Долгожданная встреча (Хадсоны 2)

Она думала, что никогда больше не заслужит его взгляда, никогда в его глазах не увидит нежности или тепла. У Тори сжалось сердце. Она хотела подойти к нему. Хотела обнять его так крепко, чтобы он почувствовал, как дрожит ее сердце. Чтобы он почувствовал, наконец, что нужен ей. И она хотела, чтобы он всегда, вечность вот так смотрел на нее. Будто она была дорога ему.

Тори так сильно боялась, что это снова временный дар. Может, она так сильно больна им, что ей уже мерещится его нежность? Она ощутила острую боль в груди. Господи, она любила его, но не имела ни малейшего шанса быть с ним!

Заворожено глядя на него, Тори вдруг отчётливо поняла, что он хочет подойти к ней. Она видела в его глазах это желание. И он на самом деле шагнул к ней, шагнул на мощёную дорогу, не замечая, что справа черная непримечательная карета стремительно мчится прямо на него...

* * *

Алекс вошла в аптеку и нахмурилась. В обветшалом и запыленном помещении царил непривычный полумрак. Ей никогда не доводилось бывать в аптеках, и почему-то она полагала, что это очень светлое место, где с легкостью можно разглядеть названия лекарств на баночках, склянках и бутылках разных размеров. И полкам в аптеках положено быть переполненными этими самыми банками, пузырьками, склянками и бутылками.

В этом же месте полки были полупустыми, а хозяин, которому надлежало быть за прилавком, отсутствовал.

Внутри было совершенно пусто. И это в центре города?

Это насторожило Алекс и немного даже напугало. Она вдруг пожалела, что вообще пришла сюда. Тем более не следовало этого делать, не предупредив Тори. Сестре сейчас не к чему волноваться и уж тем более бросаться на ее поиски. Вот только Алекс считала, что быстро купит то, что ей нужно, и вернется до того, как успеют заметить ее отсутствие. Но раз она уже пришла сюда, стоило попробовать реализовать хоть бы часть плана, поэтому Алекс сделала шаг вперед.

И тут же замерла, заметив некое движение в дальнем тёмном углу. Девушка застыла, поняв, что всё же не одна в аптеке. Там определённо что-то пошевелилось. Неужели хозяин прятался от посетителей? Так принято в Лондоне?

Ощущая необъяснимый страх, Алекс затаила дыхание, когда тень вдруг оторвалась от стены и стала медленно приближаться к ней. В этот момент она на самом деле пожалела, что пришла сюда. Вдруг на нее нападёт какой-нибудь бандит? И что она сделает? Что она сможет сделать?

Тень продолжала надвигаться и когда оказалась рядом со слабыми лучами солнца, Алекс увидела, что перед ней стоит мужчина. И он был одет во всё чёрное. Вот почему она не сразу заметила его. Ей почему-то показало, что даже глаза у него были чёрными. Алекс не могла пошевелиться, глядя в лицо совершенно незнакомого человека, который так же удивленно и пристально изучал ее. И даже не думал нападать.

Он был необычайно высок, немного худощав и у него были на удивление светлые волосы. Почти золотистого цвета. Вот только слабое освящение мешало точно определить оттенок. Он вдруг наклонил голову и неожиданно медленно улыбнулся ей, от чего на щеках появились две ямочки. Почему-то это так сильно поразило Алекс, что она приросла к полу, с трудом переводя дыхание. Впервые в жизни, глядя на мужчину, она оцепенела и ничего с этим поделать не могла.

— Кто вы такая и что вам здесь нужно?

У него оказался удивительно мягкий, густой голос, от которого задрожали колени. Алекс была потрясена своей реакцией на происходящее и никак не могла понять, что с ней происходит. Особенно потому, что она почувствовала, как щёки ее запылали, выдавая необычное волнение.

Мужчина склонил голову к плечу, не спуская с нее своих завораживающих глаз.

— Впервые вижу девушку, которая умеет краснеть. — Он сделал шаг в ее сторону и полностью оказался под лучами солнца. — Что вас занесло сюда?

Алекс не слышала, что он говорит. Она увидела его глаза и была потрясена, обнаружив, что они медово-золотистого цвета, как его волосы и длинные ресницы. Правильные черты лица выдавали в нем знатное происхождение, а рост, этот внушительный рост пугал, но вместо страха Алекс почувствовала... трепет!

Не получив ответа на свой вопрос, он сделал ещё один шаг вперёд, опасно приближаясь, от чего сердце Алекс стало неестественно быстро колотиться в груди.

— Что такой очаровательно девушке понадобилось в затхлой аптеке?

Алекс всё смотрела на него, не в состоянии произнести ни слова. Он назвал ее 'очаровательной'? Она не ослышалась? Никто никогда не называл ее так. Может она неправильно поняла его? Алекс не знала, что сказать. И как это сделать. Было такое ощущение, будто ни ее чувства, ни голос больше не подчинялись ей, а полностью управлялись этим странным человеком. Он смутил ее ещё больше, окончательно приблизившись к ней. И оказался прямо напротив нее, так что она могла с легкостью дотронуться до него.

Чуть подавшись вперёд, он снова проговорил голосом, от которого мурашки побежали по телу.

— Милая, я знаю, что вы можете говорить. — Он так пристально смотрел на нее своими медово-золотистыми глазами, что даже линзы очков не могли помочь ей скрыться от него. — Может, назовете мне свое имя?

И Алекс вдруг поняла, что просто неприлично молчать и так откровенно изучать его, иначе он подумает, что она сбежавшая из Бедлама пациентка. Тяжело сглотнув и приподняв голову, она сделала глубокий вдох. И произнесла на удивление спокойным, ровным голосом:

— Я не знаю вашего имени, сэр, чтобы назвать вам своё.

К ее удивлению, а потом и ужасу он снова медленно улыбнулся, от чего ямочки снова обозначились на его худых щеках. И снова Алекс стало трудно дышать. В груди появилось странное чувство, от которого задрожали руки. И его улыбка... она играла только на его губах и почему-то не касалась его удивительных глаз. Как странно.

— Что ж, — кивнул он, всё ещё стоя невероятно близко от нее. — Вижу, вы непростая девушка. Может, хоть бы скажете, что привело вас сюда?

Как бы странно она ни чувствовала себя, Алекс всё же удалось ответить.

— А почему, как вы считаете, люди приходят в лавку аптекаря?

Его улыбка стала чуть шире. Руки Алекс задрожали чуть сильнее.

И в этот момент из-за ширмы появился настоящий хозяин аптеки, седовласый невысокий старик в замызганном переднике.

— Вот ваш заказ, сэр.

Незнакомец ещё какое-то время смотрел на Алекс, а потом развернулся и направился к прилавку. Алекс вздрогнула, ощутив небывалое облегчение. И легкое разочарование, происхождение которого не смогла бы себе объяснить.

— Адамс, — заговорил незнакомец, обращаясь к аптекарю. Он поспешно схватил маленький мешочек со своим заказом и спрятал в кармане сюртука. — К тебе пожаловала необычная клиентка, обслужи ее как следует.

Старик повернулся к Алекс.

— О, какая очаровательная девушка, — проговорил он с улыбкой. — Что вам угодно, мисс?

Алекс стало по-настоящему дурно от слова 'очаровательная', которое она уже дважды успела услышать за последние несколько минут. Но вот что странно: слова старика никак не подействовали на нее, по сравнению со словами незнакомца, которые вызывали в ней бурю чувств. Сжав свой ридикюль, Алекс тоже направилась к прилавку.

— Я хотела бы купить у вас мазь на основе мёда, горчицы, соли и соды. У вас есть нечто подобное? Или мне назвать точный рецепт и подождать, пока вы приготовите ее?

Оба мужчины с искренним удивлением смотрели на Алекс.

— А откуда вы знаете рецепт мази, которая применяется от болей?

Вопрос задал старик, но казалось, ответ больше хотел услышать другой человек. Алекс попыталась не обращать на него внимания, медленно подняв руку и поправив очки на переносице.

— Разве это имеет значение? — заговорила она слегка недовольным тоном и тут же заметила боковым зрением, как золотистые брови незнакомца поползли вверх. — В газете было сказано, что вы продаёте мази от болей в суставах и беспокоящих болях после ранений. Мне не нужны средства, применяющиеся внутрь, потому что они имеют неприятное свойство вызывать неожиданные последствия. Поэтому я хочу мазь, которую нужно применять наружно, нанеся на больное место.

На этот раз мужчины удивленно переглянулись, обменявшись тайными взглядами. Если они и дальше будут выражать степени своего удивления, Алекс придётся тут заночевать, ожидая желаемого результата. Поэтому она добавила торопливо:

— Я спешу, меня ждут. Вы сделаете мазь?..

— Да, да, конечно! — тут же заверил старик, опомнившись. — Я просто не встречал ещё девушку, которая знала бы так много о лекарствах. Подождите здесь, я скоро вернусь.

Сказав это, он снова скрылся за ширмой, оставив Алекс наедине с незнакомцем с золотистыми глазами, который оперся локтем о прилавок и внимательно смотрел на нее, снова вызывая в ней гамму самых различных будоражащих чувств.

— Я тоже впервые вижу девушку, которая столько знает о лекарствах и способах их применений. Мне казалось, ум девушки должен быть заполнен более обыденными вещами.

— Вынуждена расстроить вас, сэр, но девушкам тоже не чужда жажда знаний.

Его долгий и пристальный взгляд снова вызвал румянец, который Алекс стала ненавидеть.

— Откуда вы? — неожиданно спросил он.

Алекс, наконец, соизволила посмотреть на него. И снова его взгляд смутил и несказанно взволновал ее так, что в груди что-то затрепетало.

— Из Корнуолла.

Он мягко улыбнулся и спокойно заявил:

— Вы лжёте.

Это был не вопрос, а утверждение. Алекс удивленно приподняла брови, сильнее сжав ридикюль.

— Почему вы так решили?

— Вы долго думали над моим вопросом. Размышляли над тем, сказать мне правду или солгать, потому что мы незнакомы. К тому же, — уверенно добавил он, — у вас нет характерного корнуэльского акцента.

Алекс была неприятно поражена. И прижала к груди ридикюль, создавая тем самым хоть какой-то барьер между ними.

— А вы знаете, как звучит корнуэльский акцент?

— Вообще-то да, но ещё я умею распознавать чистую, грамотную речь, из чего делаю вывод, что вы высокообразованная, начитанная девушка дворянской семьи. Осталось выяснить, где живёт ваша семья.

Алекс стало не по себе от его слов. Она сглотнула и нахмурилась. Этот человек может быть опасным. Если захочет.

— Для простолюдина вы довольно проницательны.

К ее удивлению он тихо рассмеялся, огласив комнату гортанным, рокочущим звуком, от чего Алекс неожиданно вздрогнула.

— Что заставляет вас думать, что я простолюдин? — Он долго смотрел на нее, а потом спокойно добавил: — Или вам хочется так думать?

Нужно было немедленно прекращать этот странный разговор. Нужно было уйти отсюда. Ей вообще не следовало приходить сюда. Алекс вдруг ощутила странное беспокойство. К ее облегчению из-за ширмы появился хозяин аптеки и положил на стол небольшую баночку.

— Вот, мисс, ваш заказ.

— О, благодарю, — искренне обрадовалась Алекс и полезла в ридикюль, но незнакомец неожиданно выпрямился.

— Я заплачу, — на этот раз решительным тоном проговорил он и бросил на стол два соверена.

От подобной щедрости старик вытаращил глаза.

— Но, — Алекс уставилась на незнакомца. — Вы не должны этого делать!

Ее слова никто не принял всерьез. Старик заулыбался, взял монеты и снова исчез за ширмой, видимо для того, чтобы поскорее унести отменную выручку. Алекс всё смотрела на незнакомца, который резко взял баночку с прилавка.

— Один Бог знает, что я должен делать, а что нет. — Сказав это, он неожиданно схватил Алекс за руку и повёл ее к выходу. Опешив, девушка смотрела ему в спину, не ожидая ничего подобного. И уж меньше всего на свете она ожидала, что он прикоснется к ней. А она испытает приятную дрожь. Рука покалывала в том месте, где он крепко держал ее.

— Куда вы меня...

Она не успела договорить, потому что незнакомец свернул с пути, завел ее в темный угол аптеки, прижал спиной к стене, а потом сам прижался к ней всем своим телом. Пару секунд оба изумленно смотрели друг другу в глаза.

А потом он так же неожиданно наклонил голову и поцеловал ее.

Алекс застыла и замерла в его руках. Даже в самом диком сне ей бы не приснилось такое. Большую часть потому, что ее никто никогда не целовал. И ещё, она думала, что этого никогда не произойдет с ней. В поцелуях не было ничего интересного. Гораздо интереснее было изучать растения и цветы. Но только теперь она поняла, как сильно заблуждалась, потому что от прикосновения его теплых, на удивление мягких губ у нее сжалось сердце, перехватило дыхание, а потом у нее перевернулась душа, когда тепло его губ стало перетекать в нее.

Девушка слабо застонала, не веря в реальность происходящего. И внезапно всё изменилось. Словно ее стон разрушил все барьеры.

Незнакомец обнял ее и крепко прижал к себе. Алекс даже не думала сопротивляться, потому что не представляла, как ей это следует делать. Он сильнее надавил на ее губы, отчего задрожало всё тело. Ноги ослабели, и Алекс вцепилась ему в плечи, чтобы не упасть. Сердце стучало так громко, что могло просто лопнуть от волнения. Она даже не заметила, как очки сбились на бок, хотя и продолжала смотреть на него. Но потом произошло то, что навсегда лишило ее покоя. Незнакомец коснулся ее языком, заставив ее ощутить сладкую дрожь, нажал ей на губы, и Алекс бессознательно приоткрыла губы. И поняла, что совершила самую большую ошибку в своей жизни.

От безумного волнения у нее так сильно перехватило дыхание, что Алекс замерла. Затем его язык коснулся ее языка. Внутри всё завибрировало, а потом ее накрыла такая нега, что от упоения глаза закрылись само собой.

Алекс позволила ему поцеловать себя так откровенно, как только это было возможно. И это на самом деле перевернуло ее мир, заставив ее увидеть, какой серой и бессмысленной была жизнь до этого момента. Он продолжал целовать ее всё настойчивее и глубже, почти поглощая ей рот, заставляя трепетать и гореть от непонятного жара, который источали его губы и тело.

Это было немыслимо. Она не должна была закрывать глаза. Это и послужило причиной того, что она наиболее остро ощутила силу его поцелуя, тепло его тела. И свою беззащитность перед тем, что обрушилось на нее. Руки ее сами собой поднялись выше и обняли его широкие плечи, чего ей так же не следовало делать, но она будто бы больше не владела собой.

Их дыхание смешалось. Алекс чувствовала его запах, запах чистой кожи и чего-то ещё, что не поддавалось объяснению. Он пах самим собой и от этого запаха у нее закружилась голова. Это ошеломляло и пугало. Но Боже, ей было так хорошо в его руках, что Алекс снова издала тихий стон и крепче обняла его, стремясь быть к нему как можно ближе.

Это был невероятный поцелуй.

Мужчина вздрогнул, поглаживая ладонью напряженную спину девушки. Он сам был напряжён так сильно, что под своими ладонями Алекс почувствовала, как подрагивали почти каменные мышцы. Казалось, это будет продолжаться вечно, и Алекс вдруг захотела, чтобы это длилось вечно. И не кончалось. Потому что в груди разливалось невообразимо хрупкое тепло, от которого сердце забилось в совершенно ином ритме. Тепло и необъяснимая сладость, которая наполняла жизнь значимостью и смыслом.