Локи Лаки

-Отпусти, сволочь! — на мгновенье растерявшаяся Патрикевна быстро пришла в себя и забарабанила кулачками по поджарому заду парня. На что тот только легко ее подкинул, пристраивая поудобней, и провозгласил:

-Тебе срочно нужно взбодриться! Не боись, если начнешь тонуть, то я тебя спасу, — и как истинный пещерный человек поволок свою добычу в кусты, игнорируя визг и ругань 'добычи'.

Вернувшийся Лешка проводил парочку задумчивым взглядом.

'Что, мечтаешь оказаться на его месте? Так вперед, наша Элис будет только рада!'

Я мстительно выбрала из всего ассортимента овсянку, которую Локи терпеть не может, и потопала к костру ставить воду для каши.

Завтрак прошел тихо и мирно. Мокрая и от этого немного похожая на крысу, Алиса от приготовленного нами отказалась, выпив только привезенный с собой, какой-то особый чай. Лешка давился, но лопал кашу, потому как прекрасно знал, что до обеда никаких перекусов ему не светит. Остальные к предложенному блюду претензий не имели.

Обычно в лагере оставалось по двое дежурных: парень и девушка. Во-первых, для того, чтобы там постоянно кто-то был, и не оставлять без присмотра вещи. Во-вторых, они занимались приготовлением еды. Исключением был Ромка, в его обязанности вменялось чистить всю пойманную рыбу, потому что он единственный из нас, кто мог делать это без содрогания. Но Алисе никто готовку доверять не собирался, поэтому мы единогласно назначили ее вечным мойщиком посуды. Я бы не сказала, что столь почетное назначение ее обрадовало, но она быстро смирилась.

Решив, что дежурить останемся сегодня я и Руслан, вся остальная компания расползлась кто куда.

Маришка со Стасом отправились на черничник, положив в ведро для ягоды одеяло 'на всякий случай', понятно, что до обеда их можно было не ждать. Локи налаживал спиннинг. Ромка и Влад возились с лодкой. Алиса, вымыв посуду, залезла обратно в палатку прихорашиваться. А мы с Русом приступили к нарезке овощей для борща.

Когда все, что нужно, было аккуратно порезано — мной, и жестоко раскромсано — Русланом, тот отправился на мостки, чтобы сполоснуть посуду и ножи. Вернулся парень с непередаваемым выражением на лице.

-Леха, Карман! Бегите!

-Куда? Зачем? Что случилось? — посыпался на него град вопросов.

-Там бобры плывут, — Рус кивнул в сторону озера.

-И что?

-Как что? Разбираться! Сейчас за плотину морды бить будут!

Если бы я не сидела, то упала бы точно. Смеялись все до боли в животе, едва не катаясь по траве.

А по озеру, действительно плыли два бобра. Один, заметив суету, поднырнул под берег слева от нас, другой же, не обращая внимания на шум, демонстративно, как крейсер на смотре вооружений, проплыл мимо стоянки, и только потом скрылся из виду.

Дальше, день пошел по накатанной: парни разбрелись по рыбным местам, Алиса читала книжку, сидя на лавочке на мостках, мы с Русом варганили обед и играли в нарды. Когда борщ был готов, и я оставила его томиться на едва заметном огне, парень достал из палатки гитару.

-Что тебе сыграть, Лерунь?

-Сыграй что-нибудь знакомое. Душа песни просит.

Он кивнул, и я услышала мелодию 'песни всех костров' — 'Солнышко лесное'.

-Банально, — сморщила нос.

-Для распевки пойдет, — Рус улыбнулся и запел первые слова куплета.

Я решила не выпендриваться и присоединилась.

Мы успели спеть несколько песен, и даже замахнулись на 'Марусю', но слов толком никто из нас не знал, поэтому пришлось выдумывать самим, так что, под конец концерта, я опять смеялась до слез.

Первыми на обед пришли, как ни странно, Маришка со Стасом. Счастливые, но без ягод.

-И над чем вы тут так животики надорвали? — подруга села рядом со мной, пока ее супруг, приподняв крышку, принюхивался к нашему шедевру кулинарного искусства.

