01. Классификация. Пчеловодство

"Надо будет дать урок командования, а не только подчинения" — мелькнула мысль, и Йен хихикнул, представив Ки в латексе и с плеткой. Хорошо, что Ки не могла читать мысли, а система корабля не была оснащена ментоскопом, как у Ивана. Он не стал уточнять при ней, но там пилота и корабль связывали странные и... слишком близкие отношения. Девушка-консоль, очень правдоподобная, но совершенно лишенная самостоятельного интеллекта, только овеществляла эту связь.

— Ки, подойди. Ты все делаешь правильно, но все же я хочу тебе сказать, что, да, ты ДОЛЖНА выполнять мои приказы, как и любого командира. Но есть одно "но". Ты имеешь моральное право не выполнять:

1) преступные приказы;

2) прихоти, особенно аморальные и выходящие за рамки твоих обязанностей.

Моральное право — это значит, что не выполнив их, ты формально совершишь служебный проступок, но, если дойдет до разбирательства, комиссия будет на твоей стороне. Хм... смотря по ситуации, конечно. Но и твое самоуважение тоже что-то значит. Я со своей стороны тебе обещаю, что никаких преступных приказов от меня ты не получишь. Ну насчет прихотей...

— Насчет прихотей, мне кажется, я не против, командир. Даже сейчас.

Ну что тут поделать? Йен только мысленно развел руками.

— Позже... Давай проанализируем третий инфо-пакет от 1R10.

Очень внимательное изучение информации с кристалла задания и дополнительно присланной 1R10, где содержалось ее ненамного больше, чем в самом первом сообщении от Ивана, позволило Йену составить мнение об артефактах:

— Ки, как ты думаешь, что это?

— Силикоиды? Похоже на тоннели в кремниевой породе.

— Хм... А еще варианты? Смотри внимательно, просчитай.

— Состав грунта — классика для развития силикоидов. И что я упустила?

— Расстояния между тоннелями и их ширина — метрические. Они с высокой точностью кратны традиционным человеческим единицам измерений. Это с вероятностью 90%— "потерянные первой волны". Хотя ты права — состав грунта подводящий для силикоидов — но нигде не видно характерных для движущихся силикоидов "термитников". Все три независимые друг от друга расы, не говоря уж о тех, что расселились — все строят "термитники". Впрочем... силикоиды тоже могут тут быть — но тогда, наверняка, неразвитые.

— Йен, расскажи подробнее о "потерянных". Я о них мало, что знаю. Ну конечно, и сама читала, и в училище, а затем и на курсах лекции были. Но ты-то с ними встречался.

— Лучше, давай ты. Кратко, конечно, времени у нас мало. Я дополню.

Ки начала отвечать, как на уроке.

— Значит так. Примерно 500 лет назад произошло Великое Расселение со старой Земли, сначала на три найденные первыми подходящие для жизни планеты: Фьорд, Синюю-1 и Саванну. Но за 200 лет до этого была первая волна расселения. Тогда на Земле одновременно произошло несколько событий: предпоследняя крупная война, втянувшая в себя больше половины населения и две катастрофы планетного масштаба, окончившие войну, но и погубившие не меньшее число людей. А кроме этого именно тогда и был открыт принцип подпространственного прыжка через ПВТ. Сначала были пробиты всего два тоннеля, находившихся в зоне досягаемости с Земли. Первыми исследователями, практически камикадзе, так как гибли они с вероятностью двое из трех, был проложен короткий путь к звездам. Но, кроме того, часто "прыгуны" не могли вернуться, и потому в первые экспедиции включали достаточно большое число людей, несколько десятков. Причем, снабжались всем, насколько возможно, чтобы при невозможности вернуться — выжить и основать базу, если будет найдена подходящая планета.

Точных сведений от того времени не осталось — после этого (а частично, как я понимаю, из-за этого) прошла последняя война между людьми, причем война крайне разрушительная. Человечество восстанавливалось лет сто, а технически было отброшено на все двести. В данном вопросе, главное, что были утеряны координаты заселенных планет, не говоря уж о тех, чьих координат не было известно вовсе. По самым приблизительным прикидкам, "потеряно", вероятно, от пятидесяти до сотни экспедиций. В зависимости от везения, конечно, так как всего кораблей ушло больше пятисот, причем несколько — больших грузовых с сотнями людей на борту.

И вот их периодически и находят поисковики — или следы, или даже живых потомков. За период от двухсот до семисот лет цивилизации, порожденные "потерянными", развивались в самые причудливые формы — от технократий со строгой полувоенной дисциплиной до самых невероятных по сложности социумов. Да и мутации были, как случайные, так и направленные, ведь к тому времени люди умели уже управлять

генетикой довольно прилично.

— Правда, как-то по большей части деструктивно, с моей точки зрения. — Вставил Йен.

— Так что, среди "потерянных" можно найти как расы красивых людей, выведенных

евгеническими методами, так и расы двоякодышащих, ведущих полу водный образ жизни. Я встречался с несколькими из них, вошедшими в состав Союза Миров, да и сам классифицировал два случая. Главное — там можно ожидать почти всего и не надо рассчитывать, что они "всё же люди". Раса подвижных силикоидов-червей с Планеты Пирамид или "белые попугаи" с Сикарры более "человечны" в социальном и психологическом плане, чем многие "потерянные". По крайней мере, контакт с ними легче, а результат предсказуемее. На Сикарре у меня есть друзья.

-То есть, если там "потерянные" — надо быть готовыми ко всему?

— Верно мыслишь, стажер. Впрочем, "ко всему" в нашем деле надо быть готовым всегда и невозможно быть готовым никогда. Такой вот парадокс.

— Йен, а расскажи о себе — Ки поставила перед ним чашку парадизийского кофе, а себе заварила привычного чая из черных водорослей.

— Что ты хочешь знать? И что ты уже знаешь? — Йен хитро подмигнул смутившейся девушке.

— Ты прав. Я была шесть лет помешана на тебе — в училище, когда еще никто не верил моим заявкам о том, что стану агентом "цербера". Надо мной даже насмехались — но не слишком: большинство из них я могла побить. По рукопашке я была если и не лучшей, то не последней.

— Ага. Надо будет проверить и этот момент. — задумчиво пробормотал Йен.

— Так вот, я собирала на тебя досье. Какие расы или следы ты классифицировал, как это происходило. Разумеется, в пределах доступных материалов. Несколько фотографий из прессы... — Ки смутилась окончательно. Потом решительно тряхнула короткими волосами, — Да! А что?! Ты был моим героем! Ты спас отца, ты был красивым и щедрым. Богатым...

— Был?

— Ну и сейчас ты ничего. — Смилостивилась девушка. — Но тогда ты просто поразил меня. Человек из другого мира... Ты был всем, о чем могла мечтать девчонка с островов. Помнишь, как я вокруг тебя прыгала? Я ведь была готова, чтобы ты меня просто взял и увез себе на потеху. Уже это была бы для меня — удача. Да и родители были бы не против. Но ты просто поцеловал меня в лоб, вот сюда, и уехал. И дал денег за три жалкие жемчужины — отец сказал, что раз в пять больше, чем те стоили.

Йен ухмыльнулся:

— Их еще надо было суметь продать... Да. Знаешь, Ки, вы, вся твоя семья, мне тогда очень понравились — такие простые, чистые... душой, что ли. Твоя улыбка... Я рад, что ты оказалась такой настырной. И рад, что мы вместе как коллеги. Наверное, тогда сработал мой рефлекс — вступать в контакт с потерянными... Хе... Кто ж его знает?

Агент помолчал.

— Но учти! Я не святой и не герой. Я профессионал. Моя, а теперь и твоя, задача номер раз — выжить. Вторая — классифицировать артефакты. И при необходимости — задача номер три — вступить в первичный контакт таким образом, чтобы представить расу людей в хорошем свете. Но номер один — выживание! За работу нам платят, и немало. Но надо остаться живым, чтобы эти деньги получить и потратить. Да, я спас тогда твоего отца, но не уверен, что стал бы спасать, если бы это было слишком рискованно, понимаешь?

Ки задумчиво пила чай, уставившись в поверхность столика. Потом снова улыбнулась:

— Ну так как насчет кто ты и откуда?

— Да знаешь, ничего героического в моем происхождении. Я родом с Синей-1. Моя мать была из "потерянных", которых нашли уже триста лет назад, одними из первых, и они вполне влились в Союз. От нее у меня лишь кости чуть покрепче — на ее родине гравитация полтора "g". Отец был физически слабее матери, хоть и выше на две головы, но они любили друг друга. На Синей-1 спокойный климат, это водный мир, "мир миллиона островов", ну ты знаешь...

— Слышала, видела по "облаку", но я нигде, кроме нашей Синей-2 и Парадиза ведь не была.

— Успеешь. Ну так вот. Наш клан живет на красивом небольшом острове, клан рыбаков — почти как твоя семья, ну конечно, технический уровень другой. Клан преуспевающий. Поэтому я после начальной школы пошел в космо-училище без твоих заморочек. Там уже учился один из братьев. Не родной, из клана. У нас все дети клана считаются братьями и сестрами. Ну, потом пять лет летал на разных рейсах на грузовиках и пассажирских кораблях. А однажды встретил, как ты меня — агента класс-1. Он... Она что-то такое во мне увидела и посоветовала попробовать себя в ЦБРУ. Там как раз был объявлен очередной набор. Кстати, та агент — бывший шеф "цербера"...

— Что сама Гутковски? Горгона?

— Да. Георгина, Джегги... Горгоной ее уже на посту шефа прозвали. Впрочем я с ней потом никогда на задания не летал — она всегда работала в одиночку. И наставника у меня не было. Мудрые головы в руководстве еще не придумали этой подлянки. Так и плюхнулся во все это по принципу "плыви, если сможешь". Первое дело чуть не завалил, в смысле, чуть "войну миров" не развязал и сам не погиб. Но выкрутился, даже класс на две позиции подняли. "Со shit'ом или на shit'е", как говорится...

Йен помолчал:

— Как начинаешь рассказывать — вроде ничего интересного. Но с другой стороны — столько повидал... Ладно, не обращай внимания на старого ворчуна.

— Я про твое первое дело, про "берсерков" отчет читала. Да, ты там дал жару!

— Молодой был, безрассудный. Дурак, что уж там... Но дуракам везет. Правда, далеко не всегда, если честно. Сейчас бы я туда вглубь не сунулся. Описал бы то, что увидел внешним наблюдением, и передал компетентным кадрам. Пусть бы они причесывали тех лохматых "берсерков". Собственно, до сих пор те "потерянные" считаются потенциально опасными. Так что неизвестно, чем бы профи-социологи дело закончили.

Кофе и чай давно кончились.

— Так, стажер, отбой. Через шесть часов — подъем, буду твою боевую подготовку проверять. Потом займемся техникой.

— Через семь, командир? — Ки хитро улыбнулась. — Что там насчет прихотей? У меня есть парочка...

* * *

— Ки, плечо! — Йен, задыхаясь, замер в неудобной позе атланта, держащего небо, закинув обе руки за голову. Выдержит ли девчонка хоть несколько секунд, удерживая эту чертову каменюку в одниночку, пока он не активирует экзоскелет?

— Активируй экз... — запоздало скомандовал Йен, но Ки уже уперлась плечом в накренившийся кусок стены, только что стоявший как вечный монолит.

Силовой экзоскелет включился, но оказался установлен на малую мощность. Девушка ойкнула, губы побелели от боли. Но вроде устояла. Йен решился. Плавно присел, опустил свою ношу и переложил ее полностью на плечи Ки. У той расширились зрачки и дрогнули колени. Но пары секунд, пока ее ноги еще держали, хватило Йену, чтобы хрустнуть суставом полувывихнутой руки и набрать короткий код активации экзоскелета. Скафандр находился в состоянии записи доклада и большая часть голосовых команд была недоступна.

Поднырнул под практически падающую девушку и снова уперся, теперь уже всей доступной мощью, в каменную плиту и медленно поднял ее до вертикального состояния. Ки без сил повалилась на пол. Йен не решался полностью отпустить камень и некоторое время подпирал его плечом, упершись ногой в выемку в полу.

— Дура! Команды надо выполнять быстро, но обдуманно! Ты как?

Ки тяжело дышала и кривилась от боли:

— Не знаю, что-то хрустнуло. Кажется, ключица.

— Активируй медфукцию.

Но Ки уже левой рукой тыкала в пульт на правом запястье и подавала в пол-голоса команды.

— Да, так и есть — ключица, вывих правой руки и потянуты мышцы спины.

— А ты сильна. Я и сам едва выдержал — правда Йен держал гораздо дольше, секунд десять. За это время Ки успела подняться с пола, опрокинутая странной тряской, и подскочить к нему на помощь.

— Спасибо, Ки. Ты нас спасла. Временно уж точно.

Та поморщилась, не понятно, от эмоций или инъекций обезболивающего:

— Теперь я поняла насчет нерегулярности везения дуракам. И дурам.

Йен подмигнул, извиняясь за грубость.

Скафандр зафиксировал силовым полем сломанную ключицу и с негромким щелчком вправил вывих. Губы Ки опять побелели, но к лицу уже вернулись краски. Йен все еще стоял, подпирая стену и соображая, можно ли ее больше не опасаться.

— Вот, девочка, что бывает, когда расслабишься и решишь, что ты на прогулке.

— Так это был один из наглядных уроков командира-наставника для своей стажерки? Не слишком ли наглядно?

"Да уж, язычок у нее еще тот" — Йен горько усмехнулся:

— Нет, я лоханулся. А ты молодец. Хотя мое замечание насчет обдумывания приказов намотай себе на ус... или куда вы, девчонки, их наматываете? Запомни, короче. Ты агент, а не пешка. Да, я тебе приказал, но ты самостоятельная единица. Это касается мозга в первую очередь.

Йен наконец решился отойти от странного куска стены. Подтолкнул Ки в спину.

— Давай туда, подальше от стен, ближе к центру.

Теперь уже все вокруг казалось опасным. Точнее — оказалось опасным.

— Но не совсем в центр. Видишь там, на полу зала этот рисунок с центральной симметрией? Как бы это место не было каким-нибудь люком или шахтой...

На покрытую красивым узором шестигранную площадку в центре он становиться не захотел. Он остановился в самом непривлекательном месте зала, но дальше, чем высота стен. Пусть падают, если хотят.

— Но все же — из всех возможных поступков мы выбираем один. И твой — не самый неудачный. Итак, Ки, что будем дальше делать?

— Даже и не знаю.

Девушка напряженно стояла. Очевидно, боль просачивалась сквозь анальгетик, да и скафандр фиксировал с помощью экзоскелета места травм.

Йен продолжал размышлять вслух. Хотя обычно он так не делал, но постепенно входил в роль ментора.

— Ясно, что мы провели неполную разведку. Плохо провели. Мы не смогли обнаружить эти работающие механизмы. Решив, что поселение давно мертво. И вот результат! У тебя повреждения, которые требуют минимум десятка часов первичного заживления. Ключица раньше не срастется, даже с лекарствами и виброускорителем. Кстати, включи его.

— По моему, скаф и сам уже сработал. Там все чешется.

— Это правильно. Терпи и оставь на пару часов, как минимум.

— Да знаю я! — Ки начала осматриваться в зале, освещая пол лучом фонарика.

— Так, давай отсюда выбираться. Мы ошиблись, начав разведку лично. Надо будет продолжить внешнее сканирование...

— Погоди. Смотри, какой узор! Я такой видела... — Но договорить Ки не успела. Чтобы получше осветить рисунок, она сделала несколько шагов в сторону и наступила на одну из розеток. По кругу образовалась щель и пол из под ее ног почти мгновенно ушел вниз. Невезучая стажерка только и успела что-то пискнуть, да немного сгруппироваться. А вот ухватиться за край — нет, потому, что больная рука была зафиксирована в согнутом положении, а здоровой рукой она стирала пыль с узора.