Часть 2. Первый день весны

— Ну хоть короля-то не надо, — попросила Тереза.

— Ну что ты, я же его обожаю, он душка, разве я его обижу? Только подшучу немного.

— Короля поимею я, — пообещала Эльвира. — Как ты выражаешься, в полный рост. Во все его пять локтей и четыре пальца.

— Это столько в нем росту? — уточнила Ольга. — То есть, где-то два ноль восемь... Ни фига ж себе... а сколько же тогда у Элмара? Два двадцать? Эльвира, а за что ты его так? Что у вас с ним вышло?

— Извини, — нахмурилась Эльвира, — Я не хочу распространяться об интимных подробностях.

На этом разговор сам по себе угас, и все стали молча ждать своей очереди, формулируя в уме свои просьбы.

Они оказались в одной четверке и в зал вошли все вместе. В зале оказалась толпа народу, совершенно лишнего для церемонии — видимо, господам придворным было интересно само зрелище, или же они коллекционировали особо дурацкие просьбы. Ольга тихо хихикнула, увидев короля в официальном протокольном облачении и короне, которая смотрелась на нем смешно и нелепо.

— Выйдите на середину зала, — объявил распорядитель церемоний, — назовите свое имя и изложите свою просьбу.

Кира оказалась первой. Она расправила складки камзола и строевым шагом вышла на середину зала.

— Я баронесса Арманди из Крамати, — громко произнесла она. — Я прошу разрешения взять с собой оружие, чтобы сразиться с драконом и умереть, как подобает воину.

— Нельзя, — тут же послышалось из-за стола Комиссии. Это сказал председатель, тот самый печально известный господин Хаббард.

— Можно, — возразил король.

— Это не разрешено Законом, — закипятился председатель

— Это не запрещено Законом. Значит разрешено. — Король отвечал скучающим тоном, развалясь на своем троне и всем своим видом давая понять, как его утомили эти бесконечные перебранки с Комиссией.

— Это запрещено! — уже не так уверено заявил господин Хаббард.

— Где? Процитируйте.

— Часть третья, глава пятая. Девушки должны явиться к месту отправки в нарядных платьях, элегантно причесанные и убранные цветами.

— Не платьях, а одежде, — поправил король. — Вечно вы перевираете. И где здесь что-то запрещено? Ничего не запрещено. Они могут взять с собой все, что считают нужным. Любимую куклу, таблетки от головной боли, три смены платьев, штурмовое копье, комнатную собачку, мешок дерьма, столовый сервиз — все, что в состоянии унести. Даже если вы считаете вопрос спорным, мое право решать и я разрешаю. — Он встал и поклонился Кире. — Позвольте выразить вам мое восхищение, отважная воительница. Ваше мужество будет воспето в балладах и сохранено в истории королевства.

Возможно, он просто из вежливости ее похвалил, но все равно было приятно. Кира повернулась, чтобы вернуться на место, но ее остановил ехидный голос из-за стола Комиссии.

— И куда вы прицепите свой меч, баронесса? К подолу вашего бального платья?

Ах ты сволочь, обиделась Кира. Еще и издеваешься? Она обернулась и посмотрела на герцога в упор, чтобы он хорошо видел ее глаза и не надеялся заметить там страх или отчаяние.

— Нарядная одежда воина — парадные доспехи, — твердо сказала она. — Элегантная прическа воина — парадный шлем. А бальное платье больше пойдет вам, ваша светлость, поскольку у меня есть сомнения в том, что вы мужчина.

В зале немедленно смолкли разговоры, и в наступившей тишине было отчетливо слышно, как его величество давится от смеха.

— Браво! — наконец, крикнул он и несколько раз хлопнул в ладоши. — Достойный ответ на дурацкий вопрос, вы не находите, господа?

Придворные послушно, но как-то вяло зааплодировали, с опаской оглядываясь на герцога Браско, и под эти неуверенные аплодисменты Кира вернулась на свое место.

— Круто! — восхищенно заявила Ольга. — Ты его поимела, как хотела! Он теперь до конца церемонии будет сидеть, как обосранный!

