось три претендента, Дмитрий, Изабель и Екатерина! Кто же победит в невероятном, непредсказуемом и столь красочном сражении?

— Да пошел ты, — чуть слышно заворчал Дмитрий себе под нос, наблюдая, как по зданию в поисках его ходит одна из участниц. — Работай же ты, чертова штука! — все еще пытаясь сражаться со своей перчаткой, не выдержал и крикнул он.

— Ага, так вот ты где! — довольно воскликнула девушка и направилась в сторону его укрытия.

— Черт! — увернувшись от нескольких пуль из пистолета-пулемета участницы, он вновь ударил с силой по перчатке. Наконец, левую руку обдало голубоватым пламенем. Самодовольно улыбнувшись, он вылез из укрытия, словно целясь в свою соперницу.

— И что это такое? — глядя на руку врага, объятую пламенем, усмехнулась девушка.

— А вот что! — попытавшись сделать движение в виде выстрела, его вдруг осенило, что он только что несколько раз пальцем проехался по лезвию появившегося в руке клинка.

— Эх,... мне даже как-то жалко тебя убивать стало, — девушка улыбнулась и нацелила оружие в лоб оппонента. В следующий миг прозвучало два выстрела. Вместе с девушкой, Дмитрий упал на пол арены. Выстрел пробил ему легкое, и дышать теперь было просто невозможно. Чувствуя, что хочет закрыть глаза, его вдруг осенило, что сделать этого не может. Он умер, но при этом не умер. Он просто лежал. Лежал и чувствовал, как легкие наполняются кровью. Как багряная, теплая жидкость вытекает на землю через рот. Чувствовал, как сжимается от боли сердце. Как мутнеет разум. Как невыносимо долго стали тянуться секунды в агонии чувств и эмоций. Каждый миг теперь казался вечностью. Все тело объяло жаром. Словно раз за разом ему под ногти загоняют раскаленные иголки, но ничего не меняется. Лишь ощущения этого. Вот о чем говорил комментатор в прошлом поединке. И вот что имел в виду под обострением чувств.