Долгая дорога к счастью. Книга 1.

Откинув простыню, она медленно встала с кровати, на которой лежала прямо в халате. Обречённо выпрямилась перед ним, опустив руки.

— Лориэнна, прости, я был пьян и не соображал, что делаю. Я глубоко сожалею о случившемся.

— Милорд, вы в своём праве. — Несмотря на страх, ей удалось взять себя в руки, голос звучал ровно и бесстрастно. — Насколько мне известно, хозяин может даже убить рабыню, а не только изнасиловать.

Дэниар вспылил. Опять она о своём! И она не принимает его извинений!

— Лориэнна, меня зовут Дэниар, и ты не рабыня! Я обидел тебя, — она усмехнулась. — Но я же извинился! И не стой передо мной, сядь куда-нибудь!

— Я не могу сидеть, милорд. — Также бесстрастно и ровно.

И опять его захлестнула волна стыда и раскаяния. Тут он вспомнил, зачем пришёл. Постарался, чтобы его голос звучал мягко:

— Лори, послушай. Я понимаю, что ты отказалась от осмотра лекарем. Он, действительно, бесцеремонный наглец. Я сам осмотрю тебя и спрошу его, что можно сделать. Сними халат и ляг на кровать, я посмотрю очень осторожно, не бойся.

Теперь Лориэнна вспыхнула, багрово покраснела:

— нет!! Ни за что!!

Он спокойно посмотрел на неё:

— я твой муж и имею право видеть твоё обнажённое тело. Если ты откажешься, я позову гвардейцев, и они будут держать тебя столько, сколько нужно. Выбирай!

Она молча повернулась, сбросила халат на пуфик и, оставшись в одной тонкой нижней рубашке, легла на кровать, крепко зажмурив глаза.

Дэниар сел к ней сбоку на кровать, развязал ленту на рубашке и раздвинул ворот. Увиденное заставило его судорожно сглотнуть. Нежные холмики грудей представляли сплошной кровоподтёк. Синими пятнами были отмечены те места, где его пальцы безжалостно сжимали тело. Соски, неестественно вздувшиеся, были багровыми. Он спустил рубашку с плеч. На плечах и рёбрах были те же синяки и кровоподтёки. Его сердце, кажется, остановилось. Мелькнула мысль, что если бы ему сейчас же кто-то милосердный отрубил голову, это было бы благом для него. Но надо было осмотреть её всю. Он передвинулся ниже к ногам, медленно и осторожно потянул рубашку вверх, страшась того, что увидит. Между ног у неё лежал кусок мягкой пушистой корпии.

— Лориэнна, — он с трудом выдавил из себя слова, голос прерывался. — Раздвинь, пожалуйста, ноги.

Она молча исполнила его просьбу. Он глянул ей в лицо: стиснутые зубы, из прокушенной губы показалась капелька крови. Глаза крепко зажмурены, из них струятся слёзы, стекая по вискам и впитываясь в подушку.

-Дэниар тяжело вздохнул, опустил глаза, тихонечко потянул корпию. Она была пропитана сукровицей. Хвала богам, чистой яркой крови уже не было. Страшась, посмотрел на её лоно. То, что увидел, ужаснуло его, в глазах потемнело. Там, где в самом низу сходятся вместе две нежные складочки, зияла рана. Она кровоточила, потому что, раздвинув ноги, Лориэнна снова разорвала тонкую кожицу, которая только-только стала нарастать. Из сладостной глубины, о которой он так мечтал ночами, тоже сочилась сукровица. Нежное местечко было багровым, воспалённым. У Дэниара кружилась голова, чего никогда не было и на поле битвы, где доводилось видеть и более страшные раны. Он не мог поверить, что это сделал он! Наклонившись, он осторожно поцеловал её бедро. Она дёрнулась от отвращения. Прикрыв её простыней, он, вздохнув, встал. Ноги подкашивались. Вышел в гостиную, тихо прикрыл дверь. Отстранённо подумал, что при виде обнажённого тела его мужской орган не только не отреагировал, но, наоборот, ещё больше съёжился и, как бы, постарался спрятаться. При его появлении горничные опять встали, посмотрели на него с удивлением:

— милорд, вам плохо?

Не отвечая на вопрос Грениры, он сказал:

— пойдите к миледи.

Дэниар медленно спустился на первый этаж, открыл дверь в комнату лекаря:

— Анрий, я осмотрел её. Я сейчас расскажу тебе, что я наделал, а ты скажешь, чем можно помочь. Он подробно обрисовал лекарю увиденное. Тот только морщился.

— По — хорошему, там надо бы накладывать швы...

— Она не разрешит тебе, а я не смогу. Нет, придумай что-нибудь другое.

Лекарь задумался.

— Знаешь, Дэниар, я могу сделать для неё ту мазь, помнишь, когда у нас было много тяжёлых раненых при осаде Керелейна четыре года назад?

Дэниар помнил очень хорошо. Город Эристана, приморский Керелейн, был захвачен пришедшими из-за моря завоевателями. Армии Эристана пришлось, с большими потерями, отбивать собственный город. Потери объяснялись тем, что захватчики не церемонились с мирным населением Керелейна, и выставляли его в качестве живого щита перед воинами Эристана. Многие были ранены, в том числе и сам Владетель. Их жизни спасла только чудодейственная мазь, приготовленная из двенадцати редких трав. Рьенн Анрий умалчивал, что рецепт мази он позаимствовал у старого лекаря, ранее служившего в замке.

Договорились, что лекарь немедленно займётся приготовлением мази, а пока отнесёт Лориэнне последнюю небольшую баночку, которая ещё хранилась у него.

Пошарив в шкафу, рьенн Анрий извлёк крохотную, необычайно изящную склянку из дженердийского стекла. Прихватив её, он решил, что необходимо придать себе вид, более соответствующий личному лекарю самого Владетеля. Поверх повседневного серого камзола он накинул бордовую тяжёлую мантию, расшитую золотыми звездами и спадающую красивыми складками до самого пола. В таком роскошном виде он поднялся на второй этаж и направился к покоям миледи.

Лориэнна.

Гвардейцы у дверей вытаращились на столь ярко одетого лекаря, но ничего не сказали, открыли дверь в гостиную. Закрывать не стали, присматривали за лекарем. В гостиной сидели две горничные, они тоже удивлённо глянули на него. Рьенн Анрий важно прошествовал мимо них и уверенно постучал в дверь спальни. Она распахнулась, и Лориэнна опять увидела перед собой того же хлыща, на этот раз разнаряженного в какую-то яркую накидушку.

— Опять вы?! — С возмущением воскликнула она.

Рьенн Анрий важно ответствовал:

— я принёс вам мазь, миледи, которой надлежит смазывать все ваши повреждённые места...

Он не успел договорить. Миледи выхватила у него из руки драгоценную склянку и с силой толкнула его в грудь. Успев уже переступить порог спальни, рьенн Анрий попытался сделать шаг назад, запнулся о порог, запутался в длинной и очень широкой мантии и очень несолидно и некрасиво рухнул навзничь на ковёр в гостиной. Лориэнна запустила в него склянкой, которая, упав на незастеленный пол, разбилась вдребезги и обрызгала любимую мантию лекаря чёрной и очень вонючей мазью. Дверь захлопнулась, а рьенн Анрий остался валяться на полу, лихорадочно пытаясь распутаться и подняться на ноги под громовой хохот гвардейцев и хихиканье горничных.

Пришлось опять идти к Владетелю. Пока он с обидой рассказывал о происшествии, Дэниар давился от смеха. Хотя, конечно, смешного было мало. Крохи имеющейся мази погибли, а Лориэнна осталась без лечения. Отсмеявшись, Владетель приказал:

— принимайся немедленно за изготовление лекарства. Я дам тебе в помощь кого-нибудь порасторопнее. Да побыстрее, не тяни время! До вечера сделаешь?

Лекарь уверил, что сварит мазь очень быстро, особенно если кто-то поможет ему растереть все ингридиенты.

По приказу Владетеля, ужин Лориэнне опять принесли в спальню. Она равнодушно посмотрела в сторону красиво сервированного столика и отвернулась. Ей не хотелось даже шевелиться. Дверь открылась без стука, и вошёл Владетель. Он посмотрел в сторону остывающих блюд, затем подхватил столик и поставил его рядом с кроватью.

— Лориэнна, позволь, я подложу тебе под спину подушки, и ты сможешь поесть.

— Я не хочу есть, милорд.

— Лори, я не хочу, чтобы ты звала меня так официально. Тебе не нравится моё имя? Ты можешь звать меня как-нибудь по-другому, — он улыбнулся. — Как тебе нравится? Котик? Пупсик? — Он засмеялся. — Я не буду возражать!

Лориэнна промолчала, закрыла глаза. Он увидел, что по виску вниз, на подушку, опять покатились слёзы. Вздохнув, Дэниар тихо вышел, осторожно прикрыл за собой дверь. В гостиной опять увидел двух горничных, спросил:

— почему вы всё время находитесь здесь? Разве ваше место не рядом с миледи?

Они испуганно заговорили:

— милорд, леди Лориэнна не позволяет нам находиться в её спальне!

— И она отказывается от нашей помощи, милорд!

Покачав головой, он медленно отправился ужинать. Ему страшно не хватало отсутствующего Брандена.

Поздно вечером Лориэнна сидела на постели, бездумно уставившись в одну точку. В дверь спальни тихонько поскреблись. Она осторожно встала и подошла к двери. За нею стояла девушка-служанка, Верейда.

— Миледи, мой дедушка стоит в коридоре, гвардейцы не пускают его к вам!

Лориэнна медленно подошла к двери гостиной, открыла её. Двое гвардейцев, дежурящих у двери, вытянулись в струнку. Чуть в стороне стоял старичок — лесовичок. Именно таким представляла Лориэнна лесовичка в сказках её старой няни. Доброе лицо в глубоких морщинах, бледно-карие, выцветшие от возраста, с хитринкой, глаза, небольшого росточка, с недлинной белой бородой и такими же волосами. Невзрачный серый, без украшений камзол, чёрные шерстяные штаны заправлены в невысокие разношенные сапоги. Весь он был какой-то домашний, уютный, спокойный.

— Пропустите, пожалуйста, рьенна лекаря. — Тихо попросила она.

— Слушаюсь, миледи! — Гаркнул старший гвардеец, жестом предлагая мужчине пройти.

Верейда, чмокнув дедушку, убежала.

Лориэнна пропустила старика в дверь гостиной, предложила:

— прошу вас, проходите, рьенн..?

— Врегор! Меня зовут Врегор, милая. — Он улыбнулся, сеть глубоких морщинок разбежалась от его рта, птичьими лапками обозначилась под глазами. Пройдя в спальню, Лориэнна осторожно опустилась на постель, присев на самый край, Врегору предложила сесть на диван, но он сказал:

— дочка, ты не против, если я в это кресло сяду? — И заулыбался: — уж больно оно на вид мягкое да удобное, а у меня с утра что-то спина разболелась.

Его улыбка была доброй и мягкой, глаза светились старческой мудростью и сочувствием к ней. Он подвинул кресло поближе к ней, тихо и спокойно посмотрел Лориэнне в глаза:

— девочка милая, если ты стесняешься, то и не рассказывай мне подробностей. Я ведь старик, многое в жизни повидал, я и сам догадаюсь, а ты мне только кивни. Хорошо?

От его тихого, наполненного жалостью и состраданием голоса у Лориэнны опять набежали на глаза слёзы. Она расплакалась, закрыла лицо руками. Врегор сел рядом с ней на постель, обнял её, прижал к себе, укачивая, как ребёнка, гладил по волосам:

— ну-ну, золотко, не плачь, всё образуется, всё утрясётся, всё будет хорошо. — Взял одну из мягких тряпок, стопкой лежащих на постели рядом с подушкой, тихонько вытер ей слёзы, ухватил за нос: — сморкай! — И она высморкалась! Ей стало смешно:

— рьенн Врегор..,— он прервал её: — не зови меня рьенном, дочка, я никогда не был им. Зови, если хочешь, просто по имени, или, как внучка, "дедушка Врегор", или "лекарь Врегор".

— Спасибо. Я буду вас звать лекарем Врегором, а вы тоже зовите меня Лориэнной, а можно Лори.

— Вот и договорились. — Он опять улыбнулся, пересел в кресло и внимательно на неё посмотрел. — Давай, я буду говорить, а ты кивнёшь, если всё так, хорошо, Лори? — Она кивнула головой, глядя в его уже серьёзные и озабоченные глаза.

— Лори, твой муж плохо обошёлся с тобой в первую брачную ночь? — Она кивнула, опустив глаза.

— Было очень больно и много крови? — Она опять кивнула.

— Он что, был пьян?

Лориэнна решила отвечать, глупо кивать, как будто она немая:

— да, он был очень пьяный и какой-то невменяемый. Я очень испугалась, и крови было так много, что тюфяк пропитался насквозь.

Она глянула на старого лекаря: он нахмурился, взгляд был отсутствующий. Видно было, что он о чём-то напряжённо думает. Она замолчала, глядя на него. Наконец, он перевёл взгляд на Лориэнну:

— знаешь, Лори, это совершенно непохоже на Дэниара. Он не жестокий и не злой человек. Я бывал с его армией во многих сражениях и никогда он не насиловал пленных женщин. Более того, запрещал делать это своим воинам. Что с ним случилось, не могу понять. Да и вином он не злоупотреблял. Не могу сказать, что когда-либо видел его пьяным. Очень странно!

Лориэнна сама не заметила, как рассказала старому лекарю абсолютно всё: и про свой ужас и шок, и наглую ухмылку рьенна Анрия, и осмотр, который учинил ей муж, и разбитую склянку. Они даже вместе посмеялись над падением незадачливого щёголя. Лориэнна вдруг поняла, что она впервые улыбнулась с момента приезда в Эристан.

— Ну что, милая, я могу сказать: наверняка были множественные разрывы. Их надо было срочно зашить, тогда бы они так не кровоточили. Ведь женщины, девочка, устроены гораздо сложнее мужчин. Сама природа возложила на них очень ответственную задачу — выносить и родить дитя. Ну, ты ещё очень молода, твой организм быстро справится с причинёнными повреждениями. А вот мазь надо было взять. Я подозреваю, эта та мазь, рецептуру которой я разработал специально для заживления тяжёлых ран. Ведь она была чёрной и очень плохо пахла?

— Да, так. — И, чуть запнувшись, — дедушка Врегор. — Он ободряюще кивнул ей головой и улыбнулся. Она улыбнулась в ответ.

— Теперь, Лори, слушай внимательно. Завтра утром Верейда принесёт тебе пять мешочков с сухими травами. Ты велишь горничным принести тебе большую кастрюлю кипятка. Затем будешь брать из каждого мешочка по две горсти сухой травы и бросать в кипяток. Закроешь плотно крышкой и два часа будешь эти травы настаивать. Через два часа их надо процедить, настой вылить в ванну, добавить туда немного тёплой воды и посидеть в этом настое. Как вода остынет — встанешь, вытрешься. Постарайся в промежности насухо не вытирать. Ляжешь в постель, тепло укрывшись. Лучше, если такую ванну ты сделаешь на ночь. Заваривай траву каждый день, пока не кончится. Если Анрий принесёт мазь, не отказывайся, возьми. Намазывай почаще там, где есть раны. А если есть на груди синяки и повреждения, то и их мажь. Да, Лори, ты пока постесняйся, а я тебе ещё вот что скажу: возьми этой мази на пальчик и тихонечко, осторожненько введи его туда, куда твой муж ломился, как дикий гроон. Поняла?

— Лориэнна порозовела, смущённо кивнула, потупив глаза.

— Ну вот,— продолжал он ласково, — а если мазь Анрий составить не сможет, то скажи Верейде, и я сделаю её сам. И, Лори, деточка, тебе надо бы кушать, ты прямо прозрачная, а ведь ты, я чувствую, потеряла много крови. Скажи Дэниару, что тебе нужны питательные продукты.

Лориэнна вспыхнула гневом:

— нет, я ничего не буду говорить этому чудовищу! Я ненавижу его!

Врегор сокрушённо покачал головой:

— но как же ты будешь жить с ним всю жизнь, Лори?

— Я не хочу с ним жить! Он купил меня за деньги, я даже не знала об этом! Он негодяй и мерзавец! — Негодование вернуло краски на её бледное лицо, глаза горели, голос дрожал. — Я лучше умру, но всё равно избавлюсь от него!

Врегор успокаивающе погладил её по руке: