Операция "Мстя"

— Хай, чувиха...

Я застыла изваянием, а передо мной нарисовался, кто бы мог подумать, Кейн Кросс...

— А тебя не узнать, — продолжил он, — И куда делась та чумовая неформалка?

Издевается, подумала я, а глянув в его глаза, поняла — точно издевается.

— Простите. Вы меня, наверное, с кем-то перепутали? — решила пойти в несознанку я.

-Ага, как же, перепутал, — улыбался парень и так сочувственно закивал мне, мол ври, ври деточка, а я постараюсь сделать вид что поверил. — Побольше ври, лапуля, — продолжил он, — и возможно я поверю. — Но вот только за дипломом ты выходила, а вызывали Аданиту Штар, — и щелкнул меня по носу...

— Ты здесь один, или с кем? — спросила я, видя, что притворятся бесполезно, и почему-то начала нервно оглядывать зал.

— Или с кем... — прикалывался надомной парень, а увидев вопросительный взгляд, сжалился и сказал. — Мы тут всем семейством. А вот, кстати, и они, пришли поздороваться с твоей маменькой, — а это уже прошептал на ухо и развернулся, вместе со мной в их сторону.

Черт, черт, черт... И чего их принесло? Не сидится некоторым дома. Но увидев удивленные взгляды, направленные в мою сторону, улыбнулась и сказала.

— Здравствуйте.

Три пары глаз рассматривали меня с удивлением и недоверием, и я могла их понять. Мне стало так стыдно, что я опустила глаза и не знала куда деться. Выручил меня Кейн.

— Пойдем, потанцуем, — сказал он и протянул мне руку.

Я ухватилась за нее как за спасительный якорь и рванула на танцпол, протащив парня на буксире за собой.

— Полегче, — ухохатывался он, — это я вообще-то должен тебя тянуть, а не ты меня, я же пригласил.

-Да мне все равно, ты или я, — возразила ему, — лишь бы подальше от твоих родственничков.

— Ты их так боишься? — задал он вопрос, тут же становясь серьезным, и увидев, как я покраснела, с улыбкой выдал. — Да тебе стыдно!

— Да, — психанула я. — Мне стыдно. Надеюсь, пока мы танцуем, они отойдут и забудут о моем существовании.

— Я бы на твоем месте на это не рассчитывал, — произнес он, глядя куда то поверх моей головы. — Мой братик сделал на тебя стойку, как только ты вышла за дипломом, и все это время не выпускал из виду, что для него не свойственно, — задумчиво произнес он.

Я в недоумении уставилась на Кейна, но этот паразит только мне загадочно улыбался и томно вздыхал. Когда закончился танец, он проводил меня к матери, рядом с которой стояла вся его семейка и мило болтала.

— Нита, деточка, а куда тебя распределили после академии? — задал мне вопрос Эдвард Кросс.

— Я не знаю. Произошла какая-то путаница с моими бумагами и мне сказали, что сообщат и пришлют документы только в понедельник, — ответила я ему. А он посмотрел на сына и ухмыльнулся. И тут как назло зазвучал вальс.

— Разрешите? — протянул мне руку Алексиас Кросс. Мне было неудобно отказаться и пришлось ее принять.

Мы вышли на танцпол, и он, положив свою руку на талию, повел меня в танце.

— Нита, я удивлен, — произнес он. — Такие радикальные перемены, и за такое короткое время. Я, признаться, поначалу вас и не узнал. Та разряженная кукла, которая была на обеде и то, что я вижу сейчас, — совершенно разные люди, — продолжил он вкрадчиво. — Что такого могло случиться, что изменило вас таким коренным образом? — задал он вопрос, на который мне нужно было ответить.

— Что... я... ну... — начала мямлить я, не зная, что ему ответить. Но как, оказалось, отвечать, и не пришлось.

— А я знаю что, — прошептал он мне на ухо, прижав вплотную к себе. — Там, на обеде, это ведь было представление, направленное на то, чтобы оттолкнуть мою семью от тебя, — скорее утверждал, чем спрашивал он. — И дай угадаю. Ты так не захотела выходить замуж, что сделала все, абсолютно все, что бы мой отец отказался от клятвы крови и отозвал брачный договор. — и уставился на меня.

— Как вы узн... — шокировано начала шептать я, глядя в его злые глаза.

— Как?! Да никак! — зло продолжил он, сжимая меня в своих объятьях так, что причинял боль. — У меня были только догадки, которые ты только что подтвердила.

Я не знала, что ответить ему и как вести себя дальше.

— Нам нужно поговорить. Наедине. — заявил он, и потащил меня к выходу из зала.

Протащив на буксире меня по лестнице и выведя в сад, он начал в него углубляться. Я попробовала притормозить, но мои попытки были проигнорированы, и мне пришлось почти бежать за ним, чтобы не упасть. Зайдя в беседку, он буквально бросил меня на лавочку и склонился, глядя в мое испуганное лицо. Таких действий по отношению к моей персоне себе ещё никто не позволял, и я была в полнейшем шоке. Отойдя от меня и запустив руки к себе в волосы, портя при этом свою идеальную укладку, он повернулся ко мне и задал один единственный вопрос.

— Почему?

Я молчала, смотрела на него, такого взбешенного, и молчала. Ну, вот как ему объяснить, что я жду большой и светлой любви, такой, какая была у моих родителей. Что я не против самого брака, но только не с незнакомцем и не из-за какой-то там клятвы крови, данной моим отцом. Вот что ему сказать, чтобы он успокоился?

— Молчишь?

— А что мне вам сказать? Какого ответа вы от меня ждете? Что вы хотите услышать? — начала распаляться я, и куда только страх подевался? — Да. Я разыграла вас, и вашу семью. Да. Я сделала это специально. Да. Я хотела, чтобы ваш отец отказался от клятвы и отозвал договор. Да, да, да... — уже кричала я.

А он схватил меня и со злостью прижал одной рукой к стене беседки, а второй взял за подбородок, задрав его вверх и глядя мне в глаза.

— Неужели я тебе так противен, что ты так себя унизила, выставив полной дурой, только чтобы не выходить за меня замуж? — спросил он, пытаясь что-то найти в моих глазах.

— Нет. Я... — попыталась оправдаться я, но он, перебив меня, заорал.

— Нет?! Ну что же, тогда я делаю тебе повторно брачное предложение, — сказал он более спокойно и добил вопросом, — Ты выйдешь за меня замуж?

— Нет, — ответила я, и зажмурила глаза. Подождав немного, и ничего не услышав в ответ, кроме сердитого сопения Алекса, я приоткрыла один глаз, и тут же второй, чтобы увидеть, как он не сводит зачарованного взгляда с моих губ.

— Ты уверена в своем ответе? — спросил он, не отрывая от меня взгляда.

— Да, — прошептала я, уже не так уверенно, как до этого.

— Ну что же... — ответил тихо он и... и...

Поцеловал. И это был не просто поцелуй. Он в жестком захвате сминал мои губы, не давая мне не то что пикнуть, а даже вздохнуть. Одна его рука прижимала меня за талию к его крепкому телу, а вторая зарылась в прическу, надежно фиксируя мою голову. Мне стало не хватать воздуха и я, протестующе замычав, попыталась вдохнуть, чем он и воспользовался. Его язык ворвался ко мне в рот, одновременно лаская и хозяйничая, как у себя дома. И мне вдруг стало так хорошо, что я, сама того не замечая, ответила на поцелуй. Мои руки зарылись в его волосы, вытворяя там что-то невообразимое, и я покрепче прижалась к нему. Наше дыхание смешалось, а языки продолжали свой сумасшедший танец, не выдержав такого напора, я застонала. И этот стон, будто его отрезвил.

Алекс оторвался от моих губ и посмотрел в глаза. Его дыхание было учащенным, а грудь ходила ходуном.

— Я прошу тебя все же подумать и дать завтра свой окончательный ответ. Я приду за ним вечером к вам домой, — сказал он и, выйдя из беседки, скрылся в саду.

А я буквально рухнула на скамейку, так как ноги отказались меня держать.

Я не могла понять своих ощущений. Ведь давно уже не девушка и опыт постельных утех с мужчинами имеется, хоть и не очень большой, но имеется, да и целовалась я много раз. Но этот поцелуй полностью выбил меня из колеи, и я никак не могла прийти в себя. Я сидела и бессмысленно пялилась в темноту сада. Ну и как вот это всё понимать? И чего он так в меня вцепился со своим предложением? Девушек ему, что ли, мало? Допустить мысли о том, что Алексиас в меня влюбился, я не могла даже и близко. Мне казалось всё происходящее нереальным сном, вот, кажется, сейчас закрою глаза, потом открою их, и ничего не было. Блин, не получается. Как только глаза закрываю, так сразу вспоминаю поцелуи, и все чувства обостряются, и хочется ещё. Ещё... Это и вывело меня из ступора, да и гром, который раздался так не к стати, вот если ещё и дождь пойдёт, то это будет полный капец.

Я выскочила из беседки и понеслась к академии. Мне оставалось каких-то метров двадцать, когда хлынул дождь, да не просто дождь — ливень. В зал я влетела уже промокшая насквозь, радовало только то, что я была не одинока, таких мокрых цыплят как я было много. Подойдя к своей семье и, не поднимая на Алекса глаз, смущённо улыбнулась матери. В таком виде о продолжении бала не могло идти и речи, и дружненько попрощавшись с Кроссами, мы всем семейством поехали домой.

— Милая, мне так жаль что ты вымокла и нам пришлось покинуть бал, — с сочувствием сказала мать и взяла меня за руку.

— Ничего страшного мама, ведь он практически подошёл к своему концу, и всё равно нужно было уезжать, — сказала я, сжимая руку матери в ответ.

— Что от тебя хотел Кросс? — тут же влез со своими вопросами отчим. — И где ты так долго с ним пропадала? Вы отсутствовали пятнадцать минут, и он вернулся буквально за пять минут перед твоим приходом, — выразил он своё недовольство.

— Мы беседовали в саду, — ответила я ему.

— Так чего же он хотел? — не унимался отчим. И я решила сказать правду, ведь всё равно узнает.

— Он сделал мне повторное предложение о браке. — тихо ответила я.

— Что!? — воскликнули одновременно Анна с мамой.

— Как повторное? — подпрыгнула на месте Анна и метнула на меня полный неверия взгляд. — Ты что, прикалываешься? Ты же ему уже раз отказала. Что он от тебя ещё хочет? — продолжала она заливать меня вопросами.

— Вот неугомонный, — улыбнулась мать, — его отец был точно таким, и в своё время сделал Сабрине целых три предложения, после третьего она сдалась и согласилась.

— Не будь дурой. Соглашайся, — вставил свои пять копеек отчим.

— Отор... — возмутилась мать. — Как ты можешь так говорить! Ведь тебе прекрасно известно, что Нита хочет стать пилотом!

— Да кто её возьмёт пилотом? — по-хамски фыркнул отчим. — Пусть не дурит, и идёт замуж. Мне надоело её содержать.

Мать возмущённо задохнулась и начала хватать ртом воздух, Анна сидела и молча хлопала глазами, а я надулась как хомяк и уставилась в окно. А за окном шёл дождь, капельки сбегали по стеклу, по улицам уныло брели одинокие промокшие прохожие и мир потерялся в черно серых красках.

Приехав домой, мы пожелали друг другу спокойной ночи и разбрелись по своим комнатам. Впереди у меня два выходных в кругу семьи и неизвестность в распределении. Что же они могли там напутать с документами? Странно как-то.

Зайдя в свою комнату, я сняла мокрое платье, надеюсь, оно не сильно пострадало, и после стирки будет снова выглядеть как новенькое, и поплелась в душ. Странно, я не чувствовала усталости, но сейчас, под струями воды меня неимоверно клонило в сон, и было лишь одно желание — скорее бы в постель. Наспех высушив волосы и надев короткую ночную сорочку, я упала в кровать. И вот черт, ну что за гадство, опять... Стоило мне только закрыть глаза и опять вспомнился поцелуй. Блин, а ведь он ещё припрётся сегодня за ответом. И вот что мне ему сказать? В том, что отвечу'нет', я ни капельки не сомневалась. Да кто он мне такой чтобы я согласилась на брак с совершенно чужим мне человеком, вот просто так, спонтанно решившим, что он может мне указывать. Мне даже отчим не указ, не то, что некоторые. Всё, не хочу больше об этом думать, хочу спать. Я начала уплывать в царство сна, но то ли я слишком много думала перед сном, то ли переволновалась, сон получился какой-то беспокойный, словно урывками, и я всю ночь провертелась с боку на бок. Утром я встала разбитая, злая и с чувством того, что если меня сейчас зацепить — то я и покусать могу. И в таком состоянии я просидела до обеда, практически не выходя из своей комнаты.

* * *

**

Собравшись всем семейством на обед, что у нас получалось крайне редко, мы сидели и молча ели. Ко мне никто не лез с расспросами, за что я была им благодарна. Подымаясь из-за стола, отчим огорошил меня сообщением.

— Кстати, Нита, по вопросу твоего распределения, — я вся обратилась во внимание и слух. — пришло два предложения на выбор — и замолчал, глядя на меня с издевательской ухмылочкой.

— Какие предложения? — я застыла, так и не донеся ложку с десертом до рта.

— Первое предложение, — начал отчим, — служить вторым пилотом на звездолёте Камея, — и я чуть ли не подпрыгнула от счастья. Сбылась моя заветная мечта. Как долго я к ней шла!

— Второе предложение, — продолжил он, хоть мне уже было и не до него, но я всё равно прислушалась, — должность культуролога-консультанта в посольской миссии, которая через неделю отправится на звездолёте Химера к дальним галактикам. А сейчас мы с тобой пойдём в мой кабинет, и обсудим эти предложения. — заявил отчим и я, окрылённая свалившимся на меня счастьем, полетела вслед за ним.

Войдя в кабинет, отчим указал мне на кресло напротив своего стола и сам уселся в своё. Он смерил меня пристальным оценивающим взглядом и заявил:

— Я думаю бесполезно спрашивать, какое из этих предложений ты выберешь, ведь и так очевидно — что первое. — Больше утверждал, чем спрашивал он.

— А вы сомневались, что я откажусь от должности второго пилота? — удивилась я.

— Я надеялся что ты выберешь второе, но видимо как всегда ошибся. — задумчиво проговорил он. И так мне не понравилась эта задумчивость, ни к чему хорошему, по крайней мере, для меня, она не приведет.

— Да, как всегда, — проговорила я, и между нами повисла тишина.

Мы сидели и смотрели друг на друга. Вот не понимаю, и что мама в нем нашла? Не красавец, среднего роста, коренастая фигура, да и характер — не подарок. И с ним она живет уже пятнадцать лет. А я с ним никогда не ладила, не задалось у нас с первого раза и по сей день никак не наладятся отношения, мы просто терпим друг друга и все. Что-то молчание затянулось, не к добру это, попой чувствую, что будет мне какое-то западло, и попа не ошиблась. Смерив меня ещё раз задумчивым взглядом, отчим спросил.

— Какой ответ ты дашь сегодня Алексиасу Кроссу? — и лицо такое равнодушное, что сразу закрадываются подозрения, особенно если учесть наш разговор в машине этой ночью.

— Я говорила ночью и повторю сейчас, мой ответ — нет, — вскинула голову, и, глядя ему в глаза, произнесла я.

— И его ничто не может изменить? — спросил он, заставив меня насторожиться.

— Нет, — тихо произнесла я.

— А я предлагаю ответить тебе согласием. — улыбаясь, продолжал уговаривать он.

— Вы что, издеваетесь? — чуть не подскочила на месте и уставилась гневным взглядом на него.

— Я не предлагаю, я настаиваю, чтобы ты ответила да, — продолжил он, — а иначе...

— Что иначе?

— Никакого распределения в пилоты тебе не видать. — заявил он и довольно улыбнулся.