-Это нужно было слышать, — ответил Рус за нас двоих и уже обращаясь к Стасу. — Не боись, не отравим.

-Я не боюсь, я предвкушаю в нетерпении.

Мариша, увидев, что к лагерю подходят Лешка и Влад, встала с лавочки и полезла в короб за хлебом. Я тоже поднялась, и потянулась за посудой, когда с озера донесся вопль Романа:

-Лерка, танцуй!

-Йехоу! Сколько? — я едва ли не вприпрыжку помчалась к вылезавшему из лодки парню.

-Три линя, два леща, — гордо заявил рыбак.

-Коптим?

-Конечно, иначе ты нас живьем съешь.

Коптить рыбу мы приспособились в прошлом году. Маришка притащила с работы сломанный бикс. Что там было не так, я не поняла, но для наших целей он подходил идеально.

Итак, в бикс насыпается немного сухой осиновой стружки, сверху ставится решетка от микроволновки (это та, которая для гриля предназначена), на нее укладывается вымоченная в соли рыба. Затем, все это плотно закрывается и ставится на костер, примерно сорок минут, и рыба горячего копчения готова.

Ничего вкусней копченых на костре линей я в жизни не ела.

-Ромочка! Я тебя прям лублу-лублу! Дай почелую! — я от души чмокнула улыбающегося парня в щеку.

-И с чего ты вдруг такая любвеобильная стала? — от ехидства, звучащего в Лешкиных словах, по спине пробежали мурашки, но ничего не могло испортить в этот момент моего настроения.

День удался!

После обеда все почему-то остались в лагере, и каждый развлекался, как мог. Парни перетягивали друг у друга гитары, мы с Маришкой резались в карты, подпевая, если слышали знакомую песню. Алиса оккупировала Локи, изливая на него все свое женское обаяние. Лешка сопротивлялся, что меня очень радовало, но Патрикевна не сдавалась.

С ужином решили не заморачиваться и отварить макароны, что я благополучно спихнула на Руса, а сама занялась рыбой — помимо той, что была на копчение, парни приволокли много красноперки в жарку.

Между собой, готовку у костра мы называем горячим цехом. И не просто так. Хорошо торчать у костра, когда на улице холодно. А если стоит тридцатиградусная жара, а возможности отойти от противня, на котором что-то жарится, почти нет, потому что нужно то переворачивать, то следить чтобы огонь горел равномерно, это сродни пытке. Поэтому, приготовив довольно большую кучку рыбки, я отползла в тенек, а потом, немного остыв, решила пойти поплавать. За мной увязался Рус, который тоже провел много времени у костра, и мы, как раненные бойцы, поддерживая друг друга, но больше играя на публику, чем действительно спотыкаясь, побрели на пляж. Не успели войти в воду, как там же нарисовался Локи, который, между прочим, купался не далее, чем десять минут назад.

-Ты решил стать ихтиандром?— а Рус-то с чего такой недовольный?

-Нет, скорее, русалем, — решив не обращать на парней внимания, я быстро вошла в прохладу озера и проплыла несколько метров под водой. Вынырнув, обнаружила недалеко от себя две недовольные мужские моськи.

'И как это понимать?'

Спокойно поплавать мне не дали. Со стороны это все выглядело, наверно, забавно: я нарезаю круги по озеру, а за мной и немного в стороне два парня в качестве эскорта. И тишина...

'Блин, как утка с двумя утятами!'

Только крякать мне пока не хотелось, а вот выругаться — очень.

Решив прекратить это издевательство над моими нервами, я, даже не доплыв до пляжа, вылезла на мостках. Следом за мной рыпнулся Лешка, но я столкнула его обратно.

-Эй, чего ты?

-Я чего? Я ничего! На пляж плыви. Там вещи остались, — Локи, не став спорить, пожал плечами и, оттолкнувшись ногами от бревен, нырнул.

Рус подплыть к мосткам даже не попытался, а сразу погреб к ручью.

А я потопала к столу, оставляя мокрые следы на прогретом солнцем деревянном настиле.

-Ты сейчас похожа на ежика, — Марина протянула мне кружку с теплым чаем, я только фыркнула. — Во-о-от, и фырчишь так же!

С мокрого купальника стекала вода и подо мной уже образовалась небольшая лужица, ветерок, хоть и теплый заставил вздрогнуть, а кожу покрыли мурашки, но кто-то подошел сзади и накинул на плечи полотенце.

-Спасибо, — даже оборачиваться не стала.

-Не за что,— все-таки Локи, причем сердитый.

Ну и пусть. Я тоже злая.

Подошел Рус и взъерошил волосы мне на затылке. Развернулась, чтобы сказать все, что я о нем думаю, но парень меня опередил.

-А хочешь, я тебе свою порцию линя отдам?

Как бы мне не хотелось высказаться по поводу такого фривольного обращения, но отказаться от линя было выше моих сил.

-Хочу, — буркнула я и, укутавшись в полотенце, пошла в палатку переодеваться.

За ужином Руслан сел рядом со мной.

Я тут же выцепила у него из тарелки обещанное лакомство.

-Давай, я тебе половину макаронов отсыплю?

Рус кивнул. Только я успела поставить тару на место, сзади подошел Локи. В мою тарелку шлепнулся еще один кусок рыбы, затем, из нее перекочевал в Лешкину остаток макарон, а сам парень, переступил лавочку, повилял задом, чтобы освободить себе место, и уселся между мной и Русом.

-Марин, кетчуп передай, пожалуйста,— первым нарушил тишину обнаглевший кошак.

Маришка молча передала требуемое. Вся компания удивленно смотрела на нас троих, и только Алиса едва ли не булькала от негодования.

-Что? — невозмутимый нарушитель спокойствия приступил к трапезе.

-Не, ничего, — после слов Маришки все дружно уткнулись в тарелки и зашуршали ложками. Все так же молча.

Я пару минут пребывала в прострации, не зная как реагировать на такое поведение, потом быстро проглотила всю рыбу, даже не чувствуя вкуса, и сбежала к себе в палатку.

Вот гад! Из-за него не смогла насладиться любимым лакомством!

Несмотря на растрепанные чувства, уснула почти сразу, слыша сквозь сон смех и песни ребят.

Разбудила меня Алиска, случайно ударив рукой по лицу. У девушки была привычка — спать звездочкой, так что, мне на матрасе оставалось совсем мало места. В палатке было душно и жарко. В спальник заполз какой-то насекомыш. В общем, стало понятно, что в ближайшее время уснуть не получится. Нацепив спортивные штаны и накинув ветровку, я вылезла из палатки. На улице было темно, но, несмотря на это, все прекрасно видно. Порывшись на полках, которые пару лет назад из досок сколотили парни, нашла спрей от комаров, обрызгала им одежду и положила баллончик в карман. Я не надеялась, что это сильно поможет, но уж лучше с ним, чем без него. Налила из термоса все еще горячий чай и пошла на мостки. Вокруг лавочки вилась целая туча кровососов, которая тоже была обильно полита вонючей жидкостью. Противный писк стал чуть тише, и я забралась на прохладную сидушку, обхватив колени и сжав в руках кружку. Мне нужно было подумать.

Судя по всему, Лешка таки обратил на меня внимание. Только как теперь поступить? Ну, не верю я, что парень внезапно проникся ко мне светлыми чувствами. Короткая интрижка во время отпуска? Скорее всего, именно так и есть. Осталось только решить, что делать: поймать свой маленький кусочек счастья и пробыть с любимым столько, сколько буду ему нужна, оставив в памяти каждую минуту, или попытаться сохранить душевный покой, оградить себя от боли, которая наступит после неминуемого расставания? Сложный выбор.

Додумать мне не дали. За спиной послышался звук открывшейся палатки, затем тихие шаги по мостушке, и рядом со мной сел объект моих размышлений. Очень близко, так, что я через ткань ветровки чувствовала тепло его руки, плотно прижатой к моей. Все мысли из головы разбежались, как тараканы с кухни, в которой ночью включили свет. Я подняла глаза, смотря прямо перед собой.

С озера, гладкого, как зеркало, поднимался пар, над черным лесом нависало темно-синее, бесконечно-звездное небо, между верхушек сосен, то тут, то там мелькали росчерки летучих мышей, почти круглая, огромная луна смотрела сверху безразличным взглядом. И было очень тихо... Настолько, что я слышала дыхание и хрусткий шорох одежды парня, сидящего рядом.

-Ты не замерзла? — его рука легла мне на плечи, а сам он подвинулся еще ближе, так, что я оказалась у него под боком. — О чем задумалась?

Я растерялась и ответила то, что первым пришло в голову — правду.

-О тебе.

-Не ожидал такого честного ответа, — я не видела лица парня, но точно знала, что он улыбается.

-Сама в шоке, — мне хотелось провалиться под землю, но хватило меня только на то, чтобы притворно равнодушно пожать плечами.

-И как?— меня еще плотнее притянули к теплому телу.

-Что 'как'?

-До чего додумалась?

-Что от тебя, пожалуй, стоит держаться подальше.

-Черт, вот нихрена я женщин не понимаю! — Лешка говорил приглушенно, но в голосе чувствовалось раздражение. — Я же знаю, что нравлюсь тебе. Что не так?

Да уж, хреновый из меня конспиратор.

-А я не прошу меня понимать!

-А я уже и не пытаюсь!

-Вот и не пытайся!

Я попробовала снять руку со своего плеча, но Лешка не только не убрал ее, но и положил вторую мне на талию, развернувшись ко мне всем корпусом.

-Отпусти! — вместо шепота получился сдавленный писк.

-Нет.

Обняв меня еще крепче, Локи склонился к моему лицу, я замерла, глядя на него во все глаза.

Неужели он меня сейчас поцелует?

Но парень, едва не коснувшись моих губ отстранился.

-Ударишь? — я смогла только пожать плечами. — А я все-таки рискну.

Меня уже довольно давно нельзя назвать невинной девушкой, а уж нецелованной тем паче, но тот поцелуй был как будто первым. Вы помните то сладко-замирательное чувство, когда нравящийся мальчик впервые касается твоих губ своими? Легкий страх, растерянность мешаются с каким-то пузырящимся восторгом.

Лешка приподнял лицо и провел указательным пальцем по моим губам, обводя контур, и чуть приоткрывая.

-Сладкая...

Я обняла его за шею и притянула к себе, возвращая ласку. Но долго быть главной мне не позволили, буквально через пару мгновений Лешка перехватил инициативу, сминая мои губы, проникая языком в мой рот.

В какой-то момент, сама не знаю как, я оказалась на его коленях, прижимаясь к нему всем телом. Его ладонь лежала на моем затылке не давая отстраниться, да никто и не пытался.

-Кхм-кхм, — сказано это было нарочито громко, видно, предыдущие попытки привлечь внимание ни к чему не привели.

Я, опомнившись, вскочила с колен и, не удержав равновесия, слетела с мостков в воду.

'Вот и правильно! Так тебе и надо! И охланешь, и, может быть, мозги вправишь, если, конечно, осталось, что вправлять'.

Только успела вынырнуть, как послышался громкий всплеск рядом со мной и сильная рука, подхватив под грудь, прижала меня к мужскому телу.

-Ты в порядке?

'Какой глупый вопрос! Нет, конечно! И причина не в неожиданном заплыве в одежде'.

Я отпихнула от себя парня и попыталась забраться на сырые бревна. Лешка не стал удерживать, но попробовал помочь, подпихнув под попу. Почувствовав столь интимное прикосновение, я буквально взлетела на мостки и, обернувшись, зашипела на наглого 'помощника'. И тут услышала противный голосок:

-Лера, ты тут? Мне одной в палатке страшно!

'Ну, ёпрст! Страшно ей!'

Казалось бы, я должна была испытывать благодарность к Алисе, но больше всего мне хотелось ее порвать, как Тузик грелку.

Чавкая мокрющими кроссовками, я понеслась в сторону палатки, когда проходила мимо Элис, заметила, что она хочет что-то сказать, но пресекла попытку рявкнув: