Любовь Венценосного.

Опять набежали слёзы. Настя подумала, что тяжелее всего пережить предательство того, кого любишь, кому веришь. Крелл молча стоял за дверью, она слышала, как он тяжело вздохнул. Набравшись решимости, сказала:

— уходи. Мы не будем ни о чём говорить. Всё сказал Рэндам, твои утешения мне не нужны. Я ложусь спать, не мешай мне, Крелл.

Немного помедлив, он ушёл. Она слышала его удаляющиеся шаги. Опять упала на кровать, вцепилась зубами в подушку, чтобы не завыть в голос. Нахлынуло одиночество и тоска. Одна, совсем одна в чужом и враждебном мире.

Ночью Крелл приходил ещё дважды, тихо стучал в дверь, просил впустить. Она не отвечала, сделав вид, что спит.

Когда схлынуло отчаяние, Настя задумалась о том, что будет делать дальше. Прошлого не вернёшь. Рэндам прав: надо уезжать, пока Крелл не встретил ту, с кем ему предстоит прожить свою жизнь. Она содрогнулась, представив, как на её глазах он будет целовать другую, высоко в небе станет танцевать для неё танец любви. Да ведь ей итак нужно к мархурам. Правда, где-то глубоко в душе она надеялась, что, когда мама будет во Фрикании, станет жить в их замечательном домике, Настя сможет вернуться к Креллу. Теперь всё рухнуло, и мечты погребены под обломками её любви.

Она уедет не через неделю, а завтра. Скоро утро. Нужно успокоиться. Следы слёз и бессонной ночи не уничтожить. Ну и пусть. Это он обманул и предал её. Она ни в чём не виновата. Ей надо уехать так, чтобы венценосные не догадались об её отсутствии. На чём уехать? Не воровать же лошадь? Да ей на лошади и не удержаться. Кроме того, Крелл догонит её уже через пару часов. Значит, нужно идти пешком, ночами, когда орлы-воины не летают и не увидят её на дороге. Днём придётся отсиживаться в джунглях. Она уже убедилась, что вблизи Йоханнеса нет никаких хищников. Усмехнулась своей мысли, что даже крупное зверьё избегает жить рядом с этими убийцами. А вот её угораздило влюбиться в одного из них.

Ещё нужны продукты. Где их взять? Не на дворцовой же кухне! Рэндаму сразу доложат о её просьбе. Значит, их требуется закупить в городе. Она подумала, что путешествие по джунглям многому её научило. Решено: сразу после завтрака она пойдёт в город и купит всё, что нужно в дорогу. Но как пронести это во дворец? Десятки любопытных глаз, бесцеремонные вопросы. Утром все уже будут в курсе, что ей предложено уехать из Йоханнеса. Женщины позлорадствуют, мужчины посмотрят с насмешкой. Нужно выдержать, не сорваться на слёзы. Ладно, будем делать всё по порядку. Для начала как-то отвязаться от Крелла. Он чувствует свою вину и не даст ей весь день проходу. Нужно подумать, что ему говорить, чтобы он не догадался о её планах.

Настя умылась, придирчиво осмотрела себя в зеркало. Да уж, тот ещё видок! А что, на самом деле?! Её обманули, воспользовались её доверчивостью. Конечно, она плакала, она расстроена и убита. Ей нечего стыдиться, а вот им всем пусть будет стыдно.

Она немного воспряла духом. Надо думать о позитивном: скоро она увидит мархуров, ей будут рады. Она принесёт хрустальный шар, и Кумбо поможет ей. На самом деле, всё не так уж плохо: скоро с ней будет мама, её ждёт интересная работа, друзья. У неё есть даже свой дом. Некстати больно сжало сердце. Будет всё, кроме Крелла.

Настя решительно двинулась к шкафу. Нужно отобрать всё, что ей потребуется в дороге. Нашла одеяло, на котором спала во время путешествия за шаром, брюки, пару рубашек с длинным рукавом и четверо тонких шёлковых штанишек. Лифчики здесь шить не умели. То, что сотворили по её просьбе портнихи, имело жуткий вид, но было не до придирок. Она вытащила свой походный мешок и стала укладывать в него отложенные вещи. Ещё зубная щётка в виде расщепленной на конце на множество волокон бамбуковой палочки, мыло в квадратной коробочке, несколько пар носков. Подумав, Настя сунула в мешок самый простой кинжал без роскошных украшений, с удобной рукояткой.

К тому времени, когда Шелли постучала ей в дверь, приглашая на завтрак, Настя полностью собрала мешок и спрятала его в шкаф. Драгоценные шары лежали в мягких чехлах, сшитых помощницей ещё несколько дней назад. Не хватало лишь продуктов. Сборы отвлекли её от тяжёлых мыслей. Она впустила Шелли. Помощница, сочувственно поглядывая на неё, помогая одеться, укладывая отросшие волосы в незатейливую причёску, была до приторности предупредительна. Настя поняла, что во дворце уже вовсю судачат о ней. Она последний раз посмотрела в зеркало: бледновата, глаза припухли, но смотрят спокойно. Главное, не позволить им увидеть, как ей тяжко, как раздавлена, уничтожена и унижена она. Гордо вздёрнув подбородок, Настя, не торопясь, вышла в коридор, под любопытные взгляды придворных.

В столовой царила тишина. Её ждали. Настя спокойно пожелала присутствующим доброго утра. Крелл торопливо вскочил ей навстречу, уронив стул. Усадил рядом с собой. Она вежливо поблагодарила, придвинула к себе тарелку. Есть совершенно не хотелось, но она не желала показывать, как ей больно. Внимательно посмотрев на неё, Рэндам удовлетворённо кивнул и повернулся к Креллу. Настя не прислушивалась к их разговору, не до того. Близость любимого, звук его голоса, страдание в его глазах — это было невыносимо. Ей пришлось собрать в кулак остатки своей воли, чтобы что-то отвечать Лидии, улыбаться в ответ на комплимент сидящего напротив Рэмси.

Наконец завтрак закончился и все разошлись по своим делам. Крелл догнал Настю на лестнице, попытался взять её под руку. Оглянувшись, она с силой выдернула её, нахмурилась:

— прошу тебя, Крелл, не надо меня жалеть! Я не убогая и не больная. Вернусь во Фриканию и, надеюсь, у меня всё будет хорошо.

Он больше не делал попыток прикоснуться к ней. Сжал челюсти, потом хмуро сказал: — я жалею не тебя, а себя...

Эти слова её взбесили: — так жалей, пожалуйста, себя не в моём присутствии! Или тебе просто необходимо демонстрировать мне, как ты страдаешь?

Он оглянулся на любопытные взгляды, устремлённые на них: — давай, поговорим у тебя в комнате. — Нет! Всё сказано, говорить больше не о чем. Я прошу не досаждать мне, пока я не уеду. — Настя и сама не ожидала от себя такой твёрдости духа. Порадовалась, что удержалась от слёз, что голос не дрогнул.

— Настъя, Рэндам приказал мне эту неделю, оставшуюся до нашего с тобой отъезда, усиленно позаниматься с молодёжью, так что я буду появляться только вечером. Но у нас ещё будет время поговорить. — Его упрямству позавидовал бы и осёл, — подумала Настя, но спорить не стала, спокойно сказала: — хорошо, Крелл, поговорим, когда ты поедешь меня провожать.

Немного выждав, Настя отправилась в город. Ей удалось ускользнуть от Лидии, которая смотрела на неё сочувственно и приглашала прогуляться на набережную. Девушке совершенно не хотелось выслушивать её утешительные речи, поэтому она отговорилась тем, что хочет прилечь. Лидия понимающе покивала головой и ушла в свою гостиную, а Настя потихоньку улизнула в город.

У неё было немного денег, данных ей ещё Джамайеном, и она, в который уж раз, с благодарностью вспомнила его.

В продовольственных лавках она закупила полоски вяленого мяса, три копчёных курицы, две больших, хорошо прокопчённых рыбины, немного сыра, четыре квадратных хлеба, тонкие сухие колбаски. А вот с фруктами дело обстояло неважно. Настя понимала, что самой добыть в джунглях фрукты не представляется возможным. Те же бананы растут на высоченных пальмах. Она хотела купить их не совсем спелыми, но таковых не нашлось. — Ну да, уныло думала она, — в этом мире зелёные фрукты никто не собирает. Что ж, как-нибудь обойдусь.

Уложив всё в корзинку, она прикрыла её крышкой, а затем вернулась во дворец. К побегу было всё готово, оставалось дождаться ночи.

Что умеет сангома.

Вечером к Насте пришёл Лукас. Она встретила его прохладно, но понимала, что не может выставить его за дверь. Предложила сесть, сам села напротив. Он внимательно посмотрел ей в глаза, и она почувствовала, как будто тонет в них. Накатила вялость, сонливость. Он улыбнулся:

— миз Настъя, я уверен, что твоя жизнь сложится благополучно. Через неделю ты отправишься во Фриканию, там тебя ждут твои друзья. Ты отдашь колдуну хрустальные шары, и он будет счастлив. Неважно, как они попали к тебе. Главное, твоя мечта исполнится. Ты никогда не любила Крелла, он тебе просто нравился. Теперь он тебе не нужен и будет лучше, если ты будешь держаться от него подальше. Всё хорошо, миз Настъя, ты больше не будешь плакать и горевать, ведь у тебя нет для этого никакой причины. Сейчас ты ляжешь спать, а завтра вы с Лидией пойдёте за подарком для тебя, — он опять улыбнулся и погрозил ей пальцем, — смотри, не ошибись, выбери подарок подороже! Спокойной ночи, миз Настъя! Я скажу Шелли, чтобы утром не будила тебя, пока ты не проснёшься сама. — Он ласково погладил её по руке и вышел, тихо прикрыв за собою дверь.

Настя встала со стула, как во сне подошла к двери и повернула ключ. Затем остановилась посреди комнаты. Она что-то должна сделать. Сангома сказал, что ей надо спать. Спать? Ну да, ведь завтра они пойдут с Лидией покупать подарок. Но перед этим ей нужно что-то сделать. Она забыла, что. Насте казалось, что мысли в её голове ворочаются, как каменные глыбы, медленно и неохотно. Ей осталась неделя. Потом она уедет. Крелл проводит её. Нет, она не хочет его видеть. Его лицо ей неприятно. Не хватало ещё, чтобы он снова попытался взять её за руку. Он ведь животных убивает. И ест их сырыми. Ужас! От омерзения у неё мороз по коже пробежал.

Но что же ей надо ещё сделать? Настя медленно подошла к шкафу и открыла его. Ей на ноги выпал дорожный мешок. Она удивилась, какой он тяжёлый. Страшно хотелось спать, но она всё же развязала его: вещи, продукты... . Продукты?? Она купила их сегодня! Зачем? В глазах всё плыло, мысли — валуны теперь окутал туман, но Настя заставляла себя продираться сквозь него. — Как в джунглях, — подумала она, — когда мы с Креллом прорубались к краалю Создателя... . Какому краалю? Когда? И причём тут Крелл? — Она закрыла глаза, не в силах бороться с туманом, окутавшим мысли, и чуть не упала, мгновенно уснув. Стукнулась лбом об угол шкафа и зашипела от боли. В голове немного прояснилось. Так. Надо хорошенько подумать, для чего здесь дорожный мешок.

Настя решительно направилась в ванную и сунула голову в ведро с холодной водой. Туман немного отступил, сон тоже. Да, она хотела сегодня ночью куда-то идти. Для этого и приготовила мешок. Куда? Фрикания..., ей нужно во Фриканию. Почему сегодня? Чтобы отделаться от Крелла. Ведь Рэндам сказал, что он будет её сопровождать, когда через неделю она поедет к мархурам. Но Настя знает, ей нужно держаться от Крелла подальше, поэтому она уйдёт сегодня ночью. Сильно хочется спать, но нельзя. Она села на стул и принялась вспоминать стихи, которые когда-либо учила. Через несколько минут Настя с грохотом упала на пол: уснула. Грохотал по голому полу стул, она упала на ковёр. Вставать не хотелось, глаза закрывались сами собой, но девушка медленно поднялась, ругаясь словами, когда-либо услышанными на улицах или прочитанными на заборах. Теперь она не садилась, а прислонилась к шкафу. Через несколько минут голова больно ударилась о дверцу.

В борьбе со сном она не заметила, как стихло в коридорах и холлах. Настя выглянула в окно. Дворец погрузился в темноту, можно идти. Она быстро переоделась в брюки и тёмно-серую рубашку с длинным рукавом, сунула ноги в мягкие короткие сапожки, вытянула из шкафа мешок. Осторожно приоткрыв дверь, девушка прислушалась. Во дворце стояла тишина. Она плотно прижала дверь, повернула в скважине ключ и бросила его за большую напольную вазу с каким-то кустом. Тихо ступая мимо закрытых дверей, Настя вышла на лестницу для помощников и быстро побежала вниз.

Побег.

А дальше всё оказалось очень просто. Город был рядом, его улицы сияли огнями, но пешеходы встречались редко. Настя беспрепятственно добралась до входа в туннель, хотя идти пришлось далековато. Конечно, ведь обычно её везли на страусах или на лошадях. Она опять споткнулась на этой мысли. На страусах она приехала с Джамайеном, а куда она ездила на лошади? Она и ездить-то на ней не умеет... Непонятно.

Туннель тоже прошла без страха. Там, на стенах, горели светильники с маслом андиробы. Настя похвалила себя за предусмотрительность. В мешке лежал большой флакон с этим маслом, так что кусачие насекомые ей не страшны.

Наконец туннель закончился, и она вышла на площадку перед ним. Вот на этих скалах сидели жуткие чёрно-серые птицы и смотрели на неё и мархуров свирепыми глазами. Сейчас скалы были пусты. Слава богу, она, наконец, избавилась от этих ужасных орлов.

Сон как рукой сняло. Настя весело устремилась по тёмной дороге. В воздухе витали ароматы ночных цветов, где-то чуть слышно, нежно пела свою песенку птица. Жара спала, звенели насекомые, но масло андиробы защищало кожу от укусов.

Небо на востоке заалело, когда Настя миновала поворот и вышла на дорогу, ведущую к мархурам. Её душа пела. Скоро-скоро она увидит Джамайена, Патрика, маленькую Мэгги, Повелительницу Айдрис и скромницу Ани. А ворчун Кумбо удивится и обрадуется хрустальным шарам. Венценосные остались позади. Она забудет об Йоханнесе и найдёт своё счастье у мархуров.

Скоро совсем рассветёт. Настя устала, хотелось есть и пить. Она свернула на обочину и вошла в джунгли, решив, что не будет углубляться. Пусть дорога остаётся в зоне видимости, тогда она не заблудится.

Пройдя несколько шагов, она сразу же наткнулась на бутылочное дерево. — Видать, Создатель благоволит ей, недаром он улыбался, — шутливо подумала Настя и опять поразилась невесть откуда взявшимся воспоминаниям. Она напилась и налила воды в сосуд, сделанный из длинной узкогорлой тыквы. Заткнула его пробкой и сунула в мешок. Осмотревшись, увидела под упавшим лесным великаном углубление. Лианы свисали, как полог, немного прикрывая его. Настя пошуровала в углублении палкой, опять удивляясь своим знаниям. Под деревом никто не жил, поэтому она со спокойным сердцем постелила туда одеяло и улеглась. Было тесновато, пахло влажной землёй, но девушка моментально уснула. Она проспала целый день. Снов ей не снилось.

Настя никогда не узнала, что десятки орлов-воинов весь день летали над дорогой, вглядывались в джунгли, нагоняя ужас на всё живое.

Глава 17.

И снова джунгли.

Она проснулась, когда на джунгли упали тени. Спросонья не поняла, где находится. Ей показалось, что она всё ещё ищет крааль Создателя, а рядом с ней Крелл. Она пошарила рукой, но его не было. Тут же, дёрнувшись, окончательно проснулась и с ужасом подумала, что с ней что-то случилось. Откуда эти странные мысли о том, что рядом с ней спит Крелл, что они вместе куда-то идут? Не нравилось ей, что мысли всё время к нему возвращались. Нужно перестать думать о нём. Она совершенно чётко знает, что должна держаться от него подальше.

Настя не спеша поела, попила водички. К этому времени в джунглях окончательно стемнело, можно идти. Она вышла на дорогу и посмотрела на тёмное небо. Венценосных видно не было. Возможно, её страхи напрасны, и её никто не ищет? Над этим надо подумать. Думать не хотелось, потому что мысли-валуны никуда не делись, тяжело ворочались в голове. Насте хотелось подумать о чём-то другом, кроме как о безудержном стремлении во Фриканию и о том, что от Крелла нужно держаться подальше, но другие мысли ускользали, расплывались. Спать не хотелось, но голова была тяжёлой. Всё же она сосредоточилась на станции, куда ей необходимо добраться. Там она сможет некоторое время пожить, пока не появится кто-нибудь из мархуров. Пешком более ста километров ей не пройти. Как ни странно, эта мысль далась ей легко. Всё, что связано с винторогими запросто обдумывалось.