Быть рядом с тобой

Это простое действие заставило нас задохнуться от возникшего желания.

Наши движения стали настойчивее, а желание — явным. Мое, так и вовсе упиралось Чжаню в бедро. У нас была разница в три сантиметра и шесть лет, но иногда мне казалось, что я выше и старше его. Настолько он умел дурачиться и казаться незаметным, когда этого хотел. Сейчас же мы хотели одного и того же — наслаждаться друг другом. Нервное напряжение последних недель и стресс дали о себе знать — я не выдержал долго предварительных ласк и наклонил его к стене.

Теплая вода из душа, которая продолжала поливать наши тела, начала казаться очень горячей и я развернул кран в сторону подачи холодной воды. Нас обдало ледяной струей, и мы пулей выскочили из под душа. Но я не дал ему далеко уйти, прислонив его к теплой стене, и перехватив гель, который валялся тут же, в моей косметичке. Без особой подготовки я сразу погрузил в него два пальца....Чжань выгнулся и застонал, подаваясь вперед.

-Давай сразу....— услышал я его шепот, прорывающийся сквозь хриплое дыхание.

— Я могу сделать больно.

-Не важно, я готов... я хочу тебя...

От его слов помутилось в голове, и я уже не мог думать ни о чем, кроме его узкой хризантемы, которая так манила меня.

Вошел я резко и полностью, выбив из него сдержанный стон. Но я не только не остановился, но и продолжил движения по нарастающей, чувствуя, что даже если бы мне пригрозили расстрелом, я бы не смог сейчас остановиться. Чжань стонал и извивался в моих руках, подаваясь и подмахивая навстречу моим движениям. Я ласкал его соски на белоснежной коже, слегка тронутой золотистым загаром из-за съемок последних месяцев, но все еще остающейся бледно-полупрозрачной, под которой просвечивала сеточка пульсирующих вен.

Его ствол сочился желанием, и я сам потянулся к нему помочь. Едва я дотронулся и провел по нему рукой, как его выгнуло дугой, и мне в руку излился горячий поток спермы. Его страсть подхлестнула и меня — за два движения, погрузившись до конца я тоже подошел к кульминации. Она далась мне тяжелее, поскольку пришлось поддерживать его и попытаться не упасть самому. Так что в уголке сознания я поддерживал контроль. Когда меня перестало трясти, я вместе с Чжанем, опустился вдоль стены на пол. Но ему я не позволил сесть на холодный кафель и посадил себе на колени.

Через пару минут он оторвал голову от моего плеча и тихо прошептал:

-Опять надо идти мыться, а мне лениво...

И улыбнулся счастливой улыбкой, от которой у меня внутри все скрутилось в тугую пружину. Именно в этот момент, казалось бы, совершенно неподходящий, я понял одну вещь: я готов сделать все, что угодно, чтобы только видеть, как он вот так улыбается.

-Я тебя сам помою — прошептал я ему в ответ, и подул тихонько в ухо.

Он опять улыбнулся и согласно кивнул. И хоть все мое тело было против какого— либо движения, я заставил себя переместиться под душ вместе с ним.

Помылись мы быстро, а через пару минут уже были в кровати. Мне с первого дня нравились его волосы, нравилось их сушить полотенцем, но сейчас у меня не осталось сил даже на это.

-Прости гэгэ, — пробормотал я, практически погружаясь в сон, — я тебя не высушил.

-Спи, тигренок — услышал я в полудреме. — Спокойной ночи. Саранхэ*3...

Вероятно, последнее было отголоском моего подсознания, решил я. Мне давно уже было понятно, что сердце принадлежит этому парню с умопомрачительной улыбкой. И я ему миллион раз в подсознании говорил это красивое признание на корейском, ставшим моим вторым родным языком.

Утром, когда я проснулся под будильник, его уже не было рядом. Вероятно, он встал раньше и ушел к себе. Но беспокойство взяло верх, и я позвонил ему.

— Доброе утро! — послышался бодрый голос.

— Доброе... ты как? — я продолжал волноваться за него.

Чжань замялся, а потом ответил явно с улыбкой.

— Выспался отлично. Но диди, ты знаешь... Ты храпишь!— он прыснул в трубку.

Я как раз знал, что иногда, когда заложен нос или когда заболеваю, такое вполне возможно.

-Ну и что...тоже мне новость. Знаю...— проворчал я. — Ты мне скажи лучше, как ты себя чувствуешь? А конкретно — как чувствует себя одна весьма аппетитная задница?

-Нормально, маленький нахал — отпарировал он.— Насколько это может быть нормально после нашего жесткого секса.

-Это был не жесткий...

-А?!

— Обещаю, — продолжил я, — после жесткого ты бы такое не сказал. И вообще вряд ли бы был в состоянии разговаривать, как впрочем сидеть и ходить.

В трубке повисло молчание, а мое воображение мгновенно нарисовало такие картинки, что описание из "Курильницы"*4 показалось бы всем детским лепетом в сравнении с возникшими желаниями.

-Только не говори мне — медленно начал Чжань,— что ты обдумываешь воплощение в жизнь своих извращенных фантазий.

— Именно — коротко отозвался я.

— Ты меня пугаешь. Мне начинать бояться?

— Не стоит. Какими бы извращенными не были мои фантазии, я никогда не причиню тебе вреда — поспешил я заверить его.

-В рамках допустимого? — поинтересовался он.

— Да — подтвердил я.

В трубке послышался театральный вздох:

— Ну все, ты меня успокоил.

— Собирайся, нам ехать через полчаса.

— Я готов — ответил он.

-Совсем и ко всему? — подначил я его. Теперь любое слово имело для меня сексуальный подтекст.

-Иди ты! — отмахнулся Чжань.

В этот день у нас на площадке царило веселье: съемки в пещере были завершены и мы перемещались уже в павильоны, где предстояло отснять индивидуальные планы и несколько финальных сцен.

Среди дополнительных эпизодов оказались кадры в лодке, которая плывет по озеру с лотосами. Кто бы мог подумать, что напустив в бассейн воды и затянув все синим полотном, для вставки комбинированных съемок, можно снять весьма приличные кадры.

Правда, на этот эпизод мы убили весь день. И если у Чжаня была роль — не бей лежачего, в полном смысле, так как он изображал обморочного Вей Усяня, который разлегся на моей ноге и на причинном месте, которому пришлось несладко. С одной стороны, нужно было держать себя в руках и отыграть сцену, а с другой — желание никуда не делось и того раза под душем мне явно было мало. К тому же в лодке еще снимался Бинь, вовсю изображавший слепого и глухого, пока мы пытались найти удобную позу и не раздавить моего "малыша".

В паузах мы прикалывались над гримом, травили втроем анекдоты и без стеснения трескали семена лотоса, которых навезли целую машину нам для съемок.

После мы доснимали кадры в павильоне уже накануне моего дня рождения. Я не афишировал и надо сказать, практически забыл о нем, на фоне съемок и наших отношений. Сколько бы я не находился с ним, общался, дурачился или отыгрывал сцены — все равно от его близости кружилась голова и я просто тонул в его глазах и улыбке.

Мы почти закончили ночные съемки и тут гэгэ начал громко считать, сообщив, что через минуту у Бо Ди ( он в последнее время начал меня так называть) сейчас будет день рождение. И как я ему не показывал жестами замолчать, он не прекратил. Все, кто был на площадке, подключились к поздравлениям.

Но самое удивительное меня ждало на следующий день, когда после потока поздравлений по всем сетям и телефону, меня позвали к режиссеру, а там уже с накрытыми столами, меня поздравляла вся команда. Это было трогательно и необычно. Впервые я отмечал свой день рождения с таким большим коллективом людей. Чжань тихонько пожал мне руку и шепнул, что мой подарок ждет меня в номере.

Любопытство меня съедало до самого вечера, пока шли съемки. Оказавшись в номере, я увидел коробку внушительных размеров. Когда я ее вскрыл, там оказался профессиональный шлем для мотогонок и небольшая открытка с пожеланиями. А вместо подписи стояло нарисованное сердечко с точкой внизу. Мне живо представились его губы и та родинка, которую я так любил целовать. Я набрал его номер.

-Понравилось?— тут же спросил Чжань.

-Очень, — честно ответил я.— Ты угадал, мне шлем как нельзя кстати, собираюсь после окончания съемок возобновить тренировки на треке. Но...еще больше мне понравилась подпись.

Он похихикал в телефон.

-Я знал, что ты оценишь.

— Шалун. Я тебя отшлепаю.

— Всенепременно — он всегда поддерживал мои шутки, зачастую понятные только нам двоим.

Съемки стали спокойнее, но по мере монтирования, нам приходилось переснимать некоторые сцены в студии. К концу августа мы завершили съемку, и осталась только работа по некоторой озвучке и записи музыкального сопровождения.

Мы понимали, что вскоре нам придется разъехаться по разным местам, где нас ждали другие проекты, но мы обменялись не только контактами, но и адресами друг друга в Пекине, где у нас были квартиры. И как выяснилось, мы жили в соседних кварталах, не очень далеко друг от друга.

Режиссеры с продюсером потирали руки и сказали нам сильно не расслабляться, поскольку снять еще полдела, нужно, чтобы работу одобрил комитет по телерадиовещанию... другими словами — пройти цензуру. Сериал ушел на проверку, но уже по своим каналам продюсер знала, что он будет одобрен, и нам предоставили план раскрутки на 2019 год. Работы предстояло много, наряду со всеми остальными проектами.

Но нас это скорее радовало, причем не только получением неплохой прибыли, а проведением времени вместе.

После обсуждения планирования, мы договорились с ребятами на совместный ужин здесь же в Даюне, где можно было спрятаться от особо ретивых глаз фанатов в частных ресторанах, мы забронировали целый зал в закрытой зоне.

На ужине все веселились и вспоминали случаи со съемок, нас подначивали на предмет наших вечных споров, а Биня с Чжоченом — про их вечные соревнования в салочки. Хайкуань многозначительно поглядывал на нас, при этом под столом поглаживал Чжочена, а тот, как ни в чем не бывало, болтал со всеми остальными.

Я сидел рядом и тоже активно делал вид, что ничего не вижу. Хотя у самого было огромное желание плюнуть на все и посадить себе на колени своего зайку. Я даже мысленно представил себе эту картинку и выражение лиц всех присутствующих, если бы я его начал целовать.

В моем представлении это выглядело довольно комично, и я начал посмеиваться себе под нос, чем вызвал недоумевающие взгляды в свою сторону. В срочном порядке я уставился на экран телефона, чтобы замаскироваться. И тут услышал шепот гэгэ на ухо:

-Что такого неприличного ты себе надумал, что у тебя так покраснели уши? Только не нужно говорить, что ты прочитал анекдот в телефоне, я же вижу, что он не включен.

Вот все он заметит...

— Ничего... потом расскажу.— Тихо отозвался я, и счел нужным добавить — И обязательно покажу.

-Буду ждать — ответил он, уже смотря в другую сторону и делая вид, что вообще не со мной разговаривал.

Хайкуань, который частично слышал наш шепот, только стрельнул глазами и хмыкнул. Бинь активно занимал в этот момент разговором нашу "шицзе", к которой, похоже, неровно дышал. Они часто зависали вместе в разных местах и на площадке и вне ее.

После ужина мы поехали в отель, как и положено — на разных машинах, но я уже знал, что Чжань сегодня не отвертится от моих цепких рук. Наш автомобиль прибыл первым и, оказавшись в номере, я встал у двери и начал прислушиваться к звукам извне. Вот открываются лифты и идут наши менеджеры... похоже, в один номер, поскольку хлопка второй двери так и не последовало.

"Вот это новость!" — присвистнул я.

Прислушиваясь, я приоткрыл дверь и выглянул в коридор: он был пуст.

-Где его, черт побери носит?— посетовал я на гэгэ.

И тут открылась дверь лифта, откуда вышел Сяо Чжань и какая-то девица, которая явно клеилась к моему кролику.

У меня внутри все вскипело, поскольку он в своей мягкой манере пытался что-то ей втолковать, но до меня долетали лишь обрывки фраз.

-...Чжань-гэ, ну что вам стоит? Пойдемте...

Я видел, что он вот-вот взорвется, хоть это бывало редко, но я знал, что он очень даже может быть резким, и тогда держитесь все кто попал в радиус поражения. Я сунул карточку в карман и выскочил в коридор со словами:

-Чжань, чувак! Я как раз тебя искал! Мне нужно передать тебе подарок от студии, пойдем — и, сделав вид, что только ее заметил. — Ой, здрасьте! Извините, у нас дела.

С этими словами, я утащил его к себе в номер. И только когда дверь за нами захлопнулась, я резко прижал его к шкафу в прихожей и укусил за губу.

-Ай! Ты что? — Чжань попробовал меня оттолкнуть. — Чего кусаешься опять?

-Что это за девка, и что она делала с тобой?

-Да не знаю я! Влетела в последний момент в лифт и стала звать пойти на какое-то мероприятие, типа ее босс послал попросить.

Я подозрительно посмотрел на него.

-Нет, ну честно...— он открыто смотрел мне в глаза, и постепенно расплывался в улыбке. — А ты так мило ревнуешь.

Я прижал одной рукой его к себе.

-Накажу...

-Надеюсь...

__________________________

Примечания и переводы:

*1— вероятно у этой игры есть название, но автор не нашла. Кто знает— может написать в коментариях, я исправлю.

*2— Съемки эпизода в пещере с черепахой проходили две недели в связи с реальным сложными условиями — снимали в реальной пещере.

*3— 사랑해, [ salanghae] , саранхэ— в переводе с корейского "я тебя люблю".

*4— "Курильница"— название спешл главы к новелле "Магистр Дьявольского культа" с пометкой 18+.

========== 17. Рядом с тобой. Часть 3 ==========

Pov Сяо Чжань.

Он меня ревновал...

В глазах, потемневших от желания, все еще плясали огоньки гнева. Это было чертовски мило и даже... соблазнительно. В его поцелуе ощущалась сила и желание подчинять. И я покорился... Мне было приятно отдаться в руки этого властного и амбициозного мальчишки, который выглядел старше своих лет. Рядом с ним я чувствовал себя совсем малышом, хоть и был выше и старше его. Почему это было так, я не мог пока объяснить.

И Бо меня завораживал в образе властного и холодного Лань Чжаня, а когда за кадром он преображался в несносного драчуна и задиру — он нравился мне еще больше. А еще он мог быть милым и заботливым. Только эту его сторону он практически никому не показывал. Однако, пару раз я заметил, что он был мил и заботлив с одним из актеров — малышом Кевином, который играл А Юаня. Это было трогательно. В остальном он держался больше холодно и отстраненно со всеми, кроме нескольких — включая меня.

Но, съемки подошли к концу и мы с ним понимали, что, возможно, мы больше не пересечемся на проектах. Поэтому наша последняя ночь в отеле была бурной, с легким привкусом горечи. Он не сдерживался, впрочем, как и я. Хорошо, в этом отеле стены были с отличной звукоизоляцией, иначе бы помимо нас не спало еще четыре номера, как минимум.

Только под утро, совершенно уставшие после нескольких заходов, мы провалились в сон, обнимая друг друга на смятых простынях. В порыве страсти я нещадно расцарапал ему спину, а он искусал мне ключицу. Но мне было плевать! Мне было все равно, что эти отметины завтра могут увидеть все, кто попадется нам по дороге, включая сумасшедших фанатов. Сейчас я лежал, окутанный его руками и тихо млел от мерного посапывания над ухом. Когда И Бо засыпал, черты его лица, обычно довольно суровые, разглаживались, и сквозь них проступала его настоящая сущность — маленький, любопытный и избалованный ребенок. Но мне он нравился, хоть это и было неправильно со всех сторон, как не посмотри. Вероятно, на меня наложился образ моего героя. И это вскоре закончится. Тяжело вздохнув, я прикрыл на секунду глаза.