| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Господин Масса покачал головой, медленно поднялся и неторопливой поступью направился к девушке.
— Ах, Ника, если бы не светлая память о твоей матери...
Ника уязвлено опустила голову.
— Не надо так часто напоминать мне об этом. Я знаю, что вы взяли меня только из-за того, что я дочь Люмены Верис. Похоже, по этой же причине вы собираетесь покрывать меня, — обида в голосе девушки приобретала ноты возмущения. — Не думаю, что мой проступок чреват черной меткой в личном деле. Порталы открываются повсюду и не только случайно. Сами того не зная люди проходят через них, бывает что погибают. А тролли, блемии, оборотни живут среди эвентуалов и нет-нет да показываются им на глаза. Пусть меня штрафуют, отстраняют...
— Любопытные дети, — перебил Рик'Ард Масса.
— Что?
— Два мальчика пропали в Осином Переулке. Пяти и семи лет отроду. Если и с ними что-то случится, ты предлагаешь мне всенародно обвинить в халатности агента ОЧП? Моего агента?
Услышав о малоприятных последствиях своей невнимательности, Ника растерянно присела на стул. Девушка была настолько увлечена погоней за 'призраком' Грегори Фроста, что просто не сообразила подумать о любознательных детях, которые видят и слышат больше. Не замаскировать портал было ошибкой, за которую агенту Верис, несомненно, придется расплатиться.
— Я не знала... — взволнованно сказала Ника, — это же опасно. Позвольте, я пойду искать их.
— Нет. Для этого я созвал дежурный состав наших агентов. Ты спускаешься в архив и выбираешь виновного. К утру личное дело выбранного тобой тролля должно лежать на моем столе. Если не раньше.
— Я так не могу...
— А я не собираюсь пытаться оправдывать тебя абсурдной историей про погоню за мертвым маджикайем. К сожалению, я дал обещание твоей матери заботиться о тебе. И не привык нарушать слово.
Ника поднялась со стула, безвольно поклонилась своему начальнику и сказала:
— Я отказываюсь выбирать даже из самых отпетых злодеев. Не хочу брать на себя такую ответственность. Это несправедливо...
Рик'Ард Масса глубоко вдохнул, затем обернулся и мысленно нажал кнопку вызова на телефоне. В кабинете раздался противный голос секретарши:
— Да, господин Масса?
— Мирза, подготовь, пожалуйста, документы о переводе агента Верис в отдел по охране маджикайев. Вычеркни из договора наличие премиальных за первый год службы.
— С удовольствием, господин Масса, — прогнусила секретарша.
— Да, и пусть мой сын появится в кабинете.
Каждое нарушение правил о письменном разрешении бросало старуху Мирзу в омут недовольства и раздражения. Старуха начинала шипеть и покрываться пятнами, но перечить начальству почти никогда не решалась.
— Но его здесь нет, — немного погодя зашипела Мирза.
Рик'Ард Масса улыбнулся и сказал:
— Он думает, что о нем никто не знает. Передайте, чтобы он немедленно появился.
— Эм... как скажете, — пробрюзжала Мирза. — Довожу до сведения, что уже подала официальный запрос в Институт Милосердия, медицинская карта агента Никарии Верис, будет у Вас к утру.
— Благодарю.
— Угу, — донесся скупой выдох секретарши.
После непродолжительного писка телефона в кабинете Рик'Арда Масса наступила тишина.
Немного погодя Ника спросила:
— Я могу идти?
— Иди, — равнодушно ответил Масса. — С завтрашнего дня, ты работаешь в другом отделе.
— Уже поняла... А что вы будете делать?
— Подставлять себя и свой отдел точно не собираюсь. Будь спокойна, о тебе никто не узнает.
— Нет, с троллем?
— Этим займется мой сын.
Ника опустила голову — преемник господина Масса был, пожалуй, самым малочувствительный парнем, которого она знала, к тому же он с презрением относился к сверхъестественным существам подобным троллям.
Дверь в кабинет начальника ОЧП отворилась. Словно по шалости сквозняка тут же захлопнулась. Раздался звонкий голос:
— Знакомые все лица. Привет, начальник!
