Я с интересом приглядывался уже к третьему образцу, когда что-то началось. На поляну выскочил прямой как палка мужик, одетый в лохмотья, как на пугале и стал кружиться вокруг навеса, ритмично выкрикивая непонятные слова. Смысла их я так и не понял. Но люди пришли в экстаз и повторяли за ним. И ни одного мага — я посмотрел на узор-индикатор на тыльной стороне левой руки. Мертво. Вопли звучали громче и громче, а потом вдруг как обрезало. Глянул на площадку — ввели связанную женщину. Лысая, как и все здесь, на лице синяки, туника грязная, но держится гордо. И такая ненависть вокруг... Индикатор слабо кольнуло — она маг? И что с ней будут делать?

Женщину спустили в яму, туда же спустился мужик в лохмотьях и двое стражников, которые привели женщину. Я огляделся и остановил взгляд на веревках над головой. Я — муравей, я тихо ползу и никого не трогаю, а теперь я паук, двигаюсь медленно, не раскачивая веревки... а то маскировка — маскировкой, а самодвижущиеся веревки — это подозрительно. Пока дополз до центра — руки занемели от нагрузки. Осторожно лег в центре и посмотрел вниз. В навесе была дыра прямо подо мной! Удачно залез. Начались зажигаться факелы. Из ямы начали раздаваться новые вопли человека в лохмотьях как у пугала — точно у него одежду спер. Внизу что-то сдвинулось, а затем я увидел такое! Она лежала там абсолютно голая, привязанная к жертвенному камню! На некоторое время я выпал из реальности — у меня не получалось оторвать взгляд от си... хм, тела женщины. С трудом посмотрел на ее лицо, глаз сам по себе косил ниже, но я старался! Зря старался, однако — она что-то с ненавистью говорила пугалу в сторону, а затем обреченно закрыла глаза и повернула голову вверх. Крики становились все громче, когда она открыла глаза — и посмотрела прямо на меня.

Тогда я впервые увидел, как человек сереет от ужаса — ее вопль легко перекрыл завывания людишек вокруг. Они замолчали, не понимая, что случилось, и почему вдруг навес разрушился! Я от неожиданности упал вниз, прямо на одного из стражников. Пугало и другой меня заметили и повторили подвиг женщины — взвыли и попытались сбежать, но не успели — хватательный рефлекс у лайтов очень развит — за ноги я втащил их обратно без участия разума... Стражник дернулся и потерял сознание, а пугало и женщина орали вдвоем. У меня голова начала раскалываться и, чтобы прекратить их слаженный дуэт, я не придумал ничего лучше, как завыть самому.

На меня иногда накатывало состояние, когда хочется беспричинно сесть, посмотреть на луну и повыть на нее. Я в школе так и делал — уходил ночью в лес и выл. Вокальные данные у меня хорошие, громкие, а одно и то же выть скучно, поэтому я и развлекался, как мог. Но после третьего раза пришлось прекратить — озадаченные учителя вооружились сами, чем могли, а могли многим, и вооружили старшеклассников, устроив грандиозную облаву. Выводок нежитей погиб весь, стая волков разбежалась сама, они нашли где-то древнего китового дракона, полуистлевшего и с отваливающимися костяными пластинами и убили его... Ну, а сколько пострадало нервов жителей окружающих селений, когда они спокойно шли по своим делам, а им навстречу толпа озверевших от холода и голода лайтов, которые выспрашивали подробности о зверье и сами оборотнями смотрели. Через пять дней после заката лес вымирал — там больше не было никого. Зато было весело! Меня никто с собой не брал — я еще в средней школе учился, но я и не спрашивал. Я даже один рог дракона заныкал! Правда влетело потом за самоуправство, неделю в карцере провел, но никто таинственного зверя так и не нашел, ха!

Вот я вспомнил свои упражнения и постарался — даже самому понравилось. Ой, похоже перестарался — серый до синевы пугаловидный человек прохрипел: "Бьестан" и умер. Женщина уже остывала, у стражника был разрыв сердца. И у всех серая кожа. У женщины разукрашена синими узорами. И как спрашивается, они добились такого результата при изначально красной коже? Первому я случайно шею сломал, когда упал — он был нормального цвета. Когда шагнул к приставной лестнице, влез во что-то мокрое и липкое, попытался очистить сапог и влез еще руками, плюнул на руки и растер — стало еще хуже, выбирался по лестнице — влез в паутину или нитки, нос так зачесался, что я не выдержал и потер его — грязными руками! Судя по запаху — краска. На лице появились мокрые пятна, я попытался их стереть — только размазал по лицу. Пыль щекотала нос, я еле сдерживался, чтобы не чихнуть — вылез наверх и замер — я совсем забыл про остальных людей. Они с ужасом смотрели на меня и не шевелились. Забывшись, я глубоко вздохнул — и пыль мне отомстила: это был богатырский чих! От него снесло навес — я же говорил, что он хлипкий был. Но не только упавший мне на голову навес, но и людей. Честно, я только моргнул, а они уже исчезли. Вопль "Бьестан! Бьестан" слышался еще долго.

— И никакой я не Бьестан непонятный. Я обыкновенный лайт. — Потирая голову в месте, к которому приложился навес я доставал зеркальце и универсальную салфетку — допускает до 500 использований... Тоже сезановская, после трех сотен гарантированно теряет белый цвет. Моя была на последнем издыхании — темно-серая, с разводами.

Я глянул в зеркало и согнулся от хохота — синий нос и разводы на щеках придавали мне совершенно дурацкий вид. Волосы, где я до них дотронулся, также окрасились в бледно-голубой — про грязные руки-то я забыл... С них и начну. Не понял?! Там, где салфетка коснулась синего, он превратился в нежно-салатовый. Еще потер — теперь у меня все руки были зелененькие, почти светящиеся. Хотя пачкаться перестало. Представил себя покрытого этими милыми зелеными пятнами и решил, что из невидимости не буду выходить вообще, пока домой не доберусь — я не хочу стать еще чьей-то причиной смерти...

Хотя, тех, кто приносит в жертву других — совершенно не жалко.

Посмотрел на ботинки, покрытые слоем краски, и улыбнулся пришедшей идее. Через некоторое время я с гордостью смотрел на полученный результат — синие круги вокруг глаз, полосы на лбу и на щеках, волосы трех цветов — слева цвета молодой листвы, справа синие, а посередине — мои родные темные, в смысле блондинистые...

— Красавец! — усилием воли сдвинул режим маскировки на максимум, собрался и пошел к деревне, переступая через валявшиеся камни, обувь и до сих пор горящие факелы. Даже одни штаны видел. Но не успел дойти до границы храма, как почувствовал знакомый рывок — перемещение через переход и я оказался в какой-то темной комнате с закругленными стенами... Ух ты, какие тут сюрпризы! Направленное перемещение, создание индивидуального перехода, у нас такое только недавно начало получаться, а тут какая-то отсталая планетка — и вот! Император будет доволен — я блаженно заулыбался, продолжая смотреть перед собой в светлое и приятное будущее. Все равно опасности не чувствую.

— Эй ты, бьестанэ, повернись к своей повелительнице! — голос женщины был уверенным, только в самой глубине таился страх. Ну вот, еще одна меня видит. Выключил режим маскировки — чего зря энергию тратить и неторопливо повернулся к очередной магичке — "здесь что, только женщины бывают магами?" — проскочила и ушла непрошенная мысль. Мысли ушли вообще — я стоял и тупо пялился на самую очаровательную девушку в мире... У меня нет слов, она была так красиво раздета в прозрачные тряпочки, изумительно выглядящие на ее молодом, сочном теле, что... К мыслительному процессу меня вернул глухой стук падающих в обморок тел. В захламленной комнате была нарисована пентаграмма. В ее вершине стояла эта очаровательная красавица с большой грудью, оставшиеся лучи занимали подростки — два мальчика и две девочки. Они сейчас лежали в различных интересных позах на полу. Девушка посерела, но только слегка отодвинулась назад и дрожащим невнятным голосом, но все равно очаровательно, сказала:

— Т-ты... т-теп-перь б-будш вы-ыпть мои п-приказыЫЫЫ! — последнее слово она прокричала — когда я забылся и улыбнулся этому видению чистой красоты. Кстати, эта была с короткими волосами и более алым оттенком кожи, чем ранее встреченные люди.

Я стоял в маленьком круге, не чувствовал не малейшего сопротивления со стороны границы — я уже незаметно проверил и мог только наслаждаться открывшимся видом... Шагнул вперед, поднимая руку, готовый заверить, что она может только попросить и... Она в ужасе взвизгнула:

— Стой! Стой, бьестанэ! Мерзкое порождение тьмы, ублюдок Отца-Губителя... — я восхищен — она боится, но не бросает своего дела. Она меня еще долго обзывала нехорошими словами, а я просто наблюдал за покачиваниями определенных частей тела и слушал ее очаровательный голосок. Когда она повернулась от меня и наклонилась за чем-то, я получил возможность оценить ее... гм. В общем, они тоже были великолепны!

Она подняла над головой книгу:

— Заклинаю именем Матери-Родительницы: подчинись мне, отродье бездны и отрыжка тьмы! — "Какие образные сравнения, какой слог, а как у нее грудь поднялась..."

Что мог сказать на это молодой, симпатичный, образованный лайт, великолепный Страж Границ, которого похитила прекрасная молодая девушка, обзывая при этом непонятным бьестаном-бьестанэ и разными нехорошими словами? Я почесал в затылке и сказал только одно слово:

— Гы!

В это время, в лесу возле портала.

— Ребята, вы пока занимайтесь расчисткой, а я пока копию отчета поищу, — Левша мило улыбнулась и неторопливо направилась к Ходу. Лесник что-то согласно буркнул под нос, азартно орудуя секирой и выкашивая молодые деревца.

"Раз, два, три, четыре, пять, шесть" — она остановилась возле небольшого камешка рядом с большой россыпью камней, там попадались настоящие валуны, выше лайтовского роста высотой. "Слизняки. Не то". Ладно, теперь соседний: "Мокрицы. Тоже не то".

"Раз, два, три, шесть" — пусто. Пусто. Червяки. Фу, что это?! И снова пусто. Она нервно смахнула с лица растрепавшиеся волосы, вздохнула, успокаиваясь, и перешла на другую сторону — может стажер лево с другой стороны отсчитывал? Украдкой взглянула на товарищей и решительно отсчитала шестой камень. Они не должны получить отчет в руки. Опять слизняки... Туев стажер!

— Колючка, гляди, что это Левша творит? — стражи остановились передохнуть, с интересом наблюдая за бесплодными попытками Левши загипнотизировать очередной камень. Поляна вокруг напоминала местность после нашествия сумасшедших кротов, которые охотятся только за камнями — земля выворочена и перетоптана, с перевернутых камней торопливо разбегается мелкая живность.

— К ней лучше сейчас не подходить, голову оторвет, — спокойно заметил высокий страж. Лесник задумчиво осмотрел поле и тихо сказал своему напарнику:

— Молчун, давай потихоньку камни вывороченные к укреплениям носи, все польза будет. А эти ямы потом в противоконные траншеи превратим. — Тот согласно кивнул и опытным взглядом прикинул фронт работ — уже не меньше сотни камней было готово к переноске.

Вечер следующего дня. Поляна изменилась до неузнаваемости — в радиусе десяти шагов от Хода была уничтожена вся растительность и убраны все камни. Землю выровняли, вкопали два ряда заостренных сверху стволов деревьев, которые образовали широкий коридор, в который попадал всякий выходящий из Хода. С обратной стороны их подпирали утрамбованные земляные валы, усыпанные камнями и утыканные заостренными кольями. Земляной пол коридора был безо всякой системы прокопан глубокими узкими траншеями. На некотором расстоянии от выхода из коридора были устроены два монументальных блиндажа — Лесник всегда страдал основательностью. Два П-образных укрепления, углубленных на метр в землю. На стены для них пошли самые толстые бревна и куски поверженного лесного гиганта, от которого на поляне не осталось и следа. Блиндажи были политы водой, засыпаны землей вперемешку с камнями, которые пришлось носить с ближайшего ручья — на поляне камни закончились быстро. Сверху они были крытые и на них закрепили бревна, которые можно было спустить одним движением рычага. Ну и остальное по мелочи — закрытые и открытые траншеи, скрытые волчьи ямы, несколько искусно спрятанных капканов и самострелов на специально оставленных лазах в ставшей сплошной стене леса... Вплотную к обороту перехода пристроили деревянную плетенную сетку, чтобы рабочей была только одна сторона Хода. Весь песок ушел в выемку под переходом, под слоем песка оказалась обычная глина.

— Хорошо поработали, — одобрительно сказал Лесник, с удовольствием оглядываясь вокруг. Милый его сердцу дух военного лагеря прочно поселился в самом сердце Дремучей Чащи. Уютный костер, аппетитно пахнущая похлебка, перемигивающиеся звезды и мерцающее слабыми белыми и зелеными всполохами зеркало перехода. Вспышки отражались в гранях миллионов песчинок и приятно успокаивали глаза. За время работы все успели заглянуть в Ход и оценить перспективы, которые тоже немало грели душу.

— Неплохо, — согласился Колючка, развалившись на груде веток и затем, обращаясь к напарнице, вокруг которой ощутимо витал дух скорби и уныния, — может он просто забыл написать копию отчета?

— Я проверила все камни на этой поляне, — безнадежно произнесла она, ссутулившись и неотрывно глядя куда-то вдаль сквозь огонь. — Это так важно для моей научной работы... — она тяжко вздохнула и подпрыгнула от неожиданно раздавшегося командного рева Лесника: — Эй, парни! Мне этот каменюка весь вид портит!

Левша перевела взгляд на указанный валун — мелкие и средние камни они убрали, но с десяток здоровенных булыжников решили не трогать. Один из них, высотой в полтора лайтовых роста стоял в конце ряда с кольями, немного заходя в коридор. Действительно, лучше бы его убрать — тогда совсем симметрично будет... Она равнодушно наблюдала, как трое лайтов с натугой выворачивают булыжник — с гулким уханьем и матами. Он начал поддаваться и наконец, упал, от чего земля содрогнулась.

— А здесь что-то лежит, — с удивлением произнес Лесник, крутя в руках какой-то сверток. В следующую секунду он испарился у него из-под носа. Он недоуменно осмотрел пустую ладонь и поднял взгляд. От увиденной картины этот бывалый солидный лайт вздрогнул и шагнул назад: с маниакальной улыбкой на губах, с безумным блеском глаз, трясущимися руками Левша потрошила сверток, при этом непрерывно что-то шепча под нос.

Мужчины опасливо отошли подальше, когда она с невнятным вскриком бросила на землю ткань и увидела стандартный белый лист вечной бумаги с надписью:

"Отчет (копия) Стража Семнадцатого Форпоста Гвендаля об обнаружении...", исписанный неровным прыгающим почерком.

Она пыталась что-то сказать, но только беззвучно открывала рот. Мужчины сделали еще шаг назад.

— А ведь это шестой валун слева от перехода, — как всегда вовремя сказал Молчун. "Камень! Это камень! Шестой камешек! Ты хотел сказать — ШЕСТОЙ БУЛЫЖНИК!!!"

Дикий вопль разорвал ночную тишину:

— Я убью тебя, страж Гвендаль!!! — эхо, казалось, отразилось от облаков.

Вдали завыли волки.

Глава 3.

-Как-то мне рассказали очень грустную историю.

-И что, ты заплакал?

-Нет, просто ушел.