Авантюра в свободном ритме

Глава 35

Я сейчас кого-то буду убивать, на расстоянии, с особым цинизмом...

— Рома, чтоб тебе долго жилось и счастливо. Какого ты звонишь в такую рань? — простонала я, прерывая задорную мелодию мобильника.

— Обрадовать тебя спешу, моя ненаглядная, оступившаяся пока один раз.

— В смысле? — не поняла я.

— Начинаю начислять штрафные баллы.

— За что? — я мигом проснулась.

— А кто светил своим завлекательным декольте с умопомрачительным бельем. Кстати, а я почему его не видел?

Я выругалась про себя:

— Моё декольте ты не раз видел. Неужели ты спалил Елене наше знакомство, что она тебе пожаловалась? И вообще, спектакль перед одним лицом в штраф не идет, — тут же наехала я.

— Почему это Елена? Не... она баба умная, она никому не расскажет о своем, гм... позоре, а вот свидетели этого занимательного действа нашлись.

— Там никого не было, — уже не так уверенно сказала я.

— Тебе в красках и лицах рассказать, что там было?

— Камеры наблюдения? — осенила меня догадка.

— Они не пишут разговор и не передают всю прелесть твоего золотистого белья.

— Рома, готовься к пыткам!

— Неа, милая, сама готовься к штрафным.

— Ладно, назначай, — обреченно сказала я, зная, что спорить с ним бесполезно — вляпалась.

— Я подожду, пока таких проколов побольше набежит, — успокоил меня друг.

— Сволочь ты.

— И этим живу.

— Так спор не проигран? — уточнила я.

— Пока нет из-за того, что свидетелям и участникам вчерашнего представления не выгодно являть твой настоящий лик народу.

— Ладно, буду осторожней.

— Ну-ну, — усмехнулся Ромка. — Приятных утренних снов.

— А тебе ночных кошмаров, — пробурчала я, понимая, что уснуть уже не удастся.

Я задумчиво пила кофе на кухне. И кто меня мог заложить? Кто угодно, но не Елена. В этом Ромка со мной абсолютно честен. Мне ее даже немного жаль. Вот и чего было так сильно наседать на Сергея, что против нее малым фронтом выступило столько его знакомых. Ладно, это не мои проблемы. Надеюсь, мои проблемы раньше времени не вылезут. Эх... я ж помру от любопытства, какую каверзу мне придумает Ромка, если уже не придумал. Глянула на часы... Люда откроется только через час — вот и будет чем занять себе утро.

— Доброе утро, — поприветствовала я Люду и нескольких девочек, уже пришедших на работу.

— Доброе, доброе! — обрадовалась она мне. — А я уже тебе звонить хотела. У меня дело к тебе на миллион.

— Деньги вперед, — улыбнулась я.

— А стрижкой возьмешь?

— Если ты сейчас свободна.

— Да садись. Это освежим или новенькое что-нибудь придумаем?

— К сожалению, ничего экстравагантного пока нельзя. Давай это ровнять.

Люда меня подстригла, сделав ко всему прочему рваную челку.

— И как я это прилижу? — поинтересовалась я, держа двумя пальцами задорно торчащую прядь.

— Гель тебе в помощь, — хмыкнула она. — Убери руки от красотищи, попортишь. Чаю хочешь?

— Лучше чего-нибудь холодненького.

— Тогда пошли на кухню.

Мы устроились за маленьким столиком.

— Не ходи ты вокруг да около, — улыбнулась я, видя, как Люда не знает, куда деть руки.

— Смотри, сама напросилась. Мне тут братец проспорил день шопинга, не хочешь составить ему компанию?

— Ты кому гадость хочешь сделать? — поинтересовалась я.

— Ну почему сразу гадость? — пошла она на попятную. — Не обязательно же целый день таскаться по магазинам, там еще кино есть...

— С местами для поцелуев, где вокруг чавкают попкорном, — перебила я ее.

— Тьфу. Скажи уж лучше прямо, что тебе не интересен Олег.

— Фиг тебе, должна же я поизмываться. Я тут в среду узнаю, что ты его развела на целую прогулку для какой-то приятельницы, и уже хотела было тебе сегодня космы повыдергивать, чтобы красить было больше нечего.

— О! Так ты согласна? Так... когда... сегодня... нет, может отказаться. Давай на завтра, — чуть не подпрыгнула Люда.

— Слушай, и что тебе брат такого сделал, что ты его в мои руки отдаешь?

— Пусть занимается своей личной жизнью и не мешает мне строить свою. Достали уже опекой.

— Понятно. Ну что ж, в воскресенье я абсолютно свободна. Обрадуй его.

Люда быстренько набрала Олега.

— Утро доброе, братишка, — сладким голосом пропела она. — Признавайся, что у тебя в воскресенье. — Ты в свой клуб? Переживет твой клуб один день без тебя. — Долг платежом красен. — Я тебе гадость не подсуну, я ж тебя люблю. — Ну как ты можешь так о своей единственной родной сестричке. — Ничего не знаю. К 10 утра будь готов. Подробности позже. Люблю, целую. Можешь еще немного сладко поспать.

Вот что-то у них с Ромкой общее есть — это сделать 'приятное' близкому своему с утра пораньше, пока еще чужой организм не очухался от сна.

Пока у Люды не было клиентов, мы с ней болтали на кухне. Я рассказала о выступлениях на улице и в клубе, а она пообещала припомнить Ивану то, что он от нее скрыл такие события.

В приподнятом настроении я вернулась домой, взяла фотоаппарат, прыгнула в машинку и поехала колесить по городу. Уже после обеда мне позвонила Люда.

— Слушай, а в чем ты будешь?

— Вот ты спросила. Я собиралась целый вечер выбирать наряд для свидания, а ты хочешь, чтобы я ответила на этот сложный вопрос так сразу.

— Что, правда?

— Шучу. Нет, но я еще не думала.

— Так, а как же вы друг друга узнавать будете?

Я фыркнула:

— Ничего, что мы друг друга уже знаем?

— А как же сюрприз для братца? Не... я хочу, чтобы он помучился.

— Может, мне в парандже прийти и молчать? Тогда уж точно он будет мучиться всё воскресенье.

— Помрешь от жары.

— Просто скажи, что я сама его найду.

Мы определились с местом встречи в большом торгово-развлекательном комплексе и довольные друг другом распрощались. Мне всё больше и больше нравится их ненормальная семейка.

Вернувшись домой, влезла в почту — письмо меня ждало практически с утра:

'Сегодня продолжим?' Строчу ответ: 'Завтра'. — 'Буду занят весь день. Вечером?'. — 'Вечером я занята'. (Про себя подумала: 'Надеюсь'.) — 'Жаль'.

Ну что ж, у меня образовался целый вечер, чтобы подготовиться к шопингу.

Проснулась я рано в каком-то задорном предвкушении, хотя небольшая тревога присутствовала. А ну как Олег обидится на такой розыгрыш. Успокаивало только то, что к шутливым спорам с сестрой он относился достаточно серьезно и проигрыш отрабатывал честно. Там же в споре было как — шопинг с 10 до 18 в торгово-развлекательном центре без права выхода оттуда разве что для того, чтобы отнести покупки в машину. Вот и развлечемся.

Средней длины легкое платье без бретелек, держащееся корсетом на честном верхнем размере, не большом, но своём. Босоножки на невысоком тонком каблучке — мне на них весь день прыгать. Сумочка. Я готова.

Доехала до комплекса, припарковалась так, чтобы был виден вход. 9:55 — Олег уже стоит на ступеньках. Четыре... три... два... Вышла из машины и неспешно направилась к нему.

— Привет, — поздоровался он, увидев меня.

— Привет. Не рад меня видеть?

— Тебя рад.

— А почему тогда такой пасмурный?

— Сегодня отработка проигрыша. Жду.

Я чуть улыбнулась, демонстративно оглядев его с ног до головы.

— А ты решил честно его отрабатывать?

— В противном случае не будет пользы от моих будущих выигрышей.

— Я это запомню. Тогда пошли по магазинам, — я взяла его за руку и потянула в торговый комплекс.

— Но...

— Люда попросила вчера побыть ее приятельницей, а я не смогла отказать своему любимому парикмахеру.

Как обычно происходит шопинг с мужчиной? Мужчина обреченно садится на лавочку перед магазином, куда упархивает его спутница, и ждет, пока она с рвением кладоискателя будет рыться в вещах, аксессуарах (слово-то какое страшное). Худший вариант — спутница тащит его с собой, используя в качестве вешалки и советчика, которого всё равно толком слушать не будет. В это время мужчина с тоской думает о вооон том магазинчике с компьютерной техникой или вооон той машинке, выставленной в качестве бог знает чего, ну или хотя бы о столике вон в том самом дальнем кафе, где не будут раздражающе чирикать о вещах проносящиеся мимо в шопинговом угаре девицы. Хотя нет, на девИц можно и посмотреть.

Мы оказались в центре комплекса.

— Олег, мне действительно нужно немного пройтись по магазинам. Но не думаю, что тебе уж так интересны женские вещи. Так что есть предложение — я с часик мотаюсь по тряпкам, ты отдыхаешь в кафе или находишь себе магазин по интересу.

— Я лучше с тобой — проконтролирую закупочный процесс.

— Ну пошли, будешь вместо ОТК, — улыбнувшись, сказала я.

Да уж, покупка одежды для работы отпадает, а нормальной одежды у меня полный шкаф. Ладно, никто ж меня не заставляет обязательно что-нибудь покупать, а так просто гляну. По магазинам я пробежалась быстро: особой цели не было, а глаза не выхватывали из вороха вещей ничего необычного. Олег, посмеиваясь, наблюдал за моим марафоном, следуя по пятам лишь в очень больших магазинах, мотивируя это тем, что не хочет, чтобы я его затоптала в узких проходиках между вешалками.

— Однозначно не мой покупочный день, — заявила я, вытягивая ноги, падая на лавочку.

— Может, не по тем магазинам ходила? — улыбаясь, подколол Олег.

— На 'те' магазины у меня сейчас денег хватит только на посмотреть, — отмахнулась я. — Да и что-то действительно интересное в них я не найду: новинок вроде никаких не было, а не новинки я уже видела. Хотя кольца можно было бы и глянуть, — уже задумчиво пробормотала я.

Олег чуть поднапрягся.

— Так что, идем?

— Ну пошли, — согласился он.

Что-то мне интонация его не очень понравилась, но я решила пока не придавать этому значения.

— Ты какой-то конкретный магазин ищешь? — поинтересовался Олег, когда мы уже бодро протопали практически половину торгового центра.

— Ага, у них частенько бывают акции, к тому же у меня вкусная скидочная карточка, как у постоянного покупателя.

— Какой-то заграничный эксклюзив, — хмыкнул он.

— Ну... эксклюзив — не эксклюзив, но заграничный, — рассеянно ответила я, припоминая, куда повернуть, чтобы срезать дорогу. — О, точно здесь! — обрадовалась я, увидев на углу магазин 'Cartier', и пошла в его направлении. — Ты чего остановился? — удивилась я, когда Олег не последовал за мной.

— Да нет, ничего, — прищурился он.

— Пошли, пошли, последний магазин, не съедят тебя там, — я взяла его за руку и потянула в нужном направлении.

— Ты куда? — тормознул меня Олег, когда мы свернули за угол.

— Вон туда, — я махнула рукой в сторону известного магазина фототехники.

— Ты ж про кольца что-то говорила, — удивился Олег.

— Ну да, переходные. А ты что подумал?

— Да так, ничего.

И тут только до меня дошло, что он мог подумать. Я, не сдержавшись, прыснула:

— Вот этого добра мне сейчас как раз не хватает. Пошли уж присмотримся к заграничному не эксклюзиву.

— С тобой не соскучишься, — расслабился Олег.

Управилась я быстро. Выяснив у менеджера, что интересующего меня товара нет, я отказалась его заказывать, потому что еще не была твердо уверена, стоит ли связываться со старыми объективами.

— Пошли нервы заедать, — предложила я, как только мы вышли из магазина.

Олег меня с радостью поддержал.

— Какой-то шопинг у тебя неправильный, — заметил он, как только мы немного насытились.

— Почему неправильный?

— А как же горы пакетов, выгребание последней мелочи из кошелька и сетования, что чего-то важного не смогла найти?

— Мне ничего смертельно важного не нужно было, если бы что-то интересное обнаружила — купила бы. К тому же надо будет тебе отчитаться Люде, что ты честно ходил со мной по всем этим бутикам. Не станет же она у тебя названия магазинов спрашивать.

— А она могла бы, но, думаю, тебе поверит на слово.

— Это почему же ко мне такое доверие? — удивилась я.

— Это она пускай сама рассказывает.

— Ну у вас и семейка, — рассмеялась я.

— Ты еще не со всеми знакома.

— Познакомишь?

— Пока нет, но позже — обязательно.

— Боишься?

— Опасаюсь.

— За кого?

— За свое душевное равновесие, — посмеялся он над моей настойчивостью.

Мы еще долго сидели в кафе на третьем этаже торгового комплекса, припоминая разные забавные случаи из жизни. Олег в красках описывал самые дурацкие споры со своей неугомонной сестрой и результаты того или иного проигрыша. Да уж, ребята не мелочились, но и гадостей друг другу не делали — всё в рамках дружеских шуток. Так незаметно время подошло к шести вечера. Прибавилось народу, желавшего развлечься, пошататься по магазинам и попасть в кино.

— Ну что, пора отсюда выбираться, — сказала я, немного сожалея, что время подошло к концу.

— Давай.

Мы подошли к площадке, с видом на стеклянный лифт и эскалаторы, внизу и по галереям сновали люди.

— Держись за поручень, — попросил меня Олег.

Я хмыкнула, но подчинилась:

— Только не изображай сцену из 'Титаника', — стало любопытно, что он задумал.

Он встал за моей спиной, положил руки на поручень рядом с моими, наклонился к моему уху и стал шептать, чуть щекоча меня дыханием:

— Я осторожно провожу пальцами по твоей шее, перебирая короткие прядки, спускаюсь к ключицам, очерчичивая их. Едва касаюсь ладонями обнаженных плеч, — мое воображение так явно нарисовало эту картинку, что сердце начало биться быстрее, — осторожно начинаю целовать спину, доходя до границы платья... — я невольно выгибаюсь, — пальцами с силой провожу по молнии, тянущейся до самых бедер так, чтобы ты почувствовала чуть грубоватый шов, причиняющий дискомфорт твоей нежной коже... — я прикрыла глаза... — Глаза открой, это всё здесь, на людях, спешащих по магазинам... — я невольно покраснела. Что это со мной? Танцевать на грани приличий могу, а здесь... здесь все культурно, до меня даже не дотронулись, но кожа прямо горит, — целую шею, щекочу языком и прикусываю кожу... до легкой боли... — я судорожно сжала поручень, — целую свою отметину... эта первая... ее будет видно всем... тебе же нечем прикрыть ее ни жакета, ни шарфика... мои руки все настойчивей исследуют твое тело, облаченное в легкое платье... проводят по талии, стремятся к груди... — черт, я думала, что я люблю только руками... ушами, оказывается, тоже... — ... застывая корсетом, приподнимающим, но не скрывающим грудь... — сволочь... хоть бы прикоснулся... и плевать, что здесь люди... — потом одна рука скользит вниз, к животу, накрывая его полностью, едва доходя средним пальцем до лобка... — хотелось ругаться... но правила есть правила... точнее без правил... — мое бедро вторгается между твоих ног, заставляя их раздвинуться шире... — я невольно сделала небольшой шаг в сторону и вздрогнула от смешка, — мои руки возвращаются на талию, спускаются чуть ниже, и настойчиво прогибают тебя в пояснице... — ну что ж, здесь я чуть отыграюсь... Я резко прогибаюсь, прижимаясь к его паху... Дрожь проходит от макушки до самых шпилек, с губ срывается стон, когда одновременно с ощущением, как меня хочет Олег, в шею впиваются до легкой боли его зубы. Вот и скажите, что мы далеко ушли от животных.