Каприз леди Авроры

— Угу, — отозвался Корт.

— Лежи тихо. Сейчас зайдет мой папа! — предупредила Аврора, запихала следом за Кортом его оружие и кошели и плотно закрыла дверцу в тайный ход. — Фууф, — привалилась спиной к столику, чтоб перевести дух, поправила растрепавшиеся волосы и подмигнула себе самой, отразившейся в зеркале. — Продолжим играть, малышка!

* * *

Император Твердых земель прогрохотал тяжелыми сапогами мимо дочери и остановился у камина, по-хозяйски уперев руки в бока. За ним в комнату вбежали сэр Крол и трое солдат из дворцовой охраны и попытались осмотреть все вокруг, но Аврора затопала ногами и запищала так противно, что у мужчин лица скривились:

— Вон отсюда! Вон пошли! Не позволю тут шарить!

— Молчать! — рявкнул лорд Исидор. — Они выполняют мой приказ, — и кивнул солдатам. — Вперед: все обыскать.

Аврора, смирившись, залезла с ногами на софу, надулась и уставилась в окно. За ним как раз небо затянулось серыми тучами, заморосил, зашуршал дождь, и это добавило портившемуся настроению девушки темных красок.

— Весь дворец осмотрен. Только к тебе, цацке эдакой, не заглянули, — заметил между тем император, подходя к дочери. — Это что такое?! — округлив глаза, он ткнул пальцем в одеяла на полу, за софой, где минут десять назад лежал убийца Корт.

— Разве не видно? Постель, — буркнула Аврора.

— Лютотьма! Для кого?! — возвысив голос, продолжил допрос лорд Исидор.

— Для убийцы! — весьма ядовито выпалила наследница престола и высунула отцу язык.

— Ты что мелешь?! — опять рявкнул император, схватил дочь за руку и грубо сдернул с софы. — Свихнулась окончательно?!

— Больно! Больно! — заверещала Аврора, и не врала: было очень больно от того, что пальцы Исидора сжали ее запястье, как клещи. — Ладно! Ладно! Я приказала Шенн спать рядом со мной. Эта ночная тревога здорово меня напугала. Ну, страшно было одной спать! Пусти! Пусти! — и попыталась выкрутить руку, но не вышло — только кости хрустнули.

— Леди, не переходите границ! — голосом, полным едва сдерживаемого гнева, предупредил император и разжал пальцы.

Аврора, совершенно непритворно всхлипывая, вернулась на софу и забилась в ее дальний угол, чтоб уже оттуда наблюдать, как стражники просматривают гардероб и комоды. Сердце ее похолодело, когда сэр Крол заглянул под заветный туалетный столик. Зачем капитан это сделал, понять было трудно, поскольку все, что находилось под столиком (а находилась там совершеннейшая пустота), прекрасно просматривалось и без лишних наклонов. Возможно, так Крол хотел показать императору свое усердие. Получилось весьма глупо — лорд Исидор даже фыркнул, но Аврора испугалась и побелела.

— Живот ноет, — ответила она, поймав на себе внимательный взгляд отца, подтянула коленки к груди и обхватила их руками.

— Вроде ничего нет, — подскочил к Кролу один из солдат.

— Государь мой, ничего нет! — отрапортовал капитан императору.

— Так-так, — пробормотал Исидор. — Стало быть, он удрал. Раненый и удрал. Через все посты прошел. Чудно, — поджав губы (а это было знаком недобрых планов, выстроившихся в голове императора), он четко приказал. — Крол, из всех, кто стоял на часах этой ночью, казнить каждого третьего. Ты же, мой капитан, после их казни неделю отсидишь в каменном мешке, на хлебе и воде.

— Слушаюсь, государь, — Крол поклонился так низко, будто Исидор наградил его Белой Цепью Героя, а не наказал за ночные тревоги.

Аврора довольно хихикнула. Капитана она не любила. За то, что он иногда позволял себе надменные взгляды в ее сторону и кривые ухмылки в те моменты, когда император при нем бранил или даже наказывал свою дочь. "Получи теперь, скотина", — подумала наследница Незыблемого престола.

— А вы леди, тоже посидите, — обернулся к дочке Исидор. — И тоже неделю. В своей комнате! И без сладкого!

— Меня-то за что?! — возмутилась девушка. — Я что ль виновата, что убийцу не поймали?! — и сама вдруг отметила про себя, что очень даже виновата.

— За что? За глупые шутки, — ответил император. — А без сладкого, чтоб живот не ныл. Ключи сюда!

— Там они, — тускло ответила Аврора, кивнув на туалетный столик, и не сдержалась. — Чтоб ты провалился!

Исидору привычно было слышать такое от вздорной дочери, поэтому он никак не отреагировал на ее пожелание, схватил ключ с мохнатым брелоком из беличьего хвоста, и вышел из покоев Авроры. За ним поспешно убрались Крол и стражники. Дверь захлопнулась, и замок отозвался тремя запирательными щелчками.

— Отлично! — крикнула девушка этим звуками. — Ха-ха!

* * *

Первым Аврориным делом было — послушать, далеко ль по коридору ушли отец и стражники и не остался ли кто-нибудь на часах у дверей ее покоев. Для этого она присела, приблизила губы к замочной скважине и требовательно крикнула:

— Эй! Кто там есть?

— Я, ваше высочество! — бодро и басом ответили ей. — Солдат Экет!

— В самом деле? Цельный солдат? — хмыкнула Аврора.

— Вашему высочеству чего-нибудь надо?

— Надо! Выйти погулять надо!

— Прошу прощения, — довольно вежливо ответил солдат Экет, — но вот этого никак нельзя, ваше высочество.

— Странно, как чувствовала: именно так и ответишь, — зло выкрикнула она. — Ну и стой себе, хоть позеленей!

Она еще ударила в дверь ногой, так, чтоб вышло побольше грохоту. Получилось не очень хорошо, поскольку Аврора не обладала большой силой (хрупким сложением она пошла в мать), но девушке этого хватило. "Пусть там, на воле, думают, что я бешусь от злости", — такова была ее военная хитрость.

Вторым делом стало извлечение убийцы Корта из схрона.

Открыв тайную дверцу, Аврора шепотом задала вполне резонный вопрос:

— Ты там живой?

— Вроде, — отозвался Корт.

— Отлично, — довольно тряхнула головой девушка, — вылезай.

— Вот моя рука, тащи, — тускло предложил убийца.

— Надорвусь я с тобой, — неожиданно послушалась Аврора и, упираясь ногами в голубых шелковых туфельках в стену, потянула Корта из лаза.

Конечно, он ей помог — подталкивал сам себя ногами.

— Пора мне, — заметил, оказавшись на полу.

Корт сел и прислонился спиной к ножке столика. Аврора присела рядом, чтоб отдохнуть: руки и ноги ее болели.

— Что пора? — спросила она.

— Покинуть вас, — уточнил Корт.

— Уходить собрался? А как? Ты даже ползать не можешь, такой слабый.

Вместо ответа убийца пожал плечами и попытался встать. Ясное дело — ничего не вышло.

— Чертовы раны, — выругался он. — Ты права, лапа...

— Эй, хватит называть меня лапой, — едва сдерживая тон от громкости, заявила Аврора.

— Не нравится? Не буду, — без особых эмоций согласился Корт.

Наследница престола тут же и остыла:

— В общем, не то, чтобы не нравилось. Просто очень по-детски.

— Ты же дитя...

— Кто?! Я?! — все-таки вырвалось у Авроры.

— Ваше высочество? — вопросительно отозвался на ее крик солдат Экет из-за двери. — Вам что-нибудь надо?

Девушка обеими ладонями зажала себе несдержанный на вопли рот.

— Ну и? — выразительно посмотрел на нее Корт. — Мне ответить, что все в порядке?

— Молчи, — прошипела сквозь зубы Аврора. — Сама разберусь... Эй! Ты там! Я есть хочу! Как-никак, а время завтрака!

— А чего б вы желали, ваше высочество?

— Не солдат, а сама любезность, — заметила девушка, пару минут подумала, что бы заказать, и отрапортовала Экету:

— Тефтели из щуки, белый рис со сладким перцем и морковью, побольше овощного сока. А еще — молодого южного сыра и соленых вафель. Раз уж меня лишили сладкого... Запомнил?

— Так точно, ваше высочество, — ответствовал Экет.

Аврора довольно улыбнулась и повернулась к Корту:

— Как тебе меню? Будешь доволен.

— Верю, — довольно равнодушно кивнул убийца.

* * *

Корт съел лишь пару ложек весьма вкусного риса и одну из десяти румяных кругленьких тефтелей. Хлебнув соку, улегся на свои одеяла за софой и закрыл глаза.

— Ты болен. Потому и нет аппетита, — утвердила Аврора, за обе щеки уписывая все то, что принесла ей верная Мека.

— Возможно, — тускло ответил раненый.

— Придется тебе все-таки остаться на пару дней в наших местах, — продолжала девушка. — Боятся тебе нечего. Я сама под арестом. А ты — со мной. Отличное место, чтоб спрятаться. За недельку поправишься, и попробуем сбежать...

— Попробуем? — чуть оживился Корт.

— Да. Я пойду с тобой, — Аврора сразу поняла, что в ее словах оживило парня.

— Нет, — твердо ответил раненый.

— А тебе без меня все равно не выбраться...

— Я знаю про лаз.

— В нем не один коридорчик, а много. И только я знаю, куда они ведут. Один — в библиотеку, другой — в тот коридор, где тебе иголки в тело всадили. А третий, возможно, в дворцовый парк, откуда можно пробраться к ограде и потом перелезть через нее...

— Почему? — прервал ее рассказ Корт.

— Что? — не поняла Аврора.

— Почему ты собралась со мной?

Девушка пожала плечами, допила сок и вытерла губы розовой бумажной салфеткой.

— Просто... Мне надоело в Синем дворце. Надоело все, — она нахмурилась, вспомнив, как отец кричал на нее, крутил ей руку. — Можешь себе представить: все надоело, и уже давно. Моя комната, мой папочка, мои немые служанки... У них такие глупые лица, как у овец. Вся моя жизнь мне надоела! Эй, ты! — зло крикнула Аврора в сторону дверей. — И ты... как тебя там? Экет! Ты тоже надоел! Пусть тебя сменят, дурак!

— Аврора, — позвал ее Корт, тихим и спокойным голосом, — лапа, это опять твой каприз...

— Может и так, — с вызовом ответила девушка, — только я не изменю решения! Я уйду с тобой.

— И куда?

— Туда, куда и ты. Куда ж еще, — про себя Аврора отметила, что убийца плохо соображает.

Корт ничего не сказал, только издал звук, очень похожий на рычание разозленного пса. А глаза блеснули нехорошими желтоватыми огоньками.

Чуть помолчав, он сказал, строгим тоном голоса напомнив Авроре отца:

— Если так, лапа, то договоримся сразу: ты должна слушаться меня беспрекословно.

— Идет! — тряхнула светлой головой девушка.

Корт сперва удивился, потом нахмурился: очень уж быстро согласилась на его условие недавняя строптивица. Он был прав, заподозрив неладное: Авроре не впервой приходилось давать такие обещания, которые в будущем она намеревалась нарушить.

— Что ж, — пожал плечами убийца и чуть дернул губами — пожатие доставило боль раненой груди. — Тогда вот мой первый приказ: из дворца мы уйдем этой ночью. Не забудь, что обещала! — строго предупредил он Аврору (та уже выпучила глаза и открыла рот для возражений). — К тому же, меня ждут за оградой. Уже давно.

— О. А кто ждет? — спросила девушка.

— Там увидишь.

* * *

— Теперь тихо, — сказала Аврора, останавливаясь у выхода.

Убийца чуть слышно хмыкнул: просить его соблюдать тишину было как-то не к месту. Все то время, пока они ползли по тоннелю, больше шуму производила как раз наследница престола.

— Я вылезу первая и осмотрюсь, — продолжала командовать девушка. — Если все будет в порядке, позову тебя.

— А если не порядок? — Корт задал явно провокационный вопрос, но Аврора не смутилась:

— Типун тебе на язык, господин убийца! — и смело полезла наружу, раздвигая корни, которые будто шторки маскировали выход.

Снаружи была ночь и тишина. В небе — белые месяц и звезды. А еще — где-то средь ветвей старого клена пел-заливался соловей. Девушка отбросила назад капюшон, сползший на глаза, и с удовольствием вдохнула свежий воздух, который приятно пах травой. Только наслаждаться ночной прохладой было не совсем своевременно, и Аврора наклонилась к лазу, шепнула туда:

— Вылезай — все спокойно.

Корт послушно выполз из тоннеля на траву, на минуту замер, лицом вниз, пережидая приступ слабости.

— Ну, хватит, давай, показывай, куда теперь идти, — потормошила его девушка.

— Подожди, — оттолкнул ее руку Корт. — Глотну травы и пойдем.

Он медленно перевернулся, сел, упираясь ладонями в траву, прислонился спиной к стволу дерева, и сделал пару жадных глотков из своей фляжки. Вытер губы рукавом, отдышался, глядя в темное небо.

— Иу нынче голубая. Значит, утром будет дождь, — пробормотал убийца. — Это хорошо, дождь смоет наши следы.

— Иу? Звезда? Ты знаешь про звезды? — удивилась Аврора, задрав голову к небу, чтоб отыскать голубой огонек; нашла быстро — не заметить такую удивительную звезду было невозможно.

— Знаю. Немного, — кивнул Корт.

— Ладно, потом расскажешь. Пойдем же.

Убийца довольно бодро встал, одернул куртку и осмотрелся, прищуривая глаза.

— Я пришел оттуда, — указал он куда-то вглубь парка. — Так что нам в ту сторону.

И зашагал вперед, легко и быстро, а главное — бесшумно.

Аврора забросила на плечо сумку, наполненную теми вещами, которые (по мнению девушки) могли ей пригодиться в новой жизни, и поспешила за своим новым приятелем.

— Ты такой резвый, потому что сока этого зеленого выпил? — спросила, догнав Корта.

— Да.

— А что это за сок?

— Сок травы хорх. Возвращает силу тем, кто ее лишился. На время.

— Как интересно, — протянула девушка. — Про травы ты мне тоже как-нибудь расскажешь...

Вдруг убийца очень невежливо сбил ее с ног в соседний молодой ельник, сам навалился сверху и зажал рот девушки ладонью. Аврора, возмущенная донельзя, принялась изворачиваться.

— Тихо, — зашипел ей в ухо Корт. — Охрана.

Девушка тут же замерла.

Мимо елок, в которых они схоронились, протопал, громко зевая, солдат. Все бы закончилось хорошо, и для него и для тех, кто затаился средь душистых еловых веток, если бы не то, что с охранником была собака.

Огромный рыжий пес в шипастом ошейнике и со стальным налобником, прижал уши к голове и низко зарычал в сторону ельника.

"Попались!" — мелькнула испуганной пичугой мысль в голове Авроры. Она в отчаянии посмотрела на Корта. Тот, не мигая и не двигаясь, смотрел на сторожевую собаку. И глаза его вдруг опять засветились злыми желтыми огнями, так же ярко, как у рычащего на их убежище пса.

Аврора в страхе зажала себе рот сразу обеими руками — оттуда чуть не вырвался испуганный крик.

— Эй, Бугай, ты что заприметил? — спросил тем временем своего пса солдат.

Девушка увидела, как Корт оскалился и глухо заворчал в ответ.

Бугай, похоже, услышал, хоть ворчание убийцы и получилось очень тихим. Пес вдруг поджал хвост, попятился от ельника, а потом и вовсе кинулся бежать в сторону замка.

— Бугай! Стой, придурок! — солдат помчался следом, не сделав ни единой попытки обследовать подозрительный ельник.

— Хороша у твоего батюшки охрана, — презрительно фыркнул Корт, и в его голосе заметно скрежетало что-то звериное.

— Ты кто такой? — спросила осипшим голосом Аврора (этот вопрос сейчас интересовал ее больше, чем что-либо другое).

— Я убийца, — последовал ответ...

* * *

Они перебирались через высокую ограду, сложенную из тесанного дикого камня. Аврора подивилась: как быстро и легко это делал Корт. Отталкивался ногами и цеплялся руками, так ловко, что казался кошкой, а не человеком. Когда он залез наверх, то спустил девушке веревку: