Долгожданная встреча (Хадсоны 2)

К ее немалому изумлению это закончилось так же внезапно, как и началось.

— О Боже, — прошептало он хриплым голосом, и поднял голову.

Глаза его теперь были не ярко золотистые. По цвету они напоминали окраску тёмных лепестков ранней купальницы, которые цвели в мае в садах Клифтон-холла. Незнакомец смотрел на нее почти с тем же потрясением, что и она, словно только что пережил такой же дивно-ошеломляющий душевный переворот. На лице Алекс замерло одно единственное выражение: выражение немого вопроса. И он это прекрасно видел. Она не могла спросить у него прямо, 'почему?'. А он не мог бы сказать, 'потому'.

Он вдруг вздрогнул и выпрямился, хмуро глядя на нее. А потом медленно поправил ее очки. Это заботливо неосознанное движение поразило девушку в самое сердце. Никто никогда не поправлял ей очки, и это отозвалось странной болью в груди. Будто кому-то было небезразлично то, как она видит этот мир. Будто он хотел, чтобы она видела этот мир именно таким, какой он есть на самом деле. Каким он должен быть. И каким она не видела его с тех пор, как погибли ее родители. С тех пор, как она спряталась в своей оранжерее, отгородившись от всего.

И впервые в жизни девушка поняла, что мир способен причинить нечто другое, кроме невыносимой боли. Нечто невообразимо прекрасное.

Когда незнакомец снова взял ее за руку, Алекс ощутила еле заметную дрожь. Трудно было в это поверить, но он тоже волновался. Почти так же, как она.

— Пойдемте, я провожу вас к вашей карете.

Его голос по-прежнему звучал хрипло, но теперь более решительно.

Он повёл ее на улицу, где светило солнце. Прохожие сновали туда-сюда, поглощённые своими мыслями. Кто-то разговаривал со знакомым, кто-то махал рукой. Здесь всё было таким же, как и минуту назад. Как будто ничего не изменилось.

Но только не для Алекс. Ее мир изменился до неузнаваемости, перевернулся с ног на голову. Войдя в аптеку, она даже не предполагала, что выйдет оттуда совершенно другой. И едва она обнаружила эту ошеломляющую правду, как раздался душераздирающий крик.

— Себастьян!

Алекс не успела прийти в себя, потому что, отпустив ее руку, незнакомец бросился вперед.

Глава 14

Оцепеневший ужас завладел Тори настолько сильно, что она не могла пошевелиться, глядя, как ее дорогой, любимый Себастьян решительным шагом направляется к ней, а неизвестная черная карета мчится прямо на него. Тори затаила дыхание, понимая, что не вынесет, если карета и Себастьян столкнутся. И в этот момент весь воздух из нее вышел истошным криком:

— Себастьян!

Он остановился как вкопанный и повернул голову. Но было слишком поздно. Однако в этот момент Тори успела заметить стремительно подбегающего к Себастьяну мужчину, который в самый последний момент смог вытащить его буквально из-под колёс кареты, сбив его с дороги. Карета со скрипом умчалась прочь. Мужчины упали на пыльный тротуар. Себастьян тряхнул головой, пытаясь прийти в себя, и попытался медленно присесть, гадая, что только что произошло. Встав, незнакомец отряхнул одежду и посмотрел на него.

— Вы в порядке? — спросил он, глядя на потрясенного Себастьяна.

— Кажется, да, — проговорил он медленно. — Я...

Себастьян не договорил, и даже не смог встать, потому что кто-то снова врезался в него, чуть снова не опрокинув на землю.

Это была Вики.

Она бросилась ему на шею и сдавила его в объятиях так крепко, что он чуть не задохнулся.

— Себа, — сквозь слезы шептала она, дрожа от невероятного испуга. — Ты цел? С тобой все в порядке?

И сидя на тротуаре, посреди Лондона, на глазах у всех он, наконец, сделал то, что ему хотелось больше всего на свете: крепко обнял и прижал к себе Вики. Неужели нужно было случиться такому, чтобы у него появилась возможность обнять ее! Это было выше его понимания, но он был безмерно благодарен Богу за то, что именно сейчас она оказалась рядом с ним. После всего того, что произошло до этого мгновения, казалось чудом, что он вообще мог дотронуться до нее. И все же, не смотря на свое смятение, слегка опешившее состояние, он почувствовал ее тепло, и с ужасом осознал, чего только что ему удалось избежать.

Опомнившись, Алекс подбежала к ним, переживая невероятный шок от того, свидетельницей чего только что стала. Незнакомец, который минуту назад страстно целовал ее, сумел спасти жизнь Себастьяна. Невероятно! Подходя к сидящей на тротуаре паре, Алекс заметила, как к ним спешат Эдвард, Сесилия и Амелия с не менее ошеломлённым видом.

— Что произошло? — наконец, заговорил Эдвард, встревожено глядя на брата.

В этот момент Алекс выпрямилась и, поправив очки, окинула всю собравшуюся вокруг толпу пристальным взглядом, в надежде найти незнакомца, но его нигде не было видно. Он исчез!

Слегка отстранив от себя Вики, Себастьян взглянул на брата.

— Подготовь карету. Мы едем домой.

Обратная дорога была напряжённой и прошла в полном молчании. Тори ни на секунду не выпускала руку Себастьяна, крепко сжимая его теплую ладонь. Она была не в состоянии скрывать свои чувства. Это уже и не имело значения. Тори не могла подавить тот страх, почти животный ужас, который охватил ее, едва появилась чёрная карета. И стило закрыть глаза, как жуткая сцена вновь всплывала в памяти, грозя свести ее с ума. Она снова вздрогнула, но Себастьян крепко сжал ей руку в ответ, давая понять, что он рядом.

— Все хорошо, милая, — прошептал он, но даже нежность его голоса не помогла ей успокоиться.

Она только слабо кивнула и опустила голову.

Доехав, они так же рука об руку вошли в дом и направились в гостиную. Никто не мог нарушить тишину, которая навалилась снежным комом. Себастьян подвёл Вики к дивану и присел рядом с ней, глядя в ее побледневшее лицо. Она всё ещё была в шоке, и ее нужно было привести в чувства. Себастьян сделал глубокий вздох и на секунду закрыл глаза. Вот уже пять лет он постоянно сталкивался со смертью. И это даже вошло у него в привычку. Однако в самый последний момент его всегда что-то спасало. К этому он тоже привык. Но он никогда ещё не видел леденящий душу ужас на лице Вики. Будто она не смогла бы пережить этот момент. Будто ее заботила его судьба.

'Я так боялась, что никогда больше не увижу тебя'.

Себастьян вздрогнул, вспомнив тот момент. Господи, он, наконец, понял, что дорог ей! Как дорог ей! Ему понадобилось целых пять лет истязаний и черная карета, чтобы он сумел увидеть истинные чувства Вики.

Она вдруг тихо всхлипнула. Себастьян открыл глаза и посмотрел на нее. И позабыв обо всём на свете, заключил ее в крепкие объятия, ощущая острую боль в груди. Ощущая ее боль. Она тут же прильнула к нему, и он потонул в ее тепле, в ее нежности и запахе.

Господи, он ведь едва не умер, так и не успев обнять ее!

— Все хорошо, — шептал он дрожащей Вики, которая всё никак не могла успокоиться. Тяжело вздохнув, он поднял голову и тихо велел. — Посмотри на меня. — Ей потребовалась целая вечность, прежде чем она сделала так, как он попросил. И у него вдруг с мукой сжалось сердце, когда он увидел ее мокрые от слез глаза. Поразительно, его не страшили ни пули, ни смерть, но вид ее слез вверг его почти в глубокое отчаяние. — Вики, — выдохнул он, осторожно погладив ее по бледной щеке. — Все позади. Успокойся, прошу тебя.

— С... тобой, — хрипло проговорила она срывающимся голосом, подняв руку и коснувшись его щеки. — С тобой действительно всё в порядке?

— Кажется, этот вопрос должен был задать я.

Он вдруг вздрогнул, и уголки его губ стали медленно подниматься вверх, являя миру небывалое зрелище: его улыбку. Тори застыла, затаив дыхание, не веря своим глазам. Ее пальцы осторожно переместились и коснулись его губ.

— Ты... — прошептала она потрясенно. — Ты улыбаешься!

