Желание

Услышав легкое жужжание, я обернулась. Дверь мягко двинулась на шарнирах и в купе вошла Берта, ассистенка доктора Крисселя.

Сейчас на девушке не было костюма медсестры. Лишь строгое темно-синее платье, туфли на низком каблуке и аккуратная прическа. Возраст Берты я определить не могла. Скорее всего, она старше. Внешность девушки была самой обычной, даже неприметной. Русые волосы, светлые глаза, немного веснушек и невыразительно лицо.

— Леди Летиция, зачем вы поднялись? — тут же всполошилась она. — Вам нужно немного полежать, пока действие снотворного пройдет окончательно. Доктор Криссель дал слишком большую дозу и вы проспали дольше положенного.

— А сколько я проспала? — мне-то показалось, что не больше часа или двух.

— Сутки с четвертью, — ответила Берта. Подошла ко мне и взяла за руку.— Идемте, я помогу вам вернуться в постель.

— Сутки с четвертью... — эхом повторила я за ней. — И как далеко мы уехали?

— Через пять часов прибудем в Ангресс, на центральный вокзал. Идемте.

Я отпустила край подоконника, который до этого сжимала просто с небывалым упорством, сделала шаг и вдруг ощутила легкое головокружение.

— Вам не нужно было вставать, — снова повторила Берта. — Вы еще слишком слабы.

— Я не хочу снова ложиться, — возразила ей.

— Вам нужно отдохнуть, не спорьте.

— Нет, Берта, я не хочу. Мне нужно поесть.

Девушка коротко кивнула и указала мне на кресло у столика, прикрепленного к полу.

— Простите, — сказала она. — Конечно, вам нужно перекусить. Садитесь, а я схожу и принесу вам что-нибудь из ресторана. Только, пожалуйста, больше не вставайте.

Через несколько минут Берта вернулась, а следом за ней вошел официант в черно-белом пиджаке, с приветливой протокольной улыбкой и подносом с завтраком. Судя по часам, висящим на стене, было позднее утро.

— Приятного аппетита, леди Кастелли, — парень приготовил все необходимое и ушел.

Я взглянула на стол. Шикарно! Такие завтраки раньше видела только в фильмах.

— Как вы себя чувствуете? — спросила Берта.

Ее волнение не казалось мне напускным. Девушка всерьез переживала за меня. Точнее, за то, что со мной не должно ничего случиться. Не знаю, кто я такая, но почему-то все стремятся сохранить и доставить в целости и абсолютной сохранности.

— Доктор Криссель посоветовал мне психоаналитика, — решила начать издалека я. — Что это за врач?

Берта чуть заметно улыбнулась, что несколько скрасило ее лицо.

— Доктор Дженф Сурриан — очень известный психолог. Он специализируется на работе с людьми, пережившими катастрофы. У него три научные работы на эту тему. Даже есть своя теория о том, как меняется сознание после пережитого.

— Вы, кажется, хорошо знаете о нем?

— Да, — Берта заметно смутилась. — Раньше я хотела стать настоящим врачом.

— Что же помешало?

Девушка с искренним удивлением взглянула на меня:

— Я шестой ступени, леди. Стать медсестрой и ассистенткой Крисселя уже большая удача.

Второй раз я слышу о загадочных ступенях и совершенно ничего не понимаю. В этом мире явно что-то не так.

— Я не знала, — только и сказала в ответ.

— Ничего, — Берта кивнула.

— Садитесь, чего же вы стоите?

Девушка снова посмотрела на меня, будто я произнесла несусветную глупость.

— Это будет не слишком удобно, леди Летиция.

Она осталась стоять напротив меня, скрестив руки за спиной.

— Как хотите, — я только пожала плечами и принялась есть.

Честно говоря, делать это при стоящей надо мной Берте было не слишком уютно. Пусть девушка и не производила впечатление надсмотрщицы.

Я все думала об устройстве нового мира. Точнее, о том, что ничего не знаю о нем. Вопрос, как же удалось сюда провалиться, сразу отбросила куда подальше — ответ вряд ли найду.

Спрашивать у своей попутчицы о чем-то не решалась. Если я занимаю какую-то высокую позицию в странной ступенчатой иерархии, не следует выдавать себя. Одно я понимала совершенно четко: здесь нет Марины Скворецкой, есть Летиция Кастелли, которой неизвестно каким образом первой довелось стать.

— Спасибо, — сказала я, завершив трапезу.

На сытый желудок было как-то уютней и спокойней. Во всяком случае, предательская слабость потихоньку стала отступать и руки больше не тряслись.

— Где я могу привести себя в порядок?

Берта указала на дверь в противоположном конце купе.

— Ванная находится там, леди. Извините за неудобства, но билетов в бизнес-класс не было. Надеюсь, ваш отец не будет подавать жалобы, потому что он оплатил путешествие с расчетом, что вы поедете в отдельном вагоне.

Я удивленно выгнула брови, но промолчала.

В отдельном вагоне? Да кто же такой мой отец, что может позволить такую роскошь? Или, здесь бизнес-класс и комфорт выглядят, как отдельный вагон сверхскоростного поезда? Определенно, в этом мире что-то есть. А, может, мне просто повезло, что Летиция Кастелли далеко не бедна, как церковная мышь.

В ванной я, наскоро умывшись, не могла оторваться от зеркала. Девушка, смотревшая на меня оттуда, была и мной и не мной одновременно. Красивая и в то же время чужая. Странное ощущение... По спине так и бегут холодные мурашки.

Как представлю, что осталось в том, моем прежнем мире... что же это я думаю такое? Просто невыносимо! Разве люди оказываются в другой реальности, упав в лужу?

Доказательств этому было предостаточно, включая мягкое белое полотенце на крючке.

— Леди Летиция, с вами все в порядке? — послышался голос Берты. Девушка не на шутку боялась, что с моей драгоценной персоной что-то произойдет.

— Да, все хорошо. Скоро выхожу.

Нехотя я оторвалась от зеркала и вернулась в купе. На столике у входной двери заметила газету — свежую, еще завернутую в целлофан.

Если я понимаю язык обитателей этого мира, значит, смогу и читать. Может, хотя бы это поможет разобраться в происходящем.

Пока Берта беседовала с проводником вагона, зашедшим предупредить о скором приезде в Ангресс, я уселась в кресло и развернула газету. Что-что,а пресса в этом мире ничуть не отличалась. Толстая увесистая пачка тонких листов, остро пахнущих свежей типографской краской, казалась привычной и носила название "Вестника столица". Столица, как я уже успела сообразить, и есть тот самый Ангресс. А семейство Кастелли, то бишь мое, проживает в лучшей его части.

Номер газеты был датирован пятнадцатым сентября четыре тысячи восьмидесятого года. Значит, новый мир ушел в далекое будущее. Или, может, я сама оказалась в будущем? Нет, вряд ли. Названия стран, городов, географические особенности совершенно иные. Я понимаю, что за тысячи лет может поменять многое, но вряд ли настолько сильно, что невозможно узнать собственную планету. Здесь нет и намека на что-нибудь привычное.

"Вестник столицы" сообщал о повышении цен на нефть и руду — я понимала все без исключения, каждое слово. Писали о созыве парламента и новом указе императора. Еще о строительстве металлургического завода на востоке государства и расширении прав четвертой ступени.

Четвертой ступени...

Я закрыла газету и посмотрела в окно. Хвойный лес сменился холмистой равниной, а вдали все еще виднелись заснеженные вершины гор и серые тяжелые тучи, шапками осевшие на них.

Кажется, я начала понимать, что происходит в этом мире. Общество, поделенное на касты. Сколько их всего, пока не знаю, но со временем разберусь. Мне, Летиции Кастелли, кажется повезло родиться в одной из высших, в третьей ступени. А вот моей спутнице Берте, непосчастливилось в шестой.

— Леди Кастелли, Ангресс. Прибываем через десять минут, — сообщил проводник. — Прошу вас собраться.

— Спасибо, — улыбнулась я.

Стоя у окна, обнимала себя руками и то и дело нервно оправляла волосы.

Поезд замедлил ход, въехав в город. Ангресс, столица неизвестной мне пока империи, предстал во всем своем величии. От скромных и даже ветхих лачуг на въезде до сияющих небоскребов в центре.

Здесь царили металл, стекло и блеск. Не было почти никакой зелени. Все здания, скульптуры, строения имели строгие урбанистические очертания, сплошной хай-тек, как назвали бы в моем мире.

Чем медленнее становился ход поезда, тем лучше я могла разглядеть детали. В том числе и людей. Сразу ощущалась разница между ними. Те, кто находились на нижних ступенях, отличались внешне. Строгие темные тона и фасоны в одежде, простые прически — все скромно и однообразно. А те, кто, по всей видимости, стоял выше, были яркими, даже слишком. По-другому не скажешь.

По многоуровневым развязкам дорог мчались обтекаемые гладкие и сияющие как стекло автомобили. В тонированных стеклах отражалось серое небо и невозможно было предположить, кто сидит у руля.

В этом городе все было правильно и идеально — даже небо под стать мрачному серому мегаполису. Возможно, моему новому дому.

Я нервничала, ожидая момента, когда мне придется выйти из поезда. Неизвестно, что ожидает там, за его пределами.

Этот момент все же неминуемо настал и поезд, мягко затормозив на рельсах, остановился.

— Леди Летиция, идемте, — мягко тронула за плечо Берта. — Вас уже ждут.

— Да, конечно, — сказала я и оторвалась от окна.

Вокзал поразил меня. Огромный купол светлого металлического оттенка накрывал собою площадь не меньше футбольного поля. Под ним вокруг сияющих монорельсовых, как оказалось, поездов, мягко замирающих у сигнального столбика, сновали люди. Переходные площадки, стеклянные лифты и передвижные кабинки на магнитной передаче позволяли делать это абсолютно безопасно для себя и движения.

Ступив на перрон, я на мгновение замерла с открытым ртом и стала озираться по сторонам.

— Поезд номер триста сорок восемь, премиум -класса, сообщением Прибрежная Гавань — Ангресс прибыл на пятый путь, платформа номер шесть, — во всеуслышание объявил голос диспетчера.

Я потерялась в шуме толпы. Встречающие, провожающие — сотни людей, сотни ярких красок и запахов. Даже голова закружилась от такого зрелища.

— Летиция, девочка моя! — какая-то женщина в элегантном кремовом костюме, туфлях на высоком каблуке и с прической а-ля Мерлин Монро, вынырнула из толпы и кинулась меня обнимать. — Ты жива, дочь! Какое счастье!

Я похолодела.

Вот так теперь выглядит моя мать. Совершенно непохожа на ту, что осталась в прежнем мире. Сердце тоскливо сжалось в груди.

— Как ты добралась? — спросила женщина, заглядывая мне в глаза. — Я ведь говорила тебе, что такая привычка не доведет до добра!

— Ты устроила изрядный переполох, сестренка, — хитро улыбнулся парень в кожаной куртке и с непонятным рисунком, выбритым на голове. — Паршиво выглядишь, Лети.

Он обнял меня и чуть приподнял над землей.

— А отец? — машинально спросила я. Почему-то очень хотелось посмотреть на человека, способного оплатить целый вагон бизнес-класса.

— Отец уехал на восток. Он очень хотел тебя увидеть, но контракт не мог подождать, — объяснила мама.

— Наша папаша надумал строить еще один завод, — язвительно заметил брат.

— Шен, — мама укоризненно взглянула на него. Он лишь примирительно поднял ладони.

Только тут я заметила, что прочие пассажиры и встречающие обходят нас стороной не просто так. Их не подпускают мужчины в черных костюмах — телохранители.

— Сколько можно тут стоят? — мама взмахнула руками. — Лети, пойдем, нас ждет машина.

— Погоди, — я постаралась перебороть неловкость и страх. — Это Берта, медсестра. Она сопровождала меня из... Прибрежной Гавани.

Мои родственнички оглядели девушку с ног до головы. По глазам Шена стало ясно, что оценил он ее явно не на "отлично".

— Мы очень благодарны вам за помощь, — сухо произнесла мама. — Вы можете пару дней отдохнуть. В нашем доме вам выделят комнату. Следуйте за нами.

— Благодарю, леди Марилен, — тихо проговорила девушка.

Спасибо, Берта. Теперь я знаю, как зовут мою мать.

— Тебе не могли подобрать в провожатые кого-нибудь посимпатичней? — шепнул Шен, когда мы шли по перрону.

— Не командуй. Кто-нибудь из вас мог бы и приехать за мной, — нашлась я.

— Прости, Лети, но такие вещи лучше не афишировать, — невозмутимо ответил брат. — К тому же, это заняло бы больше времени. Мама вообще собиралась выслать за тобой самолет, но отец запретил.

— Почему?

— Лети, детка, личный самолет Кастелли — это чересчур для Прибрежной Гавани. Ты не представляешь, скольким мне пришлось заткнуть рты деньгами, чтобы скрыть твое приключение.

— Но вы прибыли встречать меня на вокзал. Разве нас не узнают?

— Даже если парочка папарации успела нас щелкнуть, здесь нет ничего ужасного. А очередные сплетни вряд ли скажутся на папиных делах — цензура не пустит в ход ни слова.

— Как скажешь, — пожала плечами я.

Абсолютно черный автомобиль, принадлежащий моей семье, хищным зверем подполз к воротам шикарного особняка. Шикарного по местным меркам — все тоже обилие стекла и металла.

Ступив на гладкую плитку, которой был выложен двор, я позволила себе остановиться и окинуть глазами мой новый дом. Здесь наконец-то появилась зелень — дорожку, ведущую к крыльцу обрамляли аккуратно подстриженные кустарники.

— Наконец-то ты дома, Лети, — улыбнулась мама и взяла меня за плечи. -Идем?

Я улыбнулась в ответ, отмечая про себя, как великолепно она выглядит. Интересно сколько ей лет? А Шену? А мне?

Автомобиль не поддавался никакой классификации. Сколько бы я его не разглядывала, не могла подобрать ни одной из известных мне марок. Мучить себя таким безнадежным занятием я продолжала лишь с одной целью. Понять и удостовериться в том, где я нахожусь. Если это далекое будущее моей родной Земли, то машина может быть продуктом одной из известных марок. Само собой очень усовершенствованным.

На протяжении всего пути домой, я старалась ничем себя не выдать. Как бы то ни было, лучше мне пока оставаться Летицией Кастелли.

Берта поехала с нами. Правда, ее усадили во второй автомобиль, более громоздкий и тяжелый, больше напоминающий джип. Мама отпустила колкое замечание по поводу шестой ступени и неприемлимости подобных людей в нашем окружении. Я, конечно же, промолчала, не понимая совершенно ничего в здешней иерархии.

Внутри дом поразил меня не меньше, чем снаружи и я снова ощутила, как перехватывает дыхание, но сумела взять себя в руки.

— Летиция, ты бледна, — обеспокоенно сказала мама. — Тебе надо отдохнуть.

— Да, — я согласно кивнула. Потрясений на сегодня и так предостаточно. — Очень хочется прилечь.

Прилечь — идея прекрасная. Только вот куда? Я знать, не знаю, где моя комната. Тем более, в этом царстве бежевого, кремового, синего и белого, среди роскошной мебели, я сразу же растерялась.

— Шен, — леди Марилен оказалась прозорлива. — Проводи сестру в ее комнату. Мне кажется, нашей Лети самой туда не дойти. Отдыхай, милая, теперь ты дома.

Она поцеловала меня в щеку, ласково обняла и оставила заботам Шена, удалившись куда-то по своим делам.

Брат по-сво йски взяла меня за плечи и притянул к себе.

— Как я уже говорил, Лети, выглядишь ты ужасно. Обязательно переоденься во что-нибудь приличное, иначе... я приму тебя за нищенку седьмой ступени.