Лиза Эванс

— Садитесь по четыре человека, — велела мисс МакГонагалл, садясь в одну из лодок рядом с пухленькой девочкой, которая сразу весело защебетала.

Я еще раз оглядела берег и увидела Лили со Снейпом, которые что-то горячо обсуждали. Мне стало немного обидно, что в такой непростой ситуации Лили предпочла общество этого соседского мальчишки, а не мое. Если бы не Энни, с которой, благодаря злобным старшекурсникам, я познакомилась в поезде, то я осталась бы здесь в полном одиночестве. Такая же напуганная и одинокая, как большинство из окружающих меня детей.

— Энни, помнишь, я рассказывала тебе о своей сестре? Пошли, я тебя с ней сейчас познакомлю, — обратилась я к своей новой знакомой, кивком головы, показывая на воодушевленную и раскрасневшуюся сестру.

Расталкивая рвущихся к лодкам ребят, мы поспешили к Лили, пока она не залезла в лодку.

— Лили, познакомься это — Энни, — Лили очень неохотно отвлеклась от разговора и посмотрела на меня.

— Ты где была? Мы тебя полчаса ждали возле входа в вагон, а ты просто исчезла!

— Но, я вас не видела. Это ты убежала, сразу же, как только поезд остановился, — негромко упрекнула я ее.

— Лиз, все, хватит! Я не собираюсь разбираться, тем более, здесь.

— Я не...

— Я сказала, хватит! — перебила она меня и начала с нетерпением переминаться с ноги на ногу. Я смотрела на Лили и не узнавала сестру. Она стала словно чужой за то время, пока мы ехали в поезде.

Снейп тем временем разглядывал Энни и, наконец, решил представиться.

— Привет я — Северус Снейп, рад познакомиться.

Энни смутилась и, ничего не ответив, опустила глаза.

— Вы решили остаться на берегу? Нет? Тогда быстро в лодку! — раздался крик.

— Сопливиус боится воды, а Сириус ему лодку раскачивает! Далеко они не уплывут, ха-ха! — трагическим насмешливым голосом сообщил всем находившимся на берегу черноволосый мальчик в странных очках, с круглой оправой. Вел он себя немного горделиво и надменно, глядя на всех свысока.

— Мистер Поттер, думаете, я вас не слышала?! — МакГонагалл возмущенно обернулась на голос, но шутник уже запрыгнул в лодку, которая тут же отплыла от берега.

Я, Энн, Лили и Северус залезли в другую лодку. Пока мы плыли, Снейп злобно косился в сторону давешних шутников, сидевших в соседней лодке, из которой то и дело доносились шуточки и смех. Тот самый Поттер, которого одернула МакГонагалл, свесился за борт и брызгал водой в рыжеволосого парня, который отвечал ему тем же. Мне бы их спокойствие и самоуверенность.

Хогвартс предстал перед нами из темноты как-то неожиданно. Громадное строение, светящееся огнем многочисленных окон. Настоящий замок, словно сошедший со страниц средневековой сказки. Наверное, не только у меня захватило дух, при виде замка. Даже в соседней лодке воцарилась тишина. Мальчишки замолчали и сейчас просто пялились на огни замка, отражающиеся в зеркальной глади озера. Замок казался необъятным... Выбирались мы из лодок все также, молча. Кажется, никто из нас не верил в то, что мы все-таки здесь оказались. Нас переполнял необычайный восторг от нереальности происходящего.

Через огромные двери мы вошли в холл. Мне сразу бросились в глаза странные песочные часы на стене. Они были просто огромные, и вместо песка в них были насыпаны разноцветные камни.

— Идите за мной, — приказала мисс МакГонагалл и направилась к каменной лестнице, ведущей из холла куда-то наверх. Мы тут же поспешили за ней.

Вскоре мы вошли в большое помещение. Перед нами стояли четыре длинных деревянных стола, за которыми уже сидели студенты. На звук открывшейся двери сразу же обернулись сидевшие за столами ученики. На несколько секунд воцарилась тишина, но вскоре зал наполнил гул голосов. Студенты перестали практически сразу обращать на нас внимание, и продолжили заниматься своими делами, делясь приключениями, произошедшие с ними за лето, со своими соседями.

Пятый стол был поменьше и находился немного на возвышении. За этим столом сидели, по всей видимости, преподаватели.

Подняв голову вверх, я увидела потолок, вместо которого оказалось ночное небо, усеянное звездами. Огромное множество парящих свечей, освещавших зал, находились высоко, но ощущения были такие, что если протянуть руку вверх, можно было их коснуться. Я инстинктивно пригнула голову, опасаясь, что мне на макушку сейчас польется горячий воск, но ничего не произошло. 'Магия', — мелькнула у меня в голове мысль, от которой тут же захотелось посмеяться. Теперь все, что будет меня окружать, будет подходить под это слово.

А между тем распределение началось.

Как оказалось, распределяет учеников на факультеты ужасно старая, вся в заплатках шляпа, которую надевали студентам на головы.

— Поттер Джеймс, — мисс МакГонагалл называла имена, зачитывая их с развернутого свитка.

Черноволосый ухмыляющийся мальчик, которого мы уже видели на озере, подскочил к табуретке, на которой находилась шляпа, и нахлобучил ее по самые уши.

— Гриффиндор, конечно! — прокаркала шляпа.

— Лонгботтом Фрэнк.

— Гриффиндор!

— Макей Алиса.

— Ровенкло!

— Снейп Северус, — он заметно нервничал, а шляпа молчала. Молчала она довольно долго, прежде чем произнести.

— Слизерин! — наконец выдала свой вердикт шляпа, но мне показалось, что в ее голосе звучит сомнение. С чем это было связано, интересно? До этого она была полностью уверена в своем выборе.

— Эванс Лиза, — сильно волнуясь, я села на табурет, и тут мне на голову опустили шляпу, а в голове раздался тихий скрипучий голос:

'В тебе есть качества, которые подходят для всех факультетов, но, как я понимаю, ты уже избрала то, чего хочешь. Ты думаешь, что хочешь отправиться в Слизерин. Ты осведомлена, как там относятся к полукровкам? Ну да ладно. То, что ты поссорилась с ребятами с другого факультета, ничего не значит, они наверняка пошутили. Они хорошие ребята, и вы поладите. Ну что, Ровенкло?'.

'Я хочу в Слизерин, там мой друг!', — мысленно воскликнула я.

'Не лицемерь, ведь я вижу тебя насквозь, ты стремишься туда не из-за друга, да и какой он тебе друг, так знакомый. Но вы похожи, ему тоже больше подходил совершенно другой факультет, только вот он стремился попасть в Слизерин по другим, отличным от твоих, причинам. Ты же хочешь изменить мир. Только подумай, а нужно ли миру, чтобы его меняли? Нет? Не передумала? Хорошо, это твой выбор', — шляпа почти прошипела последнюю фразу.

— Слизерин!

Мне, в отличие от других слизеринцев, никто не аплодировал, практически все сидящие за слизеринским столом, смотрели презрительно, как на букашку. Северус смотрел на меня угрюмо, то и дело, поглядывая на стол гриффиндорцев. Я аккуратно села на самый конец стола и также посмотрела на столы других факультетов.

Энни также как и Лили распределили на Гриффиндор. Я с легкой завистью смотрела на сестру, которую тут же окружили новые друзья. Она всегда была душой компании, в отличие от меня... Хотя шляпа ведь предупреждала. Что стоило последовать ее совету и не настаивать на своем упрямстве? Терпи теперь, сама этого хотела. Сестра весело щебетала с каким-то парнем, и как мне показалось, абсолютно забыла о моем существовании. Она ни разу не посмотрела на меня. Как мне не хватало хоть небольшой поддержки, которую в данной ситуации могла оказать только моя любимая сестренка. Но ее не последовало. Как и мимолетного взгляда в мою сторону. Лишь на секунду она оторвалась от разговора со своими новыми друзьями и ободряюще улыбнулась Снейпу. Но не мне.

За всеми этими размышлениями распределение закончилось, окончание которого я даже не заметила.

С кресла, стоящего во главе стола преподавателей и больше напоминающего трон, встал длиннобородый добродушный старик:

— Не буду долго обременять ваши молодые умы моей старческой болтовнёй, хочу лишь сказать, что в этом году у нас просто прекрасные первые курсы. Ужин объявляю открытым!

За столом разговаривали о делах, сделанных на каникулах, и посвящали новичков в тайны Хогвартса. Рассказывали о призраках и живых картинах, о непредсказуемых лестницах и преподавателях. Старшекурсники время от времени поглядывали на меня, видимо ожидая каких-либо действий, но я, молча, ела и вместо того, чтобы задавать бесконечные вопросы предпочитала хранить молчание. И это всех устраивало.

После ужина мы пошли в гостиную, вход в которую оказался в подземелье. Стены будто давили и в то же время затягивали в свои объятия темноты, холода и мрака. Мы свернули в коридор, закончившийся тупиком. Староста подошел прямо к стене и произнес пароль, значение которого заставило меня вздрогнуть: 'Чистая кровь'.

В общей гостиной староста факультета, высокий брюнет с пронизывающими насквозь голубыми глазами, отвёл меня в сторону, крепко вцепившись в мое запястье. От его хватки у меня на мгновение навернулись слезы на глазах, но усилие воли, мне удалось загнать их обратно. Не хватало еще показать себя плаксой.

— Слушай меня внимательно, грязнокровка: соблюдай наши правила и будешь жить у нас без особых неприятностей, — тут он ухмыльнулся. — Правила просты, даже ты запомнишь. Чистокровный маг всегда прав. То, что происходит в гостиной, не должен знать никто, нигде и никогда. Здесь у тебя нет друзей и товарищей, и никогда не будет, так что надейся на саму себя. А теперь ступай в левое крыло, в последнюю комнату.

Дернув рукой, я освободилась от его пальцев и пошла в отведенную для меня комнату, где собиралась серьезно обдумать все произошедшие за этот день события.

Мои соседки смеявшиеся и о чем-то весело разговаривавшие, при моем появлении замолчали и настороженно уставились на меня.Я поняла что ошиблась дверью. Не обращая на них внимания, я закрыла дверь и прошла к комнате в конце коридора. Открыв дверь я увидела свои вещи лежащий на полу ,я рухнула на кровать, не раздеваясь, и практически сразу же заснула от пережитого стресса и свалившегося на меня негатива, которого я абсолютно не ожидала здесь встретить, забыв о своем желании разобраться во всех новшествах.

Глава 5.

'Магия, везде магия. В каждой ступеньке многочисленных лестниц, в каждой картине, висящей на стене. Это просто прекрасно!' — подобные мысли витали в моей голове, пока я выходила из подземелий и смотрела на людей, изображённых на портретах. Эти нарисованные люди перепрыгивали из картины в картину, разговаривали, а на одной картине я увидела, что они ели и играли в карты.

Меня просто распирало от желания расспросить их о том, что они помнят из того времени, когда еще были живыми. Однако я быстро сообразила, что эта тема может оказаться для них довольно болезненной, и они могут обидеться. А с портретами лучше все-таки не ссориться — у кого потом я буду узнавать дорогу, не нарываясь на конфронтацию? Поэтому я решила для себя, что со всеми портретами лучше всего поддерживать хорошие отношения. Я старалась вежливо здороваться с каждым из нарисованных людей, но вместо ответного приветствия получала в ответ только недоуменные взгляды. Мне было непонятно их удивление, но я решила не обращать внимания на это странное поведение. Кто их этих нарисованных знает, может, у них вообще не принято здороваться.

Большой зал, в который я шла, оказался полупустым. За столами сидели учителя и немногочисленные студенты, которые вяло переговаривались между собой. Было видно, что они практически не спали этой ночью, весело проводя время со своими школьными друзьями.

Сев за стол на свое место, на котором я сидела накануне, я завертела головой: 'А где еда-то?' — мелькнула вполне уместная в данной ситуации мысль. Другие студенты уже ели, а слизеринцы только ухмылялись, видя моё недоумение, и совершенно не стремились мне помочь.

Покрутив головой, я увидела, как за гриффиндорский стол сел какой-то припозднившийся студент. Внимательно наблюдая за ним, я повторила все его действия, то есть постучала ложкой по тарелке. Она тут же наполнилась вкусной горячей овсянкой, как будто только и ждала этого момента.

Когда я уже доедала свой завтрак, ко мне подошел декан нашего факультета Гораций Слагхорн и молча вручил мне расписание занятий. Со многими другими учениками даже с других факультетов он был приветлив, постоянно улыбался, а меня не удостоил даже ничего не выражающим кивком. Из-за понимания того, что в этой школе мне никто не рад, захотелось разреветься и послать всю эту волшебную жизнь идти подальше от меня, а самой вернуться назад в родной маггловский мир. Быстро отогнав эту неприятную мысль, я посмотрела на листок пергамента с моим расписанием.

Так, первый урок — чары, ну и где приложенная к расписанию карта? Где я буду кабинеты искать? Ладно, спрошу по дороге.

Так как я не знала, какие уроки будут у меня сегодня, то учебники и сумку с письменными принадлежностями я оставила в спальне. Пришлось возвращаться в подземелья. А после, естественно никого из своих сокурсников я не увидела и довольно долго металась по коридорам в надежде найти кабинет чар. Когда же я все-таки нашла нужный мне кабинет, занятия уже, разумеется, давно начались.

Профессор Флитвик, встав на большую стопку книг, рассказывал курсу о сути заклинаний, об их видах и местах применения.

— Простите за опоздание, — пискнула я. — Можно войти? — все сидящие за партами студенты захихикали.

— Да... Входите, мисс Эванс, — немного рассеянно пропищал Флитвик. — Надеюсь, вы больше не будете опаздывать.

— Я постараюсь, — виновато опустила я голову и через мгновение начала искать пустое место в классе.

Я села за последнюю парту и задумалась. Я пропустила всего минут пять урока, а опоздала из-за того, что все мои вопросы студенты других факультетов игнорировали и делали вид, что меня не замечают. А найти дорогу мне помогли только портреты.

Тем временем Флитвик закончил вводную лекцию, и мы начали разучивать движения палочкой и правила произношения заклинаний. Оставшееся до конца урока время мы тренировались, пытаясь поднять в воздух перо. Получилось не у всех, но я была очень довольна, когда мое перо оторвалось от парты быстрее остальных и зависло в нескольких миллиметрах от поверхности, на которой перо до этого момента лежало.

Урок закончился, и в качестве домашнего задания нам была задана отработка движений и произношение первого выученного нами заклинания.

Следующим уроком была трансфигурация. Я медленно плелась в потоке слизеринцев, чтобы не отстать и не плутать потом по бесконечным коридорам школы, когда ко мне подошел Северус.

— Лиз, иди, пока не поздно, к директору, попроси, чтобы тебя перевели. Такое возможно при определенных обстоятельствах, а ты не можешь не замечать, что обстоятельства очень уж определенные, — заявил он.

— Я не хочу об этом говорить. Если шляпа решила, что мне подойдет Слизерин, значит, так тому и быть, к тому же — это и мое решение тоже, — немного раздраженно ответила я ему.

— Не делай из себя мученицу, этого все равно никто не оценит! — рявкнул он. Многие идущие рядом студенты начали поглядывать на нас и прислушиваться.

— Я никого из себя не делаю! Так решило распределение, и я не могу на него повлиять, — твердо, но все же немного неуверенно продолжала я настаивать на своем.