Лорд Дан

Подземный ход пришлось копать в другом месте, а это помещение строители соединили с подвалом широким проходом, стены которого облицевали каменной кладкой.

Сначала алтарь никак себя не проявлял. Но Даруг догадался принести в жертву пару преступников из своих владений. Их всё равно он приговорил к смерти. И было за что!

Он понял, что этот нож — жертвенный. Но долго не решался взять его в руки. И когда решился, то ощутил прохладную рукоять... да пальцы немного покалывало... потом и это прекратилось.

Кинжал оказался непростым. Он непросто убивал... он ещё и высасывал жизненные силы из жертвы, и не только... В конечном итоге от жертвы оставалась крохотная кучка пепла. И ещё... кинжал щедро делился силой с хозяином. Естественно, большая часть доставалась алтарю. Да и сам алтарь непрерывно собирал силу из окружающего пространства. Поэтому маг запретил своим людям даже приближаться к нему. Ведь стоило переночевать рядом с алтарем, от человека бы осталась высохшая мумия. Зато сам маг мог пользоваться силой алтаря. И теперь серьезное колдовство маг проводил с использованием алтаря.

Заскрипела дверь, и в комнате появился Энруг, старший сын и наследник барона. Маг поморщился, своего старшего отпрыска он не любил. Энруг вообще не был похож на мага, в отличии от других детей, а самое неприятное — он не был магом. Да и умом он тоже не блистал. Зато здоровья у него хватило бы на пятерых. Здоровый... плечи не обхватишь... не зря его, за глаза, называют кабаном. Да ещё и маленькие... хитрые глазки.

Маг не был дураком, поэтому он сразу заподозрил, что это не его сын. Он уловил некоторую схожесть с капитаном стражи замка. Маг не стал долго разбираться, от капитана осталась кучка пепла, А жена барона, посмотрев на остатки любовника, сразу покаялась, бросилась умолять и просить прощения. Всё же маг был добрая душа... простить не простил, но пообещал, что следующий раз будет последний. Короче... дал ей шанс.

Всё же наследственность проявилась. Парень оказался наглым хамом, любил хорошо и много поесть, уже стал баловаться вином и затаскивать к себе в постель молоденьких служанок и рабынь. Ему нравилось избивать слуг, служанок, рабов и крестьян... просто так. И спокойно мог покалечить, и даже убить тех, кто ему не угодил. Магу это не понравилось, поэтому пришлось его слегка наказать. Внушение воздушными плетями и Энруг напугался, прекратил напиваться и приставать к служанкам и рабам. И перестал грубить отцу... но затаил обиду и неприязнь.

У мага было ещё два сына— близнеца, которые уже точно были его детьми. У них рано проявились способности, и, в соответствии с указом короля, маг сразу же отправил их учиться в магическую школу в соседнем городе. Но там они пробыли недолго, как очень перспективных одаренных, их забрали в столицу. И теперь они обучались в Академии. А жена мага... как-то она незаметно исчезла. Всё же маг не простил её. Да и она сама... ведь маг предупреждал её, что тот случай — последний. Исчез тогда и очередной капитан стражи, высокий красавец.

— Ну... — проскрипел Даруг, — Тянуть не будем, будем делать, как договорились. Мальчишку, наконец, нашли. Сейчас мы идем к алтарю. Я там провожу обряд. Если всё получиться, то старое тело похоронишь, как положено. А меня, в теле мальчишки, сразу отправишь в город. И только до городских ворот. Там я сам доберусь. Так что сегодня ты станешь хозяином замка. Управляющий в курсе всех дел, долгов нет, с налогами я рассчитался... так что проблем первое время у тебя не будет.

Он тоненько хихикнул, Энруг недоуменно посмотрел на него. И что тут смешного?

— Ну ладно. Вроде бы с тобой всё обговорено. Иди вперед!

Даруг слегка побаивался сына, у того может хватить разумения как бы случайно толкнуть мага вниз по лестнице. Но Энруг не осмелился.

Даруг с трудом отдышался, прижимая к себе толстую книгу. Хоть и пришлось спускаться, а не подниматься по лестнице, всё равно ему было тяжко. Обратно бы он уже не поднялся. А заставить нести себя прислуге... такое унижение старый барон себе не мог позволить.

Книгу он не доверил даже своему сыну. Кстати, открыть эту книгу мог только сам Даруг. Для всех остальных... книга просто не открывалась. Как будто она была сделана из сплошного куска крепкого дерева.

Впрочем, маг ему и так не доверял. Только вот деваться ему было не куда. Надеялся он только на способности мальчика. И на то, что в теле мальчика он сможет колдовать, а, значит, сможет приструнить сына.

Впрочем, от Энруга много и не требовалось. Только отправить мальчишку после обряда в город, до городских ворот. Маг не желал, чтобы Энруг знал, где он остановиться. И всё... замок оставался Энругу, и пусть он сам разбирается со всеми проблемами. Даруг усмехнулся, проблемы у сына будут.

На поверхности алтаря выбито изображение огромного знака, напоминающее то ли цветок с острыми лепестками, то ли странную птицу.

Маг подошел к алтарю, и положил на него руку. Камень потеплел под рукой, ладонь заметно закололо. Узнал! Иногда магу казалось, что алтарь разумен. Даруг почувствовал прилив сил. Это от алтаря...

Рядом с камнем — трое связанных рабов... грязные, тощие, похожие на зверей. Энруг купил их, довольно дешево, в городе, специально для этого действия. Для работы они уже не годились, только в качестве жертв. Колдовство требовало крови... это тебе не светлая магия! Даругу хоть и жалко было этих бедняг, но заклинание в книге требовало не менее трех жертв, и обязательно человеческих.

Дор, старый слуга барона, притащил привезенного мальчишку, и бросил его на пол перед магом. Почему-то он был уверен, что мальчишка тоже жертва, и поэтому особо с ним не церемонился. Мальчишка зашевелился, закашлял надрывно и попытался сесть, но не смог. Дор наступил ему на грудь. Даруг поморщился, ему не понравилось, как тот обращается с его будущим телом.

— Аккуратнее, это же не мешок с дерьмом. Это ребенок! И убери ногу! — повысил голос маг. Дор нехотя отошел, недоуменно глядя на мага. И чего орать из-за этого полудохлого шенка?

— Вы хоть его покормили? — проворчал маг, недовольно разглядывая тощее тело мальчишки. Глаз не видать, парень весь в синяках, и ребра, скорее всего сломаны. Рука странно изогнута... тоже сломана. Хорошо хоть зубы вроде целы. Ну ничего, перейду в него, сразу всё залечу. Алтарь рядом, силы хватит.

— Кто его так? — резко спросил Даруг.

— Его таким привезли! И мы покормили его, господин барон! — непринужденно соврал слуга, нагло поглядывая на мага, и чуть-чуть показывая поклон. И покосился на Энруга.

— Врёт ведь, ублюдок! — догадался Даруг, но промолчал. Дор в последнее время стал странно себя вести. Давненько маг его не наказывал, всё силы экономил. Ну... а сегодня можно, напоследок, чтобы не забывал, кто в этом замке хозяин.

Даруг повернулся к Дору, и просто щелкнул пальцами. Что-то невидимое ударило слугу, Дор отлетел на пару шагов, и поднялся, ошеломленный и испуганный. Он сразу вспомнил, что старый маг может уничтожить его, едва пошевелив пальцем.

— Снимите с него эту тряпку! Кладите его на алтарь! Осторожнее, у него рука сломана. Руки и ноги в петли. — проскрипел раздраженно Даруг. Давно он так не злился.

Дор содрал рубашку с мальчишки , небрежно забросил тощее тело на алтарь, привязал руки и ноги. Мальчишка почти не реагировал на всё это, находясь в полусознательном состоянии, только едва шевелил глазами.

А дальше начался обряд. Энруг и Дор хватали по очереди рабов, подтаскивали их к алтарю, Дор резал вены, и они поливали кровью из тела контуры изображение цветка вокруг мальчишки. Дор убивал ударом в сердце использованного раба, откидывал к стенке, затем они брали следующего. Линии цветка должны были все залиты кровью. Энруг так и делал, равномерно заливая канавки. И только за мальчиком, там, где маг не мог видеть изображение, он, переглянувшись с Дором, намеренно оставил часть канавки сухой. Не смотря на всю его тупость, он сообразил, что может нарушить обряд. Только что из этого получиться, он даже не предполагал.

Через некоторое время цветок на алтаре засветился ровным красным цветом. И маг начал читать заклинание, положив руку на лоб ошеломленного мальчишки. Цветок стал менять окраску, по нему побежали разноцветные полосы, но маг, уставивши в книгу, ничего не замечал, продолжая произносить странные и незнакомые слова древнего заклинания.

Вот и последнее слово... в комнате будто похолодело, цветок ярко вспыхнул, теперь уже было видно, что он дефектный, не хватало одного лепестка... на этом месте было черное пятно, но маг этого уже не видел. Он схватился за сердце и рухнул у алтаря. А мальчишка жутко задергался в путах, тоненько закричал ... и тоже затих.

Энруг переглянулся с Дором. Слуга наклонился к своему старому хозяину, потрогал его, затем выпрямился.

— Сдох. — равнодушно сказал он Энругу. Тот радостно заулыбался, но тут же вспомнил про мальчишку и нахмурился.

— Посмотри на него! — скомандовал он слуге. И чуть не добавил. — Добей его!

Но сдержался, замер в ожидании, когда мальчишка придет в себя. Но тот не шевелился.

— По-моему, и этот готов... — тихо пробормотал слуга, внимательно осмотрев и потрогав мальчишку. — Не дышит... и сердце вроде не бьется.

Дор ничего больше не сказал Энругу, не понимая, что здесь происходит. Но мальчишка, хоть и не дышал, сильно изменился. Пропали синяки и ссадины, рука уже выглядела нормально.

Энруг сильно вздохнул, возбужденно потер руки. Он понял, что обряд не удался, старик и мальчишка сдохли... а значит он теперь здесь хозяин. Барон Энруг! И он быстро наведет здесь порядок. Старый маг уж сильно избаловал это быдло!

У него сразу прорезался властный голос.

— Старика приготовить к погребению. Мальчишку в мешок, вытащишь через подземный ход, и закопаешь в лесу. На всякий случай, отрежь ему голову. И ещё... найди Ориша, управляющего, отбери у него знак власти, набей ему морду, и посади его в подвал. В цепи! А ты будешь вместо него. И объяви всем, что я теперь здесь хозяин.

Энруг, не оглядываясь, поднялся по лестнице, и отправился к себе. В своей комнате он налил из припрятанного кувшина полный кубок вина и залпом выпил. Скрываться теперь ему было не от кого. И запрещать немного выпить тоже некому. Делай что хочешь. Энруг был счастлив. Наконец то, о чем он так долго мечтал, сбылось. Он здесь хозяин!

Дор остался один. Он не был посвящен в этот ритуал, ему было непонятно, что здесь происходило. Дор был уверен, что мальчишка — это очередная жертва, но не понял, почему маг его не зарезал, как делал с другими жертвами. Да и сам маг умер как-то неожиданно.

Дор не боялся молодого хозяина. По сравнению со старым магом это был щенок. Поэтому он и не спешил выполнять его последнее распоряжение. Тащиться с тяжелым мешком по узкому ходу, а потом, под дождем, по грязи... Дор криво усмехнулся. И что за почести этому дохлому щенку?

И он отправился искать себе помощника. Теперь все в этом замке, кроме, естественно, хозяина, были в его подчинении.

Довольно удачно ему навстречу попался управляющий замка, толстый коротышка с надменным лицом. Дор, с великим наслаждением, сорвал с его груди знак власти, и принялся избивать бедного коротышку , не обращая внимания на окружающих.

Вокруг стал собираться народ, появился даже капитан стражи замка с несколькими стражниками. Но все они молча наблюдали за этим действием, даже не пытаясь вмешаться. Всем всё стало ясно.

Когда Дору надоело, он распорядился запереть управляющего в подвале. Стражники, по знаку их капитана, безмолвно, утащили толстяка вниз.

В окружающей толпе Дор обнаружил Кеника, молодого слугу Энруга. И тут же поручил ему избавиться от мальчишки.

Кеник, молодой деревенский парень, только недавно появился в замке. И его сразу приставили к сыну барона. Старые слуги не жаждали служить у молодого хозяина. Никто не хотел выносить его дурной характер и его тяжелые кулаки.

Кеник не стал противиться, нашел в кладовой мешок, и вместе с Дором спустился в подвал. Мальчишка всё также, не шевелясь, лежал на алтаре. Кеник сложил его пополам и затолкал в мешок.

— Я тебе покажу вход в подземный ход. И не вздумай про него кому-нибудь ляпнуть! Голову сверну! — пригрозил Дор, — Хватай мешок!

Вход был замаскирован пустыми бочками из под вина, небольшая, но очень прочная дверь, даже без замка, но с крепким засовом. Так что снаружи пробраться в замок было затруднительно.

Дор ушел наверх, а Кеник отодвинул бочки и открыл дверь подземного хода. Возвращаться он собирался тем же путем, поэтому только притворил дверцу. Освещая себе путь светильником, прихваченным со стены подвала, упорно потащился по узкому лазу.

Подземный ход заканчивался в небольшом овраге. Выход немного осыпался, зарос кустарником и высокой травой, ведь им практически не пользовались. Поэтому Кеник с трудом выбрался из него, весь в грязи, исцарапанный и ободранный.

Дождь так и не закончился. На дне оврага — лужи, ноги скользят по грязи. Поэтому Кеник далеко и не пошел. Десяток шагов, не более. Но только сейчас понял, что копать ему нечем. Кеник даже нож забыл, и теперь гадал, чем же теперь отрезать мальчишке голову.. А приказ был однозначный — отрезать. Ни свернуть ему шею, не разбить голову камнем, даже не задушить, а именно — отрезать.

Кеник походил по оврагу, но ничего подходящего он так и не нашел. И решил вернуться за инструментом в замок. А чтобы не тащить мешок, он решил его припрятать. Пробежался вдоль стенки оврага... нашел небольшую ямку, бросил туда мешок и присыпал ветками и опавшей листвой.

Кеник выбрался из оврага, решив, что быстрее ему будет вернуться через ворота замка. Да и залазить обратно в эти колючие кусты, что закрывали вход в подземный проход, ему сильно не хотелось. Что он и сделал. Только немного поругался с привратником, которому было лень выходить под дождь и открывать калитку.

В замке он не успел даже найти себе инструмент. Во дворе Кеник наткнулся на пьяного Энруга. Новый хозяин замка, увидев своего слугу, решил тот отлынивает от работы и просто болтается по замку. И, не долго думая, засветил бедному парню в глаз. Но слегка перестарался, Кеник отлетел от нового барона, ударился головой в каменную стенку, упал на землю, и затих, потеряв сознание. Энругу это не понравилось, он заорал на него:

— Встать! Как ты смеешь валяться передо мной?

Кеник не отвечал, и Энруг разозлился ещё больше. И он стал пинать его, стараясь больше попадать по лицу и голове.

Дор, увидев эту картину, вмешиваться не стал, так как не знал, за что наказывают Кеника.

Наконец новому барону это надоело, и он, шатаясь, отправился в свою комнату, где его ждал очередной кувшин с вином.

Слуги побоялись трогать бедного парня, неизвестно, как на это посмотрит новый хозяин. И Кеник остался лежать под дождем, во дворе замка. Только, когда стемнело, Дор приказал утащить его в комнату для слуг. Его бросили на кровать, и всё... лечить его было некому. Обычно этим занимался старый маг... а теперь его уже не было.