5. Дикая охота

Попав в комнату, он сразу переместился к двери, и выскочил наружу, тут же уходя в сторону. В то место, где он только что находился, ударил широкоугольник. Хоть это они понимают, подумал он, смещаясь к лестнице, и осторожно выглядывая в щель между перилами. Наверно, здесь собраны бывшие военные, подумал он, гражданские стреляли бы из бластеров.

Внизу была свалка. Женщина, мать Элин, лежала на полу, ближе к двери. Один из пришедших, с распоротым горлом, валялся поодаль. Остальные стояли, рассыпавшись рядом, и палили из широкоугольников. А между ними, в гуще выстрелов, металась черная тень, мастерски уходя с линии огня. И каждый ее молниеносный прыжок заканчивался кровавой раной. Пес! Тот самый пес, охранник Элин.

В прихожую вбежали остальные, стреляя на ходу. Аут. Все здесь. Поймет ли пес, что я на его стороне, успел подумать Владимир, а тело уже летело в прыжке через перила, переворачиваясь в воздухе, чтобы приземлиться лицом к врагу.

Элин не помнила, как она вскочила во флайер, и направила его к своему дому. Связно мыслить она начала, когда машина уже шла на посадку.

Еще в воздухе она поняла, что опоздала. Перед ее коттеджем стояло несколько полицейских флайеров, позади них еще одна машина, побольше. Из нее выскакивали ребята из их группы. Впереди, около медицинской машины, на носилках лежала женщина. Мама! Элин рванулась вперед, но тут же изо всех сил затормозила, проехав пару метров по твердой земле. В таком виде ей приближаться было нельзя. Она успела понять, что мама жива, сейчас это было главным.

Она вбежала в дом и остановилась. Трупы, везде трупы, на полу кровь. Вытянувшийся Бор, который почуяв хозяйку, едва заметно вильнул хвостом. Жив, пронзила Элин счастливая мысль. И тут хмурый врач отошел в сторону, и она увидела лежащего на полу Володю. Врач еле заметно покачал головой, и Элин все поняла. Володя, как же так... Она опустилась рядом с ним.

— Лис... Твоя мать... в безопасности, — Володя говорил с трудом, морщась от боли, но его лице застыла улыбка. — Как хорошо, что мы успели. Твой Бор... настоящий боец. Один... я бы не справился.

— Володя, — Элин с трудом выдохнула, и подложила лапу под его голову. Потом наклонилась над ним. Она яростно оглянулась, но уже понимала, что сделать ничего не сможет. Жизнь стремительно угасала, и шансы вытащить товарища из лап смерти были близки к нулю.

— Я не мог иначе. Оружие... было только у них. Но мы... как ты знаешь... и без него специалисты...

Он замолчал, а потом с внезапной тревогой спросил:

— Скажи, я...

Элин сжала зубы.

— Ты все сделал правильно, — с трудом выговорила она. — Спасибо, Володя.

— Хорошо, — он закрыл глаза и помолчал немного, а потом опять начал говорить, но так тихо, что Элин пришлось наклониться еще ближе.

— Моя мама... она всегда говорила, что меня накажет бог... За то, что я так отношусь к женщинам... Они бегали за мной... молодой я был страшным гордецом. Мучились, плакали... Потом не сложилось с женой... Смешно, правда?

Он криво улыбнулся и с трудом закончил:

— Но все равно ему благодарен... Ведь я встретил тебя. Лис... я тебя никогда ни о чем не просил.

Элин наклонилась еще ниже и крепко поцеловала его.

— Всегда... всегда.

Он уронил голову и замолчал.

За что, с яростью подумала Элин. Почему все, кто любит меня, погибают? Почему? Почему все они уходят от меня, и я остаюсь одна? Неужели я действительно приношу несчастье своим друзьям... и просто близким людям?

Она хотела заплакать, но сейчас было не то время. Когда нибудь, она сможет сесть в тихом уголке, и выплакать все, что накопилось на душе. Но не сейчас. Сейчас она

встанет и покажет этим охотникам, на какую дичь они замахнулись. И тому, кто потом сможет об этом рассказать, повезет очень, и очень сильно!

4

Юрий встретился с нанимателем на орбите планеты, где и располагался природный парк. Он передал им две охотничьи сетки со стаями стрекоз, получил в ответ кристалл с подписанными документами и своим гонораром, а после этого направил корабль к Дагуле, выполняя обещание, данное Лео.

— Скоро прилетим к моему учителю, Охотник, — сказал он. — Лео сказал, что хочет взглянуть на тебя.

— Он действительно такой знаменитый? — спросила девочка.

— Еще какой. Будь с ним почтительной, старик — живая легенда. Но постарайся этого не показывать, он обижается, когда на него смотрят, как на памятник.

— Нелегкое дело, сочетать почтительность с нормальным отношением, — девочка тяжело вздохнула, но глаза у нее смеялись.

— Охотник, я не шучу, — Юрий подозрительно покосился на нее. — Слышишь?

— Есть. Да поняла я, дядя Юра. Мне самой хочется с ним познакомиться.

Летели они три дня, дорога была не дальней. Тая по прежнему пропадала в тренажере, а Юрий размышлял, вспоминая, все ли он сделал, готовясь второй раз опуститься на планету Огневиков.

Оставив Ковчег на круговой орбите, они перешли в шлюпку, и по пеленгу пошли вниз. Лео на этот раз ждал их около дома. Когда флайер приземлился, он поднял руку козырьком ко лбу, защищаясь от яркого солнца, да так и стоял, пока они не подошли ближе.

— День добрый, Учитель, — сказал Юрий, низко поклонившись. На этот раз он решил приветствовать старика строго официально.

— Добрый, — Лео очень не любил такого, поэтому слегка скривился, но развивать тему дальше не стал. — Это тот самый стажер?

Юрий кивнул.

— Добрый день, мистер Хантер, — поклонилась Тая. — Для меня большая честь познакомиться с вами.

— Добрый. Это ты ее настропалил? — не выдержал Лео. — Девочка, кончай официальщину, или я сейчас турну вас обоих обратно в пространство.

Юрий захохотал.

— Прости, Лео, — сказал он, отсмеявшись. — Но надо же воспитывать вежливость в молодом поколении.

— Мало ты в детстве розог получал, — вздохнул Лео. — Пошли в дом, путешественники, перекусите с дороги.

Они прошли на веранду, и расположились за большим столом. На столе стояла тарелка со свежим хлебом, и вторая, с домашней колбасой и свиным окороком. В центре Лео поставил глиняный кувшин с холодным квасом, к которому Юрий с Таей сразу присосались, и еще большое блюдо с местными плодами.

— Не голодные? — спросил он.

Юрий и Тая покачали головами, не отрываясь от стаканов.

— Ух, как вкусно, — сказала наконец Тая, ставя пустой стакан на стол. — Надо взять у вас рецепт, и попробовать сделать дома.

— Это из местных плодов, — заметил Юрий, ставя свой стакан. — Вряд ли получится. Но можно попробовать с другими.

— Начинай, — сказал Лео, строго глядя на него.

— Да особо нечего рассказывать. На первой точке провисели впустую, на второй взяли полную стаю. Третью тоже добыли легко. Да, еще немного поснимали, а потом прямо к тебе.

— Успели до ураганов? Не задело?

Юрий кивнул.

— А там что, бывают ураганы? — спросила Тая. — Я и не знала.

— Да, и не малые. Но до них еще оставалось недели две, так что можно было особо не торопиться.

— Ну и хорошо, что успели, — сказал Лео. — Лишние приключения обычно бывают от дурости. Слушай, у меня тут образовалась новая точка. Если интересно, завтра можете слетать туда, и попробовать поснимать.

— А что за точка? — спросил Юрий, беря большой сочный плод, похожий на яблоко, и хрустом откусывая от него.

— Помнишь ущелье Водопадов? Там пару месяцев назад сошел оползень, и на повороте реки появилась небольшая мель. Я недавно запускал коптер, искал новый луг для своих влахов. В полете он краем зацепил то место. Видел там стаю местных антилоп. Видимо, организовался новый водопой.

— Вообще-то можно... — протянул Юрий. — У них сейчас как раз детеныши появились, так что могут получится неплохие кадры. Ладно, сегодня передохнем, а с утра можем слетать. Только мой ящик с инструментарием остался на Ковчеге.

— Возьмешь мой, — сказал Лео. — Я в прошлом году снимал, вроде камеры в полном порядке. Только вылетать нужно до восхода, ну да ты и сам знаешь.

— Договорились.

— Тогда пошли в загон, покажу своих любимцев. Ребятки подросли, самого старшего я уже закончил объезжать.

Юрий строго посмотрел на Таю, и вопрос: а можно мне на нем покататься? — так и остался непроизнесенным. Лео, заметив это, едва заметно усмехнулся, и легко поднявшись, пошел впереди.

Было совсем темно, когда они вышли из дома. Вызванный флайер уже стоял, ожидая пассажиров. Юрий нес рюкзак и большой кофр. Тае досталась сумка с едой, и еще два больших термоса: один с горячим кофе, а второй с холодным квасом.

— А что мы там будем делать? — спросила она, когда машина поднялась в воздух. — Здесь же наверное не охотятся?

Юрий вставил кристалл с маршрутом в гнездо на пульте и утвердительно кивнул.

— В точку. Фауна на планете богатая, но все редкости добыты уже в первые годы освоения. А вот поснимать можно многое, здесь есть такие виды... Вот этим мы с тобой и займемся.

— Снимать? — Тая недоуменно посмотрела на него. — А зачем?

— Охотник, — Юрий покачал головой. — Настоящий Охотник не только охотник. Чтобы ты знала, Ученик сдает целый спецкурс на умение снимать. Во-первых, съемка нужна при подготовке к охоте. Снимаешь местность вокруг, а потом намечаешь удобные подходы, готовишь средства маскировки. Это понятно?

Тая кивнула.

— Плюс, важная информация для смотрителей. Ведь они не летают вместе с тобой. Как животные охотятся, что они едят, как заботятся о потомстве, какие у них укрытия. И так далее, и тому подобное.

— Да, — кивнула Тая, — об этом я не подумала.

— Вот видишь. А еще, иногда получаются редчайшие, уникальные кадры, которые может заснять только Охотник. Из них потом монтируют видеофильмы, которые показывают по мировой сети. Небось видела?

Тая кивнула.

— Ага. Но я думала, что их снимают специальные операторы.

— Операторы тоже есть, — согласился Юрий. — Но их очень мало, таким съемкам нужно посвятить всю жизнь. И очень долго набираться опыта. Для этого нужно годами сопровождать Охотника, а ведь не каждый согласится на такое.

— Я поняла. Но зачем снимать самим? Нашел подходящее место и развесил камеры. А через месяц навестил его, и скачал результат. Нет?

Юрий покачал головой.

— Как ты думаешь, сколько камер нужно развесить, чтобы получить действительно редкие кадры?

— Ну, штук пять. Уж десять то наверняка все сделают?

— Не меньше сотни, мой юный друг.

— Сколько?! Сотни?

— У камер нет искусственного интеллекта, увы. Ты должна перекрыть все направления, дать указания на разные планы, задать фокусировку либо на отдельных особях, либо на интересный фон. Они должны быть в состоянии снимать как при ярком солнце, так и при тучах, при полумраке, рассвете и закате. Против солнца, и сбоку от него... Так что, поверь, получится не меньше сотни.

— Не может быть..

— Именно. А знаешь, как эта сотня будет шуметь? Животные и на километр не подойдут к такому месту. А бесшумные камеры стоят ох как не дешево. Так что увы, твоя задумка не сработает. Как говорили древние: без труда — не вынешь и рыбку из пруда. Кстати, — Юрий облизнулся. — Лео обещал к нашему прилету зажарить зеркального карпа. Знала бы ты, какая вкусная у него голова. Пальчики оближешь!

Прилетев на заданное место, они вышли, выгрузили вещи, и отпустили машину. Потом по извилистой тропке осторожно спустились к водопою. Точку высадки Юрий сместил влево от реки метров на пятьсот, поэтому на это ушло некоторое время. А потом внимательно осмотрели окрестности.

Местность вокруг действительно была очень красивой, а указанные Учителем точки удобными для съемки: Лео по-прежнему оставался непревзойденным Охотником. Водопад, расположенный неподалеку, глушил посторонние звуки. А кадры, снятые через

сверкающую водяную пыль, должны были получиться просто великолепными.

— Ты будешь управлять тремя камерами, — сказал Юрий, когда они расположились в выбранном укрытии, и оживили два пульта. — Справишься?

Тая кивнула.

— Остальные камеры на мне. Старайся делать общие планы.

— А сколько у нас всего камер? — спросила Тая, усаживаясь рядом.

— Восемь. Давай немного перекусим, когда взойдет светило, будет не до того.

Они достали бутерброды, разлили по стаканчикам кофе, и принялись завтракать. Над горизонтом постепенно начала проявляться светлая полоса, до рассвета оставалось совсем немного.

— Заканчиваем, — сказал Юрий, допивая кофе. — Они любят полумрак, так что стадо должно скоро появиться.

Юрий поднял в воздух свои камеры, расположив их на разной высоте. Три он неподвижно повесил на одном месте. Буду только менять планы, подумал он. А остальные пущу в полет, пусть медленно вращаются вокруг стада: одна по часовой стрелке, а другая против. Все пять изображений выводились на его пульт в активном режиме. Ниже, в пассивной зоне, расположились те три, которыми управляла Тая. Она разместила их вокруг водопоя, на достаточно приличном расстоянии.

Оставалось ждать, оставаясь незамеченными в оборудованном укрытии. Через несколько минут ожидания в проеме скал показалась голова разведчика. Крупный самец, с пышной короной рогов на голове, некоторое время стоял неподвижно, а потом сделал несколько шагов и опять остановился. За ним вышли три самца, чуть поменьше, и разошлись в стороны, зорко глядя по сторонам. Наконец показались самки с детенышами. Охранники неподвижно стояли на месте, а самки приблизились к реке, и начали пить. Рядом с ними, наклонившись к воде, пили и их детеныши, разбрызгивая воду по сторонам.

Юрий начал съемку, плавно меняя планы. Он старался захватить в кадр не только самих животных, но и виды берега, текущую по крупной гальке воду, водопад вдали, и временами возникающую радугу в водяной пыли. Светило поднялось выше, самки стали отходить от воды, отгоняя от нее заигравшихся детенышей. У одной из самок Юрий заметил торчащие из пасти веточки, которые та медленно пережевывала. Он сразу взял крупный план, это была информация для смотрителей. Местный кустарник, вероятно источник микроэлементов, которых нет в здешней траве. Или лечебная кора. Такое несомненно должно было их заинтересовать.

Обратно они летели, когда стадо давно скрылось, а воздух ощутимо нагрелся. Погода здесь была жаркой: наступало местное лето.

5

После того, как нейросеть сообщила, что изменения закончены, правда сами Вэл и Джильда ничего не ощутили, они начали готовиться к отлету. Единственное, что было новым — это то, что теперь они могли общаться мысленно, не раскрывая рта. Это было непривычно, но очень удобно, особенно, когда вокруг были посторонние. Сначала они путались, мешая друг другу, но быстро приноровились.

Команда ученых прилетела на планету, когда их корабль уже был готов, они с ними чуть не разминулись. Вэл быстро ввел их в курс дела, вызвал нейросеть, познакомил ее с руководителем научной группы, профессором Асахи Синдзи, и они с Джильдой, взяв небольшие рюкзаки со своими вещами, отправились на корабль.

Положив рюкзаки в каюту, они, как полагалось по правилам, сели в кресла, сообщили об этом по интеркому капитану и стали ожидать взлета. Корабль быстро вышел из атмосферы, лег на курс и начал набирать скорость. Дальше оставалось просто лететь.