Дипломная работа по обитателям болота

Встряхнулась, отгоняя путаные мысли, и закрыла за собой дверь.

В доме никого не было. Я быстренько перекусила, помянув незлым тихим словом заразу Ла-Шавоира, из-за которого сладкого мне так и не досталось. Хотя, наверное, с утверждением 'не досталось сладкого' некоторые бы поспорили.

Сделала себе крепкий сладкий чай, выгребла из буфета остатки былой роскоши в виде слегка подсохшего и в прошлом невероятно вкусного кекса да потопала наверх в обнимку с добычей. В кабинет не хотелось, и я решительно свернула в спальню, где сгрузила свою ношу на маленький столик у окна.

И через полчаса, после душа, в сорочке и халате приступила к трудовому вечеру.

Стоило как следует подумать о паре спорных вопросов, а для этого надо было прошерстить литературку, умными... нелюдями написанную. К сожалению, в психологии местных я еще довольно многого не знала, и только провидение спасало от последствий, как для меня, так и для клиентов.

Мда, когда осознаю, чем могут аукнуться мои ошибки — становится жутко. А еще, начинаю злиться. На того, кто кинул меня в это море, из спасательного круга предоставив только ту самую информацию... Именно поэтому в последнее время спала я очень мало — слишком большой пласт неизвестного надо было усвоить. Не обходилось и без ужасной головной боли, от которой, опять же, спасали Айлар, Лель или Феликс.

Кстати, неудивительно, что я пребывала в блаженном неведении о том, кто со мной ночует. Ведь засыпала, как только голова касалась подушки, а вставала с величайшим трудом. Чему способствовал лишь неимоверно противный и голосистый будильник, который был запрограммирован на мгновенное улетание от владельца. Пока поймаешь мерзкий источник звука — как раз проснешься!

Да, я взвалила на себя немало, но, создатель, как же это хорошо! Трудиться, работать, и не просто ради выживания, а ради цели. Интересной тебе цели. ТВОЕЙ цели. Ради этого можно не спать ночами, забывать поесть, но... насколько же сильно ощущаешь себя живой!

Вот и сейчас я опять обложилась тетрадями с записями, несколькими книжками, и очень остро сожалела об отсутствии Интернета!

Наконец, поймав себя на мысли, что страницы книги кажутся притягательно мягкими для моей головушки, я зевнула и решила ложиться.

И почему так долго сегодня сидела? Неужели... ждала? Подумала и пришла к неутешительному выводу, что, и правда, ждала.

Эх... ладно, влюбилась — будем разгребать последствия. На свежую голову это делается лучше, поэтому — спать!

Уснуть сразу не получилось. Несмотря на усталость, я еще некоторое время вертелась, но сон все же сморил... ровно до того, как меня осторожно обняли и прижали к прохладному телу.

И все. Обнял, прижал, уткнулся носом в волосы и, кажется, твердо решил спать. Я даже укол разочарования ощутила.

Потом включился здравый смысл, и я решила скандал не устраивать, но хоть немного отползти от мужчины. То, что Кик был практически голым, чувствовалось прекрасно.

Осторожно попыталась сдвинуться, но не дали — не руки, а клещи какие-то!

Повертелась еще немного, пока усталый голос риалана не нарушил тишину спальни:

— Юлька, я вообще-то спать пришел, но если будешь так провокационно тереться об меня попкой, то в два счета могу передумать!

— Ой! — пискнула я, испуганно глядя в темноту комнаты.

— Спи, сокровище, — он приподнялся на локтях, легко поцеловал в губы и снова упал на подушки рядом, сонно пробормотав: — Утром поговорим. Я устал как собака, только что от Гудвина, он нам три часа за компанию с Мастерами мозг выносил, змей подколодный.

Предупреждению я вняла, ерзать прекратила, но уснуть получилось, только когда поняла, что он спит, а руки все также лежат на талии, не претендуя на что-то большее.

Спустя некоторое время осторожно повернулась, обняла Кика за шею, прижимаясь щекой к груди и вдыхая замечательный запах полыни и хризантем. В сон я уплывала, чувствуя себя глупой, но очень-очень счастливой.

Спокойного сна, моя ненормальная, но любимая сказка...

Калин-Зар, малый Зал Совещаний.

Гудвин свернулся кольцами на каменном возвышении и внимательно оглядывал сидящих за круглым столом подданных.

Час был поздний, освещение слабое — только колонны искрились мягким серебром. Месяц заливал зал призрачным светом сквозь прозрачные своды, да звезды подмигивали с небосклона. На то, чтобы разобрать черты лиц собеседников этого хватало, но вот с определением эмоций было сложнее. Особенно тем, кто привык 'читать' настрой оппонента по мимике и жестикуляции. Настоящий настрой или лишь то, что показывал не менее опытный игрок?.. Какая разница? Это все равно знания, привычка, и без них неуютно. Неуютно всем, кроме Гудвина Ла-Дашра, который вообще не нуждался в свете.

— И ш-ш-то нового вы можете мне поведать? — наконец прошипел левиафан и посмотрел на темную фигуру справа от себя. — Например, ты, С-с-смерть. Или Мастер в последнее время ставит в приоритет личное? Настолько, что на дела времени не хватает?

— До правителя дошли ложные слухи, — ровно отозвался Хранитель, вскинул руки, и лунный свет на миг высек из ткани плаща кровавые отблески. Айлар поправил ворот мантии, опустив красные глаза, и ровно продолжил: — Все мои ресурсы, от Всадников до личных сил, брошены на решение проблемы.

— И проблема не реш-шается уже нес-с-сколько мес-с-сяцев! — зло ответил правитель зеленого сектора. — Прис-с-скорбно ос-с-сознавать с-столь вопиющую некомпетентность вас-с, как предс-ставителя моего ближнего круга и как Атрибута с-сектора!

— Мы работаем, — все так же невозмутимо ответил мужчина, но... черные когти с едва слышным скрипом вошли в дерево подлокотника.

— Пытка. — Гудвин повернулся в другую сторону. — А что вы?

— Я — как обычно, — едва заметно улыбнулся Мастер. — Предоставят материал — буду 'колоть'. В данный момент ничто не требует моего личного вмешательства, со всем справляются ассистенты.

— Х-х-хорошо, — казалось, что из голоса правителя исчезли жесткие нотки. — Надеюс-с-с-сь, в ос-стальном вс-се в порядке? Нам не нужны с-сейчас с-срывы, Хин.

— Я понимаю. — Лицо Пытки стало похоже на алебастровую маску, отчасти из-за слишком светлой кожи, отчасти... по иной причине. — Все в порядке, господин.

— Ес-сть ли новос-сти о Зеркальнике? — снова повернулся к главе разведслужбы государь. — И где Ла-Шавоир?

— Решает проблемы в личной жизни, — фыркнул Пытка.

— Эпидемия какая-то, — пробормотал гиганский змей. — Тоже, что ли, занятьс-ся этим...

Мастера удивленно переглянулись. Пытка вскинул бровь, Айлар только пожал плечами, показывая, что личные заморочки змеистого начальства его не особо интересуют. Тут со своими бы разобраться.

— О Зеркальнике ничего нового, — спустя некоторое время заговорил Мастер Хин. — Предприимчивого гада по-прежнему ловят все разведки секторов, так что мы не первые в очереди на его дефицитную шкурку.

— Он все еще навещает тебя иногда? — склонил голову Гудвин и с шелестом сполз со своего каменного ложа. Спустя несколько секунд он окутался зеленоватым сиянием и, отряхнув рукав камзола, подошел к столу, чтобы налить бокал воды и, скривившись, выпить: — Что за гадство, зачем было делать правителям ипостась морского змея, если в Малахите полгода жара?

— Спроси у создателя артефакта, — развел руками Тис.

— Помру — спрошу, — мрачно откликнулся Гудвин, откидывая со лба прядь волос. — Вот ответьте мне, пожалуйста, что у нас за разведка, которая уже два года не может поймать самого опасного организатора за последнее столетие?

— У нас нормальная разведка, — хмыкнул Пытка. — Просто организатор необычный, да и гоняемся за ним эти два года не только мы. Если помнишь, после неудавшегося переворота даже отдел из специалистов всех четырех секторов создавали для его поимки. И ничего!

— Ты не ответил, — вдруг напомнил Гудвин. — Он приходит?

— Приходит, — вздохнул Мастер Хин. — Редко, но бывает. Мотивы самые непонятные. Отловить не могу, у меня нет дара ходить через зеркала. Поэтому приходится терпеть гада.

— Мда... — проборотал правитель. — У нас с вами все веселее и веселее... Надо думать, на чем можно поймать Охру. Кровь из носу надо, ребята. А то с таким рычагом давления они от нас чего угодно добиться могут. Повторить судьбу Янтаря не хочется.

— Не идиоты, понимаем, — почти хором ответили Хранители.

— Тогда думайте и делайте, — воздух задрожал, и на месте мужчины вновь оказался гигантский змей. — Времени у нас мало. Подписывать договор придется все равно, но нельзя допустить еще одного. Потому что они осмелеют и условия предложат поистине кабальные. И ведь придется соглашаться. Я не могу рисковать таким большим процентом населения.

— Открытое совещание с Морриганом завтра?

— Да... — неохотно буркнул правитель. — Притом, этот Стальной умудрился корректно увильнуть от предложения личной беседы. Вывод: Мору нужно малое собрание палаты лордов. То есть предложение у него из области 'вы не сможете отказаться'. А чтобы у нас и мысли не было о таком — озвучит при аристократии, которые на нас потом и станут давить.

— Невесело. Но мы решим. Обязательно все решим.

— Я надеюсь, — Гудвин обвел своих приближенных тяжелым взглядом. — Это не только в моих интересах.

Глава 14.

Утро началось с прохладного ветра, касавшегося щеки, запаха кофе и шелеста страниц где-то над головой. На волосы легла чья-то рука и нежно погладила, потом осторожно коснулась щеки, и я со вздохом неосознанно потянулась за лаской. Раздался тихий смешок и голос:

— Доброе утро, солнце.

Понимание, что я кого-то обнимаю, наступило очень быстро.

Открыла глаза и уткнулась взглядом в смуглую кожу мужского живота, на котором очень красиво и рельефно выделялись кубики пресса. Тонкие волоски от пупка убегали вниз, загадочно скрываясь под одеялом, что наводило меня на самые... эм, просто на мысли.

Немного погодя настигло осознание, что Кик все же не только в белье, но и в мягких штанах. Правда, оптимизма эта деталь все равно не внушала.

Утро... оно такое... трезвое, чтоб вас! Вернее, отрезвляющее.

— Д-д-доброе, — вежливо откликнулась, быстро убирая руки с феликсова тела. Так, ноги тоже не забыть, хотя им там и удобно.

Села и затравленно огляделась, не зная, как себя вести в такой ситуации. И где вся вчерашняя бравада? Хотела? Пришел!

Судя по всему, мужчина, как и я, решил перевести отношения на иную ступень. К тому же, теперь мне было известно о маленькой хитрости риалана. Значит, сбегать до того, как я проснусь, не имело смысла.

— Кофе? — перед носом появилась небольшая чашка, в которую я радостно вцепилась.

Вот, пока можно занять себя этим.

Только бы моя невезучесть не проснулась, потому что опрокинуть на себя горячий напиток не хочется.

— Ю-у-у-уль, — рассмеялся Кик, — посмотри на меня.

Подняла взор на Феликса. Он с затаенной иронией в голубых глазах посмотрел на меня и отложил бумаги, которые изучал до моего пробуждения, на прикроватную тумбочку. Туда же поставил свою чашку, переместился ближе ко мне и, поцеловав в щеку, проговорил:

— Не пугайся и выслушай, хорошо? — Я судорожно кивнула и опять покраснела под его понимающим взглядом. Взгляд скользнул ниже, дошел до выреза на сорочке и стал заинтересованным. — Так, о чем это я?...

— О чем-то важном!

— Несомненно! — Все еще не отрывая глаз от наполовину прикрытой груди, кивнул риалан, но сделал над собой усилие и снова посмотрел на меня: — Так вот... я подумал над тем, что ты говорила. Мои шаги навстречу — никакого секса до отъезда Мины или до того, как спадут лалы. К сожалению, что случится первым, я не знаю. Твой ответный шаг — мы пара, и ты моя невеста. Ну и... спим вместе, и ты меня не отталкиваешь, — увидев мое шокированное лицо, Кик поспешно добавил: — Напоминаю, секса не будет. Все как ты хотела. И маленький бонус для тебя: если ты просишь три раза, я останавливаюсь...

Я сидела, аккуратно отпивала кофе и думала. Впрочем, обдумывать особо было нечего.

— Согласна. — Чего стоило не смущаться, в такой момент не знал никто! — Но, ты уделяешь мне больше времени. Прогулки, приятности, совместные вечера и прочее. Также хотелось бы быть хоть немного в курсе твоих дел. Не хочу, чтобы на вопрос, как прошел день, ты отшучивался или менял тему, как раньше.

— Хорошо, — также спокойно ответил Ла-Шавоир. — Но предупреждаю сразу: некоторые вещи рассказывать просто не имею права.

— Понимаю. — Я робко улыбнулась в ответ.

— Вот и замечательно, — он снова оказался как-то совсем близко и тихо попросил. — Может, ты все же поцелуешь меня сама? Еще разок... А то я себя всегда едва ли не маньяком чувствую.

Я залилась краской, но потянулась навстречу, осторожно касаясь его губ.

Поцелуй был очень нежным, медленным и... изучающим. Он не был похож на вчерашние и не пробуждал обжигающий жар, но почему-то приносил в душу трепет и тихую радость.

Кик отстранился первым, потерся носом о мой и лукаво прищурил глаза:

— Совместные вечера и приятности, говоришь... — мечтательно промурлыкал Феликс. — Будут.

Что именно из перечисленного будет, я уточнить не успела, потому как болотный интриган плавно поднялся с постели и с коротким стоном удовольствия потянулся. Мне сразу стало не до вопросов, ибо вид Феликса в одних свободных штанах мало того, что был непривычным, так еще и волновал!

Неимоверно довольный, кикимор легкой походкой направился к двери, подхватил по дороге со спинки стула аккуратно сложенные вещи и, уже взявшись за ручку, обернулся:

— Спускайся завтракать, Юль.

Завтрак прошел уютно и очень по-домашнему, хотя был и недолгим.

Правда, мои чаяния, что проклятье нуэ ослабело, почти сразу развеялось. Когда я слишком резко развернулась и вывернула на себя остатки омлета. Пришлось идти и переодевать юбку.

Потом Феликс отвез меня в резиденцию и смылся в неизвестном направлении, предупредив, что на обед проводить не сможет, так как вынужден уехать из Изумрудного и вернется только вечером сразу домой.

Рабочий кабинет встретил меня тишиной и умиротворением. Прием должен был начаться только через час, поэтому я решила немного посидеть, подумать и дочертить ту схему комплексного подхода, которую начала составлять вчера. В записях оно, к сожалению, выглядело мешаниной фраз, а вот в таблице смотрелось строго, красиво и гармонично. Даже сама собой гордиться начинала.

Но для начала надо бы показать это дело Кику и Лелю. Да, как ни странно, именно Лельеру. И вообще, они тут на мне паразитируют почти, ближний круг им подавай, а мне нельзя?

Так, я снова обложилась умными книжками и продолжила работать, время от времени согласуя методы воздействия с тем, насколько они допустимы в работе с конкретной расой.

Феликс, Феликс...Жених! Подвид: жабообразный! Жабних, вот он кто!

Кстати, а как 'гениально' он мне предложение сделал? Где цветы, где кольца, где вставание на одно колено и красивая речь о том, какая я замечательная, и что без меня ему не жить?!

Блин, что-то я быстро утром согласилась...