Нарий никогда не делал акцента на некоторых странностях, связанных с близнецами. Он считал, что его это не касается, но любопытство всё же иногда просыпалось в этой кошачьей головке. Именно по этой причине, услышав не предназначенный для его меховых ушек разговор, шаас'к притаился возле кустов, сливаясь с окружающим миром. Даже в отсутствии листвы на деревьях... это было всего лишь ещё одной особенностью этой расы, быть незаметными. Потому что сама природа, казалось, укрывала их своей силой. Пробежит мимо него сейчас лисичка и даже не заметит, на чью ногу так неосторожно наступила. Говорили трое, что отразилось легким удивлением в кошачьих глазах паренька. К сожалению или к счастью, Нарий пропустил большую часть беседы, но и на ту долю, что он услышал, пришлось много неожиданного.
-... чтобы спасти вас обоих. Понимаешь, маленькая, когда пробуждается твоя сила, происходит неосознанная инициация. По непонятной причине, это губительно для твоего брата. Для преображения ты вытягиваешь силы из него. Как я уже успел убедиться, вы слишком крепко связаны. Твой брат знает об этом... поэтому ограждает от различного рода ситуаций, способных повлечь за собой преждевременную инициацию.
На губах Нария появилась улыбка. Теперь стала понятна утренняя ситуация, когда он немного даже переволновался за состояние Арина. Извинения между родственниками парень пропустил мимо ушей, а вот на следующий вопрос его уши прямо встали торчком, как у имперской ищейки, нашедшей след.
-Почему ты назвал меня спящей? — голос девушки чуть дрожал, словно она боялась знать правду. Что-то в этом вопросе показалось охотнику и следопыту знакомым. Ему казалось, что он где-то слышал это. Как далёкое воспоминание из детства, когда он, зарывшись в тёплый мех матери, слушал древние легенды и предания старейшей из рода Шани*. Но от следующей фразы ошеломлённый Нарий дёрнулся и чуть не упал. На одиноко хрустнувшую ветку обратил внимание только незнакомый мужчина, которого парень увидел вскользь, но тот не подал виду. Хотя шаас'к был уверен, что был замечен с поличным, но уходить, почему-то не стал.
-Потому, что вы спящие драконы...
Этого вполне хватило, чтобы всё объяснить. Все эти странности... Да и этот запах... сила... Нарий чуть не рассмеялся от своей глупости. Он же чувствовал что-то такое, он же помнил на подсознательном уровне этот магический след. Для его народа, как одной из дальних ветвей расы оборотней, драконы были как идолы, которых почитали и уважали, и готовы были отдать жизнь. Когда он был ещё маленький комком шерсти, не способным ещё принять полностью человечекоподобный вид, в их селении жил дракон. Они часто любят путешествовать, приняв наиболее приятный облик для местных жителей, развлекаются, наблюдая за жизнью низших рас, помогают и губят, судят и карают. Нарий прекрасно помнил, каким прекрасным и беззащитным может быть живое разумное существо, скрывающее в себе огромную силу и могущество. Покорители неба. Разве это были крылатые или демоны? Нет... небо всегда принадлежало только драконам. Для всего мира они оставались мало известной расой разумных, загадочной и непонятной по своей природе существ. А некоторые маги даже по сей день оспаривают то, что драконы разумны и могут менять облик. Глупые... И как, наверное, им смешно наблюдать за нами.
Столько подсказок было перед глазами. Ведь даже когда шаас'к, единственный из всей группы, заметил светящуюся как ртуть кровь близнецов, он не обратил на это ни капли внимания... Но с другой стороны, чтобы он сделал? Выдать их, это всё равно, что обречь любимцев самого создателя на верную гибель. Нарий стал догадываться, что не так просто вся эта история со свадьбой, и скорее всего император догадывается, чья кровь течёт в этих детях. Он видит это так же ясно, как и знает то, что в нём течёт кровь воплощённого света. И так же шаас'к понял, что не просто так эти двое напросились в эту опасную поездку. У них были на это важные причины.
Дальнейший разговор он прослушал в пол уха, предаваясь своим размышлениям и вычленив только то, что Шейнара всё-таки воздействовала на Лекса своим природным даром драконницы. Об этой силе в его народе ходили легенды. Каждая раса имела свою долю природного притяжения, но всё это не шло ни в какое сравнение с тем, что могли творить драконы. Наверное, это так же было одной из причин, почему они скрывались. Такая сила... Сложно было бы жить этим справедливым существам, видя в глазах остальных только бессознательную покорность. Наверняка они как и все пытались все эти тысячелетия учиться контролировать свои силы. Ведь они созидатели и хранители, а не разрушители. Но на счёт Лекса Нарий был совершенно спокоен, он даже был доволен таким поворотом веретена судьбы. Потому что лучше это, чем то существо, которое он впервые встретил после обряда. Да и поступки древних нельзя осуждать, пусть они сделаны и по незнанию и молодости.
Узнав достаточно для себя, шаас'к так же бесшумно двинулся обратно, переваривая полученную информацию. В его голове даже не было мысли, чтобы рассказать всё это остальным. Не такой Нарий был дурак, чтобы делиться ценными крохами знаний. Драконам лучше не переходить дорогу, пусть даже спящим. Ведь наверняка за ними стоит кто-то посильнее. Да и нравились они ему, теперь-то он понимал причину, но всё равно... Предать их, предать свой народ, предать всю ветвь, имеющую способность менять облик. И пусть они и не принадлежат ни одной из сторон. Они выше этого.
Пройдя половину пути, Нарий уже принял решение, не мешать близнецам, но и не выступать в открытую в их защиту. Защитников у них и так хватает... И один вот уже стоит впереди с холодным взглядом серо-голубых глаз. Стоит только повнимательнее присмотреться, и можно легко понять, кто стоит впереди. Наполовину живой, наполовину мёртвый. Принадлежащий двум противоположным по своей сути мирам. Полудух, бывший раб тех же драконов, вышедший из-под их контроля во время великого перелома*, страшной войны, произошедшей тысячи лет назад, когда был убит тот, чьё имя стёрли из памяти потомков. Поэтому Нарий склонил голову в знак уважения, прекрасно понимая, что сейчас он может запросто погибнуть, стёртый с лица земли беспощадной силой стихии. Стоит стоящему впереди мужчине только пожелать.
-Шаас'к... и как я сразу не догадался... — чему-то улыбнулся полудух, и от этой улыбки Нария бросило в дрожь, а холод буквально сковал его тело. Сложно было даже открыть род, но тому, кто перед ним даже не нужно отвечать, потому что мысли живых существ не являются для него тайной. — Ну что ты... не стоит меня бояться. Я прекрасно знаю, что препятствовать мне ты не будешь. И детишек не выдашь, вы слишком трепетно относитесь к древним. Твоё молчание будет вознаграждено, разумеется.
Нарий понял, что от него что-то требуется, словно чужие холодные мысли появлялись в его голове. Это было весьма...неприятно...
-Чего вы хотите? — наконец выдавил он. И почему ему так не повезло нарваться на этого полудуха? Уж лучше обычный дух, с ними по крайней мере договориться можно. Но видимо его собеседник был сегодня в хорошем относительно настроении, что не стал обращать внимание на невесёлые мысли паренька. Хотя демоны их разберёт, какое настроение можно считать хорошим для этого индивида. Ведь даже не подумаешь, что какое-то время назад шаас'к мог слышать нежность в этом холодном голосе по отношению к близнецам. Хотя для этих непонятных существ, даже после снятия клейма рабов, драконы так и остались аналогом высших сил.
-Мне нужна самая малость. Скоро вы подойдёте ко второй границе, к небольшой крепости Мерль, последнему населенному пункту перед вашей целью. Дальше до нужного вам храма рукой подать. Следующий участок пути весьма сложен, я не могу полноценно оберегать своих подопечных, поэтому дальше всё зависит от тебя. Не знаю, что ты будешь им плести, но скажешь, что дальше не знаешь дорогу и вам нужен проводник именно до границы с тёмными. В этой крепости найдёшь меня, можешь представить дальним знакомым Севером.
-Я всё понял.
Тот внезапно усмехнулся.
-Как я понимаю, ваш лидер собирается оставить детишек на ближайшем аванпосте у самой границы?
-Да. Но как я понимаю, это их не остановит?
-Ты догадливый. Главное, чтобы не мешал мне выполнять свою работу. На этом всё, можешь идти. И ещё скоро у вас на одно дитятко будет больше, — его улыбка так и сияла самодовольством, как у наевшегося сметаной кота.
Нарий поморщился.
-Я почувствовал этот запах ещё давно.
-Молодец. Только не стоит об этом знать оставшимся путникам.
С этими словами полудух отвернулся и уже его образ подёрнулся лёгкой дымкой, когда шаас'к спросил мучавший его вопрос.
-А как же они? Может быть их вывести?
Что уж говорить, ребята забрались довольно далеко для своего разговора по душам. Полудух обернулся, и Нарий так и не смог определить, были ли у него в глазах вообще какие-либо чувства.
-Пусть поплутают, им полезно.
Пожав плечами, шаас'к не спеша направился к стоянке. Его встретили взволнованными и любопытными взглядами. Лекс даже привстал немного, недовольно глядя на него.
-Ну, и где они?
Нервно махнув хвостом на столь провокационный вопрос, Нарий молча сел у костра, протягивая к нему озябшие руки. Что уж говорить, общение с самим северным ветром немного выбило его из колеи. Подождав немного, отчего атмосфера в лагере накалилась ещё сильнее, что даже у эльфийки заполыхали её чудные глазки, шаас'к устало махнул рукой в сторону.
-Да вон они идут.
Лекс сразу вернул на лицо невозмутимую маску, а эльфийка стала язвить, глядя на вышедшую через пару мгновений парочку. И уже глядя на смеющихся близнецов, Нарий вдруг подумал, что ему собственно всё равно чем закончится их поход, главное, чтобы эти двое смогли выбраться из той паутины ловушек, что специально для них сплели высшие. А там уж как карта ляжет...
* * *
* * *
Лиэра — избранница в переводе с древнего языка.
Шани — на языке шаас'ков так называют старейший. Их выбирают всего трёх,
и обычно это самые старые и мудрые представители своего племени.
Великий перелом — самая жестокая и кровавая страница истории этого мира. Эта война произошла множество тысячелетий назад, что даже старейшие из драконов не помнят её дату. Она унесла с собой миллионы жизней, а сами драконы были практически уничтожены. Объединённые силы всех рас, тёмные и светлые, были практически разбиты несокрушимой армией под командованием сына самого воплощения тьмы. По воле вмешавшихся в последнюю битву Света и Тьмы, предотвративших уничтожение этого мира, тиран был сражён и убит, а его душа навеки заточена в пустоте. Это был единственный случай, когда воплощённые силы сошли на землю, а имя сына Тьмы было стёрто из памяти всех существ.
* * *
Глава 11.
Тихо и незаметно взорвав склад с боеприпасами,
партизаны двинулись дальше...
NN
Они совершили ошибку, огромную ужасающую ошибку. Арин пытался предупредить их, но потом вдруг вспомнил обо всех предыдущих событиях и замолчал, с ехидной улыбкой приготовившись наблюдать за бесплатным представлением. А эльфийка пыталась незаметно перетащить в свою седельную сумку часть провизии. Я обиженно надулась. И чего они?
А дело обстояло так... Мало того, что теперь каждый день не обходился без нападения какой-либо особо опасной зверушки, так ещё и некоторые из нашего колоритного состава заявили о том, что и мне пора вкладывать свою лепту в наше дальнейшее продвижение. Как мне сказали, я здесь не для украшения, и мне пора взяться за дело, а не бездельничать. И что самое обидное Лекс это поддержал. Может, сыграл тот факт, что Шайре блокировал мою силу, хотя как мне сказали, моя способность не зависит от внутреннего резерва, присущего всем живым существам, а является частью меня. Так вот мой жених стал вести себя как-то подозрительно. Хотя Арин говорит, что меня всё это сильно задевает из-за того, что золотоволосый крылатый стал меньше обращать на меня внимания. Вот я и бесюсь. Но я же...
Я хмуро посмотрела в ту сторону, где сидели все остальные. Может быть братишка и прав. Зачерпнув в ручье воды, я пошла к костру и повесила котелок над огнём. Сегодня первый день, как на меня была возложена должность повара. По крайней мере, как сказал Лекс, я просто обязана уметь варить хотя бы кашу. Ну вот, сегодня и проверим, так ли я безнадёжна как есть на самом деле. Хотелось, конечно, признаться всем остальным в своей профнепригодности, но банальная гордость не позволяла. Как всегда впрочем. Так что мне выдали мешок с крупой, соль и котелок и пожелали удачи в освоении этой увлекательной профессии. Хорошо, что хоть в покое оставили, ну а Арин явно развлекаясь, мысленно комментировал все мои действия.
"Куда ты сыпешь?! Я сказал, куда?! Вода же ещё не закипела!"
Я насупилась.
"Мне показалось, что она уже кипит..."
"Показалось... когда кажется, богам молиться надо..." — проворчал он.
"Как будто они ответят..." — пробурчала я, не отрывая взгляда от воды. Да когда ж она закипит, зараза!
"Ну, мало ли... Нам простым смертным, или не совсем простым...это как посмотреть, не понять помыслов Великих"
"Ещё бы..."
"Не отвлекайся, вода уже кипит. Теперь аккуратно засыпай крупу. Я сказал аккуратно! Да не бухай ты её! И не шипи, сама виновата, что обожглась. Да зачем ты так много?! Где мы, по-твоему, ещё припасы пополним?".
Я ещё активнее засопела, мешая кашу. Видимо перестаралась, что котелок от моих усилий чуть не перевернулся. Так, что ещё в кашу нужно? Правильно, соль.
"Ты что творишь? Эй! Это же каша, а не солевые пески! Куда столько? Да не выкидывай ты её уже. Сойдёт, наверное... А теперь мешай, аккуратно и жди. Чего? Пришествия Великих на нашу бренную землю..."
"Арин... прибью..."
"Да ладно тебе, сестрёнка. Ты и так этим периодически промышляешь... Без обид"
"Да что на правду обижаться".
Я задумалась над своей нелёгкой долей. Стало почему-то очень грустно. В груди недовольно ворочался холодный комок, оставшийся после поцелуя полудуха. Не сказать, что мне он слишком мешал, я редко когда пользовалась своими магическими способностями, только вот разрыв со стихией действовал угнетающе, и было несколько неприятно ощущать этот холод в своей груди, там, где размеренно билось сердце. Даже странно было как-то...словно все ощущения слегка притуплены. Иногда накатывала паника... Не вырваться, не освободиться... словно вечный лабиринт, выхода из которого нет. Хотелось рассмеяться от сложившейся ситуации. Я чувствовала себя птицей в золотой клетке, только клеткой выступало моё собственное тело. Где-то глубоко внутри часть меня билась о прутья клетки, получая холодные ожоги, а другая часть меня понимала, что по-другому сейчас просто не выжить. Это было правильно, пусть и больно. Ведь так мой брат будет жить.
"Шейнара!!! Каша!!!" — ментально заорал брат.
Я вздрогнула, только сейчас почувствовав запах горелого, так раздражавший моё чувствительное обоняние. Судорожно схватила руками за котелок и коротко вскрикнула, отдёргивая обожженные ладони. Мда... переполох я организовала, ко мне тут же подскочили все, кроме Вольва, который принял тактику просто меня не замечать. По крайней мере, это намного лучше, чем постоянные оскорбления и подколки. Арин хмуро тёр свои руки, часть боли досталась и ему, благоразумная эльфийка спасала остатки каши, а Лекс бережно осматривал мои руки и недовольно кривил губы. Его пальцы нежно касались покрасневшей кожицы, стараясь не причинить мне боли, но я всё же недовольно кусала губу, пытаясь не замечать горящих ладоней.