— Послушай, — не выдержала Кира, — Ты этой изящной словесности уже здесь нахваталась, или с собой привезла?

— А что, — съязвила Ольга. — Вас это шокирует? Ваши солдаты изъясняются классическими стихами?

— Солдаты есть солдаты, а ты-то где этого набралась? В королевской библиотеке?

— Да нет, — засмеялась Ольга. — Это я из дому привезла.

— А чем ты занималась дома?

— Изучала языки и литературу. Изящную словесность, в общем, — пояснила Ольга, наблюдая, как на середину зала величественной походкой выходит красавица Эльвира.

— Я Эльвира Люменталь, — с обычным своим отчужденным спокойствием произнесла она. — Я прошу, чтобы вы, ваше величество, принесли мне свои извинения. Сами знаете, за что, но если не догадываетесь, могу сказать.

Король медленно выпрямился и в наступившей тишине коротко и серьезно спросил:

— Публично?

— Да, здесь и сейчас.

— В какой форме?

— Как вам будет угодно.

— Должен ли я подробно указать, за что именно, невзирая на то, что здесь присутствуют дамы?

— Не обязательно.

— Должен ли я при этом преклонить колено перед вами?

— Нет, ваше величество, я хочу, чтобы вы смотрели мне в глаза.

Присутствующие, затаив дыхание, слушали этот странный обмен вежливыми репликами, которые и король, и его придворная дама произносили одинаково ровным и серьезным тоном, и с трепетом ожидали продолжения. Король с каменной вежливостью на лице спустился по ступеням, подошел к Эльвире вплотную и все тем же ровным серьезным тоном произнес, глядя ей в глаза:

— Госпожа Люменталь, я приношу вам свои извинения за то, как я обошелся с вами год тому назад. Я прошу у вас прощения за мое поведение, недостойное короля. Я прошу вас простить меня за то, что относился к вам без должного уважения, унижал вас, оскорблял и хамил. Я ничего не упустил?

— Благодарю вас, ваше величество, — точно так же ровно ответила Эльвира, и они, одновременно развернувшись, как часовые при смене караула, чинно разошлись по своим местам. Ольга, сунув руки в карманы, зашаркала своими белыми кроссовками на середину зала, спеша занять место Эльвиры.

— Это и все, чего ты хотела? — удивленно спросила Кира. — Вы что, так не могли разобраться в своих недоразумениях?

— Я не думала, что это будет... так, — вздохнула Эльвира. — Я ожидала, что он станет сопротивляться, а я буду настаивать... Что он разозлится, что ему будет стыдно, что он будет чувствовать себя униженным... А он даже не дрогнул. И даже не покраснел. И глаз не отвел. Словом, лишил меня единственного и последнего удовольствия. — она еще раз вздохнула и печально изрекла: — Козлы они все, мужики...

Тем временем Ольга, представившись, принялась излагать:

— Ваше величество, у меня к вам есть одна просьба, очень, как бы сказать... личного характера. Вы не возражаете, если я выскажу ее вам наедине, чтобы... э-э... ну, вы меня понимаете.

Король обхватил ладонью подбородок и скорбно заломил брови.

— Вы что, сговорились? — жалобно сказал он и повернулся к придворному магу. — Мэтр Истран, я вас очень попрошу... В мой кабинет. Ольга, подойди ближе.

— Так нельзя! — заявил председатель Комиссии. — Просьба должна быть высказана публично.

— Процитируйте, — небрежно откликнулся король. По-видимому, эта реплика у него уже была отработана до уровня рефлекса. Господин Хаббард засопел, но промолчал. Предполагаемой цитаты явно не существовало, а врать королю было бесполезно — оба злосчастных закона он, разумеется, знал наизусть. Ольга обернулась, очаровательно улыбнулась председателю и показала ему кулак с отставленным средним пальцем. Видимо, это что-то означало, поскольку господин Хаббард задохнулся от возмущения и пошел красными пятнами, однако не сказал ни слова. Эльвира тихо хихикнула и объяснила Кире, что этот жест аналогичен мистралийским двум пальцам или же родному ортанскому кулаку. Это ей как-то Жак рассказывал.

А тем временем Ольга со своим пальцем скрылась в сером тумане, оставив Киру в полном недоумении. Вот уж, никогда не знаешь, чего ждать от этих бардов...

В кабинете король сел на край стола, содрал с головы корону и с силой стукнул ею по стопке бумаг.

— Ну, давай, — сказал он. — Излагай, я уже ко всему готов. Мэтр Истран тебе не мешает, или попросить его покинуть кабинет?

— Ваше величество, — умильно улыбнулась Ольга. — Мэтр нам совершенно не мешает, вы ведь ему доверяете? Я хотела попросить вашего разрешения покопаться в секретном складе "бин" на предмет подходящего оружия против дракона. А вы что подумали?

— Что угодно, — вздохнул король. — Ты же непредсказуемый человек, с тебя сталось бы попросить, чтобы я публично сплясал на столе в голом виде, подал тебе чью-нибудь голову на блюде, или еще что-нибудь такое, что ночь любви показалась бы невинной шуткой. Кто тебе сказал про склад? Жак?

— А кто же. Так как?

— Да жалко мне, что ли... Почему сразу не сказала? Хотела, чтобы я понервничал?

— Не то, чтобы... Я просто боюсь, что если кто-то об этом узнает, нам могут учинить какое-нибудь западло, чтобы помешать. Нашей Комиссии дракон, наверное, дорог, как кормилец, и если они узнают, что ему угрожает что-то реальное... Вот я и подумала — пусть все думают, будто я и правда попросила у вас ночь любви, а я как раз в эту ночь и пошарю на складе. А можно я Кире все скажу? Мы ведь вместе будем. Я бы и для нее что-то взяла, и для Терезы.

— Так, подожди, — сказал король, встал со стола, перебрался в кресло и стал набивать трубку.

— Ваше величество, — подал голос мэтр Истран. — Осмелюсь напомнить вам, что вас ждут.

— Я быстро, — сказал король. — Помолчите пять минут, мне надо подумать.

Мэтр вздохнул и сел в ближайшее кресло. Ольга тоже забралась на диван и достала сигареты. Его величество попыхал трубкой минут пять, как и обещал, затем произнес:

— Сделаем так. Расскажи Кире минимум и так, чтобы вас не услышали. Пусть она сегодня заберет свои вещи из гостиницы и идет ночевать к тебе, к Жаку или к Элмару, откуда ее можно будет телепортировать сюда. Тереза пусть идет к Жаку. Жаку передай, что к десяти часам он мне будет нужен трезвый и готовый работать, я его попрошу тебе помочь. Когда вернемся из склада, мэтр, я вас попрошу собрать всех сюда и мы поговорим подробно. Также распорядитесь, пусть ваши мальчики вернут домой Элмара и пусть он сидит дома и ждет моих распоряжений. И лично вас попрошу пригласить Этель.

Мэтр Истран улыбнулся.

— Я вижу, ваше величество, вы за пять минут волшебным образом исцелились от депрессии, чему я несказанно рад.

— Какая может быть депрессия, если у меня появилась идея!.. Если бы мне еще кто-то сказал, что же за дерьмо эта трижды проклятая марайя, о которой никто ни хрена не знает, я был бы вообще счастлив.

— Ой! — вскрикнула Ольга. — Курица же я безголовая! Совсем про нее забыла! Сейчас вспомню... Это методика создания фантомов... и маскировки... ой, как же...

— Ты это о чем? — подозрительно поинтересовался король.

— Да о марайе этой вашей... Где вы только слово такое взяли... путем создания... нет, иллюзорной замены окружающей среды... нет, наоборот, себя окружающей средой...

— Стой, стой, — остановил ее король. — Не торопись, спокойно подумай и вспомни. Где ты это узнала?

— Мне Диего сказал. Ночью, когда мы в больнице трахались...

— Вы в таком состоянии еще и...

— Кгм, — негромко напомнил о себе мэтр Истран. — Ваше величество, прошу вас...

