| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Хм. Он тоже заметил взгляд Лукаса на Нейшу? Разве Коннор не освободил его от пригляда за девочкой-эльфом?
— Пойдём, — пожала плечами Селена.
Нейша сидела в детской гостиной, на любимом диване старших, следивших порой за ясельниками.
Лукас, догадавшийся, что эта довольно большая комната для мелюзги, даже не оглянулся на малышей, проходя в гостевой кабинет "под конвоем".
Зато девочка-эльф сжалась, исподтишка провожая его взглядом, явно готовая в любой момент пригнуться, чтобы её не заметили. Сидевшая с нею рядом Азалия поначалу весело болтала с ней. Но замолчала, поймав этот неожиданно беззащитный взгляд. Девушка-эльф дотронулась до локтя Нейши и, кивнув, о чём-то спросила её.
Что уж там дальше было — Селена не узнала, закрывая за собой дверь в тамбур и переходя в гостевой кабинет.
Ого... Здесь сидели не только братья с Эрно и Космеей, но и Вереск с Мускари, Анитра и Ринд, Сильвестр с Гердом. Наверное, услышав неприятную новость о Лукасе, Сильвестр встревожился из-за сестёр, а Герд — из-за Далии, хоть новичок и был из эльфов.
Вот уж когда Лукас ошарашенно открыл рот, слушая ребят!..
С него, по сути, после пропесочивания взяли слово не приставать к девочкам.
— Да нужны они мне! — пробормотал новичок, морщась, едва в поле его зрения попадала сердитая Космея.
Именно девочка-некромаг оставила в этом пропесочивании своё веское слово:
— А если заметим тебя в поползновении на кого-то из нас, в первую очередь отправим к Бернару! — звеняще объявила она. — Чтобы наш целитель тебя проверил на какую-нибудь заразу!
Лукас вскинулся было, злобно глядя на неё, но противопоставить ничего не сумел.
Тем более в тяжёлой тишине встал Вереск и мрачно сказал:
— Космея — моя сестра. Если ты только обидишь её, я отправлю тебя в каверну с дикой магией. Каверн в деревне две. Какая под рукой будет — в той и окажешься.
Ребята опустили глаза, пряча улыбки ("Ишь, как Вереск заговорил!"), а Коннор спокойно предложил:
— Давайте расскажем Лукасу, чем мы в Тёплой Норе занимаемся. Может, он найдёт себе дело по душе... чтобы отвлечься от мыслей о девочках.
После этих слов старшего сына Селена вообще-то ожидала, что Лукас враждебно зыркнет на него, да и на самих ребят вызверится. Но тот, несмотря на свои пятнадцать лет, повёл себя неожиданно по-взрослому.
Он глянул на Коннора, потом на всю набившуюся в кабинет компанию — и чуть сморщился — вроде как: "Да ладно вам всем! Нашли, из-за чего кипиш поднимать!"
И Селена тихонько вышла из кабинета, восхищаясь ребятами.
Уже наблюдая за малышнёй, бегавшей в дом и снова удиравшей на улицу, к Вильме и Моди, хозяйка места посомневалась немного, а потом всё же расслабила застёжку Коннорова браслета.
"Коннор, а вы не могли бы на всякий случай проконтролировать Лукаса? Хотя бы первые несколько дней?"
Она спрашивала, а сама машинально скользила взглядом по головам ясельников, пока не догадалась, что ищет косматую голову Люции.
"А мы уже! — отозвался мальчишка-некромант. — Мирт взял на себя Лукаса, а нить слежения за Нейшей я только что обновил".
"Всё под контролем?" — уточнила Селена, улыбаясь: сестрички Минны и Ашнир с Шамси, визжа от удовольствия, раскачивали манеж для самых маленьких, в котором, рыча и цепляясь лапами за стенки, сидели Фаркас и один из волчат Тибра; а потом перевернули его, поймав обоих волчат в ловушку. И уселись наверху. Радостный смех и приглушённый жалобный визг из-под перевёрнутого манежа внезапно напомнили Селене детский рассказ "Живая шляпа". Только здешняя шляпа оказалась гораздо живее и шумнее той.
"Всё", — уверил её Коннор.
