Хордыш Кам

Ещё, отдельной головной болью бывшего пилота космического разведчика были недавно освобождённые военнопленные. Всех их, по распоряжению Кама, разместили в наземном комплексе. Можно сказать, их вылечили, полностью избавив бывших узников от имеющихся у них заболеваний, и последствий от ранее полученных травм. Чтоб не давать "пищи" для ненужных пересудов, то есть, хоть как-то позаботиться о соблюдении тайны своего отряда, Хордыш распорядился внести в программу медкапсул небольшое изменение. Вернее, оставить пациентам немного не долеченную дистрофию, не трогать зубы и не избавлять от имеющихся на теле шрамов. А ещё, бывших узников продержали в режиме сна пару дополнительных недель. Когда перевезённый в госпиталь укрепрайона контингент очнулся, то ради соблюдения придуманной для них легенды, начали всех усиленно откармливать. Для этого, бойцам говорили, будто они долгое время прибывали в бессознательном состоянии, во время которого, всех их кормили через зонд. Для чего у всех, проимитировали характерные после подобных манипуляций неприятные ощущения в носоглотке. Так же, назначив упражнения ЛФК, парням весьма эффективно восстанавливали былую физическую форму. Спустя пять дней, бывшие военнопленные пусть и оставались слабыми, но, уже могли сами обслуживать себя. Естественно, из-за нехватки живого персонала, роль врачей и санитаров отыгрывали андроиды, что не создавало никаких неудобств в лечении. Так как этих роботов было невозможно отличить от обычного человека. Заодно, искин базы беспрестанно наблюдал за выздоравливающими, собирая данные об их поведении. Всё это было необходимо для решения главного вопроса, способны ли эти люди быть лояльными Каму, или, оставить их обычными бойцами отряда, которых никогда не посвятят в дела составляющих костяк отряда бойцов.

— Кам. К тебе можно войти? — поинтересовалась Жунка, слегка приоткрыв дверь и заглянув в кабинет любимого мужчины. — Я тебе не помешала?

— Вообще-то отвлекла. — неспешно обернувшись и строго посмотрев на свою молодую жену, ответил Хордыш. — Тебя что, не учили стучаться?

— Но почему? Неужели у тебя есть от меня какие-то тайны?

— Да, мы не чужие люди и тайн меж нами нет, кроме служебных. Мы оба должны разделять службу и наши отношения. Таковы правила, между прочим, "написанные кровью". Поняла?

— Поняла. — тоскливо посмотрев на своего мужчину карими, беззаветно влюблёнными очами, проговорила Жунка.

— Э-хе-хе. С тобою, красавица, всё ясно. — виновато улыбнувшись ответил Кам. — Говори уже. Зачем пришла?

— Так в госпитале пациентов нет, поэтому, его поддержанием в должном состоянии, занимаются андроиды. По поводу моего дежурства в мастерской, оно закончилось час назад.

— И что ты этим хочешь мне сказать? Дорогая.

— Ты также тоже должен отдыхать. Ведь ты ушёл на службу раньше меня, и до сих пор сидишь на своём командном пункте.

— Кому я должен, всем прощаю. Не смотри на меня так обижено, радость моя, — после чего, Хордыш интенсивно потёр виски, невольно скорчив усталую мину, и тихо проговорил, — я тебе, обещаю, буду дома примерно через час. Вот тогда и будем отдыхать, даже, к-х-м, займёмся другими делами. На что я очень надеюсь.

Как только за лукаво улыбнувшейся Жункой закрылась дверь, на связь вышла Эльза. Для этого, младшая невестка Первуши воспользовалась одним из замаскированных проводных "телефонов". Он был модификации, у которой ретрансляторы ментальной связи не имели выхода на поверхность. Чтоб воспользоваться этим гибридом нынешнего прогресса и чудом иномирной техники, человек должен иметь необходимую для этого военную нейросеть, и знать код доступа к самому переговорному устройству.

— Первый шестому. — прозвучал в голове Кама ментальный вызов.

— Первый на связи. — так же мысленно ответил старший лейтенант.

— Рада закончила разведку в городе. Узнала, где сейчас живёт комендант Горлицы, Дейген Гейлиц. Готовимся к проведению акции. Помимо этого, она принесла плохие для нас новости. — даже по ментальной связи, в "голосе" молодой женщины чувствовались тревожные нотки.

— Докладывай.

— Имперцы, освободили от груза два железнодорожных пакгауза. Туда сгоняют молодых людей, от шестнадцати, до двадцати пяти лет. Как нам стало известно, на этой станции, к этим складам подведена единственная, перешитая под имперский стандарт железнодорожная колея.

— Понял. Подростков собираются увозить в империю, как рабов.

— Мы с Первушей тоже об этом подумали. Судя по количеству товарных вагонов и количеству уже собранных юношей и девушек, людоловы почти окончили отлов первой партии нашей молодёжи. Думаю, они начнут их загружать в уже сформированный эшелон завтра, самое позднее послезавтра.

— Принято. Следующий сеанс связи на основной частоте. Доложите, когда эшелон покинет Горлицу. Отбой.

Прервав связь, Кам несколько секунд смотрел перед собою расфокусированным взглядом. Затем, тяжело вздохнув, связался с только что покинувшей его Жункой.

— Котёнок, ты не далеко успела уйти?

— Нет. А что случилось?

— У нас выход по тревоге. Выдвигаемся к сектору 5 — перешитой имперцами "железке". Ты снайпер.

— Ясно.

— Сбор возле оружейки.

Ничем не выказав своё неудовольствие, Жунка побежала в свой кубрик, где быстро переоблачилась в камуфляж. Далее, она, как могла быстро помчалась к оружейной комнате, где уже собралась готовая к выходу большая группа. Посмотрев на таймер своей нейросети, молодая женщина поняла, что опоздала чуть больше, чем на полминуты. Встретившись с осуждающим взглядом Кама, его жена, всего лишь виновато пожала плечами. Обрадовавшись, что её не упрекнули за нерасторопность ни вслух, ни по ментальной связи, единственный в этой группе снайпер еле слышно вздохнула и по привычке, мысленно поблагодарила за это Светлого. Впрочем, последней явилась не она, следом за снайпером Жункой Хордыш, топоча как слон, подбежал Трегор, схожий своей комплекцией с медведем.

— Вооружаемся и берём сухпайки на трое суток. — почему-то смотря только на свою жену, которая, не получив выговор слегка приосанилась, Кам начал отдавать необходимые распоряжения. — Дополнительно, каждый несёт по синему контейнеру с нанитами — Жунка и Трегор, берут по зелёному, с маячками. Всем всё ясно?

— Так точно.

— Тогда чего стоим?

Повинуясь то ли команде, то ли вопросу командира, единственные оставшиеся на ЗЭБ-2 бойцы, из числа тех немногих, кто был обучен воевать на уровне планетарных десантников другого мира, спокойно направились к складу специального снаряжения. Там, бойцы, по сложившейся традиции, беззлобно подтрунивая над молчаливым складским роботом, получили оружие, боеприпасы и контейнеры с нанитами. Где-то через пятнадцать минут, после получения задания, воины добрались до "подсвеченного" искином замаскированного выхода, где и остановились. Повинуясь мысленной команде Кама, скрытая дверь в эвакуационный туннель беззвучно отъехала назад и вбок. Воспринимая всё как само собою разумеющиеся, ДРГ привычно прошла по открывшемуся короткому и узкому коридору, после чего, оказалась в небольшом зале. Правильнее сказать, что это была мини станция, у пирона которой стоял малый вагон на гравиплатформе. Бойцы, не сговариваясь расселись в небольшом салоне скоростного вагончика и транспорт, плавно набрав скорость помчался к единственному на этой ветке выходу на поверхность. Оказавшись в ангаре с техникой, заранее проинструктированные Камом партизаны, устремились к грузовикам, завели моторы всех четырёх Б-101 и распределившись по этим машинам, поехали к выходу.

— Кам, почему в этот раз ты пошёл с нами в этот выход? — изобразив легкую беспечность, поинтересовалась Жунка, усевшаяся в одной кабине с мужем. — Ты же сам говорил, что отныне, твоя задача только командовать.

— Так и будет, но лишь тогда, когда наш отряд станет укомплектованным не меньше, чем на половину штатной численности. — не отвлекаясь от управления машиной, которая натужно "рыча" мотором, медленно подымалась по спиральной эстакаде спокойно ответил Хордыш.

— А те люди, кого мы расположили в наземном бункере? Чем они тебе не подходят?

— Они ещё слишком слабы. К тому же, не прошли боевого слаживания.

— А когда они будут готовы?

— Через две недели употребления специальных пищевых добавок, они окрепнут настолько, что смогут начать тренировки. А там, по готовности каждого из них, начнём привлекать к второстепенным боевым вылазкам.

— Это слишком долго. Я знаю точно, что у нас есть возможность хоть сейчас установить нейросеть двоим бойцам. — повернувшись к мужу чуть ли не всем корпусом, деловито заявила молодая женщина. — Красава говорит, что среди освобождённых есть пара бойцов, являющихся гражданами Варгза. Если примешь их в нашу команду, то они будут верны только тебе. А самое главное, даже командование нашей капитулировавшей армии, тем более генералы соседей, для них более не имеет былого авторитета.

— Я подумаю о твоих кандидатах в наш отряд. Но, не сейчас.

После этих слов, Жунка замолчала и отвернувшись, приступила к созерцанию "проплывающего" за окном пейзажа. Время от времени смотрящий на супругу Кам, не мог понять, обиделась на него жена, или всего лишь переживает из-за предстоящего боя. Так они и проехали по лесным дорогам, почти до самого сектора No 5. Почти, потому что колонна остановилась в пяти километрах от цели. Вернее, стала возле поля, на котором произошло последнее из крупных сражений меж вручёнными силами республики Варгза и Дейской империи. После остановки прервавшая своё задумчивое созерцание леса Жунка, недоумённо осмотрелась и удивлённо поинтересовалась:

— А что мы здесь стали? И зачем все занимают круговую оборону?

— Так нужно. Сейчас, я запущу контейнеры, которые распылят над полем наниты. А ты, тем временем вместе с Трезором, активируешь автоматическую установку маячков.

— А что, мы не могли заняться этим в другое время? — возмущённо посмотрев на мужа, зло осведомилась Жунка. — Сейчас, мы обязаны спешить к железнодорожному полотну. Иначе, если мы вовремя не поспеем, эти гады увезут подростков на чужбину.

— Не можем мы заняться этим делом в другое время. Потому что помимо недавно круживших над этой местностью дронами, над нами часто пролетают разведывательные спутники. Сейчас, образовалось редкое "окно", когда мы, используя наши технологии, без опаски сможем начать сбор с этого поля столь необходимых ресурсов.

— Если мы, по твоей вине упустим этот поезд, я, тебе этого никогда не прощу.

С этими словами, молодая женщина покинула кабину машины, при этом, показательно громко хлопнув дверью. Весьма оперативно, контейнеры "преобразились" в летающие дроны. Синие "коробки", литая зигзагами, засевали нанороботами очищенное от побитой техники поле сражения. Следом за ними, левитировали зелёные контейнеры, через определённые промежутки выстреливая в землю маячками. Всё это заняло около пятнадцати минут.

Час спустя, колонна грузовиков, не доехав до точки назначения около километра, остановилась. Вышли точно, так как местность, где предстояло провести акцию, Каму было хорошо знакомо, именно здесь он не так давно уничтожил два эшелона имперской армии. Далее, замаскировав свои грузовики, бойцы пешком преодолели оставшийся отрезок пути, и рассредоточившись, заняли круговую оборону. Лишь сапёры, предварительно внимательно осмотревшись, низко пригнувшись земле, побежали к насыпи чтоб заложить под рельсы взрывчатку. Можно сказать, подрывники управились вовремя, через пять минут после того, как они вернулись в подлесок, в сторону Горлицы проследовало сразу два состава, перевозящие бронетехнику и какое-то пехотное подразделение. Ещё через час в эфир вышел Первуша, из-за помех его голос был еле слышен, а речь, не будь у бойцов ДРГ нейросетей, можно сказать неразборчива. Важный момент, переговариваясь в эфире, для того, чтоб в службе радиоперехвата не смогли понять смысл сказанного, партизаны общались на неизвестном здесь языке Единства.

— Первый, ответь шестому.

— Шестой на связи.

— Эшелон покинул город. Ждите.

— Ждём. Что у вас с готовностью к основной акции?

— Оккупанты, после завтра собираются повесить ещё десять заложников, по причине того, что горожане до сих пор не выдали убийцу какого-то интенданта.

— Понял. Каковы ваши дальнейшие действия?

— Этой ночью, установим в спальне Дейген Гейлица небольшой заряд. Подорвём его утром, когда эта сволочь покинет здание и соберётся садиться в свою служебную машину. Одновременно с этим, по всей улице будут разбросаны листовки с объяснением что для него, это первое и последнее предупреждение. Если он ослушается и продолжит убивать мирных жителей, мы обязательно приведём смертный приговор в исполнение и его не спасёт никакая охрана. Мол для большей ясности, и демонстрации наших возможностей, мы взорвали его дом.

— Одобряю. Если эта мразь нас не "услышит", и не отменит казнь гражданских, убейте его в момент, когда будет зачитываться приговор. Заодно, перестреляйте всех его сопровождающих. (Комендант, предпочитал лично отдавать команду на начало казни. Для этого для него была построена высокая трибуна.)

— Принял.

— Отбой связи.

Окончив с обустройством стрелковой позиции, снайпер залегла и машинально, как будто это было наработано годами службы, приступила к изучению сектора стрельбы и определению ориентиров. Далее, сделав для верности пару пристрелочных выстрелов, вновь осмотрела округу, на сей раз, охватила "нарезанный" ей участок рассеянным взглядом. После чего она, на несколько секунд смежила веки. Отмерев, Жунка медленно, аккуратно положила снайперскую винтовку рядом с собою — на расстеленную ею плащ-накидке. Затем неспешно перевернулась на спину, не раскрывая век, прислушалась к лесу. Женщина, расслабившись слушала как еле слышно, умиротворяюще шелестели вершины деревьев, да коротая время переговаривались её товарищи. Правда, общались они при помощи нейросети, от чего происходило естественное наложение их слов на умиротворяющие звуки природы. Снайпер сожалела о том, что Кам не откликался на её вызовы, казалось, что он бесстыжем образом дремал. Впрочем, Жунка сама ощутила, как ею начала овладевать ласковая дрёма. Молодая женщина встрепенулась, открыла глаза и интенсивно потёрла мочки своих ушей. Ещё через минуту, снайпер проделала зарядку для глаз, дополнив её точечным массажем для поднятия остроты зрения. На этом, она не остановилась, а начала поочерёдно напрягать мышцы своего тела.

Покончив с подготовкой зрения, и гимнастикой для снайпера, приблизительно через пять минут, Жунка услышала слабый звук от приближающегося поезда. Снайпер ещё не успела перевернуться на живот, как прогремел сдвоенный взрыв, уничтоживший оба рельса, одновременно разворотив шпалы. Взгляду молодой женщины, открылся вид на быстро разлетающихся в разных направлениях комьев земли и крошева щебёнки. Как следует рассмотреть это не было возможным, однако, подсознание и фантазия, дополнили этот кадр недостающими деталями. (У кинооператоров, кадром называется определённый отрезок видеоряда.)