Открывающая

— С чего ты взял? — не удержалась от вопроса. На языке вертелось острое желание добавить колкость, но я смолчала.

— Два разных почерка. Когда я пытался проанализировать случившееся, письмо никак не вписывалось у меня в систему, но теперь все стало понятно. Послать письмо с угрозами это в стиле Екатерины, но похищать детей ей нет резона. Сами посудите, что для неё главное? Отделатся от Анастасии, а заключив с ней договор тем самым она повяжет себя по рукам и ногам. Нет, ей требуется избавится от конкурентки. Если бы это было дело её рук, то предъявляли бы совершенно другие требования.

— Логично, — согласился Виталий, но сбрасывать со счетов её не будем и сперва прогоним на совместимость. А пока...

Казалось, что мужчины забыли о моем существовании. Я не решалась пошевелиться лишний раз, боясь, как бы маги не выгнали меня, предпочтя дела общины обсуждать без посторонних. Несмотря на проработку новых версий, Михаила из разряда подозреваемых они не исключили. По словам магов выходило, что его отсутствие еще ничего не значит, так как для похищения нет нужды быть рядом. Достаточно иметь умных наемников и уметь правильно руководить на расстоянии, в чем Михаил по уверению Кирилла был настоящий профи. Насчет Екатерины все еще было неоднозначно. Лично я не понимала почему такая красотка взъелась на меня и видела во мне конкуретку, но думать об этом не могла.

Слушая их, с унынием понимала, что мы совсем не продвинулись в поисках, а только добавили к списку еще парочку имен. А в это время где-то там уже больше суток страдают дети. Мысль о том, что они в порядке, не приносила должного утешения. Мне требовалось самой убедиться в этом, но поскольку это невозможно, то уверенной быть я не могла. Не верила я похитителям. Сегодня говорят одно, а завтра кто их знает?

Я все время думала о детях. Психика у них еще нестабильна и было даже страшно подумать в каком они сейчас состоянии. Ох, бедные мои крошки... А еще надо обязательно позвонить маме. Боюсь, она не поверила моей сказке. Скорее всего, сейчас себя накручивает и скоро от слов перейдет к действию. Позвонит и потребует детей к телефону, чтобы убедиться в моих словах. И что я ей тогда скажу? Черт! Почему раньше заботясь о мелких, я ухитрялась помнить о двадцати вещах одновременно и решать все проблемы заранее, а сейчас, сталкиваясь с необходимостью логически осмыслить проблему, полностью теряюсь?

— Настя!

— М-м-м-м? — рассеянно переспросила я, продолжая думать о своем.

-Все будет хорошо, ты не переживай,— участливо сказал Кирилл,— мы найдем их.

— А может просто подписать договор? — предложила я.— Ты же сам говорил, что они заинтересованы во мне и если я соглашусь, то детям ничего не грозит.

Черные брови Ворона сошлись над глазами, они стали мрачными, как декабрьское небо.

— Детям — ничего, — вмешался в разговор Виталий, — но тебе есть что терять. Держи, это договор,— с этими словами он бросил на стол тонкую папку. — Я изучил его и как юрист с полной уверенностью могу заявить, что там столько пунктов и оговорок, что подписав его, ты на легальных условиях превратишься в рабыню. Оспорить его довольно сложно, почти невозможно, но если тебе так хочется пахать на чужого дядю, то вперед, с...

-Виталий!— резко оборвал Кирилл друга, приподнявшись со стула. — Хватит ехидничать. Выйди!

Резко отодвинул от себя стул, Ворон, подошел ко мне — и развернул лицом к себе.

-Настя,— ласково произнес он, сев напротив меня на корточки и пристально заглянул в глаза. — Ты мне веришь?

Верю ли я?

Я внимательно посмотрела в его темный омут глаз, понимая, что в них легко утонуть. Он тем временем серьезно и напряженно вглядывался в мое лицо, ожидая ответа. Так, словно от моих слов зависит его жизнь.

" Да", — хотелось мне прокричать. Да, верю и не только верю, но и надеюсь только на тебя, но смогла выдавить из себя только одно единственное:

— Верю.

— Настя, — произнес он и хотел взяться поудобнее за ножку стула, но вместо этого его рука соскользнула и коснулась моего бедра. Легкое и невесомое движение, но я замерла, а он быстро отодвинулся. Хриплым голосом он произнес:

— Извини.

Я хотела заверить его, что все нормально, но слова не лезли из горла.

— Извини, — повторил Ворон и на минуту закрыл глаза, словно пытаясь восстановить свое знаменитое самообладание.

Я не торопила. Мне самой понадобилось время, чтобы прийти в себя. Бедро горело, да и вся я была в таком состоянии, словно мне шестнадцать лет и я впервые почувствовала прикосновения мужчины — желанного и притягательного. Чертово запечатление! Сглотнула слюну и облизала сухие губы. До меня донесся легкий стон, но я не придала этому значения, а повторяла про себя, как мантру: Это не наши чувства, это не наши чувства...

Наконец, нашла в себе силы и, встав, бросила ему в спину:

— Я буду в комнате. Сообщи, если появятся новости.

Смешно и глупо. Сбежала, как жалкая трусиха и все потому, что ко мне прикоснулся мужчина...

И что теперь, так и буду прятаться в комнате?

"В конце концов, ничего непоправимого не произошло", — уговаривала я себя, покусывая от волнения нижнюю губу и не решаясь покинуть комнату. Это что еще за фокусы такие? Веду себя как малолетка в период гормональной неустойчивости. Да, тянет и должна заметить, довольно сильно, но мы же не дети и сумеем побороть притяжение.

Точно. Соблюдая пару правил безопасности, можно справиться с любым запечатлением. Главное не прикасаться друг к другу и все будет путем...

Вдох-выдох, вдох-выдох... Расправив плечи, я решительным шагов вышла из комнаты, пытаясь выглядеть уверенной и спокойной.

Голоса раздавались возле входной двери. Незаметно выглянула. Ворон как раз провожал друга. Неудобно получилось. Сбежала, а теперь еще и не попрощалась. Надеюсь, Виталий поймет все правильно и не обидится.

— Кир, ты это...— замешкался он на выходе,— будь осторожен. Смотри не геройствуй. Если что, сразу звони.

-Не переживай, все под контролем.

— Угу, вижу. В особенности чувства,— скептически заметил тот.

Я почувствовала волну недовольства исходящую от Ворона.

-Это всего навсего запечатление.

— Ты уверен?

— Тебе пора,— отрубил Кирилл, и я поспешила в гостиную.

Прошлась мимо полок с книжками, с любопытством рассматривая интересную подборку: мистика, эзотерика, мифология, классика, а так же современные детективы. Книги не просто стояли, а судя по корешкам, были читаемые и не раз. Выудив один из детективов, залезла на диван. Читать не получалось, но я тщательно старалась делать вид, всей кожей ощущая как за мной наблюдают. Глаза скользили по строкам, не улавливая смысла, но я не отрывалась, боясь, как бы Кирилл не решил обсудить произошедшее на кухне. Это конечно малодушие, но я бы предпочла не затрагивать эту тему.

Ворон бесшумно подошел поближе, стараясь быть незаметным, но ему это не помогло. Я его ощущала всеми фибрами души. Сейчас он был совсем рядом. Игнорировать его присутствие и далее, было бы глупо. Отложив в сторону книгу, добродушно улыбнулась, и как ни в чем не бывало, спросила:

— Виталий ушел?

— Да, только что.

— Кирилл, у меня к тебе будет необычная просьба,— произнесла я. Эта мысль созрела еще на кухне, но в силу случившегося, я не успела её озвучить.— Ты бы не мог попросить своих людей подчистить моей маме память — совсем немного. Понимаешь,— добавила, увидев его недоумевающий взгляд, — она знает о пропаже детей и скорее всего волнуется, а ей нельзя, у неё больное сердце. Будет лучше, если она не будет помнить о случившемся или пускай думает, что мы уехали в отпуск на пару дней. Я надеюсь это не опасно для человека?

— В малой дозе, нет. Ты права, для неё это будет лучшим вариантом. Напиши мне её данные: имя, фамилию и адрес.

Я заозиралась в поисках ручки.

— Держи!— он протянул мне блокнот и карандаш.

— Спасибо,— тихо сказала, испуганно посмотрев на его руку. — Будет лучше, если ты положишь на стол.

— Ты знаешь?— спросил, бросив предметы на журнальный столик.

— Да.

— Откуда?

— Неважно. Считай что догадалась.

— Хм... Удивительная проницательность, особенно для того, кто совсем не знаком с магией. Ладно, будем считать, что я поверил...— многозначительно приподнятая бровь, намекала " я догадался, что ты подслушивала, но развивать эту тему сейчас не буду". — Пиши уже!

Ему не было нужды повторять дважды. Быстро нацарапав, передала блокнот. Ворон протянул руку вперед и дотронулся двумя пальцами до уголка, но брать его не спешил, а выжидающе посмотрел прямо в глаза.

Что именно он хотел там увидеть, не знаю, мне же, все сложнее было держать себя в руках. Он так близко... Странно, но с тех пор как я узнала о происходящем, притяжение между нами усилилось. Неприличные, но такие сладкие мысли все больше занимали мой разум.

Ч-е-е-р-т! Сглотнув, закусила губу. Как же все сложно!

— Бери быстрей!— рыкнула, не в силах смотреть на него.

— Пойду, позвоню Игорю, — сообщил маг усталым голосом.

Последующие два часа мы провели по отдельности. Так было проще и легче. Он сидел в кабинете, а я тем временем смотрела телевизор. Вернее не смотрела, а больше делала вид. Прыгала с канала на канал, не в силах выбрать что-то одно. Как закон подлости, поподалась либо любовная история, либо душещипательная драма... В итоге, я остановила свой выбор на программе про животных, надеясь отвлечься и успокоится.

Куда там! Нервы были напряжены до предела, а чувства обострились. И только благодаря этому, я услышала тихий щелчок двери. Вылетев пулей из удобного кресла, бросилась к выходу, застав Ворона выходящим.

-Ты куда? — кинула ему в спину, чувствуя себя обманутой женой. Для полной картины только скалки в руках не хватало.

— Скоро буду.

— Ты получил адрес?— догадалась я. — Подожди, я иду с тобой.

— Не вижу смысла.

— Кирилл! Ты же понимаешь, что я не могу просто ждать, — попыталась терпеливо объяснить ему, но взглянув на обманчиво спокойное лицо, упрямо заявила: — Я все равно сделаю по-своему.

— Собирайся,— хмуро бросил он, окатив меня волной недовольства.

Все было, как я люблю: скорость, отсутствие светофоров, трасса и привлекательный мужчина. Будь это просто поездкой, то я бы назвала её идеальной, но страх и чувство вины по отношению к детям, не позволяли этого. Спустя сорок минут мы добрались до коттеджного поселка.

Не доехав до одного из домов, остановились. Выходить Кирилл не спешил. Стоило машине затихнуть, как он неуловимо изменился. Сосредоточенный и цепкий взгляд, резкие рубленные фразы в ответ и нарастающее внутреннее напряжение.

— Чего мы ждем? — нетерпеливо поинтересовалась я, ощушая неловкость от его чувств.

— Не спеши, — осадил он.— Надо все хорошо разведать и только потом действовать.

Я согласно кивнула, принимая его резкий тон и знание дела. Активировав заклятие отвода глаз, мы стали вести наблюдение. Впрочем, правильней сказать, что Кирилл этим занимался, а я в силу своей неопытности ничего странного или достойного внимания, к сожалению, не видела. Дом как дом, подобных ему здесь было навалом. По мне вокруг ничего из ряда вон выходящего не происходило. Не тебе подозрительных пешеходов или проезжих машин — глухо как в танке. Я конечно предполагала, что наблюдение занятие скучное и муторное, но не думала, что настолько... Больше всего меня убивала собственная бесполезность. Я не знала, как ведется наблюдение, и на что именно в первую очередь надо обращать внимание, а спрашивать не пыталась, понимая, что сейчас не место и не время. Сидела тихо, как мышка, стараясь не дышать и не двигаться лишний раз, чтобы не отвлекать Ворона. Сама же продолжала усердно вглядываться, пытаясь хоть что-то рассмотреть.

Кирилл тонко ощутил мое настроение, подметив усталость от долгого сидения на одном месте, а так же нетерпение матери, готовой наплевать на все предосторожности и броситься вперед, на поиск детей. Нарушив молчание немного успокоил меня, заверив, что в спешке такие дела не делаются, а далее бросал короткие фразы, типа: сигнализация на окнах, камеры по периметру, охрана дома... и это была только малая часть того что маг видел. Чем больше он комментировал, тем больше я хмурилась. Дом оказался не дом, а крепость с билетов в один конец. Попасть может и попадешь, а выбраться вряд ли выйдет. Правда, во всем этом было и что-то обнадеживающее: раз дом так сильно охраняется, то, скорей всего не просто так, и я надеялась что так дети.

Наступил вечер, а мы все так же сидели в машине. По мере наблюдения Кирилл мрачнел и мрачнел, и меж

его бровей залегла глубокая складка раздумья.

— Все так плохо?

— Не знаю. От такого как он можно всего ожидать, — с горечью заметил Ворон. — Ты же видишь, как себя обезопасил и это только то, что я сумел подметить. Один черт знает что там внутри.

— Ты его знаешь?— полувопросительно спросила я, хотя уже знала ответ. — Что он за человек?

Маг изучающе посмотрел на меня. Как бы пытаясь оценить, стоит ли делиться информацией.

— В определенных кругах его называют Посредником. Он поставляет разные услуги, от передачи товара, до заключения договора между конфликтующими сторонами. Деньги для него все, а все остальное не играет роли. Помню он как то он упомянул: что у всех и всего есть своя цена.

— Ты так близко с ним знаком? -, скривилась, выражая свое недовольство.

— Не буду скрывать, наш клан прибегал к его помощи, но там и речи не было о криминале. Общине важна секретность и конфиденциальность, а этот о эгоистичный ублюдок умеет её предоставить. Точный как часы он быстро и четко выполняет поставленный задачи и за это высоко цениться в наших кругах. За все время у него не было ни одного провала и самое главное, он абсолютно не любопытен.

— Так это всего лишь посредник, — разочарованно протянула я и уже тихо спросила: — А вдруг детей там нет, что тогда?

— Тогда мы будем искать дальше. Предлагаю не накручивать себя раньше времени. И помни, на худой конец, мы получим информацию.

— Какую информацию? — вспылила я. — Ты же сам только что сказал, что он не интересуется личностью заказчика.

— Сказал! — подтвердил маг, теряя терпение, — но у любого человека подсознание фиксирует намного больше, чем лежит на поверхности. Случайно запомнившиеся моменты, брошенные фразы, все это как кусочки пазла и стоит их склеить, как получится картинка.

— Картинка! — возмущенно воскликнула я, забыв о конспирации. — Мне мои дети нужны, а не долбанная картинка.

Если раньше на лице Кирилла проскальзывало раздражение, то после моих слов оно превратилось в закаменевшую маску.

— Успокойся и запомни, — прорычал он, нависнув надо мной, — если надо, то я по зернышку сведения собирать буду, но тебя так просто не отдам.

Я не знала, как реагировать на его слова. Отвела глаза в сторону, не в силах выносить его пронизывающего взгляда.

— А если и он окажется с блокировкой. Что тогда?— спросила я охрипшим голосом, испытывая внезапную тревогу.