Прибежала Ринд, начала звать Фаркаса, чтобы вместе с ним сбегать к Вилмору.
Малышня, от толчков возмущённого Фаркаса подпрыгивая на перевёрнутом манеже, честно таращилась на девочку-оборотня:
— А его в гостиной нет! Он на улицу побежал!
Когда за Ринд захлопнулась дверь в тамбур, детишки снова завизжали и повалились в стороны. Фаркас, росший отнюдь не размазнёй, сумел-таки вырваться из-под манежа и броситься вслед за будущей приёмной мамой. Голос-то её слышал. А поскольку малышня не сразу встала, отвлёкшись на беглеца, второй волчонок тоже драпанул подальше от мучителей.
По пути Фаркас обтявкал уже хохочущую Селену, которая посторонилась, давая ему дорогу, но оказалась страшно недогадливой, забыв открыть ему входную дверь.
Правда, дверь распахнулась сама: только что обувшаяся на улицу Ринд на всякий случай ещё раз заглянула в гостиную на писклявые вопли ясельников, так что волчонок Вилмора сразу прыгнул на её руки... И даже дальнейшие думы о Лукасе не сразу испортили хозяйке места настроение.
...Будто тончайший жёсткий червь резко вгрызся в голову.
Ошарашенный Коннор вскочил с кровати, нечаянно уронив одеяло. Сел. Секунда, другая... Непроизвольно распахнул глаза, мгновенно сообразив, что случилось. Нить слежения, прицепленная к Нейше, трепетала так напряжённо, что вот-вот разорвётся!
Странно, что Мирт всё ещё спит!
Бесшумной тенью, не обувшись, чтобы не разбудить братьев, мальчишка-некромант вылетел из мансарды и в два прыжка одолел лестницу вниз, ко второму этажу.
Без стука (какой стук — в критической ситуации!) рванул дверь в комнату Нейши.
Кажется, Космея настояла, чтобы эту ночь спать у неё... Девочка-некромаг сейчас неподвижно лежала у ножек второй кровати. Рука неестественно вывернута.
Машинальный шаг вперёд.
Сбоку, у входной двери, у стены, лежал Кадм. Мальчишка-друид тоже был без сознания.
Кадм?! Один из лучших бойцов Тёплой Норы?!
Где Мирт?!
Будто и не услышав стука двери, сильно распахнутой, а оттого ударившейся о стену, а потом врезавшейся назад, в косяк, Лукас даже не оглянулся.
Он сидел (странно сидел — как-то расслабленно) на животе мычавшей от ужаса и отчаяния Нейши. Сидел и старался удержать свою ладонь на её губах, давя на её плечо, чтобы не поднялась. Но что худенькая девочка против жилистого и плотного мальчишки?!
А Лукас словно чего-то ждал. Или любовался выражением ужаса на лице Нейши?
— Что ты делаешь?!
Коннор схватил его за плечо, собираясь сдёрнуть его с кровати и с девочки-эльфа.
И оторопел, когда тот быстро повернул голову.
На мальчишку-некроманта оглянулась... Селена!
Пока до него доходило, что это иллюзия, Лукас со своей, казалось бы, неловкой позы вполоборота, но тем не менее жёстко ударил его по виску ребром ладони.
Отлетевший от кровати Нейши Коннор рухнул рядом с Космеей.
...Лукас пару секунд смотрел, как расслабляется на полу его бессознательное тело. Затем обернулся к Нейше, которая перестала кричать ему в ладонь и только судорожно вздрагивала. Видела его удар.
Он наклонился к девочке-эльфу и негромко сказал:
— Я уберу руку. Но. Если ты издашь хотя бы звук, я убью вас. Всех четверых.
И выполнил первое обещание.
Нейша мелко вздрагивала и так же мелко дышала, глядя на него заплаканными глазами — кажется, сама на грани обморока.
Убедившись, что девочка-эльф подчинилась его угрозе, Лукас встал с неё, всё ещё подозрительно следя за нею. Нейша медленно подняла руку и прикусила боковую сторону указательного пальца. Это движение мальчишка-эльф понял. Знак: "Я буду молчать". Кивнул. Затем снова огляделся и тоже медленно, с силой прошептал всего два слова. Будто в комнате прошипела огромная змея:
— Вс-се-ем с-спа-ать...
Он растянул это слово "спать" и впрямь предупреждающим змеиным шипением.
И замер, вслушиваясь в тишину дома, который до этого приказа мирно спал, но с завершением повелительного шипения погрузился в тяжёлые, тёмные сны.
Когда же Лукас шевельнулся, первым делом он проверил Нейшу. Дыхание девочки-эльфа успокаивалось, сама она будто опадала на смятой постели, а значит — приказ подействовал на весь дом.
Мальчишка-эльф шагнул к Коннору и присел перед ним на корточки. Вновь будто окаменел, проверяя, а потом протянул руку и потрогал окровавленное ухо мальчишки-некроманта, которым тот ударился о боковую панель кровати.
— А говорили — ты очень сильный, — прошептал Лукас.
Всё ещё сидя на корточках, он сверху запустил руку под ворот своей рубахи и оторвал от низки на шее тёмную горошину, отправил её в рот...
Через минуту встал на ноги и, легко, будто всего лишь сложенный плащ, подняв Коннора, закинул его на своё плечо.
Мальчишка-эльф вышел из Тёплой Норы и деловито зашагал к Пригородной изгороди — так легко, словно тело на плече было невесомым... Шёл целеустремлённо и лишь раз дёрнул шеей, когда почудилось, что кто-то позвал его... Калитку он открыл тоже легко, не почувствовав никакого сопротивления защиты. Как и предупредили — тела Коннора на плече будет достаточно, чтобы изгородь его пропустила. И вскоре всё так же деловым шагом направился поначалу к мосту через деревенскую речку, затем — к дороге, ведущей к пригородной реке. Утренние сумерки постепенно вытесняли ясную тёмную синеву уходящей ночи...
...Лайла иногда просыпалась посреди ночи — когда задавала себе зарок проснуться для чего-то, что связано с кухней. На этот раз утро едва только начало притеснять ночь, как девочка-тролль скользнула со своей кровати и, сунув ноги в тёплые тапочки, вышла из комнаты, чтобы поставить в кухне тесто для пирожков на завтрак.
Так же бесшумно она проскользнула мимо лавочки Кама у печки.
Только усмехнулась его похрапыванию и вздохам во сне.
Всё приготовленное на тесто для будущих пирожков уже дожидалось её на кухонном столе. Оставалось лишь согреть воду.
В мгновение, когда Лукас прошипел своё заклинание Сна, девочка-тролль щёлкнула зажигалкой, сконструированной Микой, чтобы зажечь одну из горелок плиты. Руку с горящей зажигалкой протянуть к горелке не успела.
...По требованию Селены, испугавшейся, когда Хаук, начинающий маг огня, однажды едва не сжёг садовую сторожку, когда-то давно стены Тёплой Норы пропитали противопожарным заклинанием. И Селена, и другие обитатели деревни сочли, что этого хватит, чтобы обеспечить неуязвимость дома перед огнём.
Но огонь пожирает не только стены дома.
...Пронзительно дикий визг Люции раздался настолько внезапно, что Колр слетел с кровати и впервые в жизни чуть не упал, споткнувшись.
Всякое бывало: драконишка могла бродить по гостиной, что-то ворча про себя; могла биться во входную дверь, требуя открыть её. По-всякому приходило к ней прорицание. Но чтобы она так визжала!..
Испуганная Аманда обежала кровать, но чёрный дракон уже распахнул дверь в коридор — таким толчком, что едва не снёс её с петель.
Мимо промчался Эрно — и, пока Колр ошеломлённо осматривался, куда бежать, сын уже из комнаты девочки-дракончика закричал:
— Она сейчас выпрыгнет в окно!
Чёрный дракон среагировал мгновенно, чуть только увидел силуэт дочери на подоконнике: посланный сгусток магии сбросил дочь на пол.
Но не заставил замолкнуть.
Непрерывное верещание Люции, её упрямое желание во что бы то ни стало добраться до подоконника... А окно в её комнате смотрело в сторону Тёплой Норы.
Эрно добежал до сестрёнки, только было хотел взять её на руки, но инстинктивно взглянул в окно.
— Тёплая Нора горит!
Открывать оконные рамы Колр не стал — выпрыгнул из окна вместе с осколками выбитого им стекла и бросился на улицу. Здесь он сделал то, чего никогда не позволял себе: совершил оборот посреди деревни.
Не визг Люции.
Страшный драконий рокот заставил содрогнуться деревенские дома и проснуться — их жителей.
Первыми на место пожара примчались маги и совместно со вновь обернувшимся чёрным драконом погасили внутреннее пламя, бушевавшее в стенах дома...
...Впрочем, бушевало оно не слишком сильно и много. Как выяснилось позже, Люция завизжала за минуту до того, как шевельнулись губы Лукаса, чтобы произнести заклинание на всеобщий сон. До того, как щёлкнула зажигалкой девочка-тролль.
Затем вся толпа деревенских жителей, закрыв заклинаниями и одеждой носы от едкого дыма, бросилась в дом.
Огонь-то потушен.
Но дым продолжал своё убийственное дело — в доме, который был подозрительно тих и неподвижен.
Изумление, переходящее в настоящий ужас... Обитатели Тёплой Норы спали в жёстком, магически наведённом сне!
Пока Трисмегист и Ривер с Ильмом убирали-уничтожали в помещениях дым, остальные бегали по всем этажам Тёплой Норы, на руках вынося спящих и задохнувшихся. Сначала суматошно бегали кто куда, вытаскивая детей из продымленного дома. Потом вспомнили, как Селена организовала всех на уборке картошей, и дело пошло быстрее: встали цепочкой — и хотя бы младших воспитанников Тёплой Норы передавали из рук в руки.
В "кабинет" семейных, как и предполагалось, войти никто не сумел. А Колр и не пытался войти через входную дверь в дом и затем через бывшую кабанью веранду. Церемониться не стал. Он просто выбил стекло в окне и впрыгнул вовнутрь личных "апартаментов" Джарри и Селены — передал Стена неотступно следующему за ним Эрно, оставленному вне стен Тёплой Норы. Затем подтащил к разбитому окну сразу двоих, до которых дым почти не добрался, но спящих ужасающе крепким сном. Тибр, мужчина-оборотень, принял безвольное тело Джарри, а с Селеной на руках чёрный дракон выпрыгнул наружу сам.
На улице командовал плачущий, сам того не замечая, Бернар:
— Ясельников — на второй этаж школы! Старших пока уложить в кабинетах на первом этаже!
— Друидов забираю в наш дом! — эхом откликнулся ему Трисмегист. — Одна комната у нас пустует!
Сильно обгорела лишь одна девочка-тролль — Лайла, от вида которой и заплакал старый Бернар. Каму тоже досталось, но не настолько серьёзно: если Лайла стояла на домотканой "дорожке", которая и загорелась первой, то та же "дорожка" "обошла" юного тролля, направляясь к входной двери их кухни в столовую. Внимательно оглядев обоих, Трисмегист успокоительно положил ладонь на плечо Бернара:
— Даже следов на коже не останется. Обгорелые участки исцелим.
Тиграши и её дружка Рыжего во время краткосрочного пожара на кухне не было. Пирату повезло: перед сном процион Нот вытащил его из кухни в столовую, где оба и заснули после игры в догонялки — под столом, куда половички обычно не стелили, да и в самой столовой было мало легковоспламеняющихся предметов.
Главной проблемой оставалось, что не сразу можно было определить, кто из детей только наглотался дыма, а кто — успел и задохнуться.
В деревенскую школу детей переносили только после тщательного обследования.
Когда сбегали за чистыми постельными принадлежностями в новый пристрой, которого не коснулся огонь и в который не успел просочиться дым, но в котором спал поверженный магическим заклинанием домашний Веткин; когда Колр и Трисмегист обошли по второму-третьему разу детей, обнаружили, что избита Космея; ещё раньше, перенося мальчишек-друидов в "домик философов", потрясённый ночными событиями Понцерус обратил внимание, что избит Кадм, найденный почему-то, как и Космея, в комнате Нейши; вот тогда-то, даже в суматохе и в тревоге за жизни детей, пусть и не сразу, но заметили, что кое-кто из обитателей Тёплой Норы исчез. Из деревни.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