— Минуточку, мэтр... Так что он тебе сказал? Откуда он это знает?

— Ему приснился Шанкар и рассказал, что такое марайя. Я сейчас вспомню, как было точно...

— Не стоит, — сказал мэтр Истран. — Я понял. Это маскировка путем создания иллюзии, что тебя здесь нет. Например, вот вы смотрите на меня и видите меня. А если я создам иллюзию, что я — это не я, а кресло, то меня никто не увидит.

— Ошибаетесь, — возразил король, мгновенно просветлев лицом. — Я не увижу. А вот Ольга — увидит.

Он вскочил из-за стола, выбежал на середину кабинета и радостно обнял обоих — девушку и старого волшебника.

— Мы его сделаем! — счастливо воскликнул он. — Мы все продумаем, как следует, и прикончим, наконец, этого извращенца! Вы не умрете, вы вернетесь! Ольга, как это здорово, что все так сложилось! Он вас не обманет, не нападет на вас внезапно, ты его увидишь!

— Ваше величество, — напомнил мэтр Истран. — Вы не могли бы отложить ваши восторги до более подходящего времени? Мы отсутствуем уже более десяти минут. За это время можно не только выслушать просьбу, но и выполнить ее.

— Это мысль! — засмеялся король, расстегнул верхние крючки камзола и слегка перекосил ремень. Потом дернул Ольгу за свитер, заправив его сзади за пояс джинсов, и взлохматил ей прическу.

— Жаль, что у тебя губы не накрашены, — сказал он. — Вечером накрась обязательно. И оденься, как на ... — он покосился на мэтра. — как Камилла. Мы готовы, мэтр.

— Корону не забудьте, — напомнил маг. Король спохватился, напялил корону набекрень и весело подмигнул Ольге.

Когда они оказались в зале, Ольга не спеша поправила свитер и прическу, а король тем временем поправил корону и сказал, застегивая камзол и улыбаясь ей:

— Для меня будет истинным удовольствием выполнить вашу просьбу. — Он повернулся к секретарю. — Сегодня вечером пошлите за госпожой карету и доставьте ее в мои апартаменты к десяти часам.

Толпа тихо ахнула, и в наступившей тишине совершенно отчетливо прозвучал громкий шепот герцогини Дварри:

— Она что, совсем рехнулась?

— Да нет, дамы... — промурлыкала в ответ Камилла, даже не понижая голос. — Они выглядят вполне счастливыми. Дело вкуса, знаете ли...

Король остановился у большого зеркала в гостиной и дернул Ольгу за рукав.

— Полюбуйся, как мы потешно смотримся.

— А на нас с вами что ни надень, мы будем так смотреться, — вздохнула она. Его величество был облачен в домашний прикид — длинные широченные штаны, просторную безрукавку, из-под которой выглядывали кружева рубашки, и тапочки. Сама Ольга принарядилась, как на съем — в короткое облегающее платье с огромным вырезом, ажурные чулки и туфельки на самых высоких каблуках, какие только нашла. А также сделала прическу и намазалась, как и не снилось ортанским шлюхам. Ни у одной местной шлюхи не было такой фиолетовой помады.

— Да я-то действительно всегда смотрюсь потешно, — засмеялся он. — А вот ты... Что это ты напялила?

— Вы же сами сказали, одеться как на панель. Я постаралась. Сколько бы вы за меня дали? — Ольга оттопырила губы и состроила его величеству глазки. Король оценивающе оглядел ее и тоном состоятельного клиента поинтересовался:

— А что ты делаешь?

— Все, что пожелаете, — подражая голосу Камиллы, промурлыкала Ольга, изогнув стан и выставив вперед ножку.

— Тогда тебе вообще цены нет, — расхохотался король и кивнул на диван. — Садись, подождем. Мэтр появится чуть позже. А что, ты действительно столь раскована в этом отношении?

— Теоретически, — рассмеялась Ольга. — Не забывайте, что практики у меня... ну совсем мало.

— И что, если бы твой кабальеро предложил тебе нечто вроде того, чем славится Камилла, ты бы согласилась?

Ольга задумалась.