Тенёта

— Возвращайся к своему эльфу, — только с какой-то непонятной досадой посоветовал он и совсем на грани слуха добавил:

— И не смей так кланяться больше. Я тебе не хозяин. Мы свободны.

— Рюно...

— Иди, — прошипел гном и оттолкнул Рию. — Хватит!

Девушка, пошатываясь, вернулась к эльфу, а тот словно не заметил, что ее не было. Лишь когда Рия залезла к нему под руку, укладываясь на коленях, Глау вздрогнул и как-то растерянно взглянул.

— Ты...

— Я, — девушка невесело улыбнулась и закрыла глаза, чтобы не заплакать. — Глау, ты же меня не оставишь?

— Нет.

— Спасибо...

Не получилось. В чем-то Рюн был прав, Рия это прекрасно понимала. Не он здесь главный, все решает Греттир, но если остальные гномы воспротивятся, то даже ведущий ничего не сможет сделать. Что-то подсказывало, что остальные вовсе могут скормить Греттира ближайшему дереву. Значит... нужно придумать, как суметь добраться до троллей на пару с эльфом. И они до сих в рабской одежде, что плохо... Если бы только можно было притвориться богачкой, а Глау выдать за раба! Но нет, он слишком гордый, а кота против шерсти не следует гладить. Снова идти по лесу? Все вместе они сумели справиться с пятнадцатью, но если останутся вдвоем? Полноценно сражаться может только Глау, а она станет обузой в бою. С одной-то рукой. Один глаз уже даже не казался помехой.

Тогда как?

— Глау, — тихо позвала она парня, и эльф вопросительно взглянул на нее. — Как долго тянутся земли людей?

— До Лунной топи, — сразу отозвался он.

Рия изобразила непонимание.

— Много дальше, — пояснил Глау. — Те три месяца, что нам могут понадобиться... нет, уже меньше, но все равно. От гор троллей до границ территории людей всего около десяти восходов.

— Значит, мы до сих пор на человеческих землях.

— Да.

Девушка тяжело вздохнула.

— А почему вы не пытались завоевать их? — вдруг поинтересовалась она.

— Зачем? — удивился Глау. — У нас есть Прозрачный лес, зачем нам земли людей?

— Зато избавитесь от рабства.

— Людей сам Зверь хранит, — бросил эльф. — К тому же... они не заходят на чужие территории, это мы нарушаем границы. И именно поэтому становимся рабами.

Рия изумленно моргнула и села, не сводя глаз с эльфа.

— Подожди, — она еще раз мысленно повторила его слова. — Зачем вы тогда сюда приходите?

Парень пожал плечами и сам задумался, словно раньше даже не пытался понять этого.

— Из любопытства, наверное, — протянул он. — Я пришел из любопытства. Наши женщины в том же Мертвом лесу собирают травы, а некоторые мужчины охотятся. У нас есть обряд взросления. Чтобы его пройти, нужно в одиночку убить дриеуга, трехглазого зверя.

Девушка вздрогнула.

— У него... один глаз рыжий, да?

— Да, и два синих, — Глау озадаченно наклонил голову. — Откуда ты знаешь?

— Это он... — Рия судорожно сглотнула, мгновенно вспоминая зверя. — Он оторвал мне руку и лишил правого глаза. И шрам на ноге тоже... от него остался.

— И ты выжила, — недоверчиво пробормотал эльф, разглядывая ее так, словно впервые увидел. — Такие слабые девочки, как ты, после встречи с дриеугом никак не могут выжить.

— Меня спасли, — выдавила девушка. Ей не хотелось возвращаться к прошлому, к моменту появления в этом мире, но случайные слова резанули по закутку, куда она загнала эту частицу памяти. — Человек спас... семья, — она шумно выдохнула. — А потом продали в рабство.

— А я помню, — вдруг заявил эльф. — Ты с Хаддой тогда разговаривала. И он сказал, что место, где ты появилась, Мертвый лес. Хотя о дриеуге ты не упоминала.

— Ага, — вяло согласилась Рия и качнулась вперед, уткнувшись лбом в плечо Глау. — Я так устала...

Парень легко погладил ее по спине и аккуратно подтолкнул вниз, заставляя улечься к нему на колени.

— Отдохни, — шепнул эльф, перебирая волосы своей спутницы. — Я разбужу, если мы пойдем дальше.

И ведь правда разбудил. Когда солнце уже клонилось к закату и начинало темнеть.

— Гномы собрались пройти вон там, — Глау кивнул на самый широкий проход в стороне.

— Только нужно пробежать точно посередине, — Рия немного прищурилась, оценивая свои шансы. Гномы-то пройдут, они смогут. И Глау, кот, в конце концов. А она? С хромой ногой...

— Я могу взять тебя на руки, — неожиданно предложил эльф.

Девушка изумленно моргнула и усмехнулась.

— Нет, спасибо. Боюсь, деревья почуют, что мои ноги или голова слишком близко, и просто разорвут меня пополам.

Глау поперхнулся и только сжал ее ладонь.

— Я понял, — пробормотал он и замолчал, когда гномы обратили на них внимание.

— Нам нужно выбраться из леса, — хмуро объявил Греттир. — Вон тот проход. Каждый сам за себя, кто хоть немного сдвинется с центра — умрет. Так что решать вам — бежать или медленно проходить, — он усмехнулся. — Начнем?

Первым рванул Эссюр. За ним братья, за ним поодиночке остальные, и все проходили. Только ветер раскачивал ветви из стороны в сторону, словно мешая деревьям уловить приближение добычи. Становилось темнее, но Рия с облегчением поняла, что проход куда шире, чем казалось. Примерно пять человеческих шагов, а значит, и у нее есть шанс.

Глау легко проскользнул наружу и остановился, протягивая ей руку. Девушка тихо вдохнула и покосилась на оставшихся Греттира и Рюна. Гномы молчали, только мрачно на нее поглядывали.

— Иди уже, — проворчал наконец Рюноульвюр и легонько ударил ее по бедру. — Будешь стоять — легче от этого никому не будет.

— Угу.

Три шага до прохода.

Сердце забило пойманной птицей, снова норовя выбраться из костяной клетки.

Два шага.

Дыхание участилось.

Один шаг.

Отступать уже некуда, и Рия, стараясь не зажмуриться, быстро сделала необходимые два то ли шага, то ли прыжка, буквально падая в объятия эльфа.

— Молодец, — шепнул он, крепко обнимая и отрывая ее от земли. — Ты такая молодец!

Возможно, он и правда влюбился, а не только жалел?

Последними выходили Рюн и Греттир. Они вышли далеко не сразу. Гномы столпились в стороне, ожидая своих соплеменников, Глау и Рия стояли чуть поодаль. Девушка напряженно наблюдала за проходом, пытаясь понять, почему они задерживаются. Рюн же не...

Но вот в спустившемся сумраке показалась первая фигурка, за ней — вторая, и подземные жители возликовали, приветствуя долгожданную свободу. Рия тоже обрадовано выдохнула и тихо засмеялась, сама обнимая Глау.

— Мы смогли!

— Смогли, — парень погладил ее по голову и кивнул. — И вот отсюда начинается наша дорога к троллям.

Смех как отрезало. Девушка тихо выдохнула и неуверенно кивнула, отступая назад. Да... гномы теперь идут своей дорогой, и они остаются наедине. Вдвоем добираться до северных гор по землям людей, прятаться от охотников или убивать их...

— Мы выбрались, — важно объявил Греттир, и Рия вскинула голову, прислушиваясь. — Теперь до дома совсем недалеко, — продолжил гном и неожиданно в его голосе прорезался холод. — И эльф с человеком идут с нами.

Воцарилась тишина. Девушка зажала себе рот, чтобы не завизжать от счастья, зато Глау скривился, хотя его взгляд выражал удивление.

— Что? — наконец изумленно выдохнул кто-то из гномов. — С нами? В тоннели? Греттир, деревья успели все же отведать твоего разума?

— Не успели, — огрызнулся ведущий. — Просто... — он замялся, словно не зная, как объяснить такое решение своим соплеменникам. — А, да просто раз уж спасли девчонку, так не дадим ей умереть.

— Что за глупости! — выкрикнул Эссюр. — Когда ты успел пообщаться с троллями?! Или...

— Да-да, — ворчливо откликнулся Рюноульвюр. — Я поручился жизнью за них.

— Да ты точно зря разговаривал с троллем, — ошеломленно в унисон пробормотали братья.

— Решение принято, — подвел итог Греттир и звонко хлопнул в ладоши. — Вы слышали?

— Спасибо! — наконец выпалила Рия, подаваясь вперед. — Греттир, спасибо! Рюноульвюр, если я смогу отблагодарить вас!..

— Не задерживайся в нашем доме, — не зло огрызнулся Рюн, кажется, глядя в их сторону. — Верни мне обратно мою жизнь.

— Да! — девушка закивала, сжимая руку Глау. — Да! Мы сразу отправимся к троллям, правда! Да, Глау?

Эльф что-то тихо зашипел и очень неохотно согласился.

Рия неловко улыбнулась ему, но счастье, бушевавшее в душе, перекрывало все предчувствия возможных проблем. Гномы проведут их! Под землей есть наверняка короткий путь, а значит, до троллей она доберется куда быстрее, чем предполагалось. А там и до возвращения домой недалеко!Глава четырнадцатая. Спуск

Под покровом ночи открывать вход было безопасно. Так заявил Греттир, и гномы с ним согласились. Но спуститься сумели далеко не сразу.

Заартачился Глау, когда ведущий объявил, что и эльфу, и человеку придется завязать глаза. Рие тоже стало немного не по себе — несмотря на ночь, вечно полная луна освещала равнину своим бледным желтым светом. А завязать глаза означало погрузиться в полную темноту. Это пугало девушку, но она честно старалась не подавать страха. Глау, конечно, его учуял, он стоял рядом и мягко сжимал ее пальцы. Скалился на гномов, наотрез отказываясь принимать повязку.

— Если не завяжите, не спуститесь, — отрезал Греттир, которому в итоге надоело ждать. — Если мы согласились взять вас под землю, это не значит, что позволим эльфу и человеку, даже слепому на один глаз, увидеть вход. Решайте уже.

Рия коротко кивнула и повернулась к парню.

— Соглашайся.

— Что? — Глау зашипел. — Нет! Я не собираюсь вверять свою жизнь детям земли. Они могут с легкостью обмануть и убить нас, пока мы будем беспомощны.

— Я верю Греттиру и Рюноульвюру, — твердо заявила девушка и взглянула на гномов. — Завяжите мне глаза. Глау, — она вновь посмотрела на эльфа, — либо ты идешь с нами, либо я ухожу одна.

Парень от такого заявления опешил, и Рие стало даже немного... стыдно, наверное. Потому что она и представить не могла, сколько силы воли и храбрости понадобилось Глау, чтобы бросить свой народ и пойти за ней, искалеченной девушкой из другого мира, которая собирается вернуться домой. Неужели эльф считал, что тролли не смогут ей помочь? Он не был глуп, бойцовский кот, хотя сейчас злился и распушился так, что невидимая шерсть тонкими иголками колола всех находящихся поблизости. Глау должен был понимать, что ей хочется домой. Или собирался помешать?

Возможно, теперь стоило поговорить с ним начистоту и объяснить, что взаимности нет и не будет, раз гномы проводят их к горам троллей. Но... Рия давила в себе кусающуюся совесть. Ведь если сейчас оттолкнуть Глау, то когда окажется, что она и правда не сумеет вернуться в свой мир, останется одна. Именно поэтому эльф оставался рядом. Или она позволяла ему быть здесь, но такая мысль звучала чересчур смешно.

Рия опустилась на колени, чтобы подошедший Рюн завязал ей глаза. Нахлынула полнейшая темнота, ткань не пропускала ни лучика лунного света, словно мир поглотила тьма. Колени колола сухая трава, и девушка неуверенно поднялась. Эльф молчал, гномы тоже не издавали ни звука, и Рие вдруг показалось, что она осталась одна в этом враждебном мире. Поднял голову страх, достигая горла, от него почти замутило, и девушка судорожно сглотнула, вытянув руку.

— Глау...

— Здесь, — ее пальцы тотчас коснулись гладкой прохладной ладони. — Я здесь, не бойся.

Сердце упало куда-то вниз и вновь вернулось на место, снова спокойно начиная биться. Страх, недовольно всколыхнувшись, спрятался.

— Ну? — послышался ворчливый голос Рюна. — Тебе-то завязывать глаза, дитя лесов?

Глау не ответил, но судя по тому, что гном больше ничего не сказал, парень все же подчинился. Рие снова стало стыдно, что она так беззастенчиво использует почти ребенка (по эльфийским меркам, конечно), но личная цель была важнее. И ради нее девушка решила использовать все подручные средства и возможности.

Глау ни на миг не выпустил пальцы Рии из легкой хватки. Зашуршала трава, и тихое дыхание эльфа раздалось совсем близко. Он больше не кололся, бойцовый кот прилизал шерсть, хотя все равно был недоволен и явно нервничал. Наверняка ни один эльф никогда не доверял гномам вот так. Эльфы бы скорее, возможно, ушли, гордо подняв голову, но не подчинившись. Впрочем, то другие, а то Глау. Да и ситуация... Рия легко улыбнулась, завертев головой.

— Рюноульвюр?

Сильная рука скомкала юбку платья.

— Поймать тебя не сумею, если упадешь, — проворчал гном.

— Не страшно, Глау поймает.

— Поймаю, — буркнул эльф.

В голосе по-прежнему звучало недовольство, но оно никуда не денется, поняла Рия. Парня заставляли что-то делать против его воли, и, пожалуй, любое живое существо злилось, окажись в такой ситуации. Тем более было не особо приятно осознавать, что именно она заставила Глау почувствовать себя совершено беспомощным в окружении гномов-пираний. Ведь если бы они и правда захотели убить ненужных спутников, никакой ведущий не сумел бы остановить своих соплеменников. А перегрызть горло слепым — дело пары минут.

Но гномы негромко затопали по ломающейся под ногами траве, и Рюн потянул Рию за собой.

— Идем, — позвал он. — Мы не будем спешить.

На какое-то время зрение девушке заменил слух. Звуки заполнили темноту перед глазами, создавая новый причудливый мир. Трава хрустела неожиданно громко, и девушка вообразила, что с таким звуком рушатся башни. А негромкие шаги гномов — топот великанов, которые и пришли разрушить замок. Тихий ветер превращался в звуки труб, легкое дыхание эльфа — в почти неслышные голоса проигравших, и собственное сердце било как барабан.

Пожалуй, вот в таком мире Рия бы не отказалась очутиться. Там наверняка не было рабства, и храбрые мудрые эльфы обязательно потом пришли бы на помощь тем, кто выжил в битве против великанов. А гномы ковали бы оружие и тоже помогали. Нет... Это получалось какое-то Средиземье. Хотя даже такой вариант прельщал девушку куда больше, чем тот, с которым ей пришлось столкнуться.

Рия невольно улыбнулась. Иногда с подружками придумывала другие миры и мечтала там оказаться. Люда и Галинка увлекались фэнтези, и они начинали такие разговоры. Вспомнилось же сейчас... Почему те детские фантазии вспыли именно тогда, когда она ослепла и могла только брести за гномом по колкой траве? Ах да, конечно. Тогда, в детстве, когда они собирались кружком и сочиняли истории про другие миры, храбрых героев и прекрасных принцесс (коими, конечно же, были сами подруги), Галинка требовала, чтобы все закрывали глаза. Так действительно было легче представлять, и сказочные замки как живые представали перед внутренним взором. А рассказывали истории девочки всегда вслух, и слова накладывались на картинку, меняя ее в угоду рассказчице.

Как же это было давно... Старая детская забава. Точно, они прекратили так играть, когда перешли в шестой класс, там уже появились другие увлечения, да и начало казаться, что детьми быть скучно. Хотелось повзрослеть. Потом, конечно, и это прошло, не до того стало, а детство почти забылось.

Рия вздрогнула и едва не упала, резко остановившись, когда ее губ коснулись пальцы.