— Здравствуй, — кивнул Рик'Ард Масса.
— Никуль, приветуль!
Девушка вздрогнула от вольного шлепка по спине и в ответ заголосила:
— Дин! Я же просила появляться прежде!
— О! Прости великодушно. Пора и привыкнуть. Незримость все же мое обычное состояние, — подтрунил звонкий голос.
Секундой позже появилась верхняя половина сына телепата.
Посреди кабинета возник поджарый обнаженный торс, затем жилистые плечи, руки, висевший на шее мобильник-хамелеон и темноволосая голова. Завершилось это явление блеском бурого цвета глаз и кривой усмешкой. И в этом был весь Дин'Ард Репентино. Ко многому безразличный, откровенный и памятозлобный. Если бы не ощутимый авторитет отца, под прессом которого уже седьмой год пребывал Репентино, биография этого парня продолжалась бы в далеких застенках. Из-за распущенного характера отпрыска, отношения с единственным и внебрачным сыном у господина Масса были пусть и доверительными, но не простыми. До двадцати лет Дин рос под надзором своенравной матери, ничего не зная о втором родителе. 'Так получилось...' — сказала женщина перед смертью, оставив отца и сына — малознакомых, почти чужих друг другу людей наедине со столь драматичной тайной.
Как правило, папы для мальчиков являются объектом, с которого те копирует манеры, привычки, жесты. К сожалению Дин Репентино познал отца слишком поздно, чтобы унаследовать хотя бы малую толику того величия, тех куртуазных манер и мудрости, которые присущи начальнику ОЧП. Но и Рик'Арда Масса был не готов воспитывать уже взрослого и дерзкого сына. Он хотел видеть в наследнике, прежде всего нынешнего себя, свое продолжение, но замечал в нем лишь свои слабые стороны — от чего с большим трудом сумел отказаться.
Зато главным достоинством Дина Репентино была способность строить реалистичные теории, связывая воедино разрозненные факты, составлять общую картину магопроисшествий. Его место было несомненно в аналитическом отделе, но господин Масса предпочел держать горе-сына ближе к себе, а самому Дину было плевать, где и как зарабатывать деньги. Особое внимание он уделял забавам, которые при его врожденной способности к невидимому камуфляжу иногда доходили до абсурда. Репентино, например, обожал гулять по женским душевым, являя всполошенным девицам лишь детородную часть своего тела. Ника знала его как пошлеца и развратника, который уже в младших классах лапал девчонок, словно воровал шедевры античного искусства — тайком и нещадно. Он и сейчас мало в чем изменился.
— Показывайте, что у вас там? Какую грязную работенку подкинул мне мой папаша? — торопливо поинтересовался Дин.
Господин Масса повел бровью и ответил:
— Она негрязная. Немного пыльная. Тебе нужно спуститься в архив и выбрать тролля.
— Подстава, какая! — недоуменно повел плечами Репентино. — В архив, чтобы выбирать троллей? Вот если бы луноликих девиц с пышными бедрами. А тролли, нет уж увольте...
— Уже уволил, — оборвал возмущения сына начальник ОЧП.
— А меня за что?
— Пока только меня, — успокоила Ника.
— Сама виновата, — усмехнулся Репентино. — Твой лечащий врач тебе случайно вместе с новым сердцем куриные мозги не пересадил?
— Что?
— Что, что?
— Дин'Ард Репентино, — пригрозил господин Масса. — Все комментарии за дверями моего кабинета. Запомни Цер-12-34. Не перепутай. Да и внешность с фотографией сверяй. Разрешение на перемещение в архив возьми у секретаря.
Дин картинно закатил глаза и, причмокнув, исчез. Лишь его звонкий голос произнес:
— Как скажете, господин начальник.
Макет газеты 'Небывалые Новости' слетел со стола и смятый в невидимой руке вместе с торсом агента Репентино исчез в открытых дверях.
— А ты почему еще здесь? — поинтересовался Масса.
Ника обиженно посмотрела на начальника и сказала:
— Это был Фрост...
Девушка была возмущена и пристыжена одновременно. Она поклонилась и вышла из кабинета.
Глава 2. АРХИВ ВОСПОМИНАНИЙ
Здание, в котором располагались многочисленные отделы Центрального Управления Магическими Видами Действия, имело множество уровней и подуровней. Кабинеты, приемные и комнаты отдыха, залы заседания, камеры, испытательные порталы и лаборатории, все это напоминало огромный муравейник, в котором день и ночь трудились маджикайи. Правда здесь была одна общая столовая, библиотека и единственный на весь город магический архив, куда вот уже пятнадцатую минуту спускалась агент Верис. В большом грузоподъемном лифте на этот случай была предусмотрена кособокая покрытая темным лаком дубовая лавочка, на которую девушка, сразу как вошла, присела. Ника являлась частым гостем в архиве, поэтому знала, что ее ждет почти двадцатиминутная поездка вниз. Все остальные лифты в управлении двигались намного быстрее, почти мгновенно доставляя визитеров на нужные этажи. Из-за того, что в архив было возможно переместиться по-особому разрешению, про доставляющий сюда грузоподъемник все время забывали и давно не ремонтировали. Поэтому он имел скорость старой черепахи и неприятно поскрипывал.
Когда Ника никуда не спешила, она садилась в этот лифт и вместе со скукой погружалась в сладкую дремоту и просыпалась либо от панибратского толчка в плечо, которым будил ее ногомногорук — один из подземных рабочих, либо от стука дверей вернувшегося наверх лифта. Несмотря на то, что Ника действительно очень устала, она была слишком возбуждена происходящим, чтобы заснуть. Ей казалось, что в этот раз спуск в архив длился особенно долго и как только двери грузоподъемника открылись, явив длинный облицованный черным мрамором коридор, девушка выдохнула и сказала:
— Ну, наконец-то.
Пока лифт спускался вниз, заунывные песнопения совести девушке порядком припелись. Ника думала о мертвом журналисте, тролле, пропавших детях и их несчастливой судьбе — мир маджикайев враждебен к непрошеным гостям.
В архиве пахло выкопанным картофелем и многолетней плесенью. Дышать полной грудью никто не решался, а посетителям, со скрытой аллергической реакцией на подземные помещения, почти всегда приходилось оказывать медицинскую помощь. Но из-за того, что Рик'Ард Масса частенько отправлял агента Верис в архив, девушка чувствовала себя здесь вполне комфортно.
В конце широкого коридора стояло деревянное трехступенчатое основание, где находились: заваленный стопками тетрадей п-образный стол, небольшая картотека с пропусками, многоящиковый комод для всякой дребедени и обитое красным вельветом кресло, в котором 'покоилось' тело главного архивариуса. Старый маджикай-перевертыш спал прямо на рабочем месте, приветливо посапывая в длинные седые усы. Он был похож на крота — тотемное животное, в которое при желании превращался раньше. Сейчас же оборотнические способности старика-архивариуса не были столь кардинальны, поэтому его тело оставалось в удобном для работы под землей образе полукрота-получеловека.
— Господин Сторхий, это Ника — не желая будить спящего старика, но приличия ради прошептала девушка. — Мне нужно в секцию переписи троллей.
Сквозь сон архивариус буркнул замученную годами фразу:
— Бери билет, распишись и проходи.
Ника так и сделала: осторожно поднялась по ступеням скрипучего основания, открыла ящик с билетами-пропусками, чиркнула в книгу посещений свое имя, расписалась. Фамилии Репентино в списке не было. Дин, конечно, не удосужился соблюсти все формальности и просто проскочил незамеченным. Ника поставила на билете допуск отпечатком большого пальца правой лапы спящего архивариуса и, склонившись почти над самым его ухом, тихо поинтересовалась:
— А где эта секция находится?
— Бери билет, распишись... и прохо...ди, — сонно пробормотал старик.
— Понятно, — сказала Ника, спускаясь с деревянного основания.
На столе архивариуса стояла ржавая подставка с обновленными брошюрами, в которых доступно, но все же не совсем понятно был нарисован многокоридорный план этажа. Вытащив один из буклетов, девушка направилась дальше.
— Спасибо, господин Сторхий, — разворачивая брошюру, поблагодарила Ника.
— Бери билет, распишись и проходи... — послышалось бормотание за спиной.
На первый взгляд план архивного помещения достаточно прост: различные секции были пронумерованы, коридоры, ведущие к ним, разноцветно раскрашены, а специальные блестящие пометки указывали на степень доступа в данный информационный раздел. Но самостоятельно, без навигатора разобраться в этом лабиринте поворотов и уровней было не просто. Остановившись у распределительной развилки, которая пока делилась только на три коридора, Ника решила воспользоваться помощником и подошла к огромной плетеной корзине. В ней хранились ботинки-навигаторы.
Говорят, что ни одна старая обувь не пропадает бесследно. Та, что выбрасывалась в этом городе, сначала попадала в специальный отдел управления, где ее заговаривали и клеймили рунами, чтобы впоследствии использовать, как путеводители. Для каждой дороги были свои ботинки. Не редко сюда обращались и заботливые родители, просили заговорить обувь для маленьких деток, чтобы уходя из дома на прогулку, малыши не терялись и всегда возвращались обратно. Для лабиринтов архива такие помощники были не заменимы, как для вынужденных визитеров, так и для подземных работников архива. Здесь эту обувь почему-то именовали 'деревянные баклуши', о чем и говорила вывеска над корзиной, на которой помимо шуточного названия было написана и краткая инструкция по ботиночной эксплуатации:
'ДОБРЫЕ ДЕРЕВЯННЫЕ БАКЛУШИ'
Способ обувной эксплуатации:
1.Снемите вашу личную обувь и положите в принесенный с собой пакет/сумку.
2.Нагнитесь над корзиной и поприветствуйте 'деревянные баклуши'.
3.Громко и четко произнесите раздел/секцию/конечный пункт вашего направления
4.Осторожно! Из корзины выскочит обувь. Берегите лицо!
5.Втечение одной минуты наденьте выбравшие вас 'баклуши' и приготовьтесь идти.
6.Внимание! Не оставляйте пакет с личной обувью рядом с корзиной
7.Шаги по направлению к цели должны быть размеренными и осторожными
8.Ни в коем случае не оскорбляйте волшебную обувь, не ругайтесь из-за слишком быстрого/медленного темпа. 'Баклуши' могут обидеться и завести вас в неправильную секцию
9.По окончанию отведенного времени в нужной вам секции, громко и четко произнесите команду: 'Обратно', и приготовьтесь идти
10.Вернувшись, не забудьте уложить помогавшие вам 'добрые баклуши' в корзину
Внимание! Администрация архива не несет ответственности за забытые в секциях вещи или оставленную у корзины личную обувь. Место магически нестабильно. Надеемся на понимание.
Администрация архива
Ника давно была знакома с правилами пользования заговоренной обувью. Она склонилась над разноцветной кучей ботинок и громко произнесла:
— Добрый вечер. В секцию переписи восточных троллей, пожалуйста.
Корзина с 'баклушами' закряхтела и благодушно выплюнула пару больших желтых ботинок, которые знали дорогу. Агент Верис никогда не разувалась, а надевала предложенную обувь прямо на свою. Пока желтые остроносые ботинки стояли на месте, Ника пропихнула в них свои кроссовки, стоптав у заговоренной обуви пятки. Как было сказано в инструкции, ботинки двинулись в путь примерно через минуту. Неширокие шаги и средняя скорость 'баклуш' позволяли девушке следить за дорогой, сравнивая пройденный путь с планом из буклета. После четверти часа плутаний Ника добралась до раздела чудовищ, а еще через пару минут до секции троллей. Заговоренная обувь сделала десяток шагов влево и остановилась перед горизонтальной вывеской 'Все о восточных троллях'. Ника сняла желтые ботинки, окинула взглядом раздел переписи. Личные дела восточных троллей злорадно выглядывали с деревянных полок на слегка растерянную девушку. Ника заинтересованно прошлась мимо стеллажей пронумерованных Цер-12-34. Сына начальника ОЧП здесь не было.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