Себастьян даже не заметил, как это вышло. Но это подействовало на нее, так что ее бесподобные серые глаза загорелись внутренним светом, который проник ему в самую душу. И впервые он испытал нечто, похожее на счастье. От того, что сумел сделать счастливой ее. Пусть и на краткий миг.

— Только ты умела заставлять меня улыбаться.

— Господи, какая у тебя красивая улыбка! — всё ещё ошеломлённо выдавила Тори, глядя ему в глаза. — Я ведь всегда говорила, что тебе нужно чаще улыбаться.

Она даже не представляла, как ее слова были дороги ему. Он заправил за ушко золотистую прядь волос, ощущая себя настолько богатым от ее внимания и слов, что даже закружилась голова. Она помнила его улыбку, она хотела его улыбку. Только ей одной было дано возможность вырвать его из пучин ада и вознести на небеса.

Его Вики...

Неожиданно рядом раздались чьи-то покашливания. Себастьян и Тори вздрогнули и отпрянули друг от друга так, словно совершили что-то предосудительное. Но естественно никто так не считал. Очнувшись и придя, наконец, в себя, Себастьян заметил стоявшего недалеко от него хмурого брата.

— Мне кажется, всё дело в лошадях, — осмелился предположить Эдвард, присев в кресло напротив. — Возможно, кучер не смог справиться с ними.

— Возможно, ты прав, — кивнул Себастьян, чувствуя, как Вики прижимается к нему бедром. Почему-то ему было трудно сосредоточиться на разговоре, однако он всё же сумел взять себя в руки. — Я не видел карету. Вернее, я ее заметил за долю секунды до того, как кто-то сбил меня с ног. Какой-то мужчина спас меня, — вспоминая, проговорил он, глядя на брата. — Я видел его мельком и даже не успел поблагодарить. Кто это был?

— Когда я подоспел, там уже никого не было, — ответил удивлённо Эдвард, впервые слыша о том, что кто-то успел ещё и спасти Себастьяна.

— Кажется, — осторожно заметила Тори, немного придя в себя, — он был одет во всё чёрное. И на нем не было шляпы.

Эдвард покачал головой.

— Трудно будет найти человека по столь скудному описанию.

И тут раздался робкий голос Алекс.

— Я видела его ещё до происшествия.

Все головы тут же повернулись в ее сторону. Алекс смутилась так сильно, что покраснела до корней волос. И ощутила гулкие удары своего сердца. Господи, ещё секунда и она выдаст себя с головой! Она так сильно нервничала, что задрожали руки. Боже, что с ней происходит? Единственное, чем Алекс могла бы прогнать смущение, это уверенным движением поправить очки на переносице, что она и сделала.

— Где ты его видела? — удивлённо спросила Тори, пристально глядя на сестру.

Алекс старалась выглядеть совершенно спокойной, когда ответила:

— В... в аптеке. — Ну почему у нее срывается и так неестественно дрожит голос! Она должна как можно скорее выкинуть из головы того странного человека, его невозможный поступок и продолжать жить дальше. — Когда я закончила примерку, — уже более уверенно заговорила она, — я увидела вывеску аптекаря через витрину магазина мадам Гийяр. Там висело объявление о том, что поступили новые семена... тюльпанов, и мне захотелось посмотреть на них.

Казалось, в ее словах не было ничего необычного, но тёмные брови Амелии изумленно поползли вверх. Она посмотрела на подругу и медленно переспросила:

— Семена тюльпанов?

И только тут Алекс поняла, что действительно выдала себя. Амелия догадалась, да и как ей не догадаться, ведь они сажали тюльпаны луковицами. Алекс умоляюще взглянула на подругу, чувствуя, как пылают у нее щеки, и одновременно проклиная себя за набежавший румянец.

Слава Богу никого больше не интересовали такие подробности, потому что послышался тихий голос Тори.

— Почему ты не сказала нам, куда идёшь? Я чуть с ума не сошла, думая, что ты пропала.

— Я не хотела вас отвлекать от примерок. — Алекс виновато опустила голову. — Я думала, что быстро справлюсь и вернусь, и вы ничего не заметите.

— И там ты встретила этого человека, — напомнил ей Себастьян. — Кем он был?

У Алекс задрожали руки, и она незаметно спрятала их в складках юбки.

— Не знаю, — честно ответила она с необычной грустью, которую никто не понял. Кроме Амелии, на которую Алекс боялась смотреть. — Он не представился. Он что-то покупал... Мы вместе с ним выходили из лавки аптекаря, когда произошло... всё это.

— Ты запомнила его внешность? Как он выглядел? — спросил Эдвард, выжидательно глядя на нее. — Может, мы его найдем по твоему описанию.

Как он выглядел? При одной лишь мысли о нём сердце Алекс забилось как сумасшедшее. Такого с ней никогда не происходило. Может потому, что ее прежде никто и не целовал? Никому и в голову не приходило целовать ее. Особенно так, как сделал это он.

Как он выглядел? У него были самые завораживающие, пронизывающие глаза медово-золотистого цвета. Такого же золотистого цвета были и его волосы, брови и кожа. Словно он сам весь был сделан из золота. Она помнила дразнящие ямочки на его щеках, мягкость его тягучего голоса. И до боли отчетливо помнила прикосновение его губ, их нежность, ласку, жар языка. И тепло его дыхания. Но как она могла рассказать присутствующим об этом?

И Алекс дала единственный приемлемый в данном случае ответ.

— Там было темно, и я его не разглядела.

Эдвард вздохнул и встал.

— Жаль, но надеюсь, жизнь снова сведёт нас вместе.

— Мельком, но всё же я его разглядел. И узнал бы, если бы ещё раз увидел, — сказал Себастьян.

— Будем надеяться, что ваши пути вновь пересекутся. — Брат взглянул на девушек и добавил: — Дамы, я рад сообщить вам, что мой брат отныне является графом Соулгрейвом и имеет поместье в пятнадцать тысяч акров в Суссексе, прямо на границе с Кентом. Так что к нему попасть отсюда намного проще, чем в Ромней. Поэтому на обратном пути, сначала мы заедем в Соулгрейв, а затем поедем домой.

Все тут же посмотрели на Себастьяна, поэтому никто не заметил, каким печальным стал взгляд Тори. Она сделала глубокий вдох и опустила голову, чтобы по привычке сдержать свои чувства.

* * *

Себастьян сидел в кабинете и изучал бумаги, касающиеся его нового поместья, когда в дверь постучались, а потом ее приоткрыла Алекс.

— Я могу войти? — робко спросила она, выглядывая из-за двери.

Подняв голову от бумаг, Себастьян встал и посмотрел на нее.

— Да... конечно, — ответил он. Когда же девушка вошла в кабинет, что-то незаметно пряча в складках юбки, его вдруг охватило нехорошее предчувствие. — Что-то случилось? Что-то с Вики?

— Нет, — быстро заверила Алекс, поправляя круглые очки. — Она сейчас в гостиной с Сесилией.

Ощущая огромное облегчение, он кивнул, однако вновь напрягся. Пристальный взгляд Алекс ничего хорошего не предвещал. Он ушёл из гостиной два часа назад, когда убедился, что с Вики всё в порядке. Ему нужно было о стольком подумать. Столько решить.

— Что случилось? — настороженно спросил он. — Ты хочешь мне что-то сказать?

— Я... — Алекс вдруг замялась, не зная, как начать. — Дело в том, что я заметила, как вы... ты хромаешь.

Лицо Себастьяна помрачнело. Меньше всего на свете он ожидал услышать о своей временной хромоте. Он бросил бумани на стол. Лицо его посуровело.

— Что ты хочешь этим сказать?

Алекс сделала глубокий вдох и чуть выше подняла голову. Будто набираясь смелости.

— Я... Я знаю, что тебя ранили во время последнего сражения. Об этом говорилось в письме военного министра, — заговорила она, взволнованно поправив очки. — Тебя ведь ранили в ногу. В прошлом году нашего соседа во время охоты задела пуля. Я сделала ему специальную мазь, и это сняло боль. Сейчас у меня под рукой нет нужных средств, поэтому... — Она вытащила из складок юбки небольшую баночку и протянула ему. — Это мазь на основе мёда, горчицы, соли и соды. Она поможет снять напряжение. Как только нога заболеет, нанеси мазь на нужное место и пару минут полежи.