Волшебный Лес

— Эй! — заорала она не своим голосом, — Конокрад!

Мужик, являющийся варваром Дуком Ярым, на мгновение притих. Конокрад. Таким словом в этих землях не пользовались. Девушка явно была родом из Империи Солнца.

— Тебе какое дело, имперское отродье! — зло ответил он, рассматривая ее.

Кира не любила, когда издеваются над лошадками. Ей было наплевать, чей это был конь, но обижать его никто не имел права. Кира разозлилась. Она достала свои ножи.

— Да я тебя размажу как гриб! — захохотал варвар, снял с пояса бумеранг и ловко запустил его в Киру.

И удивился. Удивился тому, как ловко она отпрыгнула, и как бумеранг врезался в землю. Кира в два счета оказалась рядом с ним и по-кошачьи запрыгнула на него, пытаясь свалить его на землю и вонзая ему в бок ножи. Свалить на землю сто двадцать килограмм веса у нее не получилось, но серьезно ранить удалось.

Ярый скинул с себя легковесного противника, чувствуя острую боль в левом боку. Кира упала на руку и сильно ушибла ее. Огромным усилием воли варвар рубанул саблей по воздуху. Попал он или не попал — было уже все равно. Более того, он стал явно ощущать, что было уже больно от одного ее присутствия. Ничего не понимая, он подстегнул лошадь, безумно захохотал и поскакал от нее прочь.

* * *

* * *

— А один раз я столкнулась с гарпией! — прервала нерадостные воспоминания Киры Агнесса, — Вот этого я точно никогда в жизни не забуду. Она хотела украсть моего ребенка, когда он играл во дворе. Но я вовремя заметила ее и метнула в нее поленом, прям в ее лохматую башку!

* * *

*

Кира содрогнулась при упоминании об ударе в голову. После того как она в первый раз схватилась с варваром, она набрела на небольшое поселение у холмов. Между прилеском и холмами текла речка с мостиком. Мост вел на дорогу к холмам, где и жила семья охотника Янга.

В речке неторопливо плавали рыбы. Просто стаями. Кира спрыгнула вниз в воду и достала ножи, чтобы поймать несколько рыбин. Стояла она под мостом, и не мудрено было услышать торопливый топот лошадей. Через секунду она услышала знакомый сумасшедший хохот. Неконтролируемая ярость снова зашипела в ней.

Кира незаметно и осторожно высунулась из-за моста и увидела как двое кавалеристов в гербовых плащах загнали на мост того самого мужика, которого она ранила. Теперь мужик к тому же был сильно ранен в руку стрелой, обломок которой у него торчал из открытой раны.

Кира фыркнула, нашла в воде увесистый камень и вышла из-под моста. Пока на мосту происходила непонятная возня, она прицелилась и метнула камень. И очень обрадовалась, когда попала варвару в висок.

Дук закричал от боли и свалился с коня.

— Хватай его, Лео! А я посмотрю кто там в реке! — скомандовал один из кавалеристов.

Он слез с коня, и, натянув тетиву внушительного лука, подошел к мосту.

— Что? Что не так то? — развела руками Кира, показываясь ему.

— Медленно выходи сюда, барышня! — скомандовал солдат, — И отвечай, кто такая, и что ты здесь делаешь!

Кира вышла на землю и подошла к нему. Теперь она разглядела, что это был не простой солдат — его плащ держался на серебряной броши в виде гербового щита. А это означало, что он был офицером. Больше Кира ничего не могла о нем знать, так как офицер был в закрытом шлеме.

Второй, которого офицер назвал Лео, уже связал варвара и теперь обыскивал его тело.

— Я кинула в него камень, так как он мне не нравится. Утром я уже встретила его на северной дороге, встреча была не из самых приятных, — ответила Кира, — И в результате нашей встречи я ушибла руку, а у него в боку две дырки. Можете сами в этом убедиться.

— Так и есть, в боку у него два глубоких пореза, — подтвердил Лео.

Лео был очень благородного вида и просто располагал к тому, чтобы рассказать ему все про все. Уже на интуитивном уровне, девушка вдохнула воздух рядом с собой, разбирая на части запахи. "Нет, этот Лео какой-то не такой", — сделала вывод она.

Офицер снял шлем. Кира удивилась. Как будто где то раньше она его видела. Тот тоже всмотрелся в ее черты лица.

— Тебя как зовут то?

— Кира.

— А... ладно. А я офицер Крайс Бенг.

— Вы — люди лорда Корвинуса?

Офицер улыбнулся:

— Да, это мы. А почему ты спрашиваешь?

— Я ищу лорда Корвинуса. У меня для него срочное послание от Санчо с шахт.

Крайс Бенг нахмурился. Девушка заметила, как он внутренне насторожился. Бенг попросту не любил вот таких вот "срочных сообщений" от толстяка Санчо. Обычно ничем хорошим такие послания не заканчивались.

— А вексель у тебя имеется? — деловито осведомился офицер.

Кира достала бумаги. Развернула и послание, и вексель, показывая его Крайсу и Лео. Крайс кивнул, достал кошелек, раскрыл его, пересчитал.

— Тут 12 золотых. 2 будет от меня лично за содействие в обезоруживании опасного бандита. Оставляй мне послание, и вексель разорви напополам. Одну половину оставь себе, другую отдай мне. Так лорд Корвинус будет знать, что я выплатил тебе награду. О, послание магическое! — немного по-ребячески обрадовался офицер, — Значит, его прочитает лично лорд Корвинус.

Кира, поразмыслив, так и сделала, получив свою награду. Рука начала снова ныть. Офицер тем временем с помощью Лео перекинул бессознательного варвара на лошадь и крепко обмотал веревками, чтобы он не упал.

— Лео, отведи всех коней к дому лекаря Ноймана, надо осмотреть Небесного, а я пойду следом.

Симпатичный рослый молодой парень кивнул и натянул поводья, ведя за собой коней. Кира еще раз незаметно пронаблюдала за Лео. В свете солнца этот человек казался просто олицетворением благородной силы. Солдат должен был вызвать чувство какой-то защиты у девушки, но этого не произошло. Вместо чувства защищенности интуиция предложила ей незаметно уйти. Кира удивилась. Когда Лео отошел от них, Крайс склонился к ее уху и тихо спросил:

— Как сейчас обстановка в Империи?

Девушка застыла.

— Ты не из этих мест. Внешность у тебя не здешняя. Здесь мало светловолосых барышень даже среди крупного и мелкого дворянства. И еще — ты взяла поручение от Санчо, значит, ты не знаешь этого старого жука. Иначе ты ни за что бы не стала искать лорда Корвинуса, чтобы передать ему бумаги. Здешние ненавидят Санчо, и в жизнь не согласятся передавать какие-то бумаги даже с векселем. Что привело тебя сюда?

— Я направляюсь в другую страну. Жить. Навсегда.

Крайс Бенг какое-то время подумал и махнул рукой.

— А, иди себе своей дорогой. Тут все еще ходят такие как ты, кому удалось сбежать из Империи целыми. Если удастся — выйдешь тропами около Западного леса к Пограничным землям, а оттуда до Чудовья три дня пути пешком.

Кира удивилась, почему нельзя идти сразу же через поместье лорда Корвинуса, но офицер уже ушел вперед, и спросить она не успела. Она увидела, что недалеко от реки на холме стоят жилые дома.

Как только Кира стала подниматься по широкой протоптанной тропе, внизу послышалось какое-то копошение. Она обернулась и увидела маленького мохнатого человечка. Человечек смотрел на нее в упор острыми глазками и медленно раскачивался.

— Не разговаривай с человеком в очках! — вдруг обиженно вскрикнуло странное создание.

— Что? — переспросила Кира.

И поняла, что разговаривает с воздухом. Видение исчезло. Как будто и не было никого.

Следующее мгновение заставило девушку вскрикнуть и схватиться за руку. Тонкий острый шип вонзился ей в плечо. Еще через мгновение из ближайшего дома выскочил высокий черноволосый мужчина с большим луком и стал смотреть в небо. Кира огляделась и тоже подняла глаза.

Высоко над землей в воздухе висела гарпия. Черная, как ворона и злая, как черт. Гарпия вытянула вперед руки и на землю, почти у ног Киры, воткнулись три острых шипа.

Охотник выстрелил. Стрела попала в бок твари. Но, вместо того, чтобы упасть на землю, гарпия захохотала и улетела.

Охотник выстрелил ей вдогонку, но промахнулся. Поморщившись, он пошарил глазами по низкой траве. Ни одной стрелы, которая чудом бы могла вернуться в колчан, он не увидел. Еще раз поморщившись, он спешно подошел к Кире.

Прежде, чем она успела что-то сказать, охотник бесцеремонно осмотрел ее рану и тяжело вздохнул.

— Меня зовут Янг, — кратко представился он, — Я — свободный человек, охотник. А ты кто?

Кира помедлила. Почему-то вспомнила про свиноежей.

— Я — Кира. Иду в Пограничные земли.

— Ну, может быть, ты правильно идешь, — засмеялся Янг, — но ты далеко не уйдешь, если не обработать отравленную рану. Пошли ко мне домой, моя жена хорошо справляется с такими вещами.

Вот так она оказалась в доме охотника, выслушивая рассказы Агнессы о ее подвигах против враждебных мистических сил.

Кира даже не вздрогнула, когда Агнесса в очередной раз перетянула ей руку. Она поняла, что, размышляя над событиями, она пропустила какой-то из рассказов Агнессы.

— Вот так я и разобралась с этим тучным лицемером Санчо, — завершила очередной рассказ жена охотника.

4. Сияние

Рано утром Кира ушла из уютного теплого дома, чтобы пройти наконец-то в Пограничные земли. Впечатления об этих странных местах оставили в ее памяти неприятный осадок. Даже когда она убегала по лесам Империи — никто никогда не нападал на нее, не насылал видения, не отравлял ее шипами.

А смогли бы ее вычислить в Империи и предать суду? Наверное, смогли бы. Но не сразу. Она бы еще смогла много раз побывать в родном доме, много раз бы сходила на охоту с отцом и много раз бы слушала наставления матери.

В ее родном крае все было иначе. Никаких свиноежей и гарпий там не было. Были только города, деревни, широкие реки, леса и степи. И нигде никто не нападал на людей с воздуха.

Зато была другая опасность — люди. Ничто так не портило имперцев, как сами имперцы. Магии там не было. Но было достаточно людей, которые все так же яростно искали и искореняли магию, как и с первой религиозной войны. Обвинить в магии было достаточно просто — с помощью еще более древней магии. Да, искоренители темных сил не чурались использовать в своей борьбе полезные магические вещи.

Сакрахам — так назвался камень, выявляющий магию. Сакрахам был у каждого имперского человека, состоящего на службе. От солдатов до военноначальников. Сакрахам — магически созданный камень кем то очень давно — работал предательски для остальной магии. Обычно камень прикладывали к виску обвиняемого в магии. И, если глаза предполагаемого мага начинали светиться фосфорическим зеленым светом, значит, магия была обнаружена. Тогда обвиняемого ожидало заточение, суд и казнь.

Из воспоминаний ее вытащил странный звук, похожий на треск сухих веток. Кира быстро вытащила ножи и остановилась, согнув колени и выставив ногу немного вперед. Из Волшебного Леса на нее стремительно мчался уродливый кабан, с колючками на спине.

— Свиноеж, — безрадостно подытожила девушка и быстро огляделась.

Никого в округе не было. Помощь звать было без толку. Но, вместо отчаяния, в глазах Киры засветился веселый огонек. Свиноеж остановился в пяти метрах от нее, как вкопанный. Хищник удивленно уставился на Киру. Киры он уже не видел. Перед ним, готовясь к прыжку, стояла огромная черная кошка. Ростом с теленка, не меньше. В хищном оскале кошка демонстрировала свиноежу свои клыки. А ее клыки были куда больше, чем у редких местных рысей. Глаза кошки светились белым сиянием.

Свиноеж подумал с секунду, резко развернулся и только хотел бежать обратно... Но загадочная кошка уже мягко опустилась в прыжке перед ним и приготовилась к атаке.

— Не тр-р-р-ога-а-ай Бунга, — сказал уродливый кабан.

Будь Кира сейчас в обличье человека, она расслышала бы только невнятное хрюканье. Но, когда она обращалась в Котище — все ее восприятие менялось. Бунг — а именно так звался напавший на нее свиноеж — топтался на месте и не знал, куда деться от опасной кошки.

— Зачем напал на меня? — спросила Кира, угрожающе надвигаясь на него

— Еда, — изумленно ответил Бунг.

Для него было странно нападать на нее ради чего-то еще.

— Мы нападаем, чтобы есть. Ты тоже. Все нападают, чтобы есть.

— Уходи обратно в лес. И не нападай на меня больше. Иначе я вырежу всех вас, от кабана до поросенка.

Бунг недовольно хрюкнул и понесся обратно в Волшебный Лес. Кира убедилась, что он скрылся, и приняла свой обычный вид.

Торопливо подбирая свои вещи, она между делом оглядывалась по сторонам.

Способность обращаться в кошку была у нее в крови. Так как она родилась Котищем в семье людей. Вероятно, кто-то уже рождался среди родственников ее родителей с такими необычными способностями. Но отец Киры свято верил в то, что рождение дочки-кошки — светлый дар, посланный богами как подарок судьбы. Увлекающиеся изучением магии и науки люди называли таких, как Кира — человек с Даром Зверя.

Кира вспомнила, как он не хотел отпускать ее. Как он хотел оберечь ее от возможного вреда. Но, в то же время он четко знал, что как только наступит ежегодная Проверка всех жителей Империи — их сразу же раскусят. Ему часто снились кошмары, как будто в его дом приходит сам приказчик Залесья с сакрахамом в руке и прикладывает его к виску Киры. Как потом Киру тащат на виселицу сквозь толпу религиозных фанатиков. И, хоть он и знал, что это вряд ли произойдет — ему всегда было жутко, когда он слышал стук копыт от чужих коней.

Кира сбежала, уже будучи самостоятельной взрослой девушкой. Все ежегодные Проверки ей удавалось избегать — она просто никому не показывалась на глаза. Никто, обычно, и не догадывался, что у счастливой семейной пары есть ребенок.

А если б догадались — пришлось бы туго не только Кире. В колдовстве обвинили бы и ее родителей. Ведь ребенок, выросший из младенца во взрослого молодого человека за столь короткий срок в три года — неслыханное дело! То, что в другом месте стало бы чудом, в Империи считается государственным преступлением.

Кира грустно опустилась на траву. Свиноежи убивали, чтобы прокормиться. А люди убивали иначе. И на каждое убийство у каждого человека была особая причина. Причина безнравственная и эгоистичная.

Свиноежи бы, к примеру, вряд ли стали убивать других свиножей, чтобы провозгласить новую религию свиноежей. Эти уродливые кабаны даже не задумывались о том, что убивать надо для того, чтобы поддерживать страхи среди других животных.

Им вообще было наплевать на великие благие цели. Они просто жили, чтобы жить. Охотились, чтобы есть. Кто их такими создал, Кира не знала, но сейчас свиноеж казался ей куда более невинным, чем высокопоставленный имперец с сакрахамом в руке.

— Кошка, не надо грустить, — услышала она знакомый голосок, — Ты же все равно найдешь дорогу в свой дом.

Мохнатый странный человечек, похожий на ребенка, сидел рядом с ней на камне, свесив ноги, покрытые густой шерстью.

— Но мне нравился мой дом, — пожала плечами Кира.