| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Позволь нам приступить к поискам его тела завтра. Мы очень устали и просто валимся с ног. — Спросил Веззел.
— Завтра? Ну хорошо! Арарао — заботливый вождь, расскажите это всем. Пойдете в свой поход завтра с утра. И если я вас здесь увижу без эльфа, то ваши поганые черепа будут висеть на деревьях рядом с собачьими. — Произнес вождь Арарао, и отпустил нас.
Я принялся обследовать лагерь и содержимое его шатров, а Веззел сел у костра и стал ждал меня там. В маленьких шатрах жили другие наемники: тролли, люди, и вождь Арарао. Я зашел в большой шатер и увидел там эльфов, мужчин и женщин, которые сидели, связанные цепями, и жалобно смотрели на меня. Эльфы были почти голые, тонкие, даже прозрачные, на некоторых из них было рваное зеленое одеяние, женщины носили светлые полупрозрачные платья. У всех эльфов были длинные, изящные тела, их волосы, словно сосульки, свисали вниз. Кожа у них была бледная, глаза голубые или темные впадины. На стуле у входа сидел стражник, точил свой огромный топор и свирепо глядел на меня.
— Чего тебе? — Спросил он.
— Ничего, погреться зашел.
— Проваливай отсюда, слышишь.
По совету наемника, я вышел из шатра и стал искать Веззела, чтобы рассказать ему о своей находке. Я все думал, как бы безопаснее высвободить пленников, и уже решил дождаться ночи, и тогда попытаться что-нибудь предпринять. C удивлением для себя я обнаружил, что Веззел уже вовсю общается с одним из наемников, важно рассевшись у костра.
— Я слышал, что в стране эльфов лучшие бордели! — Говорил наемник.
— Да знаю я эти бордели, там никакой любви. — Отвечал ему Веззел.
— А ты что их посещал?
— Да нет, откуда у меня деньги? Только слышал. — Услышав, что они разговаривают о женщинах, я немного успокоился.
— Ах ты ж жук! Ты мне определенно нравишься. Пойдем позабавимся с той длинной кралей из этих, что мы схватили. Все равно ее скорее всего сожрут, а пока она жива, можно с ней хорошенько развлечься.
— Да, можно и наказать суку. Только завяжи ей перед этим рот — сучки больно кусаются. — Говорил Веззел, и я не мог поверить своим ушам. Еще недавно он лил слезы поводу того, что Урсари к нему несправедлива, а теперь считал, что нет ничего зазорного в том, чтобы наказать суку, завязав ей рот.
— Самым простым способом овладеть этой бабенкой, — продолжал с академической интонацией рассказывать Веззел — будет подмешать ей снотворного, заковать в кандалы и насиловать до усрачки.
— Ээ, парень, ты мне определенно нравишься! У тебя, наверное, столько женщин было, что не хватит и моих двадцати зубов, чтобы подсчитать их число!
— Да не, немного. Но я понял для себя главное. Главное — это найти для себя самку, пригодную для размножения, а нравится она тебе или нет — это уже дело третье. Так даже у Ертенруффа написано в 'Описании простолюдинок для адептов Штормхолда'. — Сказал Веззел и замолк.
Очевидно, даже он понял, что в этой фразе что-то не так. Веззел, решив блеснуть своей эрудицией, сказал невероятную глупость, и до его собеседника начало доходить, что мы не те, за кого пытаемся себя выдавать. За короткой паузой последовала фраза:
— Готовься к смерти, молокосос!
А я, крикнул:
— Веззел, чтоб тебя гигантская рыба пожрала. — И принял бой.
Я быстро скинул с себя одеяние и направил посох на врагов. Я запустил молнию в первого — того, что беседовал с Веззелом. Он застыл навсегда со страшным лицом и упал на землю, затем я резко повернулся и выстрелил еще одной молнией во второго наемника. Он слег, слегка отлетев от столкновения. На шум прибежали еще двое и один тролль вместе с ними. Я ударил молотом молнии по троллю, но он остался живой. В этот момент спохватился Веззел и метнул огромный огненный шар в этих трех. Веззел слегка промахнулся, и шар с грохотом врезался в землю перед ними. На мое удивление, сила взрыва была огромна, и всех троих откинуло назад на десяток локтей. Кто-то пронзительно крикнул сбоку, и в этот момент рядом с моей головой просвистела стрела и вонзилась прямо в дерево в полулокте от меня. Вдруг я почувствовал, как будто комар с огромным острым носом впился мне в плечо, за этим последовала жуткая боль по всему телу, и я потерял сознание.
Я очнулся и увидел перед собой гору трупов и Веззела рядом с ними. Он расхаживал по лагерю наемников взад-вперед, глядел сумасшедшим взглядом по сторонам и что-то говорил самому себе. Моя правая рука была каменная. Я не чувствовал ее совсем.
— Веззел, что случилось?
— Мы победили! Эльсинор, мы победили! — Говорил он, продолжая разговаривать с самим собой — Я убил их всех! — Уже кричал он, безумно глядя на меня.
— Веззел, ты какой-то странный!
— Конечно, я странный — я убил целый отряд наемников! Я чудовище! Эльсинор, ты разговариваешь с убийцей! Мне стыдно за себя!
— Веззел, что случилось со мной? Почему я не чувствую руки?
— В нее попала стрела, я ее уже вытащил.
— Я не чувствую руку. Неужели, я больше никогда не смогу почувствовать свою руку?
— Не знаю, друг мой, не знаю.
Мне показалось, что я очнулся только ради того, чтобы увидеть сумасшедший взгляд Веззела. Я снова закрыл глаза и уснул.
Глава 12. Климентина
Я проснулся оттого, что невдалеке кто-то громко разговаривал. Открыв глаза, я понял, что лежу в шатре, и рядом со мной находятся какие-то странные существа. Кто-то из них лежал, как и я, кто-то беседовал друг с другом, и лишь я один не понимал ни одного слова из тех, что звучали. В ушах бил непонятный звон, а мои глаза были способны видеть только на несколько локтей вперед. Я попытался встать, чтобы посмотреть, кто это был, но почувствовал, что не могу пошевелить не только рукой, которая лежала плетью, но и всем телом. Я попробовал перекатиться, но не смог и этого. Мне было жутко оттого, что мое тело меня не слушалось. Я подумал, что остаток жизни проведу в таком состоянии, и для меня это было бы хуже смерти. Я очень сильно испугался и захотел умереть. Вместо этого я заснул.
Когда я проснулся во второй раз, все мое тело ныло от боли. Я уже мог шевелить и головой, и ногами, как хотел, и даже моя рука, которая лежала плетью, вдруг зашевелилась и налилась кровью. Кровь с огромной скоростью побежала в мертвую руку, от чего мне стало невыносимо больно. От резкой боли я громко взвыл, и ко мне подошла она, держа в руках деревянную миску с горячей водой. Она что-то добавила в нее, размешала и сказала:
— Тише-тише, храбрый маг, сейчас я тебя вылечу. Скоро ты будешь совершенно здоров.
— Что случилось? Что это такое? — Спросил я непонятное тонкое создание с впалыми глазами.
— Ты спас меня и наш отряд. Конечно, мы не такие сильные, как маги Штормхолда, которые вдвоем способны перебить целый отряд наемников, но кое-что мы умеем. Скоро я вылечу тебя, и ты поправишься.
— Мы вовсе не такие храбрые, как ты говоришь.
— Твой друг Веззел мне все рассказал. Ведь это ты сказал, что вы должны идти нас спасать.
— Веззел? Он тоже здесь?
— Да, он скоро сюда подойдет. Он сейчас занят.
— Но чем?
— Потом. Скоро ты все узнаешь. Сперва прими лекарство. Пей.
Своими тонкими руками она поднесла миску к моим губам, я выпил все, что было в ней, и заснул.
Я помню, что в следующий раз я проснулся посреди ночи и увидел, как рядом спала она — та, что недавно лечила меня — и вся дрожала от холода. Мое тело уже слушалось меня гораздо лучше, не ныло от боли, но безумная слабость и усталость все еще не покидали меня. Правда, у меня по-прежнему жутко болело плечо, меня пробивал озноб, каждую минуту было невыносимо тошно, и все еще хотелось поскорее умереть. Девушка была одной из тех эльфов, что недавно были пленные в шатре. Она лежала недалеко от меня на холодной земле, прижавшись к стулу, и дрожала. Ее короткое платье было разодрано, а все тело в синяках. Казалось, что ее тонкая шея с трудом держит голову, а ноги, несмотря на многочисленные синяки, были очень красивы. Она дрожала от холода, а меня бил озноб. Затем все происходило, как в тумане. Плохо соображая, я собрал последние силы, поднялся на руках, дополз до нее, осторожно опустился на землю и обнял ее. Она повернулась ко мне лицом, испуганно взглянула на меня, но не стала меня прогонять, а прижалась ко мне посильнее. Ее тело было холодное. Гораздо холоднее, чем мое и чем воздух в шатре. Мне это понравилось. Касаясь ее, я остывал, и жар, которым было охвачено мое тело, спадал. Через минуту я заснул, и она, по-моему, тоже.
В следующий раз я проснулся, когда на улице был светлый день. Я встал — мне это далось не так легко, как хотелось, но все же я встал — вышел из шатра и обнаружил, что в лагере наемников теперь вовсю главенствуют эльфы. Они что-то стирали, готовили, а та девушка, что была со мной ночью, с важным видом стояла у котла и что-то варила в нем. Мне сразу понравился ее длинный нос, очаровательная улыбка, длинная-длинная шея, тонкая талия, большая грудь — казалось, в ее внешности не было недостатков. Помню, на дешевых картинках, что у меня были в детстве, эльфийки изображались похожими на нее. Она же была еще и весела и, увидев меня стоящим у шатра, улыбнулась. На этот раз ее темные волосы были убраны наверх так, что ее большие острые и слегка наглые уши торчали в разные стороны. Это смотрелось очень мило и даже смешно.
Несколько эльфов, обмотанных зелеными повязками, пытались починить сломанные луки, рядом с ними стоял Веззел и что-то увлеченно расспрашивал. Увидев, что я вышел из шатра, он улыбнулся мне и сказал:
— Ты счастлив, Эльсинор?
— Что стряслось, Веззел? Стоило мне чуть-чуть полежать при смерти, а ты уже о счастье заговорил.
— Да не, дело не в тебе. Просто у эльфов так принято — вместо приветствия они говорят друг другу: 'Ты счастлив?' А вместо прощания они говорят: 'Будь счастлив!'
— Что здесь вообще происходит — может, объяснишь мне?
— Представляешь, я очень долго не мог поверить в то, что убил всех этих людей и троллей. Я до сих пор не могу в это поверить, но они сказали мне, что все в порядке, и успокоили меня.
— Конечно, все в порядке, ты спас жизнь всем нам.
— Не знаю, пошел бы я с тобой, если бы знал, что убью столько народу. Но теперь мне уже лучше, она смешала каких-то трав и дала мне выпить. Она сказала, что это искушение — сожалеть о прошлом, и травы помогут мне перестать думать об этом.
— Кто она?
— Та девушка, что ухаживала за тобой все это время. Как, кстати, твоя рука?
— Нормально, уже лучше. Ты мне объяснишь, в чем дело?
— Сегодня вечером посланцы короля эльфов приглашают нас в свой шатер. Там тебе все расскажут.
— Что за посланцы короля эльфов и что это за шатер?
— Посланцы короля эльфов — это те ребята, которых мы с тобой спасли, а их шатер — один из этих трех, в которых обитали наемники.
— То есть они уже решили, что эти шатры принадлежат им?! — Недовольно подметил я.
— Успокойся, скоро ты все узнаешь. — Сказал Веззел, и мне показалось, что где-то я уже слышал эти слова.
Через час мы сидели с ним в шатре у посланцев эльфов, и они даже наскоро успели изобразить какое-то подобие официального приема. По центру шатра, где до этого жил вождь Арарао, в длинных зеленых костюмах на двух стульях сидело трое эльфов с огромными деревянным ожерельями. Вероятно, они хотели, чтобы остальные думали, что они восседают на тронах. С ними были другие эльфы — рангом помладше — в том числе и та девушка, что была со мной ночью. Она никак не показывала, что мы знакомы, а тем более, что между нами что-то было.
Сперва нас с Веззелом накормили похлебкой из ягод и трав, сдобренной листиком дерева, в которой не было ни унции мяса, а потом один из трех эльфов, сидящих на стульях, произнес:
— Посланeц короля эльфов благодарит тебя за оказание помощи нашему отряду. И в знак благодарности посланец короля эльфов вылечил твою руку и накормил тебя.
Я сидел молча и ничего не отвечал.
— Ты можешь поблагодарить посланца короля эльфов в ответ.
Я сидел молча и думал: неужели все, кто добивается хоть какой-нибудь мало-мальской власти, начинают вести себя хуже свиней?
— Ну что ж, если тебе нечего сказать, то церемония объявления взаимной благодарности закончена. Если же вы собираетесь покинуть наш лагерь сейчас, то милости просим. Если вы захотите остаться, то мы это великодушно стерпим.
Все это мало было похоже на то, что ожидает услышать тот, кто рисковал своей жизнью ради чьего-то спасения от того, кого он недавно спас, и я справедливо заметил эльфам:
— Вы бы могли и попочтительнее относится к вашим спасителям, не так ли?
— Совершенно неверно. Мы оценили ваши заслуги не меньше, чем они того заслуживают. И одарили тебя чудесным излечением руки.
— Но ведь если бы мы не пошли вас спасать, у меня бы не было никаких проблем с рукой!
— А тебе что? Все равно, если твоя рука будет болтаться, как плеть? Так давай мы вылечим ее обратно и дадим тебе тридцать золотых.
— Хорошо, но тогда и я спасу вас обратно, и пусть вас тогда изнасилуют наемники и сожрут тролли.
— Юноша, ты забываешься — помни, что ты разговариваешь с посланцем короля эльфов.
— Ну хорошо, если вы считаете, что расплатились со мной сполна, то как же вы тогда отблагодарили Веззела?
— Веззел очень скорбил по поводу того, что с ним произошло в последнее время, и нашел утешение своей скорби в изучении быта и нравов эльфов, а мы позволили ему обучаться нашему языку и не чиним ему никаких препятствий к этому.
— Что? И это и есть та награда, которой вы нас великодушно одарили?
— Посланец короля считает, что своими прекрасными дарами одарил вас сполна, и теперь мы можем считать дело оконченным.
— Знаете, что. Властью данной мне, отныне я нарекаю вас еще и посланцем заснеженного королевства Штормхолда. Идите и засуньте ваш сломанный лук и вашу великую гордость в вашу высокомерную задницу! Да будет так!
— Какой же властию ты наделен, чтобы наречь нас посланником Штормхолда?
— Я правая рука магистра магии воздуха всей школы Штормхолда Диамантиса Эльсинор и ученик великого Сольнира! — Cказал я, специально стараясь запутать эльфов.
— Сольнир?! Не тот ли это Сольнир, который известен тем, что... — Начал посланец, и я уже сильно пожалел, что сказал это имя — ...дружил с нашим королем?
Я не переставал удивляться многогранности личности Сольнира и его богатому жизненному опыту.
— Если ты являешься учеником Сольнира, легендарного мага, друга нашего короля, то тогда мы отнесемся к тебе дружелюбно, несмотря на все твои проступки. — Продолжал он.
Сольнир помогал мне постоянно, и даже после своей смерти он не перестал это делать.
— Я тоже считаю, что совершил большой проступок, что спас Вас. Знаете, кого Вы мне напоминаете? Кого-то очень высокомерного, хамоватого, и вообще я уже пожалел, что пришел на Ваш отвратительный прием. Мне с Вами не о чем разговаривать. — Сказал я и вышел из шатра.
Снаружи меня настиг Веззел и спросил:
— Что произошло, Эльсинор? Ты очень странно на них реагируешь.
— Честно тебе признаюсь, но первый официальный прием от лесного королевства меня не впечатлил.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
