Мисс Грейнджер?

Вечером Гермиона заперлась в сундуке и приступила к экспериментам с образцом жидкости. Фанатом зелий она не была, зато в рунах разбиралась неплохо. Достав с полок несколько толстых справочников, она отыскала схемы стационарного анализатора. Сделать такой артефакт самостоятельно Гермиона не смогла бы. Но если взять самую простую рунную схему из всего набора, убрать из нее очищающие чары, немного переделать и расчертить полученным результатом лист пергамента... В общем, через пару часов работы вышел грубый одноразовый анализатор. Пролив на пергамент несколько капель образца, Гермиона стала ждать результата.

И он появился довольно быстро. На свободном пространстве пергамента проявились строки с описанием примерного состава зелья и ожидаемого эффекта. Правда результат был так же написан рунами — блок переводчик Гермиона безжалостно выбросила. Но чтение рун давно не было для девочки проблемой.

Зелье было не такое уж страшное. Судя по всему, оно должно было что-то сделать с волосами принявшего. То ли поменять цвет, то ли структуру, то ли вообще превратить в перья. Эффект должен был продлиться несколько часов. Ну-ну. Это довольно безобидно, но, в принципе, от такого можно и облысеть.

Ну что ж. Ее месть будет ужасной, решила Грейнджер. И очень скорой.

На следующий день Гермиона приступила к осуществлению своего коварного плана. Ей удалось незаметно подобрать по паре волос с воротников близнецов. Гермиона убрала каждый из них в отдельный бумажный конверт. Кольцо, вновь кольнувшее руку за ужином, убедило ее, что ее план — правильный, а ответ — симметричный.

Вечером девочка приступила к выполнению ужасного темномагического ритуала в своем сундуке. Объектами ритуала выступали волосы близнецов и две склянки с обычными чернилами, синими и фиолетовыми. Предметы были заключены в пентаграмму, по углам которой были вписаны загадочные символы. Впечатление от ужасной темной магии портило то, что пентаграмма была едва десятидюймового размера. А страшные символы представляли собой всего десяток рун. Гермиона поместила по волоску в каждую чернильницу и пробормотала короткую фразу на латыни. Мстя свершилась.

Утром, устроившись с книгой у камина, Гермиона стала свидетелем фееричного явления неодинаковых близнецов Уизли народу. Один из них щеголял ярко-синей шевелюрой. А второй — волосами насыщенного фиолетового цвета. Кто из близнецов был Фредом, а кто Джорджем — девочку не интересовало.

— Миленько, — прокомментировала Гермиона, — Решили сменить имидж? Действительно, теперь вас сложно перепутать. Поздравляю.

Захлопнув книжку, девочка подхватила под руку спустившуюся из спален Парвати и отправилась на завтрак.

В следующие два дня никаких попыток себя отравить Гермиона не заметила. Да и шутки над другими студентами прекратились. Близнецы пропадали где-то в своей подпольной лаборатории. Наверное, пытались выяснить, чем их опоили. Или изобрести шампунь, способный смыть волшебную краску. Тщетно. Закон контагиона так не работает.

После обеда Гермиона отловила близнецов на выходе из Большого зала.

— Мистер и мистер Уизли. Так случилось, что мне известен секрет успеха вашего, хм, стилиста. Вопрос в том, довольны ли вы его работой?

— Мой фиолетовый брат Джордж...

— Да, мой синий брат Фред?

— Постой, ведь это я — Джордж...

— Не важно.

Честно говоря, шутка выглядела натянуто.

— Я думаю, нам стоит узнать...

— ...что может нам рассказать...

— ...эта юная леди.

Близнецы вопросительно посмотрели на Гермиону.

— А что я буду с этого иметь? — спросила Гермиона.

— А чего бы ты хотела, Грейнджер? — хором спросили близнецы.

— Вопрос в том, чего бы я не хотела. А я не хотела бы обнаруживать в своей еде и в своих напитках результаты вашего творчества на ниве зельеварения. Если мы на этом договоримся, то мне кажется, что ваши волосы приобретут естественный цвет к вечеру.

— Мой дорогой брат Дрэд...

— Да, мой уважаемый брат Фордж?

— Мне кажется,..

— ...что это не очень выгодное...

— ... соглашение, поскольку...

— ... мы ничего полезного...

— ... не приобретем.

— Ладно. Давайте так — я расскажу вам, как повторить такой фокус. А взамен ни я, ни сестры Патил никогда не станут объектами ваших экспериментов. Соглашайтесь, вы ничего не теряете, даже наоборот. К тому же, в школе для вас остается еще несколько сотен подопытных.

Близнецы переглянулись.

— Мы думаем, что мы...

— ...обдумаем это интересное предложение...

— ... и согласимся.

— Договорились. Ждите после ужина в гостиной.

На ужин близнецы пришли в естественных цветах. В гостиной Гермиона отдала им пергамент с начерченной фигурой и описанием ритуала. Также там было указано название книги из библиотеки, в которой можно было отыскать информацию по этой теме. Гермиона специально выбирала способ, описание которого можно найти в Хогвартской библиотеке. Близнецы не казались разочарованными. Видимо, новая область знаний, которую можно применить для шуток, показалась им интересной находкой. Гермиона вздрогнула, подумав, не породила ли она монстра? Через два дня треть слизеринского стола щеголяла ало-золотыми волосами. Хотя надо отдать должное близнецам — они не переигрывали, к обеду волосы слизеринцев вернулись в нормальное состояние.

========== Глава 20. ==========

Приближался Хэллоуин. А значит, и бродящий по коридорам тролль. Знает ли директор об этой штуке, или профессору Квиреллу действительно удастся провернуть этот фокус у великого светлого мага под носом, Гермиону не заботило. С троллем ей встречаться не хотелось в любом случае. Смогла бы она с ним справиться? Возможно. У Гермионы было несколько мыслей на этот счет. Но проверять их на практике девочка не собиралась.

Так что праздничный ужин она планировала провести в гостиной факультета. Или даже в своем сундуке — для надежности.

После занятий Гермиона подошла к Поттеру, сидящему, ради разнообразия, в одиночестве.

— Мои соболезнования, — произнесла девочка.

Гарри вопросительно посмотрел на однокурсницу.

— Я знаю, что в этот день погибли твои родители. Наверное, не очень приятно видеть, как все вокруг веселятся.

— А-а-а, да. Спасибо, — смущенно ответил мальчик.

— Извини, если расстроила, — кивнула Гермиона и поспешила в свою комнату. Да, она испортила мальчику настроение. Ну да ничего, ему полезно подумать. Может, на могилки соберется до седьмого курса.

Сказав соседкам, что не очень хорошо себя чувствует и на ужин не пойдет, Гермиона спустилась в сундук. Она даже почти не соврала. Сейчас ей может и нормально, но на ужине точно станет плохо. От обилия блюд с тыквой на обеде ей и так было не по себе. А ужин в этом плане обещал превзойти обед по всем статьям. Тыкву Гермиона терпеть не могла. От тыквенного сока ее мутило настолько, что как правило, за столом она очищала свой кубок Эванеско и наполняла простой водой с помощью Агуаменти. Возможно, это было наследием прошлой жизни — у Ивана на тыкву была аллергия. У Гермионы аллергии не было, но тыквы не хотелось категорически.

Дописав эссе по чарам, Гермиона поняла, что проголодалась. Заглянув в свой продуктовый шкаф, она вытащила банку консервов и с удовольствием их съела, заедая крекерами. Кто бы мог подумать, что банальные сардины могут казаться настолько вкусными? Наверное, из-за того, что в Хогвартсе такого к столу не подают. Ну, или просто из-за голода.

Очистив стол от остатков трапезы, Гермиона захватила последнюю пару оставшихся у неё бутылок газировки, коробку печенья и пошла в гостиную. Там никого не было, за исключением Поттера, сидящего в кресле у камина. Гермиона молча села в соседнее кресло, протянула Гарри газировку и поставила на столик коробку с печеньем. Поттер благодарно кивнул. Гермиона отсалютовала ему бутылкой, сделала глоток и уставилась на огонь. Так, в тишине, ребята и сидели, пока гостиная не стала заполняться спешно возвращающимися с ужина учениками.

Как выяснилось, тролль все-таки объявился. Студентов отправили по общежитиям, а профессора отправились ловить монстра.

— Поттер, Грейнджер, вы что тут делаете? — спросил подошедший староста Перси Уизли.

— Сидим, а что? — ответил Гарри.

— Почему не ходили на ужин?

— У меня разболелась голова. Хотелось побыть в тишине, — ответила Гермиона. — И вообще, в школьных правилах ничего нет о том, что студенты обязаны идти на ужин, если им того не хочется.

— А я просто устал, — присоединился Гарри. — Что случилось-то?

— Вы никуда не выходили?

— Нет, мы все время были здесь.

— Ну и хорошо. Вот никуда и не выходите. По замку бродит тролль. Всех отправили по гостиным.

— Ничего себе! Надеюсь, его поймают. Не хотелось бы с ним столкнуться в коридоре.

— Профессора обо всем позаботятся, будьте уверены, — сказал Перси и пошел прочь.

"Ну да, позаботятся — подумала Гермиона. — А вот сразу следить за опасной тварью они не могли".

Тролль, конечно, был быстро пойман боевой группой в лице профессоров Снейпа и МакГонагалл, после чего его водворили на место и усилили охрану.

* * *

Вот не любила Гермиона квиддич. Совсем не любила. Да и прелестей полета на палке, просунутой между ног, она не понимала. Вот флайборд — другое дело.

Вообще, от мысли о многочасовых полетах в морозном ноябрьском воздухе ее бросало в дрожь. Есть, конечно, согревающие чары. Но не все ими пользовались. Да и спадали они довольно быстро. А в воздухе их не обновить. Даже на трибунах сидеть было холодно.

Гермиона пообещала себе, что на матче она в первый и последний раз. Но проследить, чтобы национальный герой не убился на метле, она была обязана. Ведь согласно путеводной книге, метлу Гарри попробует проклясть одержимый Темным Лордом профессор. А книга девочку еще не подводила. Поэтому Гермиона уселась как можно ближе к преподавательской трибуне, позади и немного выше Квирелла.

И вот, наконец, метла Гарри стала выписывать головокружительные кренделя. Вот парень почти упал, уцепившись за метлу в последний момент. Гермиона перевела взгляд на трибуну. Снейп и Квирелл стояли, напряженно уставившись на метлу. Шептали они что-то или нет, со спины видно не было. Девочка задалась вопросом — почему матч не остановят? Ведь видно, что ситуация нештатная. Почему не вмешается директор? Его смерть мальчика устраивает? Все-таки гад? Или он верит, что, кроме как от руки Темного лорда, герой погибнуть не может?

Пора было что-то делать. Гермиона достала из кармана большую иглу, незаметно подхватила ее телекинезом и осторожно подвела к седалищу стоящего в нескольких метрах Квирелла. Со всей доступной силой она послала иглу вперед. Фигура в тюрбане дернулась и обернулась. Гермиона выдернула иглу и перестала ее удерживать магией. Игла упала на дощатый настил трибуны и провалилась в щель.

— Концы — в воду, — прошептала себе под нос Гермиона, наблюдая, как Гарри ловит снитч. Трибуны разразились восторженным ревом.

В гостинной гриффиндорцы бурно отмечали победу в матче. Кажется, в углу старшекурсники тайком разливали спиртное — близнецы делали свой бизнес. Гермиона поглядывала на вход, пока не увидела, как вошли бурно обсуждающие что-то Рон и Гарри. Видимо они выпытали у Хагрида про цербера и Фламеля. Выяснив, что хотела, Гермиона отправилась спать.

* * *

Ранним утром коридоры Хогвартса были пустынны и тихи. Даже портреты, в большинстве своем, спали. По коридору бежала девочка в обычном спортивном костюме и кроссовках. Вот девочка взбежала по лестнице и остановилась в коридоре на седьмом этаже.

— Вроде бы здесь, — шепнула себе под нос Гермиона и быстрым шагом пошла по коридору, осматривая стены. Наконец она заметила картину с танцующими троллями.

— Мне нужно место, чтобы что-то хорошо спрятать, — пробормотала девочка, три раза пройдя мимо картины. На стене проявилась дверь.

Гермиона прошла внутрь и изумленно осмотрела колоссальную свалку хлама. Да, это явно будет сложнее, чем она думала. Около получаса Гермиона бродила среди завалов, рассматривая старые мантии, ржавые мечи, стопки потрепанных книг, поломанную мебель и множество других вещей. Так сразу и не скажешь, полезных или нет. Наконец она заметила белый мраморный бюст с надетой на его голову диадемой.

Гермиона остановилась напротив диадемы и внимательно осмотрела ее.

— Ну что, проведем испытание, — тихо сказала девочка, чтобы разогнать гнетущую тишину.

Она достала из карманов пару перчаток из драконьей кожи и натянула их на руки. Затем потянулась к диадеме и сняла ее с головы изваяния. Серьги-артефакт слегка нагрелись, и Гермиона почувствовала легкое касание к своим ментальным щитам. Тут же она развернула на полную всю доступную ей защиту. Пума на краю сознания угрожающе зарычала.

Гермиона торопливо отбросила ногой мелкий хлам, очистив небольшой участок пола, и положила на него диадему. Достала из наручной кобуры палочку и набросала на диадему несколько сканирующих заклинаний, всматриваясь в результат. Были видны остатки потрясающе сложного плетения, из разряда менталистики. Но все забивалось клубком черных нитей явно недружелюбного свойства.

— Эх ты, Том, такую вещь испоганил — вздохнула Гермиона, убрала палочку и полезла рукой под куртку. Она достала из пристегнутых под одеждой ножен кинжал-артефакт.

Девочка опустилась на колени перед диадемой. Перехватив кинжал поудобнее, она занесла его над головой и, помедлив секунду, со всей силы опустила клинок на диадему основательницы. В последнее мгновение Гермиона почувствовала ментальный удар, но щиты держали. Под лезвием кинжала ощущалось сопротивление, как будто бы разрезались слои натянутой ткани. Руны на клинке вспыхнули белым огнем, и острая сталь впилась в мягкий драгоценный металл, практически перерубив изящное украшение. Над изувеченным хоркруксом начала формироваться фигура из черного тумана, но тут же исчезла в вспышке белого света. По ушам резанул короткий вопль. Хотя, похоже, вопль был скорее ментальный, чем звуковой.

Гермиона утерла вмиг вспотевший лоб и посмотрела на кинжал в своей руке. Руны медленно угасали.

— Надо же, работает, — нервно хихикнула Гермиона.

Гермиона снова накинула сканирующие заклинания на остатки диадемы. Заклинания говорили, что теперь это просто металл и камни.

Гермиона поднялась на ноги и стала в пафосную позу, держа кинжал в вытянутой руке:

— Нарекаю тебя Клык света, — сдерживая ухмылку, провозгласила девочка. — Ну, и чем я не великий паладин?

Гермиона поймала свое отражение в стоящем неподалеку старом зеркале с отломанной ножкой. В зеркале была видна растрепанная маленькая девчонка с чумазым лицом и в пыльном спортивном костюме.

— М-да, — пробормотала девочка, расслабляясь, — практически всем я не паладин. Ну и ладно. Не больно-то и хотелось.

Грейнджер опять опустилась на колени и начала выковыривать из остатков диадемы бриллианты, приговаривая себе под нос:

— Любой труд должен быть оплачен. Желательно — по двойному тарифу. Так Грызнак говорил. Он врать не будет.