Тёмная Ведьма и Некромант

Друзья посерьезнели и сглотнули.

— Он ведь шутит, правда? — испуганно спросил Симус.

— Нет, уверяю тебя, всё, что он и мы говорили — чистейшей воды правда, — опровергнул Рон.

Несколькими минутами позже они встали, и Гарри разгладил свою шелковую черную мантию, элегантно развевающуюся при ходьбе, после чего неохотно признал, что все семи— и шестикурсницы не могут оторвать от него глаз.

Снэйп зарычал, глядя на всё это, а Муди, нынешний преподаватель ЗОТИ, лишь хмыкнул, наблюдая за зельеваром (примечание беты: у автора то Муди, то Муни, то бишь Лунатик… судя по дальнейшим событиям, все-таки Муни).

К началу урока они пришли вовремя, и Гарри нашел себе место позади Рона с Гермионой.

— Добро пожаловать на ваш последний и, конечно же, самый тяжелый год Трансфигурации, — начала МакГонагалл. — В конце прошлого семестра мы начали с Коньюрации, так что укрепим наши познания в этой области и, если управимся вовремя, то примемся за Трансфигурацию человека. Невзирая на то, что я слышала, будто кое-кто способен трансфигурировать других людей, — она бросила беглый взгляд на Гарри, намекая на выходку в Хогвартс-Экспрессе.

— Это был ты? — спросил Симус и засмеялся, так же как и все остальные Гриффиндорцы.

— Прекратите, немедленно! Вам не позволено трансфигурировать кого-либо за пределами этой комнаты, — прокричала декан. — И вам, мистер Поттер, повезло, что тогда не было свидетелей. А сейчас давайте-ка посмотрим, не упустили ли вы чего-нибудь из прошлогодней программы. Не могли бы вы наколдовать нам чашу?

— Почему бы и нет? — спросил он, после чего просто стегнул своей палочкой и проговорил магическую формулу.

Появился красивый хрустальный кубок, дотронувшись до его поверхности палочкой, парень наполнил его кроваво-красной жидкостью. Вдохнув аромат, он поднял его на свет.

После чего подал его изумленной до глубины души МакГонагалл, которая не удержалась и вдохнула пьянящий аромат.

— Красное вино, — выдохнула она.

— Да, но мне никак не удается получить нужный аромат. Зато вкус отменный, впрямь как полюбившийся мне савиньон-каберне. Попробуйте! — предложил он.

Кивнув, преподавательница пригубила вино.

— Очень хорошо, мистер Поттер, вкус действительно отменный. Касательно аромата, то вы должны слегка подкрутить палочкой, перед тем как ударить по кубку — это должно сработать.

— Спасибо.

— Сколько будут действовать чары? — полюбопытствовала МакГонаглл.

— В смысле? — переспросил Гарри.

— Промежуток времени, в течение которого существует наколдованный предмет, пропорционален магической силе волшебника. Если бы я создала что-то в этом роде, оно бы могло служить мне вплоть до суток, — объяснила декан.

— Понятно, просто я над этим никогда не задумывался, — робко признался он. — Но когда я в последний раз наколдовал себе кофе, чашка осталась стоять там еще несколько дней, пока я ее не убрал.

Челюсть МакГонагалл отвисла, а сидящая рядом Гермиона вздохнула и пробормотала:

— У меня-то всего лишь час.

Декан с гордостью улыбнулась:

— Можно проверить. Я поставлю его на эту полку. Вот и посмотрим, сколько времени пройдет, пока он не исчезнет.

Женщина сделала так, как и сказала, поставив очищенный кубок на полку позади своего стола. Он не исчезнет в тот день и останется стоять там, когда МакГонагалл в конце концов уйдет на пенсию спустя еще много лет после того, как Гарри и его друзья покинут школу, и будет служить напоминанием о тёмноволосом юноше каждый раз, когда она будет на него смотреть.

За работой и заданиями остаток дня пролетел незаметно. Еще до того, как они поняли это, уроки уже закончились, и ребята сидели в гостиной. Раньше, чем кто-либо успел проронить хоть слово, Гарри принялся за домашнее задание.

Гермиона села рядом и занялась тем же.

— Гарри! Не хочешь сыграть? — спросил Рон.

— Нет, для начала я сделаю домашнее задание. А потом… потом посмотрим.

Спустя час, парень уже собирал свои вещи.

— Ты уже закончил? — поинтересовалась Гермиона.

— Да, посмотри, — сказал он и протянул ей своё домашнее задание.

Взглянув, она с гордостью кивнула:

— Отличная работа, мог бы использовать больше диаграмм, но всё и так хорошо.

— Спасибо. — Забрав свиток, он спрятал его в портфель.

Рон приступал к своему заданию неохотно, потому всё ещё был занят делом.

— И чем ты собираешься заняться теперь? — спросила староста.

— Думаю немного расслабиться, — ответил он, поднимаясь.

Покинув комнату, он направился на Астрономическую башню. Обнаружив, что там пусто, Гарри изменил облик и расправил свои великолепные крылья. Один мощный взмах, и юноша исчез под покровом ночи.

Но Гарри не знал, что обзавёлся любопытным преследователем, желавшим знать о нём всё. Джинни не решалась войти в башню ещё, по меньшей мере, полчаса, после того, как он исчез.

Девушка не поверила глазам, когда обнаружила, что внутри пусто. Развернувшись, она поспешила обратно в гостиную.

— Гарри уже вернулся? — тяжело дыша, спросила она.

— Нет, — заявил Рон.

— Зачем он тебе? — спросила Гермиона.

— Потому что… — она пристыжено опустила глаза, — я пошла за ним к Астрономической башне, а потом устала ждать и решила присоединиться к нему, но когда я вошла внутрь — там никого не было.

— Оставь его в покое, Джинни, — покачала головой Гермиона. — Держу пари, он ушел к девушке.

— Как ушел?

— Не знаю. Превратился, скорее всего, из чего можно сделать вывод, что у него летающая анимагическая форма, — улыбаясь, сказала староста.

— Возможно, — согласилась Джинни, вздыхая. — Я надеюсь, он сдержит своё обещание.

— Какое обещание? — спросила Гермиона.

— Он сказал, что парни слишком напуганы, чтобы заговорить со мной, из-за него и Рона, — Джинни улыбнулась. — Потому он сделает меня такой, что они забудут о любом страхе.

— Звучит, словно тебя собираются целый день водить по магазинам, — улыбаясь, сказала Гермиона.

— Ты ведь не согласишься на это, верно? — удивленно спросил Рон.

— Не мог бы ты, братец, не вмешиваться! Если у меня нет возможности быть с ним, то придется поискать замену, и если Гарри хочет помочь мне, я не стану возражать.

Сглотнув, Рон вспомнил, какие забавные заклинания знает его сестрица, а ещё новое отношение лучшего друга, и решил не встревать.

— Ладно, если выбирать между своим здоровьем и этим, то я выбираю здоровье, — неохотно признал он. — Но не перегибай палку, не то мать намылит шею нам обоим.

— Весь прошлый год мама говорила мне, что пора измениться, но у неё не было денег на покупки. А теперь у меня появился шанс, и я не упущу его, — радостно сказала девушка.

Поговорив еще немного об АД, они отправились спать.

Гарри приземлился на вершине Астрономической башни ранним утром, когда было еще темно, и под покровом сумерек пробрался обратно в гостиную. Выспавшись в Хогсмите после весьма бурной ночи рядом со своей любимой, парень решил не идти в спальню.

Войдя в гостиную, Гарри был весьма удивлен, увидев уже вставшую Гермиону, делавшую записи в чем-то наподобие журнала.

— Как ночь? — добродушно спросила она.

— Более чем, — ответил он, ухмыляясь. — А ты почему не спишь в такую рань?

— Встала пять минут назад и, как видишь — пишу сонник.

— А, пытаешься определить свою форму. Могу я взглянуть? — спросил он.

— Он очень личный, Гарри, — нерешительно ответила девушка.

— Верю, но к этому времени ты должна была бы уже знать, что я не выдам твоих секретов, — честно ответил подросток.

— Да, — вздохнув, она протянула журнал.

— Я надеюсь, ты не записываешь сюда мечтания о нашем рыжем друге, — оскалился Гарри.

Она покраснела и кивнула.

Парень заскользил взглядом по поверхности аккуратно исписанных страниц, иногда кивая.

— Жаль, что ты не любишь летать, из тебя бы получилась отличная сова, с твоей-то настойчивостью и хитростью, — отстранённо сказал он. Девушка заинтересовалась, когда увидела, что первое предположение о её форме парень сделал, просмотрев всего лишь треть записей.

— У тебя есть привязанность к котам, — начал бормотать он. — И очень даже может быть, что это существо из семейства кошачьих. Здесь есть запись о том, как ты защищаешь своих детей и даже убиваешь своего противника, что ж, очень похоже на то, что сделала бы самка какого-то хищника.

Сердцебиение девушки участилось. У неё не было ни единой догадки о том, какова её форма, но то, что говорил Гарри, имело смысл.

— Ничего себе, ты гонишься за оленем? Тогда это не маленькая кошка и это весьма сужает круг поисков. Но кто же? Ты храбрая, но не гордая, недостаточно сильная, чтобы быть львицей. К тому же, они не так любопытны. Хм…

Он просмотрел еще несколько страниц, пока не выдохнул и улыбнулся:

— Ну конечно же, Скалистые Горы с деревьями, кустарниками и тому подобным. Гермиона, нравится ли тебе бродить по горам?

— Еще как. Там я чувствую себя свободной. Ничто не сравнится с пребыванием высоко в горах: там есть только я и природа, — проговорила она с отстраненным выражением.

— Что ж, я знаю только двоих представителей кошачьего семейства, которые живут в горах: рысь и пума. Но рысь не стала бы охотиться за взрослым оленем. К тому же пума соответствовала бы цветом меха твоим волосам. Так что могу сделать вывод, что ты Пума, сочетающая в себе хитрость рыси, защитный инстинкт львицы и любовь к горам. И да, в размерах это будет что-то среднее между рысью и львицей, — добавил он, ухмыляясь. — Что скажешь?

Она посмотрела на него широко открытыми глазами.

— Это она. Но никто другой никогда не сказал бы этого. Мне нравилось наблюдать за ними в зоопарке, когда я была ребёнком, и, конечно же, они влекли меня. Но я бы никогда не подумала, что являюсь ей сама. Я ведь никогда не видела себя в схватке. Но то, что ты говоришь, имеет смысл, — ошеломленно сказала девушка.

— Могу я напомнить о предыдущих приключениях со мной, когда ты сражалась против темных магов, превосходивших в количестве?

— Ладно, — кивнула она, покраснев. — Я попытаюсь стать пумой. А там посмотрим, действительно ли я такая, как ты говоришь. И большое тебе спасибо, — счастливо сказала Гермиона.

— Это было удовольствием, не могу дождаться, когда увижу твое превращение, — улыбаясь, сообщил он, отдавая ей журнал.

— Что ж, — внезапно парень оскалил зубы и с озорством проговорил. — Нам придется ждать еще час до того, как встанут остальные, так что предлагаю тебе помочь мне совершить одну маленькую шалость.

— Гарри, я староста! — не веря своим ушам, ответила девушка.

— Твоё последнее слово? — спросил он, не прекращая улыбаться.

— Я не собираюсь подшучивать над другими студентами, — уверенно ответила она.

— Дорогая, я ведь ничего не говорил о студентах.

— Нет! Ты не…

— Ну, конечно же, да. И? Гермиона, пришло время пошалить. Ведь никто не поймает нас. Кроме того, никто ведь не заставляет подписываться тебя настоящим именем, не так ли?

— И что же ты хочешь сделать и какие у тебя идеи, как назвать меня? — заинтересовано спросила девушка.

— А, любопытная, как и твоя кошка, — поддразнил он. — Что скажешь о Бархатной Лапке, и подшутить я намереваюсь над Снэйпом…

— Имя классное, — ответила она, улыбаясь. — Так что у тебя на уме?

— Ничего сложного, пока. Просто маленький визит на кухню. Ты отвлечешь внимание эльфов, а я заколдую блюдо.

— Ты э… гм… Мародёр!

— Конечно. Только, кроме всего прочего, нам придётся позаботиться о том, чтобы подписаться.

— Ладно, предоставлю это право тебе, на этот раз, — кивнула девушка.

— Что же, спасибо, Лапка. А теперь нам придется поспешить! Если я не накажу сальноволосого ублюдка, сегодня ночью мне ничего не светит, Белле и так не понравилось, что я не сделал этого ещё вчера.

— Могу представить. Что ж, тогда давай позаботимся о том, чтобы эта ночь была не хуже чем предыдущая, дорогой Дрэйк, — улыбаясь, сказала Гермиона.

Встав, они исчезли из башни.

Спустя чуть больше часа друзья, как ни в чем не бывало, встретились с однокурсниками в гостиной, чтобы спуститься в Большой зал.

Перед тем, как приступить к завтраку, ребята удостоверились в том, что им хорошо видно преподавательский стол.

— Гермиона, разве обычно ты не сидишь по ту сторону стола? — спросила Джинни.

— Да, но, хм, я решила, что будет уместно видеть преподавательский состав, — ответила она.

— С чего бы это? — снова спросила рыжая.

— Сейчас сама всё поймёшь, — сказал Гарри и подмигнул.

— Ты не…

— Тихо, смотри, — перебил он вполголоса

— Как ты обнаружишь его? — прошептала Гермиона. — У всех преподавателей одинаковые тарелки.

— Эти чары подействуют только на Тёмную метку, — прошептал он в ответ.

— Ты зачаровал все блюда?

— Да, я использовал чары на каждой тарелке. Но интерес в том, что все заклинания разные, так что каждый раз его будет проклинать по-разному, — хихикая, ответил он.

— Ты хитрый гад! — сказала Гермиона и засмеялась.

— О чем вы? — удивился Рон.

— Здесь появилось два новых Мародёра, — прошептал Гарри.

— Что ты натворил?

— Я? Кто сказал, что это был я? Во всём виновата твоя подруга, — сказал Гарри, улыбаясь.

— Что? Гермиона, ты ведь староста! — хихикнула Джини.

— Это не моя идея! — ответила она и посмотрела на парня с озорным огоньком в глазах.

— Тише, дорогая Лапка. И вы, народ, наслаждайтесь зрелищем.

— Почему вы не сказали мне? — надулся Рон.

— Две причины. Первое — твоя девушка не могла пойти и разбудить тебя, и второе — ты по-прежнему не знаешь своей анимагической формы, так что у тебя нет имени, — объяснил Гарри.

— Не говори, что ты узнала свою анимагическую форму. — Глаза Рона стали похожи на галеоны.

— Гарри проанализировал мой журнал и пришел к логическому умозаключению, — покраснела Гермиона. — Но я скажу тебе лишь тогда, когда узнаю наверняка.