Танцующая со Смертью. Лабиринт надежды

Открыв глаза, я какое-то время не могла понять, где находилась. Это место явно отличалось от небольшой посадки, мимо которой мы проезжали в последний раз, до того, как я уснула от изнеможения. Темное, сырое и холодное помещение было довольно тесным и пахло плесенью. Нет, я, конечно же, не рассчитывала на шикарные апартаменты, но если не хотели сразу убивать, так зачем было замораживать до смерти? Или же они получали удовольствие от продолжительных мучений своих пленников? Перед глазами тут же встало улыбающееся лицо Десмонда, и сердце сжалось от боли. Я так и не смогла смириться с мыслью о том, что он мог нас предать. Почему-то не смогла. Странно, ведь мы знали друг друга не так давно, но та невидимая связь, что была между нами, оказалась для меня покрепче каната. Именно она не позволяла мне поверить в случившееся и постоянно заставляла искать оправдания для такого поступка полукровки. Но на данный момент я их так и не нашла.

Медленно потянувшись всем телом и разминая затекшие мышцы, я невольно застонала.

— Здесь кто-то есть? — раздавшийся недалеко от меня тихий мужской голос стал полной неожиданностью.

Я замерла и попыталась унять бешено заколотившееся сердце. Я узнала этот голос!

— Дан?! — наплевав на то, что тело еле двигалось, я перевернулась на колени и поползла туда, где зашевелился Дарракши-Лан. — Дантариэль, это правда ты?

— Эль? Что, тьма тебя побери, ты здесь делаешь?! — принц явно был в ярости. — Почему не осталась в доме? Что... — он внезапно застонал и судорожно вздохнул.

Я похолодела.

— Дан... Ответь мне что-нибудь! Ты ранен? Дан!!! — то и дело срываясь на крик, я попыталась на ощупь отыскать тело мужчины, но постоянно упиралась руками в деревянные округлые сооружения, по форме напоминавшие бочки. — Проклятье! Дан, прошу тебя, не молчи, мне страшно.

— Я в порядке, лиарни, все хорошо, — голос принца был тихим, но уверенным. — Не волнуйся, от небольшой потери крови Дарракши-Лан не умирают.

— Уж кому, как ни мне знать, от чего вы умираете, идиот, — руки дрожали то ли от холода, то ли от страха за его жизнь, и отказывались слушаться, но я упорно хваталась за бочки и пыталась откатить их в сторону. — Да что ж это такое?! Дан, я не могу к тебе пробраться, они не двигаются!

Послышался тяжелый вздох, и одна из бочек справа от меня неожиданно упала на земляной пол, открыв небольшой проход. Не тратя время на промедление, я рванулась к нему и уже спустя минуту прижалась к родной и любимой груди самого невыносимого на свете Пьющего Жизнь. Он вздрогнул, стоило мне прижаться еще ближе. Заставив себя успокоиться, я отстранилась и, закрыв глаза, которые были просто бесполезны в этой кромешной тьме, обхватила ладонями лицо мужчины. Ну пожалуйста... Хоть немного силы...

— Эль? — Дантариэль чуть придвинулся, но тут же замер, почувствовав мое сопротивление.

— Не двигайся, — я глубоко вздохнула, сосредоточилась и снова попыталась оценить его состояние. Бесполезно. Сила упорно молчала, сдавшись под чьей-то сильной волей. Но ведь и меня нельзя было назвать слабой! Стиснув зубы, я раз за разом призывала способности Чувствующей и, наверное, прошло достаточно времени, прежде чем ощутила, как где-то в груди едва заметно шевельнулось прежнее ощущение единения с больным. Едва заметно, но мне хватило и этого, чтобы слиться сознанием с раненным принцем.

— Прекрати! — Дан попытался отстраниться, но я не отпустила, прекрасно понимая, что он лишь не хотел меня волновать. — Рианоэль, я сказал, прекрати немедленно то, что ты сейчас вытворяешь! — голос Дантираэля задрожал от едва сдерживаемой злости, а пальцы впились в мои запястья и попытались оторвать ладони от своего лица.

— Успокойся... — мой голос был похож на едва уловимый шепот, на тихую песнь, даровавшую покой. Голос Чувствующей. — Позволь мне помочь, Дантариэль нэй Аррткур, наследный принц народа Дарракши-Лан. Позволь мне осмотреть твои раны.

Это был призыв Чувствующей, целительницы, для которой каждая жизнь была бесценной. Он не мог отказать, не мог сопротивляться моей мольбе. И я этим воспользовалась, прекрасно понимая, что Дан будет в ярости, как только я закончу. Все оказалось несколько хуже, чем я предполагала: две колотые раны, одна на плече, а другая на боку, до сих пор кровоточили и отказывались затягиваться, но не это меня обеспокоило больше всего, а глубокий укус с почерневшими краями на левой руке у основания локтя. Плохо, очень плохо. Для людей укус нежити смертелен, так как острые как бритва треугольные зубы пропитаны ядом, снадобья от которого Чувствующие еще не нашли. Но ведь Дан не был человеком, он сам относился к роду Нечистых, что давало шанс и надежду на выздоровление. По крайней мере, так я успокаивала себя.

— Как ты мог позволить этому произойти? — я уткнулась лицом ему в грудь и постаралась ничем не выдать своих слез.

— Я не мог позволить им пробраться в деревню. К тебе, — прижав меня к себе поближе, мужчина зарылся рукой в мои волосы и нежно поцеловал в макушку. — Я справлюсь, ты же знаешь. Ведь знаешь? — дождавшись моего едва заметного кивка, он глубоко вздохнул и немного подвинулся. — Ты лучше объясни мне, как здесь оказалась? Разве я не сказал тебе ждать меня в доме?

— Сказал... — я замолчала, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить то, во что и сама до сих пор не поверила. — Дан... Я... Десмонд действует заодно с заговорщиками.

Все, сказала. Какое-то время я сидела молча, дав возможность Дарракши-Лан осмыслить сказанное, а потом полностью рассказала про свое похищение и участие в нем полукровки, отметив, как напрягся принц, как только я упомянула про свои раны.

— Не шевелись, — сказано это было так властно, что я невольно замерла и позволила ему пройтись легкими прикосновениями по моему телу, в поисках видимых повреждений. Наконец, успокоившись, он просто прижал меня к себе и уткнулся лицом в мои волосы. — Я разорву их на части за каждую нанесенную тебе ранку.

— Со мной все в порядке, подумаешь, пара синяков, — улыбнувшись, я растворилась в его объятиях и с наслаждением вдохнула родной и любимый запах. На какое-то время я даже забыла, где мы находились, и что нам по-прежнему угрожала опасность. А когда вспомнила... — Как ты думаешь, Десмонд действительно смог пойти на это?

— Не напоминай мне сейчас про него, лиарни, если не хочешь, чтобы я окончательно вышел из себя, — то, каким тоном это было сказано, больше напоминало ворчание, нежели злость или ярость, что меня весьма удивило. Видимо, Дантариэль это понял, потому что пояснил, — Пойми, Эль, с твоим собратом мы в любом случае скоро встретимся, что-то мне подсказывает, что долго гнить в этой холодине он нас не оставит, и вот тогда я вытрясу из него все, что он знает. Сейчас же для этого у меня нет ни желания, ни сил.

Последнее слова напомнили мне про его раны. Отстранившись, я стянула с себя остатки некогда целого и дорогого плаща, а потом, немного подумав, и жилет с рубашкой. Как хорошо, что здесь было темно. Быстро надев жилет на голое тело, я безжалостно порвала рубашку на длинные лоскутки и понадеялась, что они окажутся достаточно чистыми для обработки ран. Хотя, выбирать все равно не приходилось.

— Лиарни? — Дан удивленно следил за моими действиями. — Чем это ты занимаешься?

— Тобой, — я поежилась от холода и задумчиво прокрутила в руках самодельные бинты, мысленно прикинув их размер. На боковую рану явно не хватало...

— Хм... — на довольный смешок мужчины я не обратила никакого внимания, по крайней мере, до тех пор, пока меня не обняли сильные руки, а его губы ни уткнулись мне в шею и ласково поцеловали нежную кожу. — Мне весьма льстит, что ты, наконец, решила заняться мной, любовь моя.

— Проклятье, Дан, и как ты еще можешь шутить в такой ситуации? — возмущенно отпихнув его в сторону, я потянулась к окровавленной куртке и рубашке принца. Интересно, можно ли было использовать что-нибудь из этого? Как же было плохо без света!

— А кто шутит? — голос Дарракши-Лан был на удивление серьезен.

Я замерла, остановив руки у него на груди, чем он тут же воспользовался, сжав ладонями мои заледеневшие пальцы.

— Знаешь, никогда бы не подумал, что буду рад оказаться в плену, — в тоне мужчины проскальзывала улыбка. — Может, задержимся здесь ненадолго?

— Еще одно слово, Дантариэль, и ты у меня останешься здесь навеки! — едва сдерживая раздражение, я принялась быстро расстегивать ряд пуговиц, стараясь как можно скорее освободить этого несносного Нечистого от верхней одежды и осмотреть его раны. — Не крутись и лучше помоги мне.

— С удовольствием, лиарни, вот только может, объяснишь мне, чем это ты так увлеченно занимаешься? Нет, я, конечно не против того, чтобы любимая девушка так стремилась сорвать с меня одежду, вот только не думаю, что для этого сейчас самое подходящее время.

— Что? О чем ты... С ума сошел?! — я мгновенно отпрянула от веселившегося Дарракши-Лан и, вручив ему лоскутки, отодвинулась как можно дальше. — Видимо не так тебе и плохо, раз до сих пор способен шутить. Вот и перевязывай себя сам. Я тут, значит, переживаю, волнуюсь за него, а он... Да ну тебя, Дан!

Резко развернувшись, я направилась было обратно в узкий проход между нашими самодельными камерами, но была решительно остановлена обхватившей меня за талию рукой, и возвращена на положенное место — в уютные и теплые объятия возлюбленного.

— Извини, я не хотел тебя злить, — видимо ощутив, что меня колотила мелкая дрожь, Дантариэль напрягся. — Эль, с тобой все в порядке?

— Нет, — я стиснула зубы и вырвала из его руки обрывки своей рубашки, — со мной не все в порядке. Я замерзла, хочу есть и у меня ужасно раскалывается голова от чьих-то попыток блокировать мою силу. Да к тому же дорогого мне человека укусила нежить и вместо того, чтобы лежать передо мной бездыханным, он отпускает плоские шуточки, а я даже не знаю, что будет дальше и выживет ли он. Какой уж тут порядок?!

Нда, кажется, у меня начиналась самая настоящая истерика. Надо же, прожила довольно долгую жизнь, но подобное со мной творилось впервые. Надо было запомнить на будущее, чтобы в случае чего, предупреждать людей об опасности.

— Прости... Я и не думал, что ты так сильно обо мне волнуешься, — наклонившись ко мне, Дан нежно провел пальцами по моим глазам и вытер катившиеся слезы, которые я сама заметила лишь мгновение спустя. — Обещаю быть примерным больным и не жаловаться.

— Хоть на этом спасибо, — я глубоко вздохнула, заставив себя успокоиться, и вновь потянулась к собственной силе. На этот раз борьба оказалась более длительной, однако и теперь, хоть и неохотно, но энергия всё же растеклась по моим жилам, позволив безошибочно найти раны и ускорить их заживление. Всех, кроме одной. — Меня беспокоит укус, — обратилась я к напряженному принцу, не отрывая внутреннего взгляда от почерневшей ранки,— полностью твои ощущения определить я не могу, постоянно что-то мешает, но даже по виду могу сказать, что дело плохо. Рука болит?

— Это всего лишь небольшая царапинка, Эль, она очень скоро... — договорить он не смог, так как именно этот момент я выбрала, чтобы слегка нажать на укус.

На поверхности показался гной, а Дарракши-Лан, стиснув зубы, пытался отдышаться от невыносимой боли.

— Так говоришь, небольшая царапинка? — я одарила его мрачным взглядом и вновь прикоснулась к раненой руке, старательно избегая рваных краев. — Проклятье!

— Все настолько паршиво? — голос Дана на этот раз показался мне излишне слабым, словно силы, на которых он держался последние минуты, уверенно его покидали.

— Смотря с чем сравнивать, — я ободряюще улыбнулась, прекрасно зная, что он это увидит. — Ты же легендарный Пьющий Жизнь, что с тобой может случиться?

Обняв его покрепче, я нежно и несколько обреченно поцеловала холодные губы. О, боги, какой же я была дурой! Зачем отталкивала, вместо того, чтобы радоваться его возвращению? Почему боялась любить? Ведь никто не знал, сколько времени нам было отведено. Нет, я не могла допустить, чтобы Дан погиб, ни за что! Что бы он ни говорил, но даже у Пьющих Жизнь были свои слабости. Подождите-ка! Резко выпрямившись, я облегченно улыбнулась, найдя, наконец, решение этой проблемы, но не успела сказать и слова, как откуда-то послышался звук открывающейся двери и справа от нас разлился идущий снаружи свет.

Дан напрягся и выпрямился, заслонив меня собой.

— А я смотрю, вы здесь даром времени не теряете, — медленно спустившись по каменной лестнице, к нам не спеша подошел Десмонд и, подняв повыше зажатую в руке лампу, внимательно осмотрел бледного, как смерть, принца. — Что-то видок у тебя не очень, Дарракши-Лан, неужели здешние сквозняки так пагубно влияют на твое хрупкое здоровье? Уж извините, мы не ждали столь высокородных гостей, — Полукровка усмехнулся и склонился в полупоклоне, явно издеваясь над взбешенным мужчиной. — Ну а как тебе, Эль, нравятся ваши апартаменты?

— Будь ты проклят, Дес, — я подалась вперед, но была остановлена железной хваткой Дантариэля. — Как ты мог? Как посмел предать нас? А как же госпожа Друсилла, ее тоже убил ты?

Воин вздрогнул, как от пощечины, но тут же опомнился и замер, оглядывая нас непроницаемым взглядом. Казалось, он весь превратился в статую, без эмоций и чувств, способную убить любого, даже не задумавшись.

— Почему же сразу он? — от дверей раздался еще один голос. На это раз женский. — Десмонд, дорогой, не представишь меня нашим гостям?

На лестнице показалась невероятно красивая женщина, и нежно улыбнувшись полукровке, не торопясь спустилась вниз и встала рядом с мужчиной. Копна длинных черных как смоль волос ореолом мелких кудрей обрамляла хрупкое личико с выразительными чертами. Зеленые глаза смотрели скорее с интересом, чем с враждебностью, а пухлые розовые губы растянулась в легкой улыбке. Незнакомка казалась бы воплощением нежности и совершенства, если бы ни чувство опасности, исходившее от нее настолько сильно, что я невольно поежилась. Но не это заинтересовало меня больше всего, а ее лицо. Кого-то она мне напоминала. Кого-то очень знакомого, но вот вспомнить, кого именно я не могла.

— Эль, помнится, в твоем роде Воины водились? — Дантариэль не сводил пристального взгляда с незнакомки.

— Что ты хочешь сказать? — я вышла из-за спины Дарракши-Лан и удивленно посмотрела сначала на него, а потом и на притихшего Десмонда.

— Да вот спросить хочу, не твоя ли родственница стоит сейчас перед нами?

— А Вы догадливы, Ваше Высочество, — улыбнувшись чуть шире, женщина вышла вперед и подошла ко мне вплотную. — Ну что ж, вот и пришло время нам с тобой познакомиться, Рианоэль, и раз уж мой сын такой нерасторопный, придется сделать все самой. Я сестра твоей покойной матери, Лилиан, ну а с Десмондом вы, конечно уже знакомы. Не осуждай его, дорогая, за этот небольшой обман, все мы сами творим свою судьбу, не так ли, мой мальчик? — она обернулась к полукровке, ожидая ответа.

— Ты абсолютно права, мама, — Воин чуть склонил голову и улыбнулся уголками губ.

Какое-то время я не могла придти в себя. Получалось, все было ложью? Все истории про брошенных родителями детей, про то, что он никогда не видел своих родных, вообще про все! Лилиан... Сестра моей матери... Моя тетя. Как же это могло произойти? Перед глазами все поплыло, и я бы точно упала, если бы не реакция Десмонда успевшего подхватить меня за